Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Cлово «традиция» в контексте иудаизма можно понимать двояко. В истинном смысле Традиция — это совокупность всего учения иудаизма во всей его глубине и широте, передаваемая из поколения в поколение

Cлово «традиция» в контексте иудаизма можно понимать двояко. В истинном смысле Традиция — это совокупность всего учения иудаизма во всей его глубине и широте, передаваемая из поколения в поколение.

С другой стороны, в современном еврейском лексиконе слово «традиция» и «традиционность» имеют совершенно другое, более узкое значение. Вот это религиозно-культурное явление мы хотим объяснить.

Передача всего духовного наследия потомкам — дело не всегда простое. Мы знаем много случаев, когда цепочка передачи прерывалась сразу же в первом поколении, разбиваясь о скалы таких глобальных явлений как христианство или коммунизм. Теряли связь со своим народом и те евреи, которые попадали в рабство в Греции и в Риме, а также те, которые были вынуждены под угрозой смерти принимать христианство или ислам. В другие исторические периоды внешнее воздействие было менее радикальным, среда влияла на евреев не так агрессивно, расшатывая вековые устои постепенно. Под этим влиянием в некоторых общинах изучение Торы ослаблялось и верность Традиции (Традиции в истинном понимании этого слова) тоже утрачивалась, но не сразу. Этот процесс растягивался на несколько поколений, где каждое следующее получало лишь малую толику знаний из неисчерпаемого источника мудрости Торы. Как будто из громадного бескрайнего водоема воду переливали в очень бассейн, затем из бассейна наполняли ванну, из ванны — кувшин, а из кувшина — стакан.

Надо понимать, что характерная черта этой новой традиционности заключается в довольно искренней и ревностной приверженности тем моментам Традиции, которые конкретный еврей по какой-то причине считает ключевыми. Так, например, человек, который уже не соблюдает законы Субботы, может каждый год приходить в Йом Кипур в синагогу, организовывать некое подобие пасхального вечера, к тому же примерно соблюдать обряды траура и брака и праздновать бар мицве сыновей. Все это для него — очень важные принципиальные вещи, которых он придерживается, так как осознает себя евреем. Но обычно уже у следующего за таким евреем поколения остается еще меньше точек, связывающих его Традицией. Когда евреи из поколения в поколение не получают полного представления о еврейском наследии и знакомятся лишь с какими-то его фрагментами, то, в конце концов, вырастают носители разбавленной традиции. С одной стороны, они соблюдают какие-то законы и обычаи, с другой — активно отталкивают возможное возвращение к истинной Традиции. Так, скажем, во многих еврейских семьях прошлого поколения в Советском Союзе родители настаивали лишь на том, чтобы дети заключали браки только с евреями. Хотя люди эти не соблюдали заповеди и часто считали себя атеистами. Может быть поэтому фраза «не женись на гойке», казавшаяся абсурдной их детям, стала афоризмом, неотъемлемой частью серии анекдотов о евреях.

Абсолютное большинство современных русскоговорящих евреев европейского происхождения уже давно освободились от остатков какой бы то ни было еврейской традиции. Когда же некоторые из них возвращаются к Торе, то начинают с самых азов, с чистого листа.

Современные евреи, воспитывавшиеся в азиатских странах или на Кавказе, сохранили что-то от Традиции. А в Израиле и в Америке живет громадное число евреев, наверное, несколько миллионов в общей сложности, которые в той или иной форме придерживаются традиционного образа жизни.

Рассказывают такую историю. Одна еврейская женщина светского вида где-то в Америке, приходя в магазин кашерного мяса, оправдывалась, что покупает его для своего пожилого папы, который еще соблюдает кашрут. Потом, когда папа умер, она продолжала приходить за кашерным мясом, оправдываясь, что покупает его для сына, который начал соблюдать кашерность.

Очень часто Тора в ее непосредственном первоначальном виде представляется носителям разбавленной традиции чем-то пугающе радикальным, требующим слишком многого. Я часто сталкиваюсь с подобным явлением, когда общаюсь с людьми, считающими себя традиционными евреями. Обычно они тяжело воспринимают базовые понятия Торы, сравнительно легко понимаемые и принимаемые другими современными раскрепощенными людьми.

Например, ешива «Торат Хаим» в Москве в глазах многих российских евреев выглядит экстремистским учреждением только потому, что передает ученикам знания о Традиции в полной мере. Хотя с точки зрения современного талмудического мира вообще, это крайне свободная ешива с очень мягким отношением педагогов к ученикам.

В довольно известном произведении Франца Кафки «Письмо отцу», в котором автор разбирает свои непростые отношения с отцом, писатель, будучи абсолютно светским и уже свободным от всякой еврейской Традиции человеком, критикует традиционность своего отца. Он даже предполагает, что если бы не вот этот выхолощенный псевдотрадиционный подход отца к наследию еврейского народа, иудаизм мог стать связующим звеном между ними. «…В иудаизме мы оба могли бы найти себя или нашли бы в нем друг друга. Но что за иудаизм Ты внедрял в меня!» — пишет Франц Кафка.

Из журнала «Мир Торы», Москва


Хотя Лея и была не самой любимой — свою вторую жену, Рахель, Яаков любил сильнее — именно от Леи ведут свой род половина израильских колен, в том числе, колено Йеуды. И именно Лея похоронена рядом Яковом в Хевроне. Читать дальше