Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
После подсчета евреев Моше приказывает левитам собрать шатер и готовиться к походу. Моше обращается к Итро, но тот отказывается продолжить путь.

В первый день следующего месяца, ияра, Моше получил повеление вновь произвести подсчет сынов Израиля по их коленам. В тот же день Моше и Аарон призвали вождей колен и начали пересчет, завершив его 19 ияра (Бемидбар 1:1—46, 3:27—39; Ибн Эзра, Бемидбар 2:32; Ягельлибейну).

В ходе пересчета Моше расположил колено Леви станом вокруг Шатра Откровения, а все остальные колена разбили свои станы вокруг левитов (Бемидбар 1:52—54). Сам Моше поселился в стане левитов, к востоку от Шатра Откровения (там же 3:38; Санхедрин 42б).

На следующий день после завершения пересчета, 20 ияра 2449 года, поднялось облако Шехины, покрывавшее Шатер Откровения, и Моше приказал левитам собрать Шатер. Затем весь стан сынов Израиля отправился в путь вслед за облаком — после одиннадцати месяцев и двадцати дней пребывания у горы Синай (Бемидбар 10:11—12, Раши; Седер олам раба 8). Перед выходом Моше обратился к своему тестю Итро: «Мы идем в страну, которую Б-г обещал отдать нам. Пойдем с нами, и мы сделаем тебе благо». Но Итро отказался, решив вернуться к себе в Мидьян, чтобы приблизить свой народ к вере в Б-га Израиля (Шмот 18:27; Бемидбар 10:29—32, Раши; Мехильта, Итро 1:2; Ягель либейну).

  • 21 ияра, после первого перехода, облако Шехины опустилось в пустыне Паран (Бемидбар 10:12, 33:16; Раши, Бемидбар 10:33; Ягель либейну). Еще по дороге народ начал роптать на Б-га, жалуясь на усталость (Бемидбар 11:1, Раши). Вместо того чтобы возблагодарить Творца за все благо, которое Он для них сделал, они сетовали на свою участь, как люди, которых заставляют и принуждают: «Как нам быть?! Как мы сможем выжить в этой пустыне?! Что мы будем есть и пить? Как мы сможем выдержать такой тяжелый путь и когда сумеем отсюда выбраться?» (Рамбан, Бемидбар 11:1). И вышел огонь от Б-га, пожрав край стана. Люди возопили к Моше, и благодаря его молитве огонь стих (Бемидбар 11:2).
  • Но сыны Израиля, подстрекаемые иноплеменниками, которых Моше вывел из Египта вопреки воле Б-га, вновь стали жаловаться, плача и причитая: «Кто накормит нас мясом?… Душа наша иссохла, перед нашими глазами нет ничего, кроме этого мана» (там же 11:4—6). И хотя с ними были многочисленные стада (см. Шмот 12:38, Бемидбар 32:1), а ман полностью насыщал весь народ, эти люди искали лишь придирок, чтобы поднять мятеж против Б-га (Раши, Бемидбар 11:4). Почувствовав, что гнев Б-га снова возгорается на евреев, Моше взмолился: «Зачем Ты сделал зло Своему рабу, …что возлагаешь на меня бремя всего этого народа?! Разве я носил его в чреве или родил его, что Ты говоришь мне: Неси его, как носит нянька ребенка, в страну, которую Ты поклялся отдать его праотцам! …Не могу я один нести весь этот народ, ибо слишком тяжело это для меня. Если так Ты поступаешь со мной, то лучше умертви меня, …чтобы мне не видеть своей беды!» (Бемидбар 11:10-15).

    Тогда Б-г повелел Моше собрать у Шатра Откровения семьдесят старейшин Израиля. И там Б-г наделил их духом пророчества, чтобы они несли груз управления народом вместе с Моше (Бемидбар 11:16—17, 24—25). В этот момент к Шатру прибежал сын Моше Гершом, который сообщил, что двое из старейшин Эльдад (см.) и Мейдад (см.), не пришедшие к Шатру Откровения, начали пророчествовать прямо в стане (Бемидбар 11:26—27, Раши). Они говорили: «Моше умрет, а Йеошуа введет народ в землю» (Санхедрин 17а; Раши, Бемидбар 11:28) — как только Моше отказался от полной ответственности за народ Израиля, сразу же последовало пророчество о том, что не он введет народ на Святую Землю (Кен Тора 1:2). Тогда верный ученик Йеошуа бин Нун попросил его: «Господин мой, Моше, останови их!» Но Моше ответил: «Не ревнуешь ли ты за меня?! Пусть бы весь народ стал пророками, чтобы Б-г осенил их Своим духом!» (Бемидбар 11:28—29).

    В тот же день сильный ветер с моря принес огромные стаи обессиленных перелетом перепелов, которые упали на землю, покрыв стан на толщину около двух локтей. Люди собирали их и ели — и еще было мясо на зубах их, как в стане начался мор. Это место назвали Киврот-Атаава («Могилы Прихотей»), так как там погибли роптавшие на Б-га и на Моше (Бемидбар 11:31—34, Рамбан 11:23).

