Статьи Аудио Видео Фото Блоги
English עברית Deutsch
«Отец должен приучать своих детей с малолетства не говорить лашон а-ра — не отзываться плохо о других людях, а также не ругаться и не обманывать»Хафец Хаим, Законы Злоречия, 9, примечание к пункту 6
Сборник мидрашей и комментариев о недельной главе Торы.

Братья отправляются в Египет

За зерном в Египет стали съезжаться со всех концов света. Золото, серебро и другие ценности хлынули в египетскую казну, — ведь Ашем обещал Аврааму, что его потомки "выйдут с большим достоянием" (Берешит 15:14) из Египта.

На второй год голода Яаков сказал сыновьям: "Наши запасы зерна уменьшаются. Не будем вести себя так, чтобы наши соседи стали нам завидовать, думая, что у нас достаточно еды. Я слышал, в Египте до сих пор хватает зерна. Собирайтесь в путь, купите и нам продовольствия".

Говоря это, Яаков произнес редкое слово шевер, означающее два понятия — "зерно" и "надежда". То есть его фразу можно прочитать и так: "Я вижу надежду в Египте". Все это время Яакова не покидало ощущение, что Йосеф жив и находится в Египте. Однако он не был в этом вполне уверен, так как Шехина оставила его, поскольку все это время он продолжал оплакивать своего сына.

После продажи Йосефа не было ни одного дня, чтобы братья не говорили друг другу: "Надо бы поискать Йосефа в Египте и вернуть его отцу!" И вот теперь, когда им представилась возможность отправиться в Египет, они очень обрадовались.

В Египет Яаков отправил только десятерых сыновей, оставив Биньямина дома. Он прекрасно понимал, что им предстоит опасное путешествие, и не хотел подвергать опасности жизнь младшего сына. В конце сборов он тщательно проинструктировал сыновей, как себя вести в чужой стране.

— Не входите в Египет все вместе. Десять молодых, сильных и красивых мужчин могут вызвать зависть у окружающих, поэтому войдите в разные ворота, — сказал им Яаков.

Итак, за зерном в Египет отправились десять сыновей Яакова, именно те, кто присутствовал при продаже Йосефа. Теперь пришла их очередь переносить страдания — чтобы искупить грех, который они когда-то совершили.

Исполняя наставления отца, братья вошли в Египет через разные ворота. Вечером того же дня Менаше принес Йосефу список новоприбывших. Бегло просмотрев его, Йосеф обнаружил имя "Реувен бен Яаков". Тогда он более тщательно прочел список и нашел имена — "Шимон бен Яаков" и "Леви бен Яаков".

Тут же Йосеф издал приказ закрыть все хранилища в стране, кроме одного, а страже этого хранилища приказал: "Я вам даю список из нескольких имен. Как только эти люди придут за зерном, немедленно задержите их и пошлите ко мне".

Прошло три дня, а о братьях ничего не было слышно. Тогда Йосеф приказал отряду солдат обыскать город и найти их. Солдаты отправились на поиски и обнаружили молодых мужчин в квартале, пользующемся весьма дурной славой. Позже выяснилось, что братья искали там Йосефа, так как думали: "Наш брат был настолько красив, что наверняка оказался в таком дурном месте".

Узнав, где они находятся, Йосеф послал к ним Менаше с приказом, что им надо немедленно предстать перед царским наместником.

— Тут, наверное, какое-то недоразумение, — решили братья. — Должно быть, наместник боится, что мы ввезли в страну какой-то дорогой предмет и не заплатили ввозную пошлину. Подозрение с нас снимут очень быстро, как только поймут, что у нас, кроме денег, ничего с собой нет.

Когда братья пришли во дворец, их тут же ввели к наместнику. Им оказался молодой мужчина с короной на голове, одетый в шелковые роскошные одежды. Братьям и в голову не могло прийти, что то был Йосеф. Узнать его было тем более трудно, что помнили они его юным мальчиком, а сейчас перед ними стоял зрелый мужчина с внушительной бородой.

Правитель стал разговаривать с братьями на египетском языке, а помогал ему Менаше, который переводил ему на египетский язык то, что говорили братья, а им — на еврейский слова властелина.

Йосеф сурово обходится с братьями?

