Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Всё служение Всевышнему зависит от исправления качеств характера. Эти качества подобны облачению для заповедей, и они являются основанием Торы, и все грехи имеют своим корнем качества характера»Виленский Гаон, Эвен Шлема 1, 1
Рассказывают, что родные Виленского гаона, обеспокоенные состоянием его здоровья, попросили рава Яакова повлиять на великого мудреца, которому, по мнению врачей, был жизненно необходим отдых и покой

«Уста священника будут хранить знание, и Тору искать следует из уст его, ибо посланник Г-спода Воинств он»
(Малахи 2:7)
.

Особое место в биографии Магида из Дубно занимают его взаимоотношения с Виленским гаоном. На протяжении многих лет рав Яаков Кранц приходил в этот священный для еврейского народа город — «Литовский Иерусалим», встречался с его мудрецами и выступал со своими беседами в Большой синагоге Вильны. Рассказывают, что его уроки были столь захватывающими и настолько раскрывали Б-га в Его Творении, что души людей не могли этого выдержать… В 1791 г. рав Яаков получил письмо, в котором гаон писал: «Я прошу вас, любя вас всей душой, навестить меня… Вот уже тринадцать лет, как вы не были у меня, и теперь моя любящая душа стремится вас увидеть». Магид незамедлительно отправился в Вильну, не сделав на всем пути ни одной остановки для отдыха. В течение нескольких месяцев болезни гаона рав Яаков преданно ухаживал за ним.

Спустя пять лет, летом 1796 г., незадолго до смерти, Виленский гаон повторил свою просьбу: «Приезжайте ко мне, мой друг, не задерживайтесь — чтобы успокоить мой дух и утешить его, как прежде. Когда до вас дойдут эти строки, поспешите с отъездом и не откладывайте». К этому письму сын гаона, рав Авраам, приписал: «Пожалуйста, приезжайте без задержки, как можно скорее, ведь Вы знаете душу моего отца, насколько его сердце жаждет Вас видеть!» Получив это последнее письмо рав Яаков навсегда оставил Дубно, где провел в общей сложности восемнадцать лет, и вернулся в Литву, к гаону.

Рассказывают, что родные Виленского гаона, обеспокоенные состоянием его здоровья, попросили рава Яакова повлиять на великого мудреца, которому, по мнению врачей, был жизненно необходим отдых и покой. Магид сказал гаону: «Если человек не выходит из своего дома и, сидя взаперти, днем и ночью изучает Тору, и в результате становится великим мудрецом, — это не фокус. Любой, кто будет так поступать, сможет стать гаоном! Но если человек иногда прерывает свои занятия, выходит на прогулку, любуется красотами этого мира, общается с людьми, и, тем не менее, остается гаоном — вот это фокус!» На это гаон кратко возразил: «Я и не собираюсь показывать фокусы!» В дружеских беседах, обсуждая с гаоном сложнейшие вопросы Торы, рав Яаков часто прибегал к своим притчам. Многие из них возникали прямо в ходе разговора, но всегда были совершенными по форме и раскрывали суть проблемы. Сохранились свидетельства, что гаон, восхищенный искусством рава Яакова, спросил его: «Каким образом вам удается мгновенно создавать прекрасные притчи, в точности, соответствующие обсуждаемой теме?» Магид ответил на это притчей: «Один король очень увлекался стрельбой из лука. И вот однажды, проходя через вековую дубраву, он увидел, что на многих деревьях были нарисованы мишени и в каждой из них, точно в центре торчала стрела. Король разыскал искусного стрелка и спросил у него: “Скажи, каким образом тебе удается каждый раз попадать точно в середину мишени? Я тоже опытный стрелок и все же порой допускаю промах!” “Все очень просто, Ваше Величество, — разъяснил стрелок, — Вы сначала ставите мишень, а затем стараетесь попасть в ее центр. Я же поступаю наоборот — сначала стреляю, а потом рисую мишень, вокруг стрелы. Поэтому у меня никогда не бывает промахов”». «Точно так же и я, — пояснил Магид из Дубно сущность своего подхода, — сначала я стараюсь отыскать решение проблемы, и лишь после того, как оно становится мне совершенно ясным, рисую вокруг “мишень” — притчу, точно подходящую к моему “выстрелу”».

Магид из Дубно однажды спросил своего учителя, Виленского гаона: «Как праведник влияет на свое поколение?» И гаон, любивший точные, конкретные формулировки, соответствовавшие его системе изучения Торы, основанной на логике, на этот раз ответил притчей: «Как можно перелить воду из большого сосуда в стоящие возле него маленькие? Необходимо наполнять водой большой сосуд до тех пор, пока вода не начнет переливаться через край. И тогда она заполнит все маленькие сосуды. На первый взгляд все выглядит очень просто. Но такое возможно, только если большой сосуд будет переполнен!»

Магид не успел при жизни записать свои уроки, истории и притчи. Это сделали его многочисленные ученики уже после смерти учителя. Главные из них: «Оэль Яаков» — комментарий на Тору, «Коль Яаков» — комментарий на Пять свитков, «Эмет ле Яаков» — комментарий на Пасхальную Агаду. Притчи и рассказы Магида составили сборник «Мишлей Яаков», которые вошли в еврейскую историю как неисчерпаемый кладезь мудрости. Его учение о величии человека отражено в книге «Сефер Амидот» («Книга о качествах души»), ставшей одним из шедевров мусара — учения о трепете перед Небесами.

Рав Яаков Кранц, Магид из Дубно, умер в местечке Замостье зимой 1804 г. и при стечении всех жителей местечка был помещен в свою последнюю земную обитель на еврейском кладбище. Его гробница сохранилась до сего дня.

Редакция благодарит рава Элазара Нисимова, раввина общины горских евреев Москвы «Байт Сфаради», за любезное разрешение опубликовать эту книгу


Сгула — это слово святого языка лучше всего перевести как «достояние», нечто особенное, уникальное и драгоценное, что у кого-то имеется; сокровище Читать дальше