Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Восточные истории, комментирующие недельную главу Торы

«И дал Я вам в то время повеление обо всех делах, которые вы должны сделать» (1:18)

«Я приказал вам назначить судей, с которыми вы должны разговаривать почтительно и терпеть их… и не унижать их… Ибо каждый оскорбляющий мудреца, отторгнута будет душа его в грядущем мире… И потому человек должен очень остерегаться, чтобы не оскорблять и не стыдить мудрецов, а бояться их и относиться уважительно, дабы не обжечься об угли, так как укус их подобен укусу лисы, лечение которого очень тяжело… Так проклятие мудреца, даже если не кажется серьёзным, и даже не проклинает, а только сожалеет (об оскорблении), поражает тело и имущество (оскорбителя) как укус лисы. От проклятия мудреца — нет излечения…» (Меам лоэз).

Главный рав евреев Грузии р. Яаков Добрашвили давал урок в тбилисской синагоге. Урок закончился, тогда подошёл к нему человек в крестьянской одежде и попросил выйти рава во двор. Там он открыл несколько пуговиц, и оказалось, что под верхней рубашкой скрыта милицейская форма.

«Вы задержаны», — сказал милиционер раву и повёл хахама Яакова в отделение милиции. Задержание было тихим, чтобы не возбуждать членов общины.

Рав Яаков был любим и уважаем членами общины. Кроме знаний Торы, он отличался большим умом, знал, как найти путь к сердцу каждого человека. Большую часть дня рав сидел в синагоге и преподавал Тору.

Арест произошёл в 1923 году. В отделении милиции рав увидел ещё десяток руководителей общины, арестованных в тот же день. Но не долго довелось раву быть вместе с друзьями. Он был изолирован от них и посажен в маленькую и вонючую одиночную камеру.

Время шло. Рава постоянно вызывали на допросы, на которых следователи били и физически истязали рава. После каждого допроса рав возвращался в камеру измученным и измождённым.

В эту ночь истязания были особенно жестоки; всё тело рава было в ранах. С трудом рав смог немного вздремнуть — и вновь вызывают его на допрос. С трудом рав дошёл до комнаты допросов, без сил опустился на стул допрашиваемых — к… вящему удовольствию свежих и бодрых следователей.

Дознание началось, но рав вдруг изменил линию поведения на допросе. Вместо того, чтобы впрямую отвечать на вопросы, попросил рав разрешения рассказать рассказ.

«Расскажи», — сказали следователи, которым стало любопытно.

Начал говорить рав Яаков: «Христиане в Мадриде однажды обвинили евреев города в ритуальном убийстве христианина, чтобы использовать кровь для выпечки мацы. Вследствие обвинения были задержаны видные члены общины и рав города. Рав, который был стар и болен, не мог выдержать пыток и признался в “преступлении”, чтобы избавиться от издевательств».

Говоря, поднял рав рукава рубашки и штанины на ногах, чтобы следователи увидели страшные рубцы и раны, нанесённые раву. Следователи посмотрели друг на друга недоумённо, а хахам Яаков продолжал свой рассказ:

«Царь приказал жестоко наказать всех обвиняемых: посадить их в бочки, наполненные гвоздями, и катать эти бочки по улицам города. Когда подошла дата наказания, то пригласили царя лично засадить обвиняемого в бочку. И вдруг царя поразил сердечный приступ, и он потерял сознание. Понял он, что рука Б-жья была тут. Он приказал провести дополнительное расследование, и тогда правда вышла наружу». Хахам Яаков закончил рассказ и замолчал.

Cледователь хорошо понял, на что намекают слова рава. С язвительной улыбкой он спросил: «Если так, почему же твой Б-г не наказывает следователя, который тебя пытал?»

Вопрос не смутил рава Яакова и он ответил: «Однако я не достоин, чтобы свершилось для меня чудо с небес, как для того рава из Испании, но ясно мне, что день придёт и Б-г отомстит за меня тому следователю-преступнику». Допрос завершился, и рав Яаков был возвращён в камеру.

Тяжёлая ночь была у рава. Он не мог заснуть. Всё время думал о словах, сказанных следователем. В мозгу всё время крутилась мысль: «Достоин ли он, чтобы страдания и мучения были отомщены Г-сподом?»