Как только братья вошли к Йосефу, они пали перед ним ниц. Его первым побуждением было — обойтись с братьями как можно мягче. Однако тот же ангел, который около Шхема сообщил Йосефу о подлинных чувствах его братьев, занял теперь против них обвинительную позицию и заставлял Йосефа быть с ними как можно суровей.

Непонятно, почему Йосеф должен был быть так суров с братьями? Почему он решил обвинить их в несуществующих грехах? Ведь он наверняка знал, что они не соглядатаи и не пришли сюда для того, чтобы что-то разведать. Зачем он арестовал Шимона и посадил его в темницу? Для чего вернул братьям мешки с деньгами, а затем погнался за ними и предъявил обвинение в воровстве, тем самым заставляя их думать, что теперь Биньямина казнят как вора?

Совершенно очевидно, что Йосеф не делал все это из чувства мести. Единственное, чего он хотел — добиться того, чтобы братья искренне раскаялись в совершенных поступках. Поэтому его поведение по отношению к братьям скорее можно назвать милосердным, чем суровым, ведь в прошлом они совершили пять тяжелых проступков:

— Они ненавидели его и не разговаривали с ним как следует разговаривать родным братьям;

— Они пытались убить его;

— Они бросили его в яму, тем самым подвергнув смертельному риску;

— Они продали его в рабство;

— Они причинили горе Яакову, предъявив ему одежду якобы убитого сына.

И теперь Йосеф хотел, чтобы они прочувствовали каждое из этих преступлений и искренне в них раскаялись. Его побуждение было самым добрым — он хотел, чтобы они расплатились за свои грехи в этом мире.

— Почему он был груб в общении с ними? Не из-за мести. А потому что они должны были получить искупление за свою грубость по отношению к Йосефу в прошлом.

— Поскольку они собирались убить его, Йосеф стал искать предлог, чтобы обвинить их в чем-нибудь, а затем напугать смертельным приговором.

— Они бросили его в яму и за это были наказаны — Йосеф бросил их в темницу.

— Они похитили Йосефа и продали его в рабство, ничего не сказав отцу, — он возвратил им их деньги тайком, чтобы потом обвинить в воровстве.

— Задумав искупить горе, причиненное ими отцу, Йосеф заставил их невинно страдать, обвинив в краже своего серебряного кубка.

Теперь мы видим — все обвинения Йосеф выдвигал против братьев с единственной целью — подвинуть их на совершение тшувы и теи самым спасти от геинома.

Откуда вы пришли? — спросил братьев Йосеф.

— Мы пришли из земли Ханаан, чтобы купить здесь зерно, — ответили они.

Йосеф поднял свой серебряный кубок и сказал:

— Видите этот кубок? Он обладает волшебным свойством раскрывать передо мной любые замыслы. — Затем он постучал пальцем по кубку и сказал: — Мой кубок говорит мне, что вы соглядатаи! Ведь вы вошли в разные ворота наверняка для того, чтобы выведать слабые места в нашей стране.

— Наш господин! — испугались братья. — Мы ни в чем не виноваты. Мы не соглядатаи, поскольку пришли в твою страну только для того, чтобы купить здесь зерно. Нас послал сюда старый отец, это он приказал нам войти в город по одному через разные ворота, чтобы не привлекать к себе никакого внимания.

— Если верно то, что вы сейчас говорите, то почему вы оказались в квартале, пользующемся дурной славой? — спросил Йосеф.

— Мы искали однажды потерянное, — ответили братья. — Ибо думали, что вдруг нам повезет и мы обнаружим там нашу пропажу.

— Что вы там искали, лжецы? Мой кубок показывает, что двое из вас однажды уничтожили целый город. Вы теперь хотите проделать то же самое и в Египте? И еще — однажды вы продали арабам своего брата! — закончил свои обвинения Йосеф.

Братья затрепетали в ужасе.

— Наш господин, — еле промолвили они. — Нас двенадцать братьев, мы сыновья одного человека, живущего в Ханаане!

— Тогда где ваши два брата?

— Младший остался дома с отцом, а другого — нет!

— Что это значит? — удивился Йосеф. — Где же он?

— Мы продали его.

— За сколько?

— За пять селаим.

А если кто-нибудь предложит вам его обратно за те же деньги, вы готовы заплатить?

— Конечно, готовы! — поспешили ответить братья.

— А если его хозяин потребует от вас за него десять селаим!

Мы заплатим и десять.

