Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Факт необходимости устных объяснений к Пись­менной Торе опровергает нападки многих и многих критиков

При всей красоте сюжетов и глубине идей То­ра оставалась бы закрытой книгой, не будь признанных традицией объяснений и толкований, раскрывающих ее тайны.

Тора Письменная не может существовать без Устной Торы: ее краткость и стиль подразумевают, что читатель располагает инструкциями по «расшифровке» ее инфор­мации. Например, Тора указывает (Дварим 12:21), что скот, который человек собирается употребить в пищу, должен быть зарезан специальным образом: «как Я заповедал тебе». Но каким именно образом это надо делать, что такое ритуальный убой — нигде в тексте не говорится. Тем не менее фраза «как Я заповедал тебе» ясно показывает, что требуемый способ убоя должен быть известен людям. Поэтому очевидно, что должна существовать некая традиция, которая позволяет Пись­менной Торе излагать заповеди столь лаконично. Эту традицию мы и называем Устной Торой».

Четкое представление об Устной Торе необходимо по многим причинам. В своем введении к Сефер Мицвот Гадоль р.Моше из Куси пишет: «Положения Торы часто противоречат одно другому (например, Шмот 34:18 и Дварим 16:8— прим. авт.). Устная Тора легко разъясняет такие кажущиеся противоречия». Р.Иеуда Алеви пишет: «…Если столько скрытого в том, что ясно написано в Торе, то сколько же скрытого в скрытом! И за всем стоят устные дополнения…» (Кузари 3:35)^.

Письменная Тора (Берешит 1:28) сообщает: «…и ска­зал им Б-г: Плодитесь и размножайтесь…». Что это — благословение или приказ? Даже если мы примем на себя ответственность и решим, что это приказ, по­требуется ответ еще на несколько вопросов. Равно ли обязателен этот приказ и для мужчины, и для женщины? Сколько детей должно быть у человека, чтобы заповедь оказалась выполненной? Что, если у кого-то дети только одного пола? А если ребенок, к несчастью, умер? Или родители умерли после рождения детей, не вырастив их? Только Устная Традиция может ответить на подобные вопросы и дать нам истинное понимание заповеди.

Многие из заповедей, данных в Письменной Торе, просто невыполнимы без специальной инструкции. На­пример, Шмот 20:10 и Дварим 5:14 предписывают не заниматься в Шабат работой, но текст не определяет, что такое «работа». Шмот 21:12 утверждает, что убийца должен быть приговорен к смерти, но не указывает спо­соб исполнения приговора, ибо Тора, пользуясь разными терминами для разных способов казни, не уточняет, с каким нарушением закона связан каждый из них. Говоря о празднике Йом Кипур, Тора требует (Ваикра 16:29): «…Смиряйте ваши души…», но не объясняет, в чем заключается «смирение». Также не дается точной реко­мендации, сколько урожая нужно оставлять на полях для бедных.

Временами Тора приводит какой-нибудь специфи­ческий пример, но не указывает, может ли применяемый в этом случае закон служить общим правилом. Напри­мер, Шмот 21:26—27 утверждает: «И если кто-нибудь ударит своего раба в глаз или свою рабыню в глаз и повредит его, то должен отпустить его на волю за его глаз». Касается ли этот закон только компенсации за глаз или распространяется и на повреждение других органов?

Более того, многие законы в Торе лишь упомянуты, несмотря на их важность в жизни общества. Нигде в Торе не описывается процедура бракосочетания и раз­вода, лишь сообщается, что таковые существуют. Един­ственным упоминанием о способе приобретения частной собственности и ее передачи является запрет завышать цену^. Поскольку целью Торы является создание свода законов поведения для человечества, должно существо­вать некое средство для реализации этой цели. Таким средством является Устная Тора. Р. Шимшон Рафаэль Гирш комментирует:

Итак, закон постигается вовсе не из книги (Пись­менной Торы — прим. авт.). Предназначенная для тех, кто уже хорошо знает Закон, эта книга является способом сохранять и восстанавливать понимание его, т.е. того, что было доверено их памяти… По отношению к Устной Торе Письмен­ная представляет собой как бы краткие заметки, конспект к полной и содержательной лекции. Для ученика, прослушавшего всю лекцию, кратких заметок вполне достаточно, чтобы в любое время освежить в сознании материал лекции. Одного слова, вопросительного знака, восклицания, под­черкнутой фразы и т.д. ему вполне достаточно, чтобы восстановить в уме весь ход мысли. Для тех, кто не слышал лекции учителя, такие заметки будут совершенно бесполезны. Попробуй они вос­произвести научное содержание лекции по таким же заметкам, они неизбежно допустят массу оши­бок. Слова и пометки, которые ведут тех, кто слышал лекцию, по пути преподанного им и по­стигаемого ими знания, для других людей оста­нутся загадочными, как сфинкс.

