Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Что мы, собственно, отмечаем в Суккот?

2 октября, темы: Суккот, Сукка, Праздники, Дарование Торы, Рав Натан Агрес, Исход из Египта

Отложить Отложено

Про праздник Суккот сказано в Торе (Ваикра 23:43): «В шалашах сидите семь дней, ибо в шалашах усадил Я сынов Израиля, когда выводил их из земли Египетской». Мой вопрос: что, собственно, мы здесь отмечаем? Исход из Египта празднуется в Песах, весной, точно в дату освобождения, так почему же из всей общности чудес и знамений Тора выделяет именно нахождение в шалашах, до такой степени, что это обязывает еще один семидневный праздник? И еще: даже если есть в этом необходимость, почему мы не сидим в сукке в Песах, сукка с мацой — полноценное напоминание об исходе, почему же Суккот сдвинут от Песаха на полгода?

И вообще непонятно, что такого особенного было в тех шалашах, что так важно помнить о них, какое чудо или особое провидение связано с ними? Большое спасибо.

Отвечает рав Натан Агрес

Уважаемый Н., Вы затронули очень важные и интересные вопросы, над которыми корпело не одно поколение наших мудрецов. Тем не менее, в рамках этого ответа приведем только несколько основных мнений.

Прежде всего, давайте выясним, о каких шалашах идет речь и что в них такого особенного.

В толковании этого ключевого момента разошлись рабби Элиэзер и рабби Акива (мудрецы эпохи Мишны). Рабби Элиэзер считал, что под шалашами имеется в виду ни что иное, как ананей а-кавод — Облака Славы Всевышнего. Так как сразу же после выхода за границы Египта Всевышний «окутал» евреев особыми облаками, выражающими Его присутствие и близость к своему народу (подобно орлу, распростершему крылья, чтобы уберечь своих птенцов). Но рабби Акива трактовал этот стих буквально — праздник Суккот установлен в память о шалашах, в которых проживал народ все время нахождения в Синайской пустыне (почти 40 лет)[1].

В свете этого Ваш последний вопрос — в чем особенность этих шалашей —актуален только по мнению рабби Акивы, ведь согласно рабби Элиэзеру, мы празднуем память о великом чуде и о проявлении любви и заботы Творца. В Мидраше говорится, что облака окружали народ как сверху, так и со всех сторон (а есть мнение, что и снизу тоже!), что создавало внутри стана особый микроклимат, максимально адаптированный под нужды народа и совершенно отличный от климата пустыни, царившего вокруг. Помимо этого, облака служили источником освещения, как днем, так и ночью (вместо солнца и луны) и обладали рядом других чудесных свойств. Например — очищение одежды (что-то вроде химчистки), «рентгеновское излучение», позволявшее увидеть содержимое закрытых сосудов или внутренности животного, и многое другое.

Объяснение, основанное на словах Хида

Согласно мнению рабби Элиэзера, суть праздника Суккот можно объяснить следующим образом[2].

Любой подарок включает в себя две составляющие: саму вещь и те заботу и внимание, что проявил дающий к получающему. Иногда преобладает одно — ценность самой вещи, иногда другое — даже какая-то мелочь может послужить выражением большой любви.

То же самое верно и по отношению к исходу из Египта. Всевышний избавил нас от тяжкого гнета, от рабского существования, вывел нас на свободу, чтобы даровать нам Тору и Землю Израиля. Этот «подарок» сам по себе заслуживает самой глубокой благодарности. Но следует обратить внимание на то, каким образом Творец избавил нас, в какой форме Он даровал нам этот подарок! От начала и до конца процесс избавления сопровождался колоссальными проявлениями любви и заботы с Его стороны, а в самой яркой форме они нашли выражение в Облаках Славы, окутавших народ, подобно отцовским объятиям.

Исход сопровождался многими чудесами, как то: хлебом с небес (небесная манна), водой из особого неиссякаемого колодца, которыми народ питался на протяжении сорока лет пребывания в пустыне, и многими другими. Однако все они были необходимы для реализации избавления, ведь не может человек продержаться без хлеба и воды и других минимальных нужд. Но находиться «под крылом» Всевышнего — это уже «излишество», как говорится, «люкс». И действительно, не все поголовно удостаивались этого блага — так, например, грешников облако «выталкивало» наружу, пока не раскаются и не исправят себя. А есть мнение, что после греха золотого тельца облака вообще исчезли и вернулись только после полного раскаяния народа (см. об этом ниже).