— А если он запросит выкуп в сто селаим! — продолжал допытываться Йосеф.

— Мы дадим ему и эту сумму.

— А если его хозяин вообще откажется предоставить ему свободу? — упорствовал Йосеф.

— У нас есть решение и на такой случай. Мы либо убьем хозяина, либо погибнем сами, — ответили братья.

— Вот тут-то вы и выдали себя! Я был прав, когда говорил, что вы пришли сюда, чтобы убить жителей этого города. Чем вы можете доказать, что говорите правду? Клянусь жизнью фараона, что вы не выйдете из Египта, пока ваш младший брат не придет сюда!

Всякий раз когда Йосеф давал ложную клятву, он клялся жизнью фараона. Братья, не знавшие, что для него жизнь фараона не представляла никакой ценности, думали, что он клянется ею как самым дорогим сокровищем.

Из поведения Йосефа ясно, что, несмотря на свое высокое положение, он не прекращал занятия Торой и соблюдал ее основные предписания. Так, в соответствии с требованием Торы, он не мог дать ложную клятву, произнеся Имя Ашема.

Йосеф приказал братьям:

— Пусть один из вас приведет брата из земли Ханаана, в то время как остальные останутся здесь и будут помещены в темницу. Вот тогда я смогу быть уверен, что вы говорите правду!

Таким образом все братья оказались в темнице. На третий день Йосеф сказал им:

— Если вы дорожите своими жизнями, сделайте так: пусть один из вас останется в темнице, а остальные пойдут домой, чтобы принести зерно вашим голодным семьям. Вернуться же вы должны вместе с вашим младшим братом. Так ваши слова будут проверены, и вы не умрете.

— Все это произошло с нами не случайно, — говорили братья между собой. — Несчастье постигло нас за то, что мы были жестоки к Йосефу. Мы не послушали его, когда он плакал и умолял нас пощадить его жизнь. Теперь и мы не можем добиться правды — чтобы нас и выслушали, и пощадили.

Как мы видим, братья были большими праведниками. Они связали свой давнишний тяжелый проступок с теми событиями, которые им приходилось переживать сейчас, так как поняли, что Ашем наказывает их за прошлые злодеяния. Это учит нас тому, что все, что происходит в нашей жизни, посылает нам Ашем. Никакое событие нельзя объяснить случайностью или совпадением.

Реувен упрекал братьев: "Разве я не говорил вам — не грешите против ребенка? Вы не хотели прислушаться к моим словам. Теперь мы страдаем в наказание за его кровь и кровь нашего отца!"

Так как между ними и Йосефом был переводчик, братья не могли знать, что Йосеф, внимательно слушающий их разговор, понимает их. Если бы они это знали, от них не ускользнуло бы то, что Йосеф плачет.

Совершенно очевидно, что Йосеф сочувствовал сейчас своим братьям, и ему было бы гораздо легче прекратить весь этот маскарад и открыться им. Ему было жаль и отца, которому предстояло страдать теперь и за Биньямина, когда узнает, что его нужно отпустить в Египет для вызволения всех остальных братьев. Однако он счел более важным действовать именно так, ибо теперь не сомневался — его пророческие сны должны сбыться! Ему должны поклониться все одиннадцать братьев! Поэтому он собрал всю свою волю и не раскрыл братьям, кто он такой.

Вечером Йосеф вызвал семьдесят стражников и объявил им: "Я разоблачил преступников! Возьмите под стражу одного из них!"

Йосеф приказал взять под стражу Шимона, ибо хотел отделить того от Леви. Опыт показывал, что при желании они вместе могут натворить большие беды, как уже однажды случилось в Шхеме.

Кроме того, заключение в темнице было для Шимона наказанием по принципу мида кенегед мида (мера за меру) — за то что именно он в свое время бросил Йосефа в яму. Когда стражники приблизились к Шимону, он издал такой оглушительный вопль, что те в ужасе попадали на пол. Придя в себя, они выбежали наружу, оставив Йосефа и Менаше разбираться с подозреваемыми. Йосеф приказал Менаше: "Взять его под стражу!" Тогда Менаше поднялся, подошел к Шимону и ударил его с такой силой, что Шимон в изумлении сразу же подчинился. "Это удар из нашего дома!" — сказал он, проходя мимо братьев.

