Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Сказал рабби Ицхак: всякий, кто дает монету нищему, благословляется шестью благословениями.»Талмуд, трактат «Бава батра», 9а
Человек соединен с Всевышним только тогда, когда он направляет к Нему свои мысли

«И встал Пинхас, вифалель» Теилим, 106
«Вэ-этпалель Всевышнему» Дварим, 3

— 1 —

Понятие пилуль (тфила) — это общее название того возвышенного дела, которым мы занимаемся. [Слово тфила обычно переводят, как «молитва», поскольку и то, и другое — это общее название молитв. Однако, по-русски слово «молитва» более подходит в качестве перевода слова тхина, что буквально означает — молитва, мольба. Поэтому в данном контексте мы не переводим слово тфила. — прим. ред.] Тфила — это общее название молитвы в Торе и принятое название у народа Израиля. В объяснении названия тфила я нашел два варианта: смысл первого — суд, как сказано: «вэ-натан бэ-плилим» — «вынес приговор суда». Мудрецы в Мидраш Раба на книгу «Дварим» приводят эту форму молитвы — пилуль, и учат из строки «и встал Пинхас, вифалель», что Пинхас совершил суд. Видимо, они учат это и по поводу молитвы, которую он молился, однако все равно простое объяснение — что он совершил суд, получается, что название тфила происходит от слова «суд».

Однако многие приводят также второй вариант: тфила — от слова «соединение», как сказано (Берешит, 30:8): «нафтулей Элоким нифталти, подобно сестре своей». РаШИ комментирует: «я соединилась, став такой же, как моя сестра». Оба эти варианта — истинны, и это объясняет, почему тфила включает в себя все формы и варианты молитвы.

Если мы берем смысл слова тфила, как «соединение», то не нужно и объяснять, почему эта форма содержит в себе все варианты молитвы, ведь само собой разумеется, что это суть молитвы: соединение мысли и всех чувств человека с его Творцом, как говорит Рамбам («Путеводитель заблудших», ч.3., гл.52): «Ведь я объяснил тебе, что разум, которым нас наделил Всевышний, это “внутренняя связь” между нами и Им, и тебе дана сила: захочешь — укрепишь эту связь, а если захочешь постепенно ослабить ее — и это можешь сделать. Однако помни, что эту сокровенную связь можно укрепить, только если ты будешь использовать свой разум из любви к Всевышнему и только с целью обрести эту любовь. Но если твое намерение использовать разум будет направлено на любую другую цель, кроме любви к своему Создателю, тогда эта связь будет ослабевать все больше и больше. И знай, что даже если ты будешь наимудрейшим из всех людей, обладающим истинной Б-жественной мудростью, как только ты обращаешь свои мысли на еду или какое-то другое дело, которое тебе нужно, ты уже прекращаешь этот близкий контакт между собой и Всевышним, благословен Он, ты уже не с Ним, и Он уже не с тобой, потому что эти отношения между тобой и Им на практике прекратились в этот момент».

Это означает, что реально человек соединен с Всевышним только тогда, когда он направляет к Нему свои мысли. Если так, получается, что название тфила лучше всего выражает общую сущность и цель молитвы, ведь все части молитвы в основе своей предназначены для того, чтобы достигнуть этой замечательной цели — личной связи с Творцом. Ведь даже если человек знает и признаёт реальность Всевышнего (что само по себе является важным духовным уровнем в связи с Творцом, как известно от знатоков истинного служения, что вера — это соединение с Творцом), но это все еще не является реально ощущаемым соединением, и только, когда человек стоит перед Всевышним, и говорит с Ним напрямую, ведет с Ним беседу, тогда этот акт становится настоящим прилеплением к Творцу и реальным соединением с Ним. Согласно закону, как раз молитва Шмона Эсре (по-другому — Амида) специально предназначена для этого. О ней сказано: «человек подобен тому, кто стоит перед царем». И нужно обратить внимание, насколько это буквально. Приведем пример: это подобно человеку, которому завязали глаза шарфом, так, что он не видит ничего вокруг, его водят с одного места на другое, и говорят: «Сейчас ты в таком-то месте, а теперь — в таком-то». Эти разные места — это не эмоциональная картина в сердце и в душе, как в детских играх, когда ребенок закрывает глаза, и представляет себе: «Сейчас я в такой-то стране». Нет, это реальность — этот человек находится в одном месте, а через несколько минут — в другом, в соответствии с тем, куда его ведут. И если вдруг ему скажут: «А сейчас ты стоишь перед царем!», то это не для только того, чтобы он воодушевился и расчувствовался, представляя себе, как он стоит перед царем. Это абсолютная реальность, он действительно там находится! Ведь в момент, когда этот человек стоит перед царем, это является действительностью не только из-за его знания и ощущения, а потому, что это правда — он находится здесь, и царь тоже здесь! А то, что его глаза завязаны, и он не видит царя, ни на йоту не умаляет реальность происходящего. Само собой, что если он сейчас что-то попросит, даже забыв, где находится, и будет говорить сам с собой, или, обращаясь к стоящему рядом, как бы невзначай, то, поскольку он все равно стоит перед царем, и царь слышит его, он смилуется над ним и даст ему желаемое. А если он, не дай Б-г, рыгнет, или зевнет, или плюнет на пол, то еще прежде, чем успеет извиниться, и сказать: «Ой, я не знал, я не почувствовал, в каком важном месте я нахожусь…», один из приближенных царя уже разгневается и снесет ему голову. Точно такова и реальность молитвы — когда еврей молится, его место на самом деле меняется, и он оказывается стоящим перед Всевышним, и это не только ощущения сердца, это действительность сама по себе!

