Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Суть конфликта греческой и еврейской культур. Кто был изгнан или что было изгнано в период «греческого изгнания»?

В Хануку евреи празднуют военную и идеологическую победу над своими греческими противниками. Мы все еще слышим эхо этого конфликта культур в наше время, когда Уинстон Черчилль написал в своей книге «История второй мировой войны»: «Никакие другие два народа не оставили такого заметного следа в мире, как эти. Каждый из них, совершенно по-разному, оставил нам наследие своего гения и мудрости. Никакие два других города не значили больше для развития человеческой цивилизации, чем Афины и Иерусалим. Их достижения в религии, философии и искусстве были главными маяками современной веры и культуры».

Классические еврейские тексты называют период влияния эллинизма на евреев «греческим изгнанием». Однако на протяжении всего этого периода евреи жили в Израиле, и не было никаких попыток выгнать их со своей родины. Напрашивается вопрос: кто же был изгнан — или что было изгнано?

Мудрецы аллегорически сравнивают существование под властью греков с тьмой в начале творения. В первых двух строках книги «Берешит» читаем: «В начале сотворения Б-гом неба и земли. Земля же была — смятение и пустынность, и тьма над пучиною». Речение «Да будет свет» затем изгнало темноту. Так как светящиеся небесные тела были созданы гораздо позже, этот первый «свет» — не что иное как изначальный свет Божий, а именно, сущность духовности. Таким образом, еврейские мудрецы воспринимали древнегреческий мир как насаждаемую тьму, которая лишена духовности, но может быть исправлена ею.

Несмотря на то, что наши традиционные источники сравнивают греческую культуру с духовной тьмой, они одновременно утверждают, что древняя Греция была самой красивой и культурной из всех цивилизаций. В самом деле, в эллинизме евреи впервые нашли интеллектуальную альтернативу иудаизму. В те дни — как и в наше время — блеск Греции, ее искусство и комфорт привели многих евреев к полной ассимиляции.

Древнегреческое мировоззрение прославило человека как вершину творения — и его ум, и его тело. Со времен Аристотеля, по мнению большинства философов, мир работает по естественным законам, полностью доступным для наблюдения и изучения. Те феномены, которые не удается объяснить, или те, которые лежат за пределами чистого разума или прямого наблюдения, отвергаются как глупость. Мы находим современное выражение этого подхода в распространенной гипотезе о том, что не существует реальности за пределами физического мира. Такие возвышенные понятия, как любовь, свободная воля и душа эта философия объясняет биохимическими процессами организма.

В соответствии с этой точкой зрения, «относительная мораль» правит миром, отрицая существование понятий «абсолютно правильного» и «абсолютно неправильного». Отсюда же проистекают экзистенциальность, философия абсурдной тщетности и бессмысленности жизни. Эти разочаровывающие выводы, к которым пришли в наше время многие, происходят от взгляда на мир как на цирковое представление атомных гаек и болтов, не имеющее какой-либо общей цели или проекта, и объединяющееся только схемами, которые мы, люди, на них проектируем.

Существуют и думающие люди, которые считают смешными рассуждения о бессмысленности жизни. Даже Бертран Рассел, самый красноречивый философ-атеист двадцатого века, признал, «я не знаю, как опровергнуть аргументы в пользу субъективности этических ценностей, но я неспособен верить в то, что единственная проблема бессмысленной жестокости — это что она мне не нравится».

В то время, когда Афины и Иерусалим столкнулись лбами, евреи, верные Торе, продолжали утверждать, что механические законы природы подчинены Творцу. Они увидели сияние, которое было Грецией, не как помутнение разума, а как мрачные оковы человеческого духа. Блестящая духовная сила человечества затмевалась чем-то поверхностным только потому, что оно легче воспринималось человеческим разумом. Это была «темнота» Греции.