Когда Шимона увели в темницу, Йосеф приказал стражникам, чтобы те обращались с ним уважительно, несмотря на то что Шимон в свое время отнюдь не был сострадателен к нему.

Йосеф приказал своему домоправителю: "Наполни мешки братьев зерном!" А потом тихонько прибавил: "Положи им в мешки и деньги, уплаченные за зерно".

Братья погрузили купленное зерно на своих ослов и ушли домой с тяжелым сердцем, оставив Шимона в египетской темнице. Как их теперь встретит отец?

Впереди их ждала еще одна неприятность. Когда они остановились на ночлег, Леви развязал свой мешок, чтобы дать ослу корм, и обнаружил, что деньги, которые он заплатил за зерно, каким-то образом оказались на старом месте. Он обратился к братьям: "Мои деньги на прежнем месте! Я нашел их в мешке с зерном".

Ашем заставил именно Леви первым пережить эту неприятность, ибо Леви первый увидел приближающегося Йосефа и сказал Шимону: "Вот, идет сновидец!" И теперь страдания из-за вернувшихся денег были Йеуда успокоил братьев в надежде, что, как только в доме кончится запас продуктов, Яаков передумает и разрешит им отправиться в Египет вместе с Биньямином.

И, действительно, как только были съедены все продукты, Яаков сказал:

— Пойдите еще раз в Египет и купите немного зерна. В ответ на это Йеуда сказал ему:

— Мы получили предупреждение от наместника фараона, который сказал нам: "Не увидите моего лица, покуда ваш брат не будет с вами". Мы пойдем только в том случае, если ты отпустишь также и Биньямина!

— Зачем вы упомянули наместнику, что у вас есть еще один брат? — спросил в отчаянии отец.

— Нет смысла скрывать что-либо от него, — ответили сыновья. — Он знает о нас совершенно все. Если его спросить — из какого дерева были сделаны наши колыбели, он ответит и на этот вопрос. Когда он спросил, есть ли у нас отец и брат, мы ответили, что есть. Нам и в голову не могло прийти, что он потребует, чтобы мы привелю его!

Убедить отца попытался Йеуда:

— Отец, если мы не отправимся в Египет за зерном, то все погибнем от голода, — и наши жены, и дети, и скот. Если же мы возьмем с собой Биньямина, то, согласен, вполне может случиться, что его бросят там в темницу. Так какая из этих двух возможностей предпочтительней для тебя? Не лучше ли Биньямину отправиться с нами, подвергая себя опасности, чем обречь всех на неминуемую гибель от голода? Поверь мне, я буду нести за него ответственность. Если я не верну его тебе, то потеряю свою долю в этом мире и мире грядущем!

"Должно быть, Ашем потому заставил меня сейчас столько переживать за своих детей и дрожать за Биньямина, что в свое время я заставил своего отца дрожать, когда брал у него благословение!" — подумал Яаков.

После того как Йеуда поручился за Биньямина своей долей в этом и будущем мире, Яаков согласился отпустить с ними младшего сына и дал сыновьям такие наставления:

— Принесите правителю Египта подарок — отборнейшие плоды Эрец Исраэлъ. Чтобы заплатить за новое зерно, принесите ему денег вдвое больше, чем предлагали ему в первый раз, ибо вполне может быть, что за это время цена на зерно поднялась. Верните также деньги, которые вы обнаружили, вернувшись домой. А теперь, берите Биньямина и идите к тому человеку!

Затем Яаков сел и написал письмо:

"Мир тебе, наместник Египта, мудрый и могучий правитель, которого называют "Делающий тайное явным"!

Я старый человек, состарившийся преждевременно, ибо каждый день оплакиваю своего пропавшего сына Йосефа.

Когда в нашем доме начался голод, я послал своих десятерых сыновей в Египет, чтобы они купили там зерно. Я велел им войти через разные ворота, чтобы не вызывать завистливых взглядов и наказал им поискать нашего пропавшего сына Йосефа.

Как ты мог обвинить их соглядатайстве? Я слышал о твоей мудрости и познаниях в толковании снов. Как же ты не смог распознать, что мои сыновья ни в чем не виновны?

Теперь я посылаю к тебе моего младшего сына Биньямина, но умоляю тебя — храни его, чтобы он вернулся домой целым и невредимым.

