Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Лучше не думать о других людях ни хорошо, ни плохо — чем думать о них плохо»Еврейская мудрость
По материалам газеты «Исток»

Есть в Торе одна заповедь, может быть, самая известная из всех ее заповедей, о которой можно сказать, что она же — самая трудная для исполнения: «Полюби своего ближнего, как (любишь) самого себя» (Ваикра 19:18). В глубокой древности об этой заповеди сказали наши мудрецы: «Великое правило во (всей) Торе».

Почему великое? И, главное, каким образом ее можно исполнить?

Ведь одно дело — поступи так-то, делай то-то, такого действия остерегайся и т.д., а тут — полюби! А если я не могу полюбить? Разве сердцу, как говорится, прикажешь? Итак, у нас сразу два вопроса: почему эта заповедь названа великим правилом? И как ее выполнить?

Ответ находим в книге известного подвижника Торы, праведника нашего поколения, раби Элияу Элиэзера Деслера (1891—1954, Белоруссия, Англия, Израиль — ешива Поневеж в Бней-Браке). В ней приведены несколько глубоких определений того, что понимается под выражением «любовь к ближнему».

Любовь. Все из нас — в индивидуальной степени, конечно — испытывают это чувство. По отношению к детям, родственникам, матери, например, или по отношению к друзьям. А также, само собой разумеется, по отношению к мужу или жене. Короче говоря, любой из нас умеет любить. Но как любовь возникает в сердце человека? Рав Деслер начинает с того, что указывает на очевидное деление всего человечества на две группы — тех, что дают, и тех, что берут. Оказывается, у каждого человека превалирует одно из начал — давать или брать. Это не значит, что любой из нас принадлежит целиком к одной из этих двух групп. Человек достаточно сложен. Он и берет, и дает одновременно. Но одно из этих начал, повторяем, является для каждого из нас доминантой. В принципе, нет такого человека, в котором хотя бы в зародыше не присутствовала искра желания поделиться с другими, — каким бы стяжателем и потребителем он ни был. Наличие желания давать видно хотя бы по тому, как тяжело каждый из нас переживает изоляцию от других людей. Нам свойственно тосковать в одиночестве. Изоляция, оторванность от других воспринимаются нами как одно из тяжелейших испытаний. Тюрьма — после смерти самое страшное наказание, избежать которое человек стремится всеми силами. И наоборот, радость, испытываемая любым человеком по какому-то поводу, не кажется ему полной, если он не может разделить ее с другими — родственником, другом, любым человеком, лишь бы не переживать ее наедине. Разве это желание разделить с другими радость или эта тоска тюремного одиночества не являются проявлением нашего врожденного начала ­желания давать, — о котором идет разговор? Но пропорции этих двух начал — давать и брать — в каждом человеке проявляются по-разному.

Рав Деслер приводит пример. Нормальный человек хочет иметь потомство. Здесь важны два момента:1) человек считает, что в потомстве продолжается он сам; 2) таким образом им реализуется врожденное чувство любви к людям. Он как бы заранее знает, что, родив детей, он будет их любить. По крайней мере готов любить.

Каждый знаком с семейными парами, а то и с одинокими людьми, усыновившими чужих детей. Они вводят в свой дом сироту и превращаются в родителей, которые отдают всю силу своей любви приемному, генетически чужому им ребенку. Но есть такие, что переносят то же самое чувство на другие объекты: что-то самозабвенно коллекционируют, обзаводятся собакой и т.д. Собака становится их домочадцем, они приближают ее к себе, отдают ей часть себя. Это и есть проявление начала давать, глубоко укорененное в душе человека.

Возникает вопрос. Если любовь глубоко связана с началом давать, то что из них является определяющим — любовь или это влечение жертвовать собой? Другими словами, любовь ли возникает как порождение нашей способности давать или эта способность сразу же проявляется в нас, как только мы начинаем кого-то любить? Что из них базисно?

Обычно считается, что в основе лежит любовь: полюбив другого человека, мы начинаем одаривать его и самозабвенно делать для него добро. Но истина такова, что все как раз наоборот. Человек любит дела своих рук. Он чувствует, что в его делах он продолжает самого себя. Он любит ребенка, которого родил, воспитывал, за которым ухаживал. Он любит животное, за которым смотрит — будь то собака или корова в стаде. Он любит дерево, которое посадил и которое поливает. Даже неживую природу он одаряет теплом своей любви: дом, который построил, любое дело, которым ежедневно занимается. Он склонен видеть во всем этом часть самого себя. Ту же мысль мы находим в словах мудрецов (трактат «Дерех эрец Зута»): «Если хочешь с любовью относиться к ближнему, одари его добром».


Недельная глава «Лех Леха» начинается с того, что Всевышний приказывает нашему праотцу Аврааму оставить родину и пойти в Кнаан («И сказал Г‑сподь Авраму: иди из земли твоей…»). Читать дальше

Десять знаков того, что Авраам достиг уровня разумной души

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Уровень Авраама идеально соответствовал уровню разумной человеческой души. Подтверждением этому являются поступки праотца, упомянутые в Торе.

Мидраш рассказывает. Недельная глава Лех Леха 2

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы

Лот, дочери и сыновья. Недельная глава Лех Леха

р. Ури Калюжный

Лот не был праведником, мягко говоря. