Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Душа человека — как пламя свечи: иногда горит ярко, иногда гаснет»Бешт
Зависть проистекает от несовершенства души.

Зависть /кин'а/ — это ветвь гнева, и никто не избежал ее. Ибо мы видим, что люди тянутся друг за другом, подражают друг другу: видя, что другой приобрел нечто — еду или одежду, или новый дом, или деньги, — человек старается добыть такое же. Потому что он думает: «У него это есть, — так и у меня будет такое же!» Об этом говорит царь Шломо: «И видел я, что всякий труд и всякое умение в работе — от взаимной зависти» (Коэлет 4; 4). Тот, в ком это качество преобладает, — достоин порицания. Потому что зависть приводит к возжеланию чужого. А если человек не обращает внимания на то, что есть у других, — он не желает чужого. Но вот он тянется за чужим и завидует тому, что есть у ближнего, — значит, он желает чужого. А ведь Закон гласит: «Не возжелай жены ближнего твоего <…> и ничего, что у ближнего твоего» (Шмот 20; 14). А когда желает, то отбирает, как написано: «И возжелали поля, и ограбили» (Миха 2; 2). Тот, в ком преобладает желание чужого, близок к тому, чтобы преступить все Десять Заповедей.

Такое произошло: был у одного человека сосед-злодей, и злодей этот желал жену своего соседа и кое-чего из его имущества. Однажды, в канун субботы сосед говорит своей жене: «Я хочу поехать по торговым делам». А злодей услышал разговор. Сосед уехал. Что же сделал злодей? Сломал ночью стену, разделявшую их дома, — и нарушил заповеди «Помни субботу» и «Храни субботу». Пробрался в чужой дом и изнасиловал жену соседа, которую желал, — и нарушил заповедь «не прелюбодействуй». А когда стал грабить имущество, женщина закричала, и он убил ее, — и преступил заповедь «не убий». А когда ограбил и украл то, что желал, он преступил заповеди «не кради» и «не возжелай чужого». Наутро отец и мать стали укорять злодея, а он восстал на них и избил их, — и тем нарушил заповедь «почитай отца своего и мать свою». Его привели в суд, и он свидетельствовал вместе со своими ничтожными друзьями, что вещи, взятые им, — это заклад, который заложил у него муж этой женщины, а он, мол, поверил и отдал на время обратно, и не мог забрать, но разбойники сломали стену между домами и убили женщину, а узнав про убийство, он пошел и забрал свой заклад, — так он преступил заповедь «не лжесвидетельствуй». И злодей ходил всюду и клялся, что ни в чем не виновен, — преступая заповедь «не произноси Имя всуе». Но злодейство раскрылось, преступление его стало известным. Устыдившись, он стал вероотступником и отрекся от Бо-га живого, — так он преступил заповедь «Я твой Бо-г». В конце концов он стал заядлым идолопоклонником, поклонялся и служил идолам, — так он преступил заповеди «не будет у тебя идолов» и «не поклоняйся им и не служи им». Вот к чему привело его возжелание чужого! Таким образом, возжелавший чужого близок к тому, чтобы нарушить весь Закон.

Есть и другой, более доступный способ уяснить и понять, что зависть и возжелание чужого портят человека согласно тому, что сказал об этом Шломо: «Не завидуй грешникам, но всегда завидуй тем, кто страшится Всевышнего» (Мишлей 23; 17). Завидуя преступникам, человек видит их богатство и успех и видит также, что праведники бедны и страдают. Он отринет страх пред Всевышним, Его суды и законы, станут ему невыносимы изучающие Закон и исполняющие его. Подобно сказанному: «Жестки были слова ваши обо Мне, говорит Всевышний».

И скажете вы: «Что говорили мы о Тебе?» Сказали вы: «Тщетно служить Всевышнему! Какая польза, что хранили мы Завет и ходили унылыми пред Всевышним? А теперь считаем мы счастливыми нечестивых; и устроились делающие нечестие, и Всевышнего испытывали, и спаслись» (Малахи 3; 13—15). Вот что приводит людей к глупому легкомыслию и лишает их уверенности: когда они видят злодея, — и ему хорошо, и праведника, — а ему плохо. Потому-то они потакают своим желаниям и говорят: «Вот эти поступают так же, и они богаты. Будем и мы так поступать! Что с ними случится, то и с нами будет!»