Получается, что в этом соединении, когда человек «прилепляется» к Всевышнему посредством молитвы, есть два варианта: первый — когда человек говорит с Всевышним напрямую, во втором лице, и как мы объяснили из слов Рамбама, что это состояние приводит к соединению на практике; а второй — в основном, когда человек молится Амиду (Шмона Эсре), ведь тогда она становится основой соединения, как сказано в «Шульхан Арухе» (в качестве закона), что человек как бы стоит перед Царем. Какая это величайшая милость, какой подарок Всевышнего — чувствует ли человек что-либо или нет, сила Торы берет и по-настоящему ставит его перед Всевышним. Так что, если его праведный и святой товарищ стоит и читает «Псукей де-зимра» с потрясающим душевным настроем и видит себя стоящим перед Творцом, в великой близости и соединении с Ним, а он сам стоит и молится Шмона Эсре, причем мысли его гуляют во все стороны, и он ничего не чувствует, то, конечно же, с одной стороны, есть особая близость у того, кто ощущает соединение с Творцом в сердце, но с другой стороны — есть и реальность близости места, так что в этом смысле, тот, кто молится Шмона Эсре, в этот момент намного более близок к Творцу, чем его друг.

Однако, чтобы почувствовать это, нужна вера — как в приведенном выше примере, человек с завязанными глазами должен верить, что он и вправду находится в определенном месте. Так же и в молитве: наши органы чувств не воспринимают перемену места, тем более, что вообще об этом понятии «стоит перед Царем» у нас есть много вопросов и непониманий, например, ведь сказано «полна вся земля Славой Его», и т.п. Для этого нам и нужна заповедь веры: верить, что все слова пророков — это истина, и то, что наш разум не в силах это постичь, никак не умаляет истинности реальности. А наши мудрецы сказали, что «слово Всевышнего — это алаха», т.е. алаха, еврейский закон — это великое пророчество из уст Творца, об истинной действительности разных вещей, которые нельзя было бы сказать, если бы они не были написаны в Торе. А в «Шульхан Арухе», в законах о молитве есть алаха: в молитве Шмона Эсре человек стоит перед Царем!

Когда давали клятву, говорили: «Клянусь Тем, Кто находится в этом Доме», а это равносильно тому, как если бы человек клялся Именем Творца. [Т.к. Шхина присутствует в Храме. Поэтому] сказали наши мудрецы («Брахот», 62): «Сказал рав Биби от имени раби Йеошуа Бен Леви: каждый, кто плюет на Храмовой горе в это время, как будто плюет в зеницу ока Всевышнего, как сказано (“Млахим алеф”, 9): “Мои глаза и сердце будут там все дни”». То же самое сказано о молитве (см. «Брахот», 24): «тот, кто плюет во время молитвы — как будто плюет перед царем». Молитва воистину подобна Бейт-Микдашу! А тот, кто говорит, что это лишь слова, пробуждающие чувства человека и помогающие ему обрести нужный душевный настрой — отрицает всю Тору.

