Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
С начала XVII века в связи с общим экономическим и политическим упадком Османской империи положение стамбульских евреев стало постепенно ухудшаться

 

 

Оглавление

Еврейские общины Стамбула в XVII-XVIII вв. ↓

Влияние саббатианцев ↓

Еврейские костюмы в Османскую эпоху ↓

Язык турецких евреев ↓

XIX век ↓

Светские против религиозных? ↓

Немусульмане не призывались на военную службу ↓

 

 

Еврейские общины Стамбула в XVII-XVIII вв. [↑]

В XVII-XVIII веках в Стамбул продолжали переселяться сефарды, в том числе, марраны из Испании и Португалии, а также ашкеназы, большей частью из Польши.

С начала XVII века в связи с общим экономическим и политическим упадком Османской империи положение стамбульских евреев стало постепенно ухудшаться: о резком снижении влияния общины свидетельствует тот факт, что пост ходатая по делам общины долгое время оставался вакантным. Переломным моментом стала казнь Эстер Хандали, которую султан выдал выступившим против нее сипахам (феодальной знати), и ее старшего сына (1600). В 1633 году стамбульские евреи вновь были обвинены в том, что накануне Песаха они убили мальчика из турецкой семьи.

Наряду с экономическим кризисом, который переживала империя, одной из причин упадка общины стала серия пожаров, уничтоживших ряд еврейских кварталов (существует предположение, что их поджигали янычары с целью грабежа).

Переселяясь после пожара в уцелевшие части города, евреи, как правило, присоединялись к синагоге, находившейся поблизости от их нового места жительства, вне зависимости от того, какой общине эта синагога принадлежала; в результате началась быстрая дезинтеграция системы общин-землячеств, приведшая, в частности, к тому, что сефарды ассимилировали романиотов (но не ашкеназов).

Несмотря на экономические трудности, стамбульские евреи в 1648-49 годах выкупили тысячи своих единоверцев с Украины, уведенных в рабство татарами во время резни, учиненной казаками под предводительством Богдана Хмельницкого; благодаря усилиям общины Стамбула, направившей эмиссаров в Италию и Нидерланды, деньги на выкуп пленных поступили также из Венеции, Рима и Амстердама.

Около 1715 года в Стамбуле была создана ассоциация взаимопомощи еврейских лодочников (обслуживавших переправы через Золотой Рог и Босфор), к которым позднее присоединились рыбаки, виноторговцы и продавцы фруктов. В городе действовали также благотворительные общества, собиравшие пожертвования в пользу евреев Эрец-Исраэль (первое такое общество было создано в последней трети XVI века для оказания финансовой поддержки йешиве, открытой Й. Наси в Тверии).

В 1727 году стамбульские евреи взяли на себя выплату долгов еврейской общины Иерусалима; с этой целью каждый из них делал небольшие еженедельные отчисления из своего заработка. В 1763 году, стремясь изыскать средства на покрытие долгов общины Хеврона, руководители стамбульского еврейства ввели акциз на вино и пиво.

Возобновились пожары, от которых страдала община; после того, как в 1740 году сгорел основной еврейский квартал города, османские власти не разрешили отстроить его.

Влияние саббатианцев [↑]

В 1658 году в Стамбуле девять месяцев жил Шабтай Цви; он приобрел здесь немало сторонников, но после нескольких эксцентричных выходок (празднование Песаха, Шавуот и Суккот на одной неделе, провозглашение отмены заповедей) руководители общины изгнали его из города. После того, как Шабтай Цви объявил себя Мессией, в среде стамбульского еврейства произошел раскол: меньшинство примкнуло к саббатианскому движению, а большинство выступило против него. В конце 1665 года Шабтай Цви направился из Измира в Стамбул для встречи с султаном, однако по приказу великого визиря, которого противники лжемессии из числа стамбульских евреев известили о намерении Шабтая Цви свергнуть султанскую власть, его корабль был перехвачен недалеко от города, а сам он арестован. Что не помешало саббатианцам устроить ему в порту торжественную встречу (февраль 1666 г.). В первые годы после принятия ислама Шабтай Цви, живший в Эдирне, неоднократно посещал Стамбул, где встречался со своими приверженцами, которых возглавлял Авраам Яхини (1617-82); здесь в 1672 году Шабтай Цви был арестован по обвинению в тайном исповедании иудаизма. В конце XVII века в Стамбуле, где сложилась община дёнме (сектанты-саббатианцы), некоторое время жил видный саббатианец Михаэль-Авраам Кардозо. В 1714 году раввины города объявили херем идейному последователю Шабтая Цви — Нехемии-Хие бен-Моше Хайону, но в 1725 году отменили отлучение при условии, что он оставит занятия Каббалой и саббатианской литературой.

