Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Выдающийся комментатор Талмуда и мидрашей, один из духовных лидеров поколения

 

Раби Давид бар Йеуда-Йюдл Лурия из Быхова (р. Давид Быховер; Радаль; 5558-5616 /1798-1855/ гг.) — выдающийся комментатор Талмуда и мидрашей, один из духовных лидеров поколения.

Родился в белорусском городке Быхове, около Могилева, в 5558 /1798/ году — в годрти Виленского Гаона.

Его отец, р. Йеуда-Йюдл, был одним из самых состоятельных коммерсантов в литовском крае — он жертвовал значительные средства для бедняков, обеспечивал одеждой учеников всех хедеров в своем городе, двери его дома всегда были открыты для нищих и странников.

Р. Йеуда-Йюдл пригласил для занятий с сыном одного из лучших меламедов. К десяти годам мальчик уже изучил и знал наизусть десять первых трактатов Талмуда, а в Мишне он «мог по памяти пересчитать все слова» (Гдолей адорот).

В двенадцатилетнем возрасте он был помолвлен с дочерью одного из виленских богачей, и после свадьбы молодые поселились в г. Вильно.

В этом «литовском Йерусалиме» р. Давид познакомился со многими учениками и родственниками Виленского Гаона и собрал обширные сведения о его личности и деятельности (впоследствии его записи легли в основу первой биографии Гаона, составленной р. Йеошуа-Эшилем Левиным;).

В этот же период р. Давид начал работу по изучению и подготовке к печати рукописей Виленского Гаона, — в том числе и рукописей его кабалистических сочинений (Р. Дов Элиах, Агаон с.857).

В годы юности р. Давид также изучил целый ряд естественных наук и несколько иностранных языков, однако, подобно Виленскому Гаону, он никогда не прерывал ради этого своих занятий Торой: языки и науки он изучал только в тех местах, где запрещено размышлять по поводу Торы, — например, находясь в туалете или купальне (Толдот Арадаль).

Р. Давид прожил в Вильно до восемнадцатилетнего возраста, написав здесь свою первую книгу, посвященную анализу талмудического трактата Брахот.

В последующие годы он, также следуя примеру Гаона, отправился в добровольное изгнание (галут) — в облике нищего странника он скитался по городам и местечкам «черты оседлости», глубже знакомясь с народной жизнью и с различными направлениями еврейской мысли (там же с.22).

Возвратившись из странствий, он поселился в Быхове и, возглавив торговое предприятие своего отца, еще более преумножил семейное достояние (Гдолей адорот).

Р. Давид решительно отказывался принять на себя обязанности раввина, хотя ему предлагали занять самые почетные раввинские «троны» — в том числе, и возглавить крупнейшую общину столицы Польши, Варшавы. Основную часть времени он отдавал работе над своими сочинениями, написав десятки исследований, посвященных различным аспектам Торы; кроме того, он преподавал в ешиве, основанной им в Быхове.

Пользуясь своим авторитетом и властью, р. Давид противостоял «просветителям» и «реформаторам веры», которые уже пробовали свои силы в литовском крае. Его противники направили донос в Санкт-Петербург, утверждая, что он подстрекает евреев против российских властей.

В 5599 /1839/ году р. Давид Лурия был арестован и доставлен в кандалах в Петербург — его заключили в Шлиссельбургскую крепость.

На одном из допросов он предстал перед государственными чиновниками высокого ранга. В ходе допроса они заговорили между собой по-французски, желая скрыть от подследственного содержание своей беседы. Р. Давид сразу же поднялся со своего места и отошел в сторону. «Кто тебе позволил встать?!» — грозно обратился к нему по-русски председательствующий сановник. «Я услышал, что вы перешли на французский язык, чтобы я не понял ваших слов, — ответил по-французски р. Давид. — Но поскольку я владею этим языком, то решил, что нехорошо подслушивать». Сановники были потрясены его прямотой и порядочностью — с тех пор они изменили свое отношение к нему, и вскоре он был полностью оправдан и освобожден из-под стражи (Сарей амеа 5:1).

Впоследствии р. Давид установил деловые отношения с целым рядом высших петербургских чиновников и использовал свое влияние для защиты еврейских интересов.

В 5606 /1846/ году в Вильно он встречался с лондонским шерифом сэром Мозесом Монтефиоре, который в качестве ходатая по еврейским делам посетил российского императора Николая I.

На протяжении всей жизни р. Давид сохранил верность творческому наследию Виленского Гаона: он собирал, редактировал и издавал рукописи Гаона, и многие из них сохранились и увидели свет лишь благодаря его стараниям. Он подробно прокомментировал знаменитые примечания Гаона к кодексу Шульхан арух, известные под названием Биур Агра. Именно он инициировал создание первой творческой биографии Гаона, получившей название Алиёт Элияу, и предоставил обширные материалы для ее написания.

В предисловии к этой биографии р. Давид писал: «Основная цель этой книги заключается не в том, чтобы прославить память Гаона р. Элияу — ведь уже сказали наши мудрецы: “Не ставят памятников праведникам, ибо их сочинения и изречения — лучшая о них память”. Но цель книги — пробудить сердца читателей, воспламенить их, вызвать в них желание следовать, пускай даже в самой малой степени, возвышенными путями р. Элияу, как сказали наши мудрецы по этому поводу: “Человек обязан спросить себя: когда мои поступки достигнут уровня поступков Авраама, Ицхака и Яакова?” (Алиёт Элияу)».

Р. Давид Лурия из Быхова умер пятого кислева 5616 /1855/ года.

Среди полутора десятка изданных произведений Радаля (аббревиатура слов «раби Давид Лурия») особой известностью пользуются комментарии к Талмуду и Тосефте, аналитические заметки и примечания к классическому мидрашу Пиркей дераби Элиэзер (Изречения р. Элиэзера) и к сборнику Мидраш раба (Большое собрание мидрашей), а также толкования кабалистической книги Зоар (Сияние), озаглавленные Нефеш Давид (Душа Давида). Многочисленные респонсы Радаля изданы в Йерушалаиме в 5658 /1898 / году под названием Шеэлот ветшувот Арадаль (Вопросы и ответы Радаля).

Его жизнь и творчество обстоятельно освящены в книге Толдот Арадаль (Биография Радаля).

С разрешения издательства Швут Ами


На заре своей истории еврейский народ состоял из 12-ти колен, прародителями которых считаются 12 сыновей Яакова. Каждое колено обладало своей уникальной особенностью. Читать дальше