Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Удивительное знакомство с Иудаизмом.

Начав изучать иудаизм два года назад, я постарался охватить сравнительным анализом максимально широкий диапазон как позитивных, так и крайне негативных точек зрения на иудаизм, существующих как внутри еврейского общества, так и вне его. Таким образом, я постарался получить как можно более полное представление о той ситуации, которая сложились в этой области человеческого бытия.

В начале, необходимо сказать, что иудаизм был всегда вне поля, не только моего интеллектуального, но и обычного зрения. В процессе своей жизни, я ни разу с ним не пересекался, и у меня к нему не было ни каких симпатий или антипатий. Впрочем, то же самое я могу сказать и относительно любой другой религии, так как родился в Казани, в 1967 году и рос в то время, когда всякое религиозное влияние на воспитание детей было сведено к минимуму советской, социалистической пропагандой. Но, даже значительно позже, после обучения в университете, изучая, в рамках своего философского исследования, разные религиозные учения, я долгое время, вообще не обращал никакого внимания на иудаизм. В то время, мое особое внимание привлекали восточные философские и религиозные учения — буддизм и даосизм.

К изучению иудаизма я подошел в самую последнюю очередь, осенью 2011 года, когда уже достаточно хорошо (как мне кажется) разобрался в теоретических тонкостях христианства, ислама, буддизма и индуизма. Следовательно, заподозрить меня в каком-то особом предвзятом (положительном или отрицательном) отношении к иудаизму было нельзя. Поэтому, я был очень удивителен тем совершенно неожиданным для меня результатом, к которому постепенно пришел в процессе своего философского исследования.

В процессе изучения основополагающих концепций иудаизма, я, к своему немалому удивлению, обнаружил своеобразный «резонанс» между тем, что я узнал, изучая иудаизм, и тем, что было уже выстроено в моем сознании в виде мировоззренческих идейно-смысловых «конструкций», на основе критической (трансцендентальной) философии.

«Резонанс» же выражался, в первую очередь, в своеобразном синтезе — взаимном дополнении и переплетении идей и представлений. Хотя, в начале, мне казалось, что между иудаизмом и критической философией не может быть какой-то особой тесной связи. Впрочем, я также думал и относительно любой другой религии.

В то время я полагал, что религиозные учения, в целом, сделав свое, несомненное полезное дело, должны постепенно уйти со сцены истории человеческого бытия, освободив место какому-то единому универсальному учению, основанному на фундаментальных философских, религиозных и научных идеях. Поэтому, я совершенно не ожидал того, что основополагающие положения иудаизма (во всяком случае, так, как я их понял) и мировоззренческие идеи, выстроенные мною, в основном, на платформе критической философии И.Канта смогут так глубоко пересечься между собой и дополнить другу друга.

При этом, меня поразило то, что изучение других религиозных учений не вызывало ощущение «резонанса», а чтение и анализ всевозможных статей и книг, посвященных иудаизму, явно создавало такое ощущение. Даже негативно настроенные статьи и книги, нередко, только усиливали эффект переплетения и синтеза.

Это, в какой-то мере, напомнило мне соединение двух половинок одной разломанной монеты или, я бы даже сказал больше — соединение бриллианта и его оправы, где бриллиантом является идейно-смысловая конструкция иудаизма, при этом, 613 заповедей мне виделись гранями бриллианта. Оправой же являлась идейно-смысловая конструкция, выработанная мною на основе критической философии.

Другим, более сложным сравнением, может здесь служить пример с домом и оградой вокруг него. В этом случае, в моем представлении, дом (иудаизм) стоит на фундаменте — Письменной Торе (Танах), а стенами и крышей дома служит Устная Тора. Где Мишна (что значит «повторение») — это множество стен, создающие комнаты и коридоры, а Гемара (что значит «завершение») — крыша, завершающая и закрывающая сверху стены. Внутри дома находится Святая Святых — Закон, данный Творцом и который лежит в основе человеческого бытия. Таким образом, дом защищает Святую Святых от разрушающих естественных, природных, животных сил. Но что же тогда защитит сам дом?

На мой взгляд, еще необходима особая внешняя ограда, стена, защищающая сам дом. Хотя она находиться снаружи, вне дома и непосредственно с ним не связана, все же она является необходимым защищающим элементом дома, следовательно, и Закона. Именно эта внешняя стена (ограда) постепенно, в течении последних двадцати лет, строится мною (при чем, совершенно неожиданно для меня самого) в процессе философского исследования.

То есть оказалось, что я, выстраивая последние двадцать лет, свою идейно-смысловую мировоззренческую конструкцию, сам того не подозревая, выстраивал, в какой-то мере, то что, на мой взгляд, могло бы служить защитной оградой вокруг дома — иудаизма. Удивительно, не правда ли?

Продолжение следует


Заповедь об очищении пеплом красной (или, в другом переводе, рыжей) коровы является примером законов, истинный смысл которых недоступен для понимания человеку. В данной теме освещаются символика и большинство практических аспектов этой заповеди по мнению великого мудреца и общественного деятеля прошлого, раввина дона Ицхака Абарбанеля. Читать дальше