Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Краткие очерки на тему недельного раздела Торы. Бо

Содержание раздела

Предельно ожесточив сердце Фараона, чтобы исполнить план наказания египтян и показать Свое всесилие, Б-г грозит ему через Моше очередной, восьмой по счету казнью — нашествием саранчи, если евреи не получат свободу. Фараон соглашается отпустить только мужчин. В разгар казни Фараон вызывает Моше и Аарона, кается в своем упрямстве и просит удалить саранчу. Б-г прекращает казнь, но вновь ожесточает египетского правителя, и тот в очередной раз не выполняет обещания.

Тогда начинается девятая казнь: вся страна, кроме еврейских домов, погружается в густую, физически ощутимую тьму. Фараон снова зовет Моше, предлагает отпустить всех евреев, но требует оставить в Египте их скот. Моше заявляет, что евреи не только уведут весь свой скот, но и возьмут часть скота у Фараона, и затем сообщает о завершающей, самой тяжелой казни — уничтожении всех египетских первенцев, после чего сыны Израиля покинут Египет. Фараон выгоняет из дворца Моше, угрожая ему расправой.

Б-г сообщает Моше первую заповедь: с нисана, месяца Исхода, будет начинаться еврейский календарь. 10 нисана евреям велено взять ягненка, хранить его 4 дня, затем зарезать как пасхальную жертву, помазать его кровью дверные косяки и притолоки в своих домах, а зажаренное мясо съесть. Кровь жертвоприношения станет знаком для Б-га, чтобы миновать еврейские дома во время истребления первенцев в Египте. Сынам Израиля велено навсегда запомнить этот день Исхода и в память о нем никогда не есть хамец, продукты из кислого теста, в Песах.

Указания Б-га в точности выполняются. Начинается последняя казнь, и Фараон отпускает, наконец, евреев. Путь к свободе открыт. В конце раздела приведены законы о пасхальной жертве, выкупе сына-первенца и наложении тфилин.

Народ и его будущее

«С юношами нашими и со старцами пойдем, с сыновьями нашими и с нашими дочерьми…», — говорит Моше Фараону перед восьмой казнью. Фараон был готов отпустить для совершения религиозного обряда только старшее поколение евреев. Но детям нельзя.

Так исчезали религии и общества. Если дети не идут по стопам своих родителей, традиция гибнет, затем гибнут общество и сам народ. Фараон не впервые избрал своей мишенью еврейских детей. Еще раньше он приказал повитухам убивать младенцев при родах, затем велел топить новорожденных в Ниле. Но физический геноцид не удался, и последним отчаянным усилием, когда египетская империя сама погибала под мощными ударами Б-жественных казней, он попытался оторвать еврейскую молодежь от их отцов, уходивших в пустыню для встречи с Б-гом и получения Торы.

Фараон знал, как важны дети для выживания народа; многие другие наши враги тоже знали. Например, католические монахи, похищавшие и насильно крестившие еврейских детей, или власти царской России, которые, борясь с иудейским «фанатизмом», отправляли мальчиков в кантонисты, на 25-летнюю армейскую службу. Но не хуже знали эту истину и еврейские лидеры всех эпох, начиная с Моше-рабейну. В фокусе пасхального Седера, пожалуй, главного религиозного мероприятия в годовом цикле нашего календаря, отмечаемого в память об Исходе, находятся дети.

Перед Седером им раздают орехи, чтобы пробудить нетерпеливое ожидание главного события. Сам Седер начинается с серии «детских» вопросов: «Ма ништана» — чем отличается эта ночь от других ночей? Дети с интересом ждут, что будет дальше. А дальше идет рассказ о четырех разных сыновьях. Затем прячут афикоман —сломанный лист мацы. Сама Пасхальная Агада, рассказ об Исходе, ориентирована в значительной мере на детское восприятие — так исполняется заповедь «И расскажешь ты сыну своему в тот день…» (13: 8). Даже заключительные песни Седера — «Эхад ми йодеа» и «Хад гадья» — похожи на детские считалки и вместе с поисками афикомана (нашедшему — приз), придают живость и свежесть всему действию, не дают детям заснуть и, впоследствии, вспоминаются ими всю жизнь.

Но одним Седером еврейское воспитание не ограничивается. Иудаизм — очень теплая, семейная религия. Например, мицва изучения Торы, настолько важная, что она приравнивается ко всем другим заповедям, вместе взятым, формулируется как будто специально для детей. Не сказано: «Учи Тору», а сказано: «И повторяй их (слова Торы) детям своим» (смотри молитву Шма).

Как ни банально звучит, дети — действительно наше будущее. Мы существует уже четыре тысячи лет именно благодаря передаче знаний и традиций из поколения в поколение. Даже в современном Израиле, еще далеком от еврейского идеала, пост министра образования считается одним из важнейших в правительстве. Разногласия в порядке финансирования школ могут привести к развалу правящей коалиции. В Советском Союзе было по-другому. Кто помнит министра просвещения при Брежнева? Кажется, его фамилия была Прокофьев. Малозначащий чиновник на нижнем этаже номенклатуры. И каков результат такого пренебрежения к детям? В сегодняшней России — два миллиона беспризорных.

