Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Как говорится «обновится, как орел, твоя юность». Точно так же ощущают себя уповающие на Всевышнего.

Во-вторых, пророк говорит народу: какие претензии могут быть у вас к Провидению, если «Он дает усталому силу и бессильному великую мощь. Устанут юноши и утомятся, и молодые споткнутся, а уповающие на Всевышнего обновят свои силы, поднимут крылья, как орлы, побегут и не устанут, пойдут и не утомятся»?

О чем это говорит? Проанализировав все человеческие претензии к Провидению, мы увидим, что содержание претензий напрямую относится не к Провидению, а к самому человеку. Таким образом, человек из обвинителя немедленно превращается в обвиняемого. Как говорится в миру: должник и заимодавец всегда оперируют обратными установками, а потому никак не столкуются. Заимодавец всегда заявляет, что «долг платежом красен», и вообще: вернуть долг — прямая заповедь Торы. На самом деле, это должен знать должник. Но должник почему-то всегда акцентирует внимание на другой заповеди: «не взыщи»[1], обязывающей, как известно, заимодавца. А что если бы каждый из них рассматривал свои, а не чужие заповеди и обязательства, и делал бы то, что от него требуется? Тогда долг точно был бы красен платежом. Без взаимных упреков и претензий. Но в описанной выше обстановке, когда каждый заостряет внимание не на своих, а на чужих обязанностях, ни долг не возвращается, ни Тора не соблюдается…

И так претензия каждого, по существу, является претензией к себе самому. Заметьте: из какого источника вытекают претензии человека по отношению к тому, как Творец управляет миром? Какие желания движут возмущением? Если не зависть, вожделение и жажда почета, то что же? Они и только они! Только в них — горький корень всех возмущений.

В самом деле, почему человеку нестерпимо, что кому-то досталась лучшая доля? Зависть, исключительно зависть. Вот, с чем мы имеем дело. А почему человеку вдруг страстно хочется чего-то, причем именно здесь и сейчас — вчера ему этого совершенно не хотелось, и завтра он, скорее всего, вновь потеряет к этому всякий интерес? Не вожделение ли это? А почему человеку неприятно находиться на уровне, уступающем уровню его товарища или соседа? Жажда почета, да. Только они и служат помехами на пути человека. Не то, как устроен мир, доводит человека до греха, а его личные дурные склонности — источник всех его грехов. Он хочет лишь следовать своим пагубным привычкам, и «мерзостей жаждет его душа». Но попробуйте упрекнуть его вопросом, почему же он не делает усилий над собой и не стремится к истине. Он тотчас же перенаправит все претензии к Всевышнему. Но можно ли представить себе бóльшую претензию к нему самому: почему он так поглощен своими дурными склонностями? Вот, раби Йеуда, сын раби Илаи, как мы видели, отказался от всего своего виноградника, проявив свое благочестие. И каждый человек обязан задавать себе вопрос: когда же мои поступки достигнут уровня моих праотцев — Авраама, Ицхака и Яакова?

И, выступая с претензиями, человек должен отдавать себе отчет, что сам по себе этот факт свидетельствует о необходимости отбросить все помехи на пути служения Творцу, даже если предположить, что это Он их перед ним поставил. Ведь все претензии и возмущения вытекают из страстных желаний, свидетельствующих в свою очередь о том, в какой степени человек к ним привязан. А все, что связывает человека настолько, что отдаляет его от соблюдения Торы, необходимо отбросить. Но если так, то какие могут претензии?!

Напротив, когда у человека чего-либо нет, это должно его только радовать. Потому что, если бы это у него было, оно бы ему мешало. А так ему ничего не мешает. Как говорят наши благословенной памяти мудрецы, что этот мир подобен соленой воде. Упиваясь ею, человек может воображать, что утоляет свою жажду, но на самом деле с каждым глотком эта жажда только усиливается[2].

Так что нужно просто изменить цель. Тебе чего-то не хватает? Поверь, тем лучше для тебя же! Это послужит тебе замечательным поводом для борьбы с неподобающими желаниями. И на данном этапе эта война — оборонительная. А вот если бы это у тебя было, тут бы понадобилась война наступательная, где шанс поражения выше шанса успеха. Но дело в том, что ты совершенно не задумываешься о войне, тебя интересует лишь воплощение собственных желаний. Но если так, то какие претензии могут быть у тебя к Творцу? Провидение убирает все помехи с твоего пути в час, когда ты не готов, не хочешь от них отказаться сам, желая лишь сиюминутных наслаждений.

Порой человек и сам способен отказаться от всего, что ему мешает. Но, как правило, в этом он подобен богачу, раздающему милостыню. Это — не настоящий отказ. Тот, кто по-настоящему готов отказаться от своих слабостей, предпочтет оборонительную войну наступательной, поскольку и в самом деле желает отдалиться от зла. А вот тот, кто привязан к своим слабостям, предпочитает пойти на компромисс в пользу удовольствий этого мира, пытаясь усидеть на двух стульях. Он думает, что если желания и страсти перейдут разумные границы, он сможет дать им мгновенный отпор. Но на деле это не так. Испытание оставит человека с носом: он растеряет себя, не сумев себя побороть.

Так какие претензии к Провидению? Тебе что-то мешает? Но ты же сам выбрал себе помехи вразрез с Торой! Так что все претензии — к себе самому и больше ни к кому. Какие претензии могут возникнуть по отношению к Творцу, когда ты сам — источник своих бед?! Так сделай же верные выводы из своего горького опыта, и тогда ты сможешь все исправить!