Вызванные саббатианством разногласия в среде стамбульского еврейства и дезорганизация его экономической жизни (многие еврейские коммерсанты и финансисты, готовясь к встрече «Мессии», забросили свои дела, что позволило армянам и грекам занять доминирующие позиции в торговле и банковском деле) обусловили дальнейший упадок общины.

Еврейские костюмы в Османскую эпоху [↑]

В XVIII веке власти запретили евреям Стамбула появляться на улице в дорогой, особенно, в шелковой одежде; мужчинам было предписано носить в качестве отличительного знака высокую шляпу, широкую снизу и заостренную сверху.

Одежда значила больше, чем проявление личного вкуса и следование моде. Она была маркером социального уровня, религии и профессии.

Османские султаны издавали фирманы об одежде подданных, чтобы подчеркнуть различие между мусульманами и не-мусульманами. В них был указан цвет, вид ткани и стиль, которые не-мусульмане могут использовать в своей одежде.

Со временем стиль одежды менялся, менялся он и в зависимости от места проживания людей. В качестве примера: кофья была характерным головным убором женщин в Салониках, а женщины в Родосе и Измире носили маленькие шляпы под названием токадо.

После административной реформы XIX века, когда все граждане получили равные права, различия в одежде исчезли. Переход от традиционной одежды к европейской продолжался до начала XX века.

Язык турецких евреев [↑]

Иудео-эспаньол, ладино, Djudezmo, эспаньол и Hebreica — всё это разные названия языка, на котором говорят представители сефардской общины, покинувшей Испанию в 1492 году, во времена инквизиции. Есть евреи, которые говорят на нем до сих пор.

Социологические исследования показали, что в популяциях людей, мигрировавших из одной страны в другую, язык, который они привезли с собой, исчезает максимум за четыре поколения. То, что на ладино говорят спустя 500 лет после изгнания, — очень редкое явление. Иудео-эспаньол — культурное достояние Турции — сегодня принадлежит к категории исчезающих языков.

На иудео-эспаньоле говорили только евреи Османской империи, поэтому его воспринимали просто как «еврейский язык». Многие сефардские евреи также называли этот язык «Djudezmo» или «Djudio / Dji dio».

Почти все религиозные термины в языке — из иврита, а те испанские термины, которые не вписывались в еврейскую культуру, были изменены и адаптированы к ней.

Одним из главных направлений духовной деятельности стамбульских евреев в 18 веке стало развитие литературы на еврейско-испанском языке. Важным вкладом в нее явился комментированный перевод Пятикнижия («Мэ-ам лоэз»), выполненный раввином Яаковом Кули (около 1685-1732) и его учениками; Шулхан Арух и многочисленные богословские, философские, исторические, этические и естественнонаучные труды перевел раввин Авраам бен-Ицхак Аса. Десятки книг на еврейско-испанском языке и на иврите были напечатаны в 1710-78 годах в стамбульской типографии семьи Ашкенази.

XIX век [↑]

В иудаизме нет религиозного иерархического порядка для всех евреев в мире. Главный раввин является исключительно религиозным лидером евреев, проживающих в определенном регионе.

Тем не менее, султан Мехмед, завоевав Фатих, почитал рава Моше Капсали, последнего главного раввина Византии, как главного раввина Константинополя.

Во время османского правления, до 1835 года, евреи сами выбирали своих главных раввинов и просто сообщали султану о своем решении. С другой стороны, в городах были свои главные раввины, на протяжении многих веков не было никого, кто представлял бы всех евреев в стране.