Все это из-за зависти; оттого, что человек завидует злодеям, желая их богатства и покоя. И потому-то люди сбрасывают с себя «ярмо заповедей». А праведники не завидуют злодеям, не желают ни их имущества, ни их покоя. Ибо считают, что богатство злодеев сберегается не к добру, но ко злу, а из-за своего покоя они потеряют великое благо, уготованное для праведников. И считают, что бедность и лишения праведников очищают и обеляют их, дабы увеличить степень их достоинства в будущем мире. Несомненно, что полагающий так не возжелает чужого и не позавидует, но возрадуется, видя покой злодеев, и скажет: «Если это тем, кто не исполняет Его волю, то уж исполняющим Его волю Он воздаст еще и еще больше!»

Зависть проистекает от несовершенства души. Кто завидует красоте ближнего или его силе, или его богатству, — тот недоволен тем, что присудил ему Создатель. Может ли раб жаловаться на действия своего господина, не соглашаться с тем, что нужно его господину? Это означает, что он — неверный раб. Так уж тем более не следует жаловаться на Создателя, Его деяния прямы и справедливы, и не следует подозревать Его в несправедливости.

От зависти происходит ссора. Ты знаешь, что Корах позавидовал Элицафану, сыну Узиэля, и пропал вместе со своими сообщниками, даже их малые дети пропали.

Зависть — это как болезнь, и она приводит к чахотке. Сказал мудрец своему сыну: «Остерегайся зависти, ибо она видна на тебе; лицо твое меняется из-за огорчения сердца твоего. А тот, кому ты завидуешь, радуется твоему огорчению. Зачем же тебе радовать своего врага, который этим мстит тебе?»

Завистник грабит самого себя, ибо он постоянно горюет, а разум его уменьшается из-за великой зависти, которая спрятана в его нутре. Сердце его несвободно для Учения и молитвы со вниманием, и для добрых дел. Любой человек найдет вкус в том, что ест, — кроме завистника, который не находит вкуса ни в чем, пока ближний не лишится блага.

Любой ненависти есть предел, ибо кто ненавидит ближнего за грабеж, избавится от ненависти, когда грабитель вернет то, что взял. А также и с любым видом ненависти, зависящей от исправления причиненного зла: исправлено — и ненависть пропадает, уходит. Но не так обстоит дело с ненавистью, порожденной завистью. Сказал мудрец сыну: «Не завидуй брату своему из-за того, что есть у него, потому что он будет жить в довольстве, а ты насытишься беспокойством и горьким сожалением». И сказал мудрец: «Завистник и тот, кто желает чужого; жизнь их полна гнева, они рождены на гнев». Древние мудрецы молились: «Да не позавидуем другим, и да не позавидуют нам» (Иер. Брахот 4; 2). Почему о других они молились именно об этом? Ибо в этом суть: многие люди ведут к тому, чтобы им завидовали. Надевая красивую одежду и не давая ближнему от своего, они ведут к тому, чтобы им завидовали и желали их имущества. Потому-то мудрецы и молились о других, — дабы не привести их к зависти. Ибо Закон гласит: «И перед слепым не ставь преграды» (Ваикра 19; 14). Вот почему добрым поступком будет, если человек не наденет слишком красивую, роскошную одежду; ни сам, ни жена его, ни дети его! То же касается еды и прочего, — дабы другие не завидовали ему. А тот, кого Создатель наделил богатством, пусть даст бедным и несчастным от богатства своего, пусть мягок будет в обращении с ними, пусть оказывает им добро и милость, — и мы много говорили о том, насколько хорошо, если человек любим ближними своими. А кого все любят, не станут завидовать и не будут желать его имущества.

Но человеку надлежит подниматься к степеням добра, которые суть слава для него, — тогда пусть ему завидуют и желают быть, как он, и стараются поступать подобно ему. И тот, кто остерегается завидовать, — тело его нетленно, и черви не властны над ним, как написано: «И от зависти гниют кости» (Мишлей 14; 13). У кого в сердце зависть, — того кости гниют; в чьем сердце нет зависти, — его кости не гниют (Шабат 152б). А посему пусть человек удалится от зависти и от желания чужого, и пусть не желает ничего чужого.