Еврейская традиция не ограничивает обучение детей школьными стенами. Тора обязывает каждого отца и каждую мать лично обучать своих детей, в первую очередь, своим примером. Проведение Шабата и праздников, помощь нуждающимся и добрые дела, — все это составная часть процесса воспитания, без которого невозможно наше будущее.

Права и обязанности

«А если семья слишком малочисленна, чтобы съесть одного ягненка, пусть возьмет себе вместе с ближайшим соседом — по числу душ…»(12: 4).

Пятикнижие Моше легло в основу юридических кодексов многих стран. Это неоспоримый факт. То, что называется «правами человека» в международной юриспруденции, берет начало в нашей Торе. Но когда читаешь Тору, почти не встречаешь слово «права». Зато обязанностей в ней очень много: обязанности детей перед родителями; ученика по отношению к учителю; общество должно заботиться о бедных; человек обязан блюсти интересы общества; обязанности перед вдовами и сиротами, обязанности перед новообращенными; обязанности человека перед Б-гом. Короче, обязанностей хоть отбавляй, а прав нет как нет. Почему?

Ответ сводится к парадоксальной, на первый взгляд, формуле: чем больше у людей обязанностей, тем меньше они нуждаются в правах.

Можно написать юридический кодекс, в котором перечислены права людей: «Все люди созданы равными и наделены Творцом неотъемлемыми правами…». А можно составить перечень их обязанностей. Какая разница? Огромная. Когда вы говорите о правах, вы ставите человека в положение берущего. А когда речь идет об обязанностях — он вынужден признать, что пришел в этот мир, чтобы давать.

Характер общества можно узнать по образным выражениям в его языке. Мы говорим по-русски: «Долг зовет». Это значит, что я — чистенький, без всяких обязательств. Но вот где-то вдалеке меня позвал мой долг. Я — здесь, а долг — там. На святом языке о человеке, выполнившем свой долг, говорят, что он «яца йедей ховато», буквально, «вышел из своего долга». Еврей изначально видит себя обязанным. Ему не надо никуда идти на зов своего долга. Жизнь и обязанности для него неразделимы.

В приведенном стихе Тора велит человеку, чья семья слишком мала, чтобы съесть целого пасхального ягненка, найти соседа и пригласить его к себе на Седер. Очевидно, что у этого соседа нет своего ягненка. Скорее всего, речь идет о бедном человеке. Тора могла выразить свое указание иначе, обратясь не к богачу, а к бедняку: «Если у тебя нет ягненка, найди семью, у которой много еды, и присоединись к их трапезе. Имеешь право». Но Тора верна себе: она призывает нас не брать, а давать. Ибо мир стоит не на правах, не на потребительском отношении к жизни, а обязанностях, которые наложил на нас Сам Творец неба и земли.

Публикуется с разрешения издательства «Швут Ами»


«Хумаш» — так на иврите называется Пятикнижие — те пять книг Торы, которые были записаны Моше-рабейну Синайского откровения, во время странствий еврейского народа по пустыне. Читать дальше

Бесконечная цепь 1. Тора

Рав Натан Лопез Кардозо,
из цикла «Бесконечная цепь»

Пятикнижие — самая важная часть Танаха. Она представляет собой не что иное, как голос Всевышнего, сообщающего человечеству Свою волю посредством письменного слова. Сюжеты и заповеди Торы заставляют человечество задуматься над реальностью. Что делать человеку со своей жизнью? Как ее возвысить, освятить? И прежде всего — как развить в себе понимание, что жизнь должна быть освящена? Тора отвечает тому, кто спрашивает. Для тех, у кого нет вопросов, Тора остается загадкой, в соответствии с известным афоризмом: нет ничего непонятнее, чем ответ на незаданный вопрос. Человек же, по-настоящему ищущий смысл жизни, найдет в Торе интеллектуальную глубину, поразительную психологическую проницательность, благоговейное отношение к жизни.

Правильность текста Торы

Сайт evrey.com

Откуда мы знаем, что современная Тора идентична той, которую получили евреи на горе Синай?

Бет из Берешит

Рав Эльяким Залкинд

Книга Шмот

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

По материалам газеты «Истоки»

Чтобы понять и постичь 19. Откуда мы знаем, что Тора дана Б-гом, а не написана человеком?

Рав Элиэзер Гервиц,
из цикла «Чтобы понять и постичь»

Одним из доказательств того, что Тора является Б-жественным откровением — это ее иррациональные заповеди. Простой смертный не мог бы заставить 600 тысяч евреев взять на себя серьезные ограничения во всех сферах жизни. Пророчества, содержащиеся в Торе, тоже доказывают ее Б-жественное происхождение.

Урок Торы

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

По материалам газеты «Исток»

Пятикнижие Моисея

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

По материалам газеты «Исток»

«Шлах». Спасательный канат

Рав Бенцион Зильбер

Евреи приближаются к Эрец-Исраэль. По настоянию народа Моше отправил разведчиков выяснить, какова страна, куда евреи по воле Всевышнего держат путь. Послано было двенадцать разведчиков, по одному от каждого колена. Вернувшись, десять из двенадцати сказали, что города страны укреплены, жители ее сильны и войти в нее невозможно. Евреи заплакали и отказались от своей цели. За это Всевышний обрек народ на сорокалетнее скитание по пустыне. Конец главы посвящен нескольким заповедям. Завершает главу заповедь о цицит.