Поэтому само по себе состояние, когда человек стоит перед Всевышним и молится, должно вводить его в большой трепет и доставлять огромную радость, он должен получать наслаждение от того, что стоит и на самом деле прилепляется к Всевышнему. Это ощущение невозможно описать на бумаге, и тот, кто хотя бы один раз его чувствовал, знает, что это самое потрясающее удовольствие, не сравнимое ни с каким удовольствием этого мира. Как сказали мудрецы: «Сказал раби Иво: когда будешь стоять и молиться, пусть твое сердце радуется, что ты молишься Б-гу, подобного Которому нет». Но даже и тот, кто не чувствует сердцем величие этого момента, должен верить разумом, что такова простая реальность — он сейчас стоит перед Всевышним.

— 2 —

Если же мы посмотрим на молитву со стороны смысла «суд», то увидим, что и это — замечательное объяснение общей сути понятия «молитва»: что суть молитвы заключается в том, чтобы уметь судить об окружающем нас и различать истину в ее настоящем виде. Дело в том, что есть истина по сути, а есть истина по случаю [т.е. в возникшей ситуации — это суждение истинно — прим. ред.[, и Рамбам комментирует, почему сказано «Г-сподь — Б-г истинный»: что только Всевышний, благословен Он — истина по самой сути, настоящая истина. Объясним его слова: все, что есть в мире, находится здесь по случаю, ведь его могло бы и не быть, а отсюда, само собой, следует, что реальность каждой вещи на самом деле условная. Однако существование Всевышнего обязательно необходимо в этом мире, поэтому Его истинность — это истина по сути, т.е. абсолютная истинная реальность, которой не может не быть.

Рамбам объясняет: если можно было бы представить, что все существующее перестало быть, кроме Него — Он останется пребывать и не исчезнет вместе с исчезновением всего существующего. Поскольку все остальное не может существовать без Творца, в то время, как Он не нуждается в других для собственного бытия. Поэтому истинность Творца не похожа на истинность всего существующего. Об этом говорит пророк[1]: «Г-сподь, Б-г — истина», и только Он — истина, и истинность Его не сравнима с истинностью всего существующего. Об этом также сказано у пророка: «нет ничего, кроме Него…», то есть, не существует ничего, сравнимого с Его истинностью. Таким образом, если человек пожелает расследовать и судить, что есть Истина, то есть, не задаться вопросом, что представляет собой истина в каком-то конкретном деле, а именно — что есть Абсолютная Истина с точки зрения истинного бытия — он сразу увидит, что он стоит перед Творцом. Что Он, благословенный — абсолютная действительность, охватывающая всю остальную реальность.

В чем выражается эта абсолютная Истина? В том, что Всевышний бесконечно велик, могуществен, вызывает трепет и страх! Ведь это — тоже великая Истина, охватывающая все. Чем больше человек вникает в глубины этой Истины, тем более им овладевает желание восхищаться, превозносить, восхвалять, прославлять Всевышнего. Это — естественная реакция человека на осознание этой абсолютной Истины, что неминуемо влечет за собой восхищение Его бесконечностью, а также тем, что Он создал невероятное количество чудесных миров, со всеми их бесчисленными деталями. Поэтому такое исследование этой великой Истины наполняет сердце человека песнопениями и хвалами, как только он осознает, что представляет собой эта Истина.

Когда же человек попытается еще больше исследовать истину, задастся вопросом: какая еще реальность является подлинной истиной, среди всего созданного? Первого, кого он встретит в этом поиске — это самого себя! Ведь человек близок к осознанию своего собственного бытия, больше, чем чего-либо другого. Присмотревшись к себе, к подлинной сути самого себя, человек понимает, что он — незначительное и болезненное создание, постоянно ищущее, как воздух, спасения у своего Создателя. Как только человек это осознает, сразу же все его просьбы поднимаются на его уста в силу осознания этой истинной реальности, что такова правда: он, человек — несовершенен и стремится восполнить свои недостатки с помощью Всевышнего.

Когда же человек продолжит свои поиски истины, и еще раз внимательно вглядится в себя, перед его глазами предстанет истина о чудесных благодеяниях, которыми Всевышний одаривал его от момента его рождения и до данного времени, давая ему жизнь, поддерживая его существование, обеспечивая его пропитанием и всеми удовольствиями и приобретениями, которые у него есть. Тогда он возблагодарит и восхвалит Всевышнего за все это, поскольку такова истина: Всевышний одарил его всем этим богатством. Это и есть истина — что следует восхвалять и прославлять Его за все это.