И пусть не скажет: «Я желаю эту вещь, принадлежащую другому, и дам за нее много денег». Почему? Потому что если кто не хочет продавать свои вещи, нельзя уговаривать продать их. Тот может постесняться отказать, — и тогда уговаривающий совершает насилие. Тем более, если это уважаемый человек, желанию которого не противоречат. Если он заранее не уверен, что принадлежащую другому вещь ему готовы отдать охотно и по собственному желанию владельца, ему нельзя просить продать или подарить.

Вот притча о желающем чужого и завистнике. Шли они вместе и встретили царя. Сказал им царь: «Пусть один из вас попросит у меня что-либо, и ему будет дано. А товарищ получит вдвойне!» Завистник не хотел просить первым, потому что завидовал, что другой получит вдвойне. А желающий чужого желал обе доли. Но он уговорил завистника просить первым. Завистник попросил выколоть ему один глаз. А его товарищу выкололи оба глаза!

Сколько зла происходит от зависти! Змей позавидовал Адаму и привел мир к смерти, и ему суждено было: «На чреве своем будешь ходить и прах будешь есть» (Берешит 3; 14). А взгляни, что произошло с Каином и Корахом, с Бил'амом и Доэгом, Ахитофелем и Гехази, с Адонией и Авшаломом, и с Узияу! Они захотели того, что им не принадлежало, — и они не только не получили желаемого, но у них отобрали и то, что у них было (Сота 9б). Из всего этого человек должен понять, что следует оставить зависть и не желать чужого. Пусть думает, что даже то, что есть у него, ему не принадлежит, ибо завтрашний день придет, и нет человека, — какая же ему польза в чужом имуществе в том, что ему не принадлежит? И об этом сказано: «Ты не знаешь, чем чреват завтрашний день» (Мишлей 27; 1).

И огромная награда ожидает того, кто остерегается зависти и возжелания чужого. Большинства преступлений человек стыдится и стыдом удерживается от них; от грабежа и воровства удерживается, опасаясь, что это станет известно, и его ославят, и он устыдится и много потеряет. Он делает простой расчет: ему это невыгодно, ибо он может потерять больше. Но зависть и желание чужого пребывают в сердце человека, и никто не подозревает, завидует он или желает чужого. Это передано на волю сердца, и об этом сказано: «И бойся Всевышнего»[1] (Ваикра 25; 17).

Зависть — дурное качество, но иногда она весьма похвальна, и такой завистью обладают праведники, завидуя страху пред Всевышним, как сказано: «Не завидуй грешникам, но всегда завидуй тем, кто страшится Всевышнего» (Мишлей 23; 17). И сказали мудрецы: «Зависть мудрецов увеличивает мудрость» (Бава Батра 21а). То есть, видя изучающего Тору весь день, пусть человек позавидует в сердце своем и скажет: «Он учится целый день, и я тоже буду!» Пусть каждый завидует тому, кто обладает добрыми качествами и исполняет заповеди, и заимствует его добрые поступки. Даже увидев злодея, который обладает хотя бы одним добрым качеством, пусть позавидует тому качеству и ведет себя соответственно ему. Но кто, завидуя ближнему, который учится и совершает добрые дела, не говорит: «Я буду поступать также!», а говорит: «Он обладает достоинствами, и его уважают больше меня!», и придумывает, как помешать и смутить ближнего в занятиях Торой и добрых делах, — у того зависть, как злая болезнь, он грешит и заставляет других грешить, он — сообщник Ероваама бен-Невата, и нет у него доли в будущем мире.

Пусть же всегда человек уважает тех, кто боится Всевышнего, изучает Тору и занимается добрыми делами, пусть протягивает им руку помощи и способствует им делом и деньгами. И другие позавидуют ему и скажут: «Если мы станем так же поступать, то и нас будут уважать и будут помогать нам». А потом от «не во Имя» они перейдут к «во Имя»[2] (Псахим 50б).