Ты, видимо, слышал о том, что случилось с фараоном и с Авимелехом, когда они похитили Сару, жену моего деда Авраама. Ты, наверняка, знаешь также и о том, как мой дед Авраам с маленькой горсткой людей победил войско четырех царей. Слышал ты и о том, что сделали мои сыновья Шимон и Леви с восьмью аморейскими царями в отместку за их преступление против моей дочери Дины. Если что-нибудь случится с Биньямином — они могут совершить то же самое и в Египте.

Наша сила — это сила Б-га! Если мы помолимся Ему, то Он уничтожит тебя и твоих людей. Поэтому я умоляю тебя сохранить Биньямина.

Да дарует тебе Г-сподь успех в твоих делах!

Твой слуга — Яаков, сын Ицхака, внук Авраама".

Яаков отдал письмо Йеуде, чтобы тот вручил его наместнику.

— Вы взяли с собой подарки и деньги? Ваш брат с вами? Что вам еще нужно? — спросил отец.

— Твое благословение, — ответили сыновья.

— Да дарует вам Ашем, Всемогущий Владыка, сострадание в лице правителя и да возвратит Он Биньямина и другого вашего брата!

То были пророческие слова. Ашем действительно возвратил также и другого брата — Йосефа.

— Да не отнимет у меня Ашем больше никого из моих детей! — продолжил Яаков. — Да положит Тот, Кто в грядущем уничтожит всякое страдание, конец моим бедам!

Итак, братья отправились в Египет, откуда через некоторое время сообщили отцу о своем прибытии.

Йосеф приглашает братьев на обед

Увидев братьев, Йосеф больше всего обрадовался встрече с Биньямином. Он позвал Менаше и сказал ему: "Приведи этих людей ко мне во дворец и приготовь все для их приема — в полдень они будут у меня на обеде! Но пусть они сами забьют животных и проследят за тем, чтобы был отделен гид анаше (седалищный нерв, запрещенный в пищу), а ты потом приготовь еду и распорядись относительно шабата". (Отсюда мы узнаем, что Йосеф не прекращал соблюдать шабат и другие предписания Торы даже находясь в Египте.)

Услышав, что их приглашают во дворец наместника царя, братья насторожились. Действительно, до них в дом к наместнику не приглашали никого, все ночевали на постоялых дворах. "Что бы это могло значить? — думали братья. — Наверняка этот человек опять замышляет против нас какие-то обвинения".

Братья поразмыслили и решили, что их ведут к нему домой из-за тех денег, которые они обнаружили в своих сумках на обратном пути. "Теперь он обвинит нас и найдет повод сделать нас своими рабами", — решили они и подошли к надзирателю дома Йосефа — Менаше, чтобы тот объяснил им, в чем дело.

— Наш господин, — обратились они к Менаше. — Мы уже приходили сюда раньше, чтобы купить зерно. Для нас это унижение, ибо у себя дома мы, как правило, сами продаем хлеб другим. Кроме того, с нами здесь произошло несколько странных историй. Например, мы вернулись домой с мешками купленного зерна и обнаружили в них деньги, которые раньше за это зерно уплатили. Сейчас мы принесли эти деньги назад, чтобы вернуть их, ибо не знаем, как они снова очутились в наших мешках.

Надзиратель, он же Менаше, ответил им:

— Мир вам! Не бойтесь ничего. Я знаю, о каких деньгах идет речь, но вы не должны ничего бояться, ибо ваши деньги положил обратно я сам и сделал это намеренно. Ваш Б-г, Б-г ваших отцов, вернул вам ваше богатство!

Затем он пригласил братьев во дворец Йосефа, который вышел им навстречу вместе с Шимоном. Им был оказан теплый прием — они смогли помыться после тяжелой дороги и покормить уставших ослов. Утром братья вынули подарки, предназначенные Йосефу, и разложили их по драгоценным сосудам. Поблагодарив их, Йосеф поинтересовался здоровьем их отца и деда. Они ответили:

— Все спокойно у твоего слуги, нашего отца; он еще жив. — При этом они склонили головы и поклонились Йосефу.

Так как вопрос об их деде Ицхаке они оставили без ответа, Йосеф решил, что тот умер. Однако на самом деле Ицхак скончался только через десять лет.

Если человеку задают вопрос, и в ответ он должен сообщить печальную новость, не следует отвечать прямо. Рекомендуется либо промолчать, тем самым указывая, что новость такова, что трудно о ней говорить, либо дать косвенный ответ.