Именно чудо «Облаков Славы» в полной мере выражало любовь и заботу Творца, поскольку именно в том, в чем мы не обязаны другому, проявляются истинные уважение и любовь.

Образно выражаясь, можно сказать, что при исходе из Египта мы получили двойной подарок: сам исход и выражение любви и заботы Творца.

Двум этим подаркам и соответствуют два праздника — Песах и Суккот.

Теперь прояснится также, почему Суккот празднуется в начале осени, на полгода позже, чем Песах.

Рабби Яаков бен Ашер, автор знаменитого законодательного кодекса «Арбаа Турим» («Орах Хаим» гл. 625) пишет, что если бы заповедь сукки выпадала на весну (время исхода) это бы затушевало тот факт, что мы сидим в шалаше ради исполнения заповеди, ведь в весеннее время много людей «едут на дачу» и живут в палатках. Поэтому Тора предписывает сидеть в шалаше в начале осени, когда (в земле Израиля) вот-вот должны начаться дожди, и человек спешит вернуться под кров постоянного надежного жилища. Выходя в шалаш именно в это время, мы демонстрируем Творцу и самим себе наше истинное намерение, нашу единственную цель — исполнить заповедь Творца[3].

На первый взгляд, это объяснение не совсем понятно: почему такое требование выдвигается именно в отношении заповеди сукки, чем она отличается от многих других[4], для которых достаточно намерения в сердце?

Однако в свете сказанного здесь просматривается элемент «меры за меру». Ведь сама суть праздника Суккот состоит в том, чтобы помнить проявление особой любви Творца, в силу которой Он сделал ради нас больше, чем того требовали обстоятельства. Поэтому и сама форма заповеди — сидеть в сукке в память об Облаках Славы, также требует от нас сделать ради Всевышнего что-то особенное, превышающее обычную программу.

На этом этапе мы разобрали суть праздника согласно рабби Элиэзеру, но что с мнением рабби Акивы?

Оказывается, в нашем случае нет необходимости «раздувать» спор между мудрецами. Вполне возможно предположить, что и рабби Акива согласен со всем сказанным выше[5], ведь он не отрицал существование Облаков Славы. Только по его мнению мы должны строить суккот не в качестве «макета» Облаков Славы, а как напоминание о реальных шалашах, в которых проживал народ. Именно этим мы и подчеркиваем для себя факт любви и заботы Всевышнего — несмотря на то, что у евреев были жилища, в которых они могли просуществовать, Творец не остановился на этом, а усадил их в Свои шалаши — Облака Славы.

Это один путь понимания сути этого праздника, но есть и другие.

Объяснение Рашбама

Новый подход к пониманию заповеди сукки предлагает Рашбам (11-й век) в своем комментарии к Торе (Ваикра 23:43)[6]. Он пишет, что обязанность сидеть в сукке не связана напрямую с выходом из Египта, т.е. не имеет своей целью отметить это событие, поскольку мы уже праздновали его в Песах. Причиной, обязывающей нас сидеть в сукке, служит тот факт, что праздник Суккот является праздником Асиф — сбора урожая. Именно так он называется Торой в книге Шмот (23:16, 34:22). После жатвы пшеницы в весенние и летние месяцы ее оставляли в поле для высушивания, а перед началом дождей собирали в амбары. В честь этого завершающего этапа сбора урожая и был установлен Торой праздник Асиф (подобно тому, как праздник Шавуот соответствует периоду жатвы и называется «Праздником жатвы»).

С одной стороны, радость собранному урожаю должна подтолкнуть человека вознести хвалу и благодарность Творцу за Его помощь и опеку, но с другой — накопленный «капитал» может привести и к обратному результату. О подобной опасности предостерегает Тора в главе Экев (книга Дварим 8:11-18): «Остерегайся, чтобы не забыл ты Г-спода, вдруг наешься и насытишься, и умножится твой скот, серебро и золото, и всё, что у тебя… И возгордится сердце твоё, и забудешь Г-спода. И скажешь в сердце своём “моя сила и крепость моих рук принесли мне это богатство”. Но помни Г-спода, Б-га твоего, ибо Он даёт тебе силу приобрести богатство».