В 1835 году евреи подали султану прошение, чтобы главный раввин, которого они выберут в качестве давних подданных султана, получил официальный статус от султана. Султан Махмуд II удовлетворил их просьбу, и признание османами института раввината стало официальным. Т. о. в 1835 году была официально создана должность главного раввина (Хахам-баши) Османской империи.

Должность главного раввина Османской империи занимали:

1835-1836 — рав Авраам Леви;

1837-1839 — рав Шмуэль Хаим;

1839-1841 — рав Моше Фреско;

1841-1854 — рав Яаков Бехар Давид;

1854-1860 — рав Хаим а-Коэна;

1860-1865 — рав Яаков Авигдор;

1863-1872 — рав Якир Герон (и. о. главного раввина);

1872-1908 — рав Моше Леви;

1908-1920 — рав Хаим-Нахум Эффенди.

С образованием Турецкой Республики должность стала называться «главный раввин турецких евреев», и ее занимали:

1920-1931 — Хаим Моше Бецерано — и. о. главного раввина,

1931-1940 — Хаим-Исаак Саки — глава бейт-дина (еврейского суда),

1940-1952 — Рэфаэль-Давид Сабан — глава бейт-дина.

С 1952 года должность называется «главный раввин Турецкой Республики», и ее занимали:

1952-1960 — Рэфаэль-Давид Сабан;

1961-2002 — Дэвид Ассео;

с 2002 — Ицхак Халева.

Светские против религиозных? [↑]

После того, как Шабтай Цви в 1666 году объявил себя Машиахом, еврейский мир Османской империи «ушел в себя», контакты с внешним миром были сведены к минимуму в течение почти двух столетий.

Светские лидеры, такие, как Авраам Камондо, пытались вернуть общине ее прежний статус, вновь сделав ее могущественной и «просвещенной», создавая современные школы, в частности «La Escola». Они столкнулись с яростным сопротивлением тех, кто полагал, что реформы приведут к разрушению религии.

Султан Абдул-Азиз устал от «разногласий среди еврейского народа» и по рекомендации Фуад-паши 19 июля 1863 года объявил, что рав Якир Герон, главный раввин Эдирне, прибудет в Стамбул и возьмет на себя обязанности главного раввина.

7 августа 1863 года было приказано подготовить «общие правила раввината» в соответствии с Османским указом реформы 1856 года.

В 1864 году были изданы «Таканот а-Кеила» (Постановления еврейской общины), определявшие ее структуру.

Подготовленный Генеральный регламент раввината был опубликован в газете («Таквим-и Векаи») в качестве императорского указа 2 Марта 1865 и вступил в силу 15 мая 1865 года.

В первой четверти XIX века ведущую роль в руководстве еврейской общины Стамбула играли финансисты Йешаяу Аджиман, Йехезкель бен-Иосеф Ниссим Менахем Габай и Бэхор Ицхак, Давид Кармона (1773-1826), поддерживавшие тесные деловые контакты с командованием корпуса янычаров, которые оказывали в то время решающее влияние на внутреннюю политику страны; после роспуска корпуса в 1826 году все эти финансисты были казнены.

В 1830-х годах общину возглавил крупный банкир и филантроп Авраам де Камондо (1785-1873), которого называли «Ротшильдом Востока»; в годы правления Абдул-Меджида (1839-61) и Абдул-Азиза (1861-76) он пользовался значительным влиянием при султанском дворе; при его финансовой поддержке французский ученый и просветитель Альбер Кон (1814-77) открыл в Стамбуле первую школу европейского образца.

С изданием султанских указов о реформе от 1839 и 1856 годов, значительно расширивших права национальных и религиозных меньшинств Османской империи (период Танзимата), стамбульских евреев стали принимать на службу в государственные учреждения и в армию (еще в 1821 году около 60 евреев из Стамбула были завербованы в войско, собранное для подавления восстания греков на полуострове Пелопоннес), назначать судьями и консулами. В 1853 году султан Абдул-Маджид ввел Бэхора Ашкенази и Давида Кармону в состав Дивана (государственного совета).