Р.Хия бар Аба однажды встретил в Вавилоне человека, который только что прибыл из его родного города, и спросил его:

— Как поживает мой отец?

— Твоя мать велела мне выяснить, как ты поживаешь? — ответил тот.

— Я спросил тебя о моем отце, — сказал р.Хия, — а ты мне рассказываешь о матери.

— Если хочешь, я могу сообщить тебе о благополучии живых, — снова уклончиво ответил тот человек.

Когда р.Каана заболел, мудрецы послали р.Иеошуа узнать о его состоянии. Придя к больному, р.Иеошуа узнал, что р.Каана уже скончался. Вернувшись, он не стал сообщать печальную новость о смерти учителя, а разорвал свои одежды и заплакал. Его спросили: "Он умер?"

— Не я принес это горестное известие, — ответил мудрец, — вы сами произнесли эти слова. Я поступил в соответствии с предписанием {Мишле 10:18): "Кто произносит недобрые слова, тот глуп".

Йоханан Хакука обошел несколько деревень, чтобы посмотреть, как взошел новый урожай. Когда его спросили, хороша ли пшеница, он ответил: "Ячмень хорош", — ибо не хотел сообщать неприятную весть о неурожае пшеницы. Учителя поправили его: "Почему ты говоришь про ячмень, это же корм для скота? Ты уж лучше скажи: "Прошлогодний урожай был хорош" (имея ввиду, что урожай этого года скуден).

Увидев Биньямина, Йосеф обрадовался, ибо Биньямин был похож на Рахель, их мать.

— У тебя есть дети? — спросил Йосеф Биньямина.

— Есть, — ответил Биньямин.

— Сколько?

— Десять.

— Как их зовут?

Биньямин назвал их имена: Бела, Бехер, Ашбель, Гера, Нааман, Ахи, Рош, Мупим, Хупим, Эрд. На это Йосеф заметил:

— Какие странные имена.

— Видишь ли, — объяснил Биньямин, — у меня был брат от моей матери. Он был особенный человек, и поэтому я назвал своих детей в память о нем:

— Бела — его увели чужеземцы, и я не знаю, где он.

— Бехер — он был первенцем у нашей матери.

— Ашбель — возможно, он попал в плен.

— Гера — скорее всего, он живет в чужой стране.

— Нааман — его дела были чудесны.

— Ахи — он был мне братом и по отцу, и по матери.

— Рош — для меня он был наставником, и ему было суждено стать вождем-наставником также и моих братьев.

— Мупим — он был прекрасен и телом, и душой. Он знал все законы, алахот, которые передал ему мой отец от Шема и Эвера.

— Хупим — его не было на моей свадьбе, и я не был на его свадьбе.

— Эрд — лицо его было подобно розе. Это имя также напоминает фразу, однажды произнесенную моим отцом: "В скорби сойду в могилу, от того что потерял его".

Йосеф был чрезвычайно растроган этим. "Да будет Б-г милостив к тебе, мой сын", — благословил он его.

Тут же Йосеф вышел из комнаты, ибо не мог сдержать своих слез, и вернулся только тогда, когда успокоился и привел себя в порядок. После чего продолжил разговор с братьями, но старался держаться с ними сурово.

Даже после того как братья привели к нему Биньямина, Йосеф по-прежнему вел себя с ними как чужой. Он испытывал их, чтобы проверить, пожертвуют ли они ради Биньямина своими жизнями, чтобы тем самым искупить равнодушие к прошлым страданиям Йосефа.

— Помогите мне расставить столы, — сказал Йосеф, а затем поднял свой "волшебный" серебряный кубок и притворился, будто колдует над ним. Для начала он сказал: — Мой кубок говорит, что Йеуда должен сидеть во главе стола. Он царь, а царю подобает быть впереди. Реувен пусть сядет сразу же за ним, ибо он первенец.

Йосеф рассадил братьев так, чтобы за каждым из четырех столов сидели сыновья одной матери. Когда очередь дошла до Биньямина, Йосеф сказал: "У него нет матери, и у меня нет матери! Пусть сядет рядом со мной".