Именно поэтому в период сбора урожая, когда амбары переполнены плодами собственного труда, и дурное начало начинает нашептывать человеку о его величии и успехе: «сила и крепость моих рук принесли мне это богатство», Тора обязывает нас покинуть постоянные жилища (мой дом — моя крепость) и переселиться во временный шалаш, с трудом защищающий от ветра и зноя. Этот акт призван напомнить нам (причем не только на интеллектуальном, а в основном на эмоциональном уровне) период выхода из Египта, когда в течение сорока лет весь народ находился в пустыне без постоянного дома, без полей и виноградников, и только благодаря неустанной опеке Всевышнего у них было все необходимое и даже более того! Сукка, сделанная в память об Облаках Славы, которые хранили нас, или в память о временных жилищах в пустыне, как бы говорит человеку: «Точно так, как в те времена тебе было ясно, что все исходит только от Всевышнего, так же и сейчас, после входа в Обетованную Землю, когда ты сам обрабатываешь свои поля и уделы, и тебе кажется, что твои труды приносят тебе изобилие, помни, что на самом деле ничего не изменилось! Тот же Всевышний продолжает бережно заботиться о тебе, Он дарует тебе “силу приобрести богатство”, только происходит это уже скрытым образом, когда Его провидение завуалировано естественными процессами и причинно-следственной связью».

Это то, что мы сказали выше: заповедь сидеть в сукке порождена временем сбора урожая, чтобы уберечь человека от гордыни и ее последствий. Согласно этому объяснению, нет принципиальной разницы между мнениями рабби Элиэзера и рабби Акивы, а также полностью снимаются все поставленные вопросы.

Объяснение Виленского Гаона

Упомянем еще два толкования, ставящие суть праздника в зависимость от мнений рабби Элиэзера и рабби Акивы.

Рабби Элияу из Вильно (Виленский Гаон) разъяснил мнение рабби Элиэзера в совершенно новом свете[7]. Впервые облака славы окружили еврейский стан сразу же после выхода из Египта, и сопровождали его вплоть до прибытия к горе Синай, возле которой евреи получили Десять речений. Затем Моше поднялся на гору на сорок дней, чтобы получить Скрижали Завета. Но, не дождавшись возвращения Моше, народ создал золотого тельца (взамен пропавшему без вести вождю), и тогда облака исчезли! Сначала Всевышний хотел полностью истребить народ, и только благодаря самоотверженной молитве Моше этого не произошло. 10-го Тишрея (спустя 80 дней после греха) Моше спустился с горы, держа в руках новые скрижали (первые он разбил, когда увидел народ, поклоняющийся тельцу), и сообщил народу, что их грех прощен. Поэтому день 10 Тишрея стал днем прощения — Йом Кипур.

На следующий день Моше передал народу заповедь о строительстве Мишкана (переносного Храма), два дня занял сбор пожертвований народа, на третий день материалы были переданы мастерам, а 15-го Тишрея работа по строительству Храма началась полным ходом.

Именно в этот день вернулись Облака Славы, выражающие присутствие Творца и Его прощение греха тельца. И именно в память об этих возвратившихся облаках мы отмечаем праздник Суккот.

Понятно, что данное объяснение не согласуется с мнением рабби Акивы.

Объяснение «Рокеаха»

А в кодексе «Рокеах» (р. Элиэзер из Вормса, 12-й век) находим объяснение, соответствующее только мнению рабби Акивы!

Там приводится объяснение, что вопреки рабби Элиэзеру, считавшему, что сукка призвана напомнить нам выход из Египта, рабби Акива понимал, что шалаши — это память о тех шалашах, в которых находились евреи при начале завоевания восточного берега Иордана (территории царств Сихона и Ога) на сороковой год после выхода из Египта[8]. В тот период, поскольку евреи уже вышли из пустыни, Облака Славы покинули их. Согласно этому объяснению, пишет Абарбанель: три праздника — Песах, Шавуот и Суккот — установлены в память о трех больших подарках, полученных от Всевышнего. Песах — исход из Египта, Шавуот — дарование Торы, и Суккот — наследование Земли Израиля.