Тот, кто не признает этого, — глупец, не осознающий своих недостатков. А жизненность человека, как сказал Виленский Гаон, в основном зависит от того, насколько он работает над собой, ломая свои дурные качества. И нет другого выбора, кроме как подмять свое дурное начало. И тогда оно отстанет, и никакие каверзные вопросы по поводу Б-жественного Провидения и Его управления миром больше не будут бередить его душу.

И то же самое — насчет возмущения по поводу той прекрасной доли, которая выпала другому, и всех тех мелочей, без которых он (увидев у других) тоскует. И по поводу феноменального успеха во всем тех, чьи таланты уступают его собственному, и по поводу того, что все помехи встают лишь на его пути. На самом деле, и в этом случае возмущаться можно только собой. Почему он все видит в таком свете? Не из-за скупости Провидения, а из-за неуемности его привычек и свойств души. Горсткой муки не прокормишь льва, потому что он — лев, а не человек. А был бы человеком, то не увидел бы, что это горстка. Не голод насущный в большинстве своем служит источником множества человеческих фантазий, а то, что «мерзостей жаждет душа его». А он еще и возмущается, по какому праву ему сокращают мерзости. Но в нем говорит не его душа, а его мерзость. И именно ее — эту мерзость — необходимо искоренить из мира.

Вот о чем говорит пророк. Провидение таково, что «дает усталому силу и бессильному великую мощь». И у человека просто не может быть никаких претензий к Провидению. Бывает, что «устанут юноши и утомятся, и молодые споткнутся». Почему? Потому что все проблемы и притеснения уходят своими корнями в негативные свойства характера. Как зависть вытесняет человека из этого мира. Но выбор остается, и человек всегда может примкнуть к уповающим на Творца, которые «обновят свои силы, поднимут крылья, как орлы, побегут и не устанут, пойдут и не утомятся».

Почему бег предшествует ходу? Эту тему мы уже затрагивали. В любом начинании, когда человек хочет чего-то добиться, самое трудное — начать. Поэтому вначале человек должен себя подгонять и подбадривать, прилагать особые усилия и старания, идти на крайности. И так пока он не достигнет поставленной перед собою цели. Как в знаменитой аллегории Рамбама с железной дугой. Помните? Если мы хотим ее расправить, необходимо изогнуть ее в противоположную сторону, тогда, в конечном итоге, она придет к золотой середине[3]. И так — в работе над каждым качеством. Если мы хотим его исправить и расправить, чтобы оно не выходило за рамки, установленные Торой, человек обязан тщательно разобраться в том, что ему мешает, и отдалиться от всего этого, как можно дальше. Пройдет время, и он, возможно, научится виртуозно использовать каждое качество в свое время и на своем месте.

Все это — ответ пророка на все людские претензии, которые, на самом деле, должны быть обращены к ним самим. Почему люди сокращают свою работу, не желая входить «в узкий вход, куда зашли благочестивые страдальцы»[4]? Потому что позволяют себе расслабиться в самом начале. И одно это уже служит показателем того, насколько далек человек от совершенства, желая лишь того, чего у него нет. Поэтому нет лекарства от его болезни. По-настоящему хорош лишь один рецепт: избрать путь уповающих на Творца, которые «побегут и не устанут, пойдут и не утомятся». Как маленький ребенок, который бегать научается раньше, чем ходить, так человек должен работать над своими эмоциями, пока не укрепится в верном мировоззрении и не устоит на этом новом для него пути.

Почему же у уповающих на Творца не возникает возмущения и претензий? Потому что они работают над собой, полностью меняя свои врожденные качества. Для этого они избирают путь полной, крайней противоположности своему естественному характеру. И вырабатывают в себе отвращение ко всему, в чем можно заподозрить влияние своих дурных привычек и качеств, и уж точно не стремятся к этому, а, напротив, бегут, как от огня. Но почему? Как вырабатывается подобная линия поведения?

Секрет кроется во фразе «поднимут крылья, как орлы». Говорится, что, когда орел состарится, ему становится тяжело нести свое тело, и тогда он сам вырывает клювом старое оперенье, чтобы хоть немного облегчить свою ношу. Вместо старых перьев вырастают новые, и его силы обновляются, как в былые, юные годы. Как говорится «обновится, как орел, твоя юность»[5]. Точно так же ощущают себя уповающие на Всевышнего.

Что тянет человека вниз? Его «старое оперенье» в виде застарелых привычек. Они — тяжелее всего. Полагаясь на них, человек подобен полному слепцу, никогда не видевшему света. И он на всю жизнь останется глупым и низким человеком. Обновляя свои силы, человек меняет их в сторону разума и богобоязненности. В этом для начала необходим разбег: вдохновенное, воодушевленное изучение трудов еврейское этики и действия, идущие в разрез с закостенелыми привычками. Устоявшись на новом, верном пути, человек проверяет каждую вещь, каждый поступок со всех сторон, сверяя, насколько он был бескорыстным и беспристрастным, и не было ли что-либо убавлено или добавлено исключительно под воздействие естественных склонностей и свойств характера.

Такой путь — это путь успеха. Причем главную роль играет в этом не ум или сила, а твердое правило, согласно которому с небес помогают тому, кто пришел ритуально очиститься. Из всего сказанного выше мы можем сделать очевидный вывод, что все претензии вытекают из дурных человеческих качеств. Но претензия должна быть лишь одна и лишь по отношению к самому человеку, находящемуся в плену этих качеств.


[1] Дварим 15:2.

[2] Этическое послание Виленского Гаона.

[3] Илхот деа, алаха 2.

[4] На основе сказанного в Обязанностях сердец.

[5] Теилим 103:5.

С любезного разрешения главного раввина Литвы, р. Хаима Бурштейна