Братья были в изумлении, они никак не могли понять, что все это значит. И это тоже было им в наказание — ибо сразу же после продажи Йосефа они, как мы помним, тоже сели за трапезу; вот и сейчас — они должны были есть в великой тревоге. Впервые за двадцать два года после продажи Йосефа они пили вино — все эти годы они воздерживались от вина в знак раскаяния в совершенном преступлении. Йосеф также все это время не пил вина, ибо был продан, но теперь и он пил вместе с ними.

В середине трапезы Йосеф приказал, чтобы ему принесли астрологическую карту, по которой он предсказывает будущее.

— Я слышал, что вы, евреи, мудрый народ, — сказал он Биньямину. — Знакома ли вам астрология?

— Твой слуга знает все науки, которым обучил его отец, — ответил Биньямин.

— Тогда посмотри на эту таблицу, — сказал Йосеф, — и попробуй определить, где находится твой брат Йосеф, которого, как ты уже сказал, вероятнее всего, увели в Египет.

Внимательно изучив таблицу, Биньямин сделал необходимые расчеты и нашел, что его брат Йосеф сидит сейчас рядом с ним. Он был потрясен.

— Чему ты удивляешься? — спросил его Йосеф.

— Эта таблица показывает, что мой брат Йосеф сидит рядом со мной, — ответил Биньямин. Йосеф прошептал ему:

— Это правда. Я — Йосеф, твой брат. Но не открывай этого твоим братьям. Я отошлю тебя вместе с ними и найду повод, чтобы вас привели обратно в город. Затем я заберу тебя от них и посмотрю, готовы ли они отдать свои жизни, чтобы спасти тебя. Если они станут защищать тебя, я буду знать, что они раскаялись в своих прошлых проступках. Тогда я откроюсь им. Но, если они дадут мне заключить тебя в темницу, не открою им, кто я на самом деле.

Каждый из братьев получил от Йосефа по подарку. Больше всех повезло Биньямину, который получил сразу несколько подарков, поскольку Йосеф сообщил своей жене и сыновьям, что Биньямин — его родной брат по линии матери.

Братьям предъявлено обвинение в краже кубка у Йосефа

Братья оставались у Йосефа до конца шабата. Рано утром, когда все еще спали, Йосеф дал Менаше распоряжение наполнить мешки братьев зерном, каждому возвратить его деньги, а в сумку младшего, кроме денег, подложить и серебряный кубок.

На рассвете Йосеф попрощался с братьями, и они отправились в обратную дорогу.

Некий владелец постоялого двора имел обыкновение советовать своим гостям не задерживаться у него, когда наступает ночь, а смело продолжать свой путь. — "Я могу проводить вас, мне нечего бояться, мое копье и мой меч не раз выручали меня в опасных ситуациях", — говорил он путешественникам. Но как только те отправлялись в дорогу, на них нападали разбойники. Хозяин возвращался домой, где его уже ждали разбойники, чтобы вместе разделить награбленное.

Как-то раз на этом постоялом дворе остановился р.Меир. Посреди ночи к нему в комнату вошел одетый хозяин, который разбудил р.Меира и предложил ему немедленно отправиться в путь под его надежной охраной.

— Я не могу отправиться в дорогу, — сказал ему р.Меир, — ибо жду своего брата, с которым мы и отправимся дальше.

— А где твой брат? Я могу пойти и поискать его.

— Он в синагоге, доме молитвы, — сказал ему р.Меир.

— Как его зовут?

— Ки-Тов, — ответил разбойнику р.Меир.

Хозяин пошел в синагогу и всю ночь искал там брата р.Меира, выкрикивая его имя, но никто на это имя не отзывался.

На следующее утро, когда р.Меир проснулся и собрался в обратную дорогу, хозяин, недоумевая, задал ему вопрос:

— А где твой брат?

— Как где? Вот он, всюду. Он давно уже пришел. Это дневной свет, о котором сказано в Торе: "И увидел Б-г свет, который хорош (ки тов)".

Братья находились еще в пределах города, когда Йосеф приказал Менаше:

— Отправляйся за ними в погоню и потребуй, чтобы они вернули мне кубок. Скажи им: "Почему вы отплатили злом на добро? Зачем украли кубок? Разве не с помощью этого кубка мой хозяин вершит волшебство? Это очень дурной поступок".