В заключение

Напоследок хочется упомянуть еще два момента, связанные с праздником.

Комментатор «Байт Хадаш» (на «Тур», «Орах Хаим», 625) подчеркивает, что поскольку Тора аргументировала заповедь о сукке так: «Дабы знали поколения ваши, что в шалашах усадил Я сынов Израиля, когда выводил их из Египта», эта заповедь отличается от всех остальных[9], приводимых в Торе без аргументации и объяснения причины. Разница состоит в том, что во всех заповедях достаточно общего намерения: «Это действие я совершаю как заповедь Творца», даже если человек не понимает их сути и смысла. Но в отношении сукки необходимо во время исполнения заповеди иметь в виду и ее смысл, а именно: «Я исполняю заповедь сукки, как повелел Всевышний, в память о шалашах, в которых сидели евреи при выходе из Египта». Соответственно, поскольку закон был принят по мнению «Облака Славы», именно их и надо иметь в виду (а некоторые авторитеты пишут, что лучше всего иметь в виду оба мнения).

По мнению «Мишны Бруры» (там), это требование необходимо только для полноценного исполнения заповеди, но и без этой добавки заповедь считается исполненной, если только человек имел общее намерение, как в других заповедях. А по мнению «Бикурей Яаков», это требование является неотъемлемой составляющей заповеди, и без него она не может быть исполнена!

Сказано в Мидраше, что и в момент конечного избавления еврейского народа Всевышний сделает нам особый шалаш, чтобы уберечь нас от всех невзгод и ненастий. Однако понятно, что удостоиться этого можно только будучи близкими к Нему, и в частности с помощью полноценного исполнения заповеди сукки.

С наилучшими пожеланиями, Натан Агрес



[1] Так приводится в Талмуде (Сукка 11б), однако во многих мидрашах и книгах более поздних мудрецов (Рокеах и др.) приводятся противоположные мнения: рабби Акива считал, что имеются в виду Облака Славы, а рабби Элиэзер — шалаши, по-простому. Как пишут комментаторы, возможно, именно такая версия Талмуда была перед глазами Тура, постановившего («Орах Хаим», 625) закон по мнению «Облака Славы», поскольку известное правило гласит, что закон устанавливается по мнению рабби Акивы, а не его оппонента (но не тогда, когда у него есть несколько оппонентов), но есть и другие объяснения.

[2] На основе статьи р. И.П. Голдвасера в его книге «Йицпенейни бе-Сукка», см. также Хида в его книге «Кисе Давид».

[3] С другой стороны, Творец не требует от нас большого самопожертвования — сидеть в сукке зимой под дождем и снегом; достаточно символического выражения нашей преданности и готовности служить Ему.

[4] К примеру, трубить в шофар в Рош а-Шана; в прошлом люди трубили и в течение года по разным причинам, поэтому кроме намерения исполнить заповедь, нет у этого действия каких-то особых «признаков» заповеди.

[5] Так пояснил рав Штернбух («Тшувот ве-Анагот», том 5, гл. 204), и похожим образом Адмор из Сатмара в «Диврей Йоэль».

[6] См. также комментарий рава Гирша, который развил и расширил идею Рашбама, см. также «Михтав ме-Элияу» (часть 2).

[7] Это объяснение известно от имени Гаона, но на самом деле оно приводится и в более ранних источниках (см. «При а-Адама» (комментарий на Рамбама, законы сукки 6:5) от имени «Ливнат а-Сапир»).

[8] Тем не менее, Тора называет этот период «когда вывел Я их из земли Египетской», как сказано в книге Дварим (4:46) «…в земле Сихона, царя Хешбона, которого разбили Моше и сыны Израиля, когда вышли из Египта». Поскольку все время, что не перешли Иордан на основную территорию Обетованной Земли, процесс исхода из Египта не был окончен.

[9] Заповеди о Тефилин и Цицит также приводятся в Торе с аргументацией, поэтому и там надо иметь в виду их суть.

Материалы по теме