Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Когда можно, а когда нельзя полагаться на чудо

Глава восьмая[1]

Рамбан объясняет, что человек уповающий — это человек верующий. Ведь если он не верит, то на кого же он уповает? Однако не каждый, кто верит, отличается качеством упования[2]. Человек может верить, но опасаться уповать на Творца, считая преградой свои прегрешения. Мы можем видеть это на примере подготовки Яакова к встрече с Эсавом. Яаков боялся возможных последствий греха[3], и это, в самом деле, определенное проявление недостатка упования.

Рамбан обращает наше внимание на слова: «Уповай на Всевышнего и твори добро»[4]. Уповай — даже будучи злодеем, поскольку и злодей, уповающий на Всевышнего, постоянно окружен милосердием с Небес. Тем не менее, это не освобождает его от обязанности творить добро. Недаром сказано, что всякий, кто говорит: «Всевышний уступчив», тем самым «поступается» своей собственной жизнью, укорачивая ее; но упование как бы увеличивает долготерпение Творца[5].

На самом деле, Яаков боялся не за себя, а за рабов и за скот. Доказательство? Когда он разделил свой стан на несколько частей, чтобы хоть одна из них спаслась в случае смертельной опасности, он беспокоился не о женах и детях, а лишь о рабах и скоте.. В отношении же себя и своей семьи он всецело уповал и полагался на Всевышнего. Так пишет Рамбан.

Мы можем еще добавить, что Яаков, имея дело с Эсавом, опасался греха, поскольку в благословении данном Эсаву Ицхак сказал: «Когда ты опустишь его, то сбросишь иго его со своей шеи»[6]. — Стоит Яакову хоть чуть-чуть опуститься, Эсав немедленно получит невероятную силу, способную победить Яакова. Поэтому в этой конкретной ситуации одного упования, действительно, было недостаточно, поскольку малейший грех Яакова мог принести победу Эсаву. Именно этого и опасался Яаков. Не потому что грех автоматически сказывается на состоятельности упования, а потому что в системе взаимоотношений Яакова и Эсава грех Яакова автоматически передает власть над ним в руки Эсава.

Но это — особый случай. Но в том, что касается нас, грех не должен умалять нашего упования, и даже злодей, уповающий на Всевышнего, постоянно окружен милосердием с Небес. Другое дело, что грех не освобождает человека от Божественного суда: Всевышний никоим образом не потакает нашим грехам. Но грех, как свидетельствует Рамбан, ни в коем случае не должен отражаться на нашем уповании.

А как же пророк Шмуэль с его вопросом: «Как пойду я? Шауль услышит (об этом) и убьет меня»[7]? Ведь вот мы видим, что он не желал подвергать себя открытой опасности. Но, если даже злодей, уповающий на Всевышнего, окружен постоянным милосердием с Небес, то пророк Шмуэль уж тем более должен был отличаться упованием и уверенностью. Чего же он боялся? На это мы можем ответить, что, как свидетельствует Писание, Шмуэль молился всю ночь напролет о том, чтобы Всевышний не лишил Шауля царства — «И взывал к Всевышнему всю ночь»[8]. Он очень не хотел этого: Шауль был избран Творцом и помазан на царство пророком Шмуэлем, и Шмуэль не желал видеть перечеркнутыми деяния своих рук. А так как он этого не хотел, то и искал повод избежать новой миссии — помазать на царство Давида. Но истинного страха перед смертью от руки царя Шауля у пророка Шмуэля, конечно, не было. Он — не из тех, кто боялся опасностей, потому что там, где есть место упованию — нет места опасности. Но у него были свои особые причины избежать выполнения новой миссии. А то, что нельзя полагаться на чудо из-за своих возможных прегрешений, были всего лишь отговорки. Ни грех, ни чудеса не умаляют силы упования, и уповающий всегда будет спасен даже там, где существует опасность, и даже притом, что за ним могут числиться прегрешения. При условии, что отличается сильным, крепким упованием.