Менаше догнал их в дороге и передал слова, сказанные отцом. Братья ответили ему:

— Как может наш господин говорить такие слова? Мы хорошо знаем, что воровство запрещено по закону. Ведь мы вернули деньги, которые нашли в своих мешках. Неужели теперь ты можешь предположить, что мы способны украсть золото или серебро из дома нашего повелителя? Если кубок найдется в чьем-нибудь мешке, мы все согласны стать рабами нашего господина!

— Вы правы, — ответил им Менаше. — Если кто-то один среди вас вор, следует наказать всех. Но я обойдусь с вами более великодушно и потребую в рабы только того, кто взял кубок!

Братья сняли с ослов свою поклажу и дали Менаше проверить ее.

Чтобы его не заподозрили в том, что обвинение ложно, Менаше начал с поклажи Реувена, старшего. Наконец он дошел до сумы Биньямина — и на виду у изумленных братьев вынул из его сумки кубок.

— Вор, сын воровки! — закричали братья на Биньямина. — Твоя мать, Рахель, украла у Лавана его терафим. Таков и ты!

— Неправда! — пытался объяснить им Биньямин. — Неужели вы не видите, что происходит: вы получаете сейчас наказание за то, что обманули отца, обмакнув в кровь одежды Йосефа, и за то, что продали своего брата!

Р.Йосе сказал: "Да будет моя доля среди тех, кого ложно подозревали в чем-либо".

За те удары, которые Биньямину пришлось вынести от братьев, его называют "другом Ашема". "Шехина остановилась над полем его колена", — так сказал Моше в своем последнем благословении (Дварим 33:12): "Сей возлюбленный Ашемом безопасно живет при Том, Кто осеняет его всегда и обитает в его среде".

Братья разорвали свои одежды. Теперь пришло время, и Ашем наказывал их по принципу мида кенегед мида за то, что, продав Йосефа в рабство, они заставили Яакова разорвать одежду в трауре по сыну.

Каждый из них снова нагрузил своего осла, и они вернулись во дворец, чтобы пасть ниц перед Йосефом.

Так исполнился пророческий сон Йосефа о том, что одиннадцать звезд поклонятся ему.

В этот час Йосеф обычно разбирал судебные дела при дворце фараона, но на этот раз он остался дома, чтобы не позорить своих братьев публично.

—Как вы могли так поступить?—недоумевал Йосеф. — Разве вы не понимали, что я все равно узнаю, кто украл мой кубок? На что вы надеялись? На то, что, потеряв кубок, я не смогу узнать, где он? Я даже знаю, почему именно Биньямин украл его, — он хотел с помощью кубка узнать, где находится его пропавший брат!

Йеуда ответил:

— Что мы теперь можем сказать нашему господину? Как можем оправдаться? Деньги, которые мы нашли в наших сумах, были делом твоих рук — ты подложил их.

То, что происходит сейчас, тоже подстроено тобой. Мы невиновны в краже кубка, но получаем наказание от Ашема за тяжкий грех, совершенный нами много лет назад. А теперь — мы готовы стать твоими рабами вместе с нашим младшим братом.

Произнеся эту фразу, Йеуда тем самым исполнил еще одно наказание: за то, что братья продали Йосефа, они теперь были вынуждены сами покориться рабству.

— Я отнюдь не собираюсь делать вас рабами, — сказал Йосеф. — Лишь тот человек, в чьем мешке был найден кубок, станет моим рабом. Остальные могут возвратиться с миром к отцу!

Итак, Йосеф был некогда продан за двадцать серебряных монет — за серебро. Теперь искупление этого греха пришло с помощью серебряного кубка.

Услышав суровое заключение Йосефа, братья отступили в сторону, и лишь Йеуда, поручившийся за Биньямина перед отцом, остался стоять на месте.

Ашем подверг Йеуду самым большим мучениям, ибо именно он предложил продать Йосефа. Братья всегда прислушивались к его мнению и подчинились бы ему и в тот раз, если бы он потребовал от них — не прикасаться к Йосефу. Теперь он искупал свою вину.


Нравится!
Поделиться ссылкой:
Нажимая на «Нравится» или «Поделиться ссылкой», вы выполняете заповедь распространения Торы!

Тема дня
Первородный грех
Для чего Хава подвела под грех своего мужа?
Все знают историю о том что Хава и Адам согрешили в Эдемском саду, вкусив запретный плод. Были ли их мотивы и намерение такими, как может показаться на первый взгляд? Каков духовный корень этого проступка? Читать дальше