(Комментарии на Пятикнижие, Шмот 21:2)

При этом важно помнить, что Устная Тора называется именно Торой, а не «объяснением» или «толкованием», потому что, как указывалось выше, эти термины не отражали бы ее назначения. Она не названа также «не­написанной Торой». Скорее, дословный смысл названия «Тора шебеальпэ» — это «Тора, которая (дана) в устах». Талмуд оформляет эту мысль в замечательный сюжет.

Рассказывают мудрецы: «Пришел однажды к Ша-маю нееврей и спросил: “Сколько у вас видов Торы?” Тот ответил: “Письменная Тора и Устная Тора”. Нееврей сказал: “Я принимаю Письмен­ную Тору, но не принимаю Устную. Соверши надо мной обряд перехода в еврейство и научи меня Письменной Торе”. Шамай рассердился и прогнал его. Тогда нееврей пошел к Гилелю, ко­торый обратил его в еврейство. В первый день Гилель учил пришельца еврейскому алфавиту; на следующий день он учил его алфавиту в обратном порядке. Обращенный (гер) сказал: “Вчера ты учил меня по-другому”. Гилель отвечал: “Так же, как ты верил мне (в том, что я правильно учил тебя вчера), поверь в подлинность Устной Торы”.

(Шабат 31а)

Гилель прибег к уловке не для того, чтобы заставить пришельца принять Устную Тору. Скорее, он хотел по­казать ему, что наше понимание даже столь простой, казалось бы, вещи, как алфавит, зависит от устной передачи. Устная Тора — проводник в мир Торы Письменной; она — ключ к пониманию того, чего Всевышний хочет от нас. Отрицая ее подлинность или пытаясь соблюдать только Письменную Тору, вы немедленно сталкиваетесь с неразрешимой дилеммой, ибо вы не можете быть уверены даже в правильности прочтения слов. Для человека возможность жить в соответствии с предназначением полностью зависит от знания Устной Традиции.

Приятие этой традиции есть, в конечном счете, вопрос веры. Как пишет рав Гирш:

Нет безусловных гарантий истинности и ре­альности любого исторического факта, поддер­живающего нашу веру в традицию. Все докумен­ты и свидетельства, все внутренние и внешние обстоятельства могут привести вас к заключению, что происшедшее вполне вероятно, что почти на­верняка такое-то и такое-то событие действитель­но происходило; но кто скажет вам, что то, что вы сочли вероятным, действительно произошло? И что документы, на основании которых вы де­лали свои выводы, на самом деле подлинны? Что еще может убедить вас в том, что ваши выводы — достаточно надежная основа для ваших насто­ящих и будущих действий, кроме вашей веры в истинность традиции?… Факт, что Письменная Тора не содержит прямых документальных дока­зательств подлинности Устной Торы. И все-таки целый народ радостно передавал ее из поколения в поколение и подчинялся ее власти более 3000 лет… Столь же глубоко, сколь все эти поколения верили в истинность традиции…, столь же глубоко они были убеждены в точности ее передачи, не нуждаясь ни в каких других аргументах.

(Собрание сочинений, т. 1)

Сам факт необходимости устных объяснений к Пись­менной Торе опровергает нападки многих и многих критиков. Противоречия в тексте Торы, которые они объявляют доказательством того, что Тора — просто собрание рукописей из различных источников, в действи­тельности, доказывают лишь, что Письменная Тора дана свыше вместе с устным объяснением. Сознательно или нет, но эти критики не обратили внимания на Устную Тору как на средство, разрешающее проблемы, с кото­рыми они столкнулись. Используя образное сравнение рава Гирша, мы можем сказать, что они нашли записную книжку с заметками, но пропустили лекцию.

с разрешения издательства Швут Ами


Хотя Йом Кипур — это тяжелый пост, он считается одним из самых важных, торжественных и светлых праздников в Иудаизме. Ведь Йом Кипур — день раскаяния, молитв, очищения и отпущения грехов. Читать дальше

Йом Кипур

Рав Исроэль-Меир Лау

Законы и обычаи святого дня.

Здоровье по Торе. Правила поведения перед Йом Кипуром

Рав Йехезкель Асхаек,
из цикла «Здоровая жизнь по Торе»

Пост не должен оборачиваться телесными страданиями. Несколько простых советов помогут вам заранее подготовиться к Йом-Кипуру и провести его с максимальным комфортом и погружением в молитву.

Законы и традиции поста Йом Кипур

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Каждый из нас должен раскаяться в своих грехах и выполнить в эти дня как можно больше заповедей, чтобы предстать очищенным перед Вс-вышним в этот святой день, как сказано: «Очистите себя перед Г-сподом».

От Йом Кипура к Суккот

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

После дней Суда, Раскаяния и Искупления приходит пора веселья, время прославления Вс-вышнего – праздник Сукот.