Всевышний говорит: «Завидуй ради Меня!» Ибо без зависти мир не мог бы существовать: никто не посадил бы виноградник, и никто бы не женился и не построил дом (Мидраш Теилим 37). Ибо все это совершается, потому что человек завидует другому: если тот построил дом, то и он поступит так же. И относительно жены — каждый завидует другому. А поскольку существование мира зависит от зависти, — пусть же человек направит всю зависть во имя Всевышнего: если построит дом, то в нем должна быть комната для изучения Торы. И пусть его дом станет домом совета мудрецов, и домом для приема гостей и оказания людям безвозмездного добра /хесед/. И так сказали: «Если бы Авраам не позавидовал, не обрел бы небо и землю. А когда он позавидовал? Когда сказал Малкицедеку (он же Шем, сын Ноаха): “Как вы вышли из ковчега?”[3] Он ответил: “Благодаря милостыне, которую мы там давали”. Спросил его: “Что же за милостыню вы могли давать в ковчеге? Разве там были бедняки? Ведь там были[4] только Hoax с сыновьями! И кому же вы давали милостыню?” Ответил он: “Скоту и зверям, и птицам! Ночами не спали, кормили то одного, то другого”. Сказал Авраам: “Если б эти люди не давали милостыню скоту и зверям, и птицам, то они не вышли бы. А поскольку давали милостыню, — вышли. А если я стану давать милостыню людям, созданным по образу Всевышнего, — то тем более!” (там же). И в тот же час “посадил эшель[5] в Беер-Шеве”». Да увеличит человек зависть, подобно этой! А также да будет ревностен[6] по отношению к грешникам и злодеям, сражаясь с ними и укоряя их, как сказали мудрецы: «Ревнители должны убить того, кто публично совершает соитие с нееврейкой» (Санэдрин 81б). Моше восстал за честь своего народа, взревновав против египтянина, как сказано: «И убил египтянина» (Шмот 2; 12). И об Элияу мы находим: «Я взревновал во Имя Всевышнего, ибо сыны Израиля оставили завет Твой» (Млахим I 19; 10). И так же сказано о Пинхасе: «Когда он взревновал среди них во имя Меня» (Бамидбар 25; 11). И Всевышний вознаградил его за это, как сказано: «И вот Я даю ему Мой союз мира» (там же 25; 12), и сказано: «Не бойтесь никого» (Дварим 1; 17). Страшащийся Всевышнего отдаст душу свою ради Его чести, как сказано: «Кто за Всевышнего — ко мне! И собрались к нему все левиты» (Шмот 32; 26). И сказано: «И увидел Пинхас бен-Элазар, бен-Аарон а-коэн и взял в руку копье» (Бамидбар 25; 7). Это долг всех, кто страшится Всевышнего, кто обладает чистым сердцем, — пробуждать ревность, если видят, что князья и вельможи потакают предательству. И сказали мудрецы: «Самые серьезные упущения происходят по вине высокопоставленных, как сказано (Эзра 9; 2): “И князья, и вельможи первыми участвовали в этом предательстве”» (Берешит Раба 26; 5).


[1] Везде, где это сказано, Закон желает подчеркнуть, что Он знает о преступлении, хотя люди могут и не знать.

[2] То есть хотя они начнут поступать так из-за выгоды, постепенно достигнут того, что будут поступать так бескорыстно.

[3] То есть за какие заслуги.

[4] Из людей.

[5] «Эшель» — тамариск. И аббревиатура слов «ахила» — еда; «штия» — питье; «лэвая» — проводы.

[6] Слово «кин'а» означает «зависть» и «ревность».


Глава повествует о перипетиях в жизни праотца Яакова: о знаменитой «лестнице в небо» — пророческом сне Яакова, о его встрече с Рахель, пребывании Яакова в доме Лавана, женитьбе и рождении детей, будущих прародителей колен Израилевых. Читать дальше

Недельная глава Ваеце

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Очерки по недельной главе Торы»

По материалам газеты «Исток»

Избранные комментарии на недельную главу Ваеце

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Б-г находится вместе с нами. Яаков почувствовал это, увидив сон о лестнице, ведущей в небо. Этот мир полон соблазнов, но следует помнить, что присутствие Творца помогает справиться с ними.

Все, что произошло между Яаковом и Эсавом, произошло затем между потомками Эсава и потомками Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

События, произошедшие с Яаковом и Эсавом, служат предысторией всего того, что переживали их потомки. Многовековое противодействие присутствует и в наши дни.

Четыре жены Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

От четырех жен Яакова произошли двенадцать колен. Это не случайное стечение обстоятельств, а воля Б-га.