Здесь мы упомянули три главные части молитвы: хвалебная часть, мольба о своих нуждах, благодарность за свой удел. Все это изольется в молитве, как только человек прочувствует хоть на одно мгновение, что такое настоящая Истина. Это и есть состояние молитвы в самом чистом виде: истинно судить об окружающей реальности, что само по себе пробуждает признание и принятие Истины всем сердцем, и то, что исходит из сердца в силу этого истинного постижения.

— 3 —

Есть тут и еще один момент: каждому здравомыслящему человеку понятно, что настоящее определение любой вещи — это ее форма (т.е. ее внутреннее содержание, предназначение), а не материал, из которого она сделана. Например, если указать на стол и спросить человека: что это? Он не скажет, что это кусок дерева, хотя на самом деле — перед ним куски дерева. В любом случае, он отнесется только лишь к форме вещи — что это стол. Таков естественный, само собой разумеющийся подход человека. Но если показать эту же вещь животному, оно увидит вовсе не стол, а лишь куски дерева, сложенные один на другом. Причина этого в том, что человек, в силу своего разума, вообще не обращает внимания на материал, из которого сделана вещь. Его мысль сразу же видит свойства вещи и ее предназначение, и в соответствии с этим он относится к вещи. Приведем еще один пример: если вы увидите машину, вы не дадите ей определение «слой краски», несмотря на то, что в конце концов, — это единственное, что вы видите своими глазами. И здесь даже животное смотрит чуть глубже, и видит металлическую стенку, хотя металл и скрыт под слоем краски. Но человек, зная, что в машине есть мотор, и она в состоянии двигаться и ехать, не обращает ни капли внимания на сырье, из которого сделан предмет, а смотрит лишь на внутреннее его содержание, на его силы — что и является сутью предмета. Он дает определение вещи по ее предназначению.

После этого вступления, если мы спросим человека, обладающего по-настоящему прямым разумом, указывая на солнце в небе: «Что это?», он ответит, что это — создание, раскрывающее славу Небес. [Как открыли нам наши мудрецы, что все, созданное Всевышним, — создано во имя Его Славы] Ведь на самом деле — это и есть настоящее свойство и суть солнца, и это его настоящее определение — для того, чей разум абсолютно, безусловно прям. Видится, что когда мудрецы сказали о Моше-рабейну, что он постигал пророческое видение, как через кристально чистое стекло, [т.е. он постигал открываемое ему Творцом предельно ясно и четко — прим. ред.], речь идет не только о его постижении пророчества, но и о том, что каждую вещь он видел отчетливо и ясно — то есть, в ее правильном и простом свете: что вся действительность целиком — это выражение славы Небес, и не более того. Речь не о том, что он из ее существования выучил, что такое слава Небес, а просто это — суть и реальность каждой вещи во всем Творении, и таково ее настоящее определение по своей сути. А мы, жители этого мира, которые отвечают на этот вопрос: «Это — солнце, а то — луна», подобны тому, кто видит в машине груду железа, а в человеке — груду плоти и костей, не замечая души, которая в нем. Представьте себе, что кто-нибудь увидит великого Хафец Хаима, и его спросят: «что это?», а он ответит: «сорок килограмм мяса и костей». Это ложь? Нет. Но, о Небо, какая же это слепота! Какое искаженное представление о реальности! Точно так же и тот, кто скажет: это — дерево, это — камень. Разве у него нет души, разве у него нет внутренней сути?! Ведь точно так же, как настоящая суть человека устанавливается его душой, а не его телом, так и настоящая душа любого предмета Творения — это слава Небес, которую он содержит, это и есть настоящее определение его реальности.

Те замечательные моменты молитв, когда человек стоит и судит о сущности мира, и всего, что находится в нем, и всего, к чему человек имеет отношение, и определяет их суть — это моменты, когда человек отчетливо видит истинность Творения и всей реальности. Он видит через все существующее величие Всевышнего, Его славу и Его чудеса, и произносит устами то, что видит его сердце: что суть любой вещи и суть самого человека — это на самом деле не более, чем средство раскрыть славу Небес в мире.

Именно по этой причине все, что вырывается из сердца человека в те мгновения истины, называется тфилой от слова палель — суд, суждение: поскольку вся проделанная в сердце работа, все существование просьбы, восхваления или других частей молитвы являются главным образом плодом осознания истины в ее чистом виде.