Наступило утро. Постучали в дверь, и рав подумал, что вновь вызывают его на допрос.

Но он не был взят на допрос. К большому удивлению, рав был введён в большую комнату, чистую и вентилированную. Рава посадили за стол, на котором стояли разные фрукты и еда. Хахам Яаков не верил своим глазам. Он было подумал, что это новая форма издевательств.

Одновременно рав почувствовал странную атмосферу в комнате. Ему показалось, что следователи глядят на него с уважением, смешанным со страхом. Рав абсолютно не знал и не понимал причину происходящего.

Вскоре всё выяснилось. Один из присутствующих рассказал, что рано утром дочь следователя, мучавшего рава, упала в бочку с кипящей водой. Она получила тяжёлые ожоги и умерла. Мать девочки, увидя, что случилось, не выдержала и выбросилась насмерть из окна своей квартиры.

Трагическое событие напугало следователей. Они вспомнили рассказ рава и соединили события. В тот же день рав был возвращён домой и на свою должность.

(Интересно, что в «Вестнике “Швут Ами” номер 18 за 5751 год пишет р. Ицхак Зильбер: “Я хорошо знал рава Яакова Добрашвили… Его пытали: брали раскалённые железные прутья и прикладывали к ногам. Через пятьдесят лет я сам видел его ноги, на них было жутко смотреть, такие жуткие следы оставались от ожогов. Он никого не выдал!”)»

«И услышал Г-сподь голос речей наших» (1:34)

Когда французские власти закрыли в 1938 году высшую мусульманскую школу в городе Талмасан (Алжир), арабы обвинили в этом евреев. Страсти накалились, и в воздухе запахло погромом.

Рав Йосеф Машаш (5642/1882 год, Мекнес, Марокко — 5734/1974 год, Хайфа) потребовал собрать представителей обеих религий города и, к его удивлению, пришли многие пользующиеся вниманием и уважением мусульмане. Впечатляющая речь р. Машаша получила много откликов в печати и также в правительственных кругах. В результате этой речи отношения между общинами улучшились.

Когда арабы в очередной раз подняли вопрос о надежности еврейской клятвы, утверждая, что в вечер Йом кипура евреи освобождаются от всех произнесённых клятв, и поэтому нет никакой ценности в присяге евреев, рав Машаш объяснил, что Коль нидрей освобождает только от обязательств перед Небесами, но не перед людьми или государством. К раву часто обращался за консультациями Верховный суд Франции, высоко ценивший его продуманные и аргументированные речи.

Когда король Марокко Мохамед Пятый приехал в Мекнес, то арабские националисты донесли на евреев королю, будто евреи проклинают ислам. Тогда предстал рав Машаш вместе с уважаемыми членами общины, и речью, составленной им в стихотворной форме, сумел убедить короля в преданности королю его еврейских подданных.

Король, убеждённый речью рава, издал указ, запрещающий впредь арестовывать евреев по обвинению в оскорблении ислама.

Рав Машаш получил королевский знак отличия за подписью короля Мохамеда как знак уважения за преданность режиму, а в 5710 (1950) г. он получил также знак почёта от французского правительства.

Публикуется с разрешения издательства «Швут Ами».


Хотя Йом Кипур — это тяжелый пост, он считается одним из самых важных, торжественных и светлых праздников в Иудаизме. Ведь Йом Кипур — день раскаяния, молитв, очищения и отпущения грехов. Читать дальше

Йом Кипур

Рав Исроэль-Меир Лау

Законы и обычаи святого дня.

Здоровье по Торе. Правила поведения перед Йом Кипуром

Рав Йехезкель Асхаек,
из цикла «Здоровая жизнь по Торе»

Пост не должен оборачиваться телесными страданиями. Несколько простых советов помогут вам заранее подготовиться к Йом-Кипуру и провести его с максимальным комфортом и погружением в молитву.

Законы и традиции поста Йом Кипур

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Каждый из нас должен раскаяться в своих грехах и выполнить в эти дня как можно больше заповедей, чтобы предстать очищенным перед Вс-вышним в этот святой день, как сказано: «Очистите себя перед Г-сподом».

От Йом Кипура к Суккот

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

После дней Суда, Раскаяния и Искупления приходит пора веселья, время прославления Вс-вышнего – праздник Сукот.