    Пробыв в Киврот-Атаава тридцать дней, сыны Израиля тронулись в путь и 22 сивана сделали следующую стоянку в Хацероте, также расположенном в пустыне Паран (Бемидбар 11:35; Седер олам раба 8; Таанит 29а; Сефер аяшар, Беаалотха). В тот же день Моше услышал, как его сестра Мирьям посетовала в разговоре с Аароном на то, что Моше отдалился от своей жены Ципоры (Сифри, Беаалотха 99—100; Раши, Бемидбар 12:1; Ор ахаим, Бемидбар 12:1). Ее слова были правдой: Моше, действительно, отделился от жены еще до Синайского откровения, когда Творец повелел всем сынам Израиля: «Будьте готовы к третьему дню, не приближайтесь к женщине» (Шмот 19:15). А затем Моше сделал для себя вывод: «Если уж всем было заповедано отдалиться от жен ради восприятия одного пророчества, данного в заранее определенное время, то тем более необходимо навсегда отдалиться от жены мне, с которым Б-г говорит постоянно, и днем, и ночью, не предупреждая заранее. И Творец одобрил его решение, повелев ему после Синайского откровения: “Иди, скажи им (т.е. сынам Израиля): Возвратитесь в свои шатры (т.е. к своим женам). Но ты останься со Мной” (Дварим 5:27—28; Шабат 87а, Раши; Авот дераби Натан 2:3; Шмот раба 19:3; Зоар 3, 261б)».

    А Мирьям узнала об этом от самой Ципоры: обратив внимание на то, что та перестала носить украшения, Мирьям спросила ее о причине этого, и Ципора объяснила полунамеком (Сифри, Беаалотха 99). А когда Эльдад и Мейдад начали пророчествовать прямо в стане, Ципора, стоявшая рядом с Мирьям, с горечью прошептала: «Несчастны их жены! Теперь, когда они стали пророками, они отдалятся от своих жен, как Моше — от меня» (Танхума, Цав 13; Раши, Бемидбар 12:1). И Мирьям решила, что Моше отдалился от жены из гордыни, считая себя чересчур святым, чтобы оскверняться близостью с женщиной (Ибн Эзра и Рашбам, Бемидбар 12:2). Поэтому она умышленно заговорила об этом в присутствии Моше, чтобы наставить своего младшего брата на верный путь, — и хотя она обращалась только к Аарону, но говорила так, чтобы и Моше слышал (Ор ахаим, Бемидбар 12:1). Мирьям возмущенно воскликнула: «Разве только с Моше говорил Б-г?! Ведь и со мной говорил Б-г, а я не отдалилась от своего мужа!» «И со мной тоже говорил Б-г, — поддержал ее Аарон, — И я тоже не отдаляюсь от жены. Да и с нашими праотцами Он говорил, и они не отдалялись от своих жен!» (Бемидбар 12:2; Авот дераби Натан 9:2). Но Моше из скромности не стал возражать сестре и брату (Рамбан и Ор ахаим, Бемидбар 12:3). В этот момент Б-г внезапно обратился к Аарону и Мирьям, но они не смогли воспринять пророчество, потому что каждый из них был ритуально нечистым после супружеской близости, — и им пришлось искать воду для омовения. Так Всевышний дал им понять, что Моше поступил верно, поскольку он всегда должен был пребывать в состоянии чистоты (Бемидбар 12:4, Раши). И как только Аарон и Мирьям очистились для восприятия пророчества, Творец сказал им: «Если и есть между вами пророк Б-га, то Я в видении открываюсь ему, в сновидении говорю с ним. Не так с Моим рабом Моше: …из уст в уста Я говорю с ним, и явно, а не загадками. …Как же вы не побоялись осуждать Моего раба Моше?!» А когда пророчество завершилось, Мирьям покрылась белыми язвами цараат, ставшими наказанием за злоречие (Бемидбар 12:6—10; Авот дераби Натан 9:2). Да и Аарон понял, что тоже был достоин этого наказания, так как не остановил сестру, а, наоборот, поддерживал разговор (Авот дераби Натан 9:2). И он обратился к Моше: «Мой господин, не сочти нам за грех, что мы глупо поступили и согрешили», — и попросил молиться за исцеление сестры. Семь дней, до 28 сивана, Мирьям находилась вне стана, а затем, отвечая на молитву Моше, Творец ее исцелил (Бемидбар 12:11—15; Седер олам раба 8; Ягель либейну).

    с разрешения издательства Швут Ами


    Раби Ашер бар Йехиэль вошел в историю под прозвищем «Рош». И не зря: на иврите «рош» — это одновременно и «голова», и «глава-руководитель». Рабейну Ашер был величайшим мудрецом и главой поколения. Ему довелось жить и в Германии, и в Испании, и везде евреи считали Роша своим главой и учителем. На основе трудов и постановлений Роша его сын и ученик составил кодекс законов, который позже стал основой для Шульхан Аруха. Читать дальше