— 4 —

В трактате «Брахот», (29 лист), сказано: «Когда ты пускаешься в путь, посоветуйся[2] со своим Создателем, и выходи». Что такое «посоветуйся со своим Создателем»? Сказал раби Яаков от имени рава Хисды: «это — дорожная молитва». В том, что Гемара употребила именно такую форму — посоветоваться, получить совет, есть замечательный намек и для нас. Ведь по-настоящему, в практическом смысле молитва — это прекрасная возможность посоветоваться. Эту мысль иллюстрирует история, которую я слышал от одного из учеников великого машгиаха (духовного наставника) ешивы «Мир» рава Йерухама Лейвовича: однажды одному из его лучших учеников нужно было поехать по какому-то делу в Варшаву. Он упаковал вещи и собрался уже выезжать, но ведь перед отъездом обязательно нужно попрощаться с машгиахом, получить его благословение на дорогу. Комната машгиаха находилась на самом верхнем этаже, и нужно было подниматься туда по лестнице. Когда юноша поднялся на одну ступеньку, он остановился и подумал: «Что я скажу машгиаху? Что по такой-то и такой-то причине мне нужно поехать в Варшаву». Поднялся еще несколько ступенек, и снова задумался: «Что я скажу машгиаху? Что причины такие-то и такие-то…» Так он поднимался и останавливался несколько раз, пока не дошел до двери. Там он остановился, развернулся и стал спускаться по лестнице, потом пошел в комнату и распаковал чемодан — поскольку уже сам понял, что на самом деле не было необходимости в этой поездке.

Насколько замечательна эта простая история — ведь поскольку юноша собирался изложить свои обстоятельства великому человеку, способному критиковать и проверяющему истину, само собой, он и сам проверил все эти причины, и сразу же увидел, что на самом деле есть недостаток в истинности дела, и ему даже не потребовалось заходить в комнату к машгиаху.

Точно так же и по поводу молитвы: у нее есть еще одна огромная косвенная польза, кроме самой сути молитвы, на которую намекает сказанное мудрецами «посоветуйся со своим Создателем». Просто встать и изложить, что именно ты собираешься сделать, Всевышнему, Б-гу истины, и естественным образом получится, что сама по себе молитва будет мгновением истины. Например, тот юноша из ешивы «Мир», о котором мы рассказали — если бы его рава не было в тот день в городе, он бы встал в молитве перед Всевышним, и сказал бы Ему: «Владыка мира, мне нужно поехать в Варшаву, пожалуйста, помоги мне там добиться успеха в таком-то и таком-то деле». И так, если бы он стоял перед Творцом мира, Г-сподом, Б-гом Истинным, и разговаривал с Ним, что, мол, ему нужно то-то и то-то, он сразу бы осознал свою ошибку, поняв, что это вовсе не такое уж необходимое дело, и передумал бы ехать. Получается, что молиться — это в самом прямом смысле означает получать совет Творца.

Точно так же и в делах, которые человеку на самом деле нужны: молитва анализирует их, и проясняет, насколько это действительно важно, и какой вес следует придать данному делу. Например, если человеку нужно купить какую-то одежду — в нашем поколении принято, что ходят по трем-четырем магазинам, чтобы выбрать самое подходящее, а порой человек чрезвычайно внимательно просматривает и десятки вещей. Но если он вначале помолится и попросит помощи Свыше, то, когда он придет к Всевышнему просить именно такой цвет и фасон, какой он хочет — ему тут же станет ясно, что, может быть, Всевышний не в восторге от его просьбы. Может, на самом деле, не так уж принципиально, чтобы вещь была идеально великолепной, вплоть до последней нитки, как ему хочется. Тогда-то человек и обретет более объективный взгляд на свои потребности, как замечательно сказал один знаток истинного служения Творцу: «То, о чем ты стесняешься просить Всевышнего — тебе не нужно!» Как было сказано: «Посоветуйся со своим Создателем — и выходи в путь».


[1] Ирмия, 10:10

[2] В оригинале употреблено слово леималех, что более точно означает — узнать мнение другого, и в свете этого продумать все заново.

 

Трапезы устраивают как в будние дни, так и в Субботы, праздники, на свадьбах, в честь выполнения обрезания мальчику… Могут быть трапезы, связанные с трауром. Расскажем подробнее, в чем смысл проведения таких трапез и как принятие пищи может стать актом служения Творцу Читать дальше