То, что греки изгнали — была искра человеческого духа. Они охватили тело и ум, но пренебрегли душой. Традиционные евреи признавали интеллект как самый мощный и надежный инструмент души, и тело, как его доверенного слугу — но не более того. Те, которые оставались верны своим еврейским идеалам, должны были обладать достаточной отвагой, чтобы провозгласить в эллинистические времена ту простую истину, которая совпадает с универсальной человеческой интуицией: объективная мораль и духовность существуют, несмотря на нашу неспособность в полной мере ощутить или рационализировать их.

Не случайно, что чудесная еврейская победа над греками завершилась сравнительно скромным чудом горения одного кувшина масла в течение восьми дней. Горение масла в течение восьми дней символизировало, что в самом материале, из которого физический мир сотворен, содержится совершенно реальная внутренняя составляющая, ожидающая подходящего момента, чтобы осветить нашу жизнь. Задача еврея заключается в том, чтобы рассмотреть внутреннюю составляющую материального — и дать возможность своему духовному потенциалу освещать путь вперед.

В ознаменование нашей победы над темнотой Греции, мы ставим на подоконники свечи, мерцающие мягким светом, чтобы сиять в темноте самых длинных зимних ночей года. Мы вместе с нашим Творцом провозглашаем: «Да будет свет!», изгоняя поверхностную темноту этого мира, напоминая себе и нашим соседям, что глубоко внутри каждого из нас светится духовный уголек, ожидая момента, чтобы возгореться и наполнить мир Б-жественной красотой, которая превосходит то, что глаз может видеть. Это послание Хануки для еврейского народа — быть «светом для народов».

Переложение на русский язык статьи Рава Джоэля Падовица с сайта www.aish.com.


В этой главе Тора продолжает повествовать о жизни праотца Яакова: Яаков возвращается в родные края, где ему предстоит встреча с Эсавом. У Яакова есть все основания предполагать, что Эсав хочет его убить. Читать дальше

Недельная глава Ваишлах

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Беседы о Торе»

Итак, Яаков возвращается в родные края. Ему предстоит встреча с Эсавом. У Яакова есть все основания предполагать, что Эсав хочет его убить. Недельная глава «Ваишлах» («И послал») начинается с рассказа о том, как Яаков готовился к встрече с братом. Он сделал три вещи: собрал подарок, помолился Б-гу и снарядился к войне. И все эти три действия имели глубокий смысл. Начнем с третьего. Всех своих спутников, и скот, и верблюдов Яаков разбил на два отряда. Расчет у него был такой: если погибнет один отряд, то может спастись второй. Действие Яакова учит нас, что нельзя сосредоточивать все в одном месте...

Мидраш рассказывает. Недельная глава Ваишлах

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Почему молчал Яаков?

Борух Шлепаков

Праотец переживает страшную трагедию. Его дочь Дина становится жертвой притязаний Шхема. Почему же Яаков молчал, узнав о произошедшем?

Родители не должны ставить никого из детей в привилегированное положение. Ваешев

Рав Зелиг Плискин,
из цикла «Если хочешь жить достойно»

Родители должны постоянно следить, чтобы их слова и действия не вызвали у братьев и сестер антагонизма. Последствия могут быть трагичными, как это следует из Торы.

«ВАИШЛАХ» («И ПОСЛАЛ»). Две опасности

Рав Бенцион Зильбер

Яаков уходит от Лавана и возвращается на родину. Ему предстоит встретиться с Эсавом, что небезопасно, поскольку, как сообщили Яакову вестники, Эсав вышел ему навстречу с большим отрядом. Яаков отправляет Эсаву дары, на всякий случай готовится к бою, разбив свой лагерь на два стана, и просит Б-га о благополучном исходе встречи. Далее в главе говорится о разрушении города Шхема, о рождении у Рахели второго сына — Биньямина (двенадцатого сына Яакова), а также о смерти Рахели и Ицхака. В конце главы приводится родословная Эсава.

Сделка с дьяволом или сила духа?

Рав Арье Кацин

Коментарии к недельной главе Льва Кацина

Врата востока. Недельная глава Ваишлах

Исраэль Спектор,
из цикла «Врата востока»

Восточные истории, комментирующие недельную главу Торы.

Недельная глава Ваишлах

Рав Реувен Пятигорский

По материалам газеты «Исток»