Поскольку в указе от 1856 года султан предложил всем немусульманским общинам самостоятельно разработать проекты своего административного устройства, для подготовки соответствующих предложений по инициативе А. де Камондо в конце 1850-х годов был создан «Ваад пкидим» (Комитет должностных лиц); в него вошли «прогрессивно» настроенные интеллектуалы — представители стамбульских семей Аджиман, Кармона и Хамон. В начале 1860-х годов члены комитета и выступивший в их поддержку Хахам-баши Стамбула раввин Яаков Авигдор подверглись нападкам со стороны нескольких раввинов города (наиболее активны были рав Ицхак Акриш и рав Шломо Кимхи), утверждавших, что целью комитета является христианизация евреев Стамбула и всей страны, доказательством чему служит введение уроков французского языка в школе, основанной при поддержке А. де Камондо. Последнему был объявлен херем. В ответ р. Я. Авигдор приказал арестовать рава И. Акриша, однако по распоряжению султана его освободили. Для разрешения возникших разногласий великий визирь назначил особый бейт-дин в составе Хахам-баши Измира, Эдирне и Салоник; они полностью оправдали р. Я. Авигдора, А. де Камондо и членов «Ваад пкидим», обязав их обвинителей извиниться перед ними.

В 1865 году султан утвердил «Организационный устав раввината», в основном соответствовавший рекомендациям «Ваад пкидим». Согласно этому документу, высшим руководящим органом стамбульской общины стал Генеральный комитет в составе 60 светских депутатов и 20 раввинов, причем первые избирались всеми евреями города по районам, а вторые — светскими депутатами. Генеральный комитет, срок полномочий которого не был оговорен (лишь в 1910 году его ограничили десятью годами), избирал на три года Духовный комитет из семи раввинов, сведущих в Устном Законе, для управления религиозными делами (его председатель возглавлял городской бейт-дин), и Светский комитет из девяти нотаблей, ведавший административными и финансовыми вопросами; состав обоих комитетов подлежал утверждению властями. Совместно с 40 представителями Салоник, Эдирне, Бурсы, Измира, Иерусалима, Багдада, Каира и Александрии Генеральный комитет образовывал коллегию выборщиков Хахам-баши Османской империи. В каждом районе Стамбула назначался местный раввин, возглавлявший попечительский совет синагоги, и кахия — регистратор актов гражданского состояния евреев. В трех предместьях со значительным еврейским населением действовали бейт-дины, в компетенцию которых входили только вопросы брачно-семейного права; все остальные дела рассматривались общими судами. При бейт-дине квартала Балат имелась тюрьма.

Так описывается турецкий вариант противостояния с «маскилим» и развития процесса секуляризации. Согласно описанию, всё это не выглядит драматическим и судьбоносным. А что там было на самом деле — вопрос к раввину!

Немусульмане не призывались на военную службу [↑]

В апреле 1893 года делегация турецких евреев во главе с исполняющим обязанности главного раввина равом Моше Леви подала прошение султану за подписью бейт-дина, чтобы евреи призывались на военную службу и могли участвовать в защите нации.

Такова «официальная версия». Насколько добровольно было подано это прошение? Вопрос к раввину!

Во время вторжения вражеских войск в Анатолию турецкие евреи в Стамбуле, Бурсе, на Эгейском побережье, юго-востоке Анатолии и во всех городах и поселках, находящихся под оккупацией, оставались верными Турции и никогда не сотрудничали с захватчиками.

Османским правительством на могиле в Салониках был установлен памятник хирургу Несиму-паше, который умер в возрасте 53 лет — заразился, оперируя раненого солдата. Памятник был разрушен во время нацистского вторжения.


На восьмой день после начала праздника Суккот — в Шмини Ацерет, когда сыны Израиля покидают шалаши и возвращаются в дома — они немедленно начинают молить Вс-вышнего о дожде и благословении. Специальная вставка с просьбой о дождях добавлена в праздничный Мусаф дня Шмини Ацерет. Читать дальше