Но если это всего лишь отговорка, то, как же наши благословенной памяти мудрецы вывели из этого правило, что человеку изначально не следует направляться в опасное место[9]? Но и это — не вопрос. Если бы принцип «не полагаться на чудо» не был распространен, не было бы и никакой отговорки. Невозможно же использовать в качестве отговорки довод, который никем всерьез не принимается. Но почему же все-таки этот довод столь распространен в обществе? Потому что людей, отличающихся мудростью, — не так уж много. И Шмуэль был готов принизить себя, сослаться на то, что он находится не на столь уж высоком уровне упования и не желает полагаться на чудо. Но на самом деле, все это было для него лишь отговоркой, так как человек уповающий, как нас учит Рамбан, вполне может рассчитывать на чудо, не опасаясь груза прошлых грехов.

Кроме того, возможно, вопрос «как пойду я?» следует понимать не риторически, а буквально. Пророк Шмуэль не выражает недоумения «как же я пойду?», он не боится опасностей в дороге, а задает Всевышнему вопрос о том, где проходят границы истинного упования — как именно, каким образом ему следует идти: учитывая естественные факторы или нет? И в этом был смысл вопроса, а не в сомнениях по поводу рискованности пути и возможности его преодолеть. И Всевышний отвечает на заданный вопрос: раз ты спрашиваешь, значит, тебе нужны эти естественные факторы.

Мы уже говорили об этом, разбирая слова наших благословенной памяти мудрецов: «С той поры, как Всевышний сказал эти слова на Синае “Из уст Всевышнего не исходят бедствия и благо”[10], а зло естественным образом нисходит на того, кто вершит зло, тогда как добро достается тому, кто сам делает добро»[11]. И когда человек соблюдает Тору и полон упования на Творца, он — совершенный праведник: его упование доводит его праведность до совершенства. А Всевышний установил так, что праведник, которому хорошо, — это совершенный праведник. Соблюдая Тору и уповая на Творца, он удостоился за это блага. Как сказано: «Благословение, если будете слушать» — за свое послушание Творцу и упование на Него. «И проклятие, если не будете слушать» — а беды настигают того, кто вершит зло, законченного злодея. Потому-то ему и плохо: он не прислушался к голосу Творца и не отличался упованием. За это он заслужил проклятия, ибо за что ему достанется благословение, если ничего хорошего он не делал?


[1] Здесь приводятся главы из раздела «И выбери жизн»ь, имеющие прямое отношение к теме упования.

[2] Вера и упование Рамбана.

[3] Брахот 4.

[4] Теилим 37:3

[5] Иерусалимский Талмуд, Таанит.

[6] Берешит 27:40

[7] Шмуэль 16:2

[8] Шмуэль 15:11

[9] Псахим 8Б

[10] Эйха 3:38

[11] Мидращ Раба 4

С любезного разрешения главного раввина Литвы, р. Хаим Бурштейна


Как объясняет рав дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель, благословения, которые дает Всевышний людям, несут огромное благо. Наши же благословения Б-га являются восхвалением и прославлением. Читать дальше

Браха 1

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

По материалам газеты «Исток»

Какое благословение говорят на шоколад?

Браха Губерман

По-настоящему мудрый человек не будет настаивать на своем мнении, если на чаше весов лежит репутация других людей. История о том, как внук одного из величайших раввинов нашего поколения решил полакомиться шоколадом...

Тайна восемнадцати благословений. Благословение первое

Рав Давид Штайнойз,
из цикла «Главы из книги «Тайна восемнадцати благословений»»

Сравнив Всевышнего с кем или чем бы то ни было, мы неизбежно уподобимся малышу, лепечущему: "Всевышний – как мой ребе!". Глава из книги "Тайна восемнадцати благословений"

Тайна восемнадцати благословений. Благословение второе

Рав Давид Штайнойз,
из цикла «Главы из книги «Тайна восемнадцати благословений»»

Не проще ли было сделать так, чтобы цветы росли без дождя, а человек рождался с запасом энергии на 120 лет? Глава из книги "Тайна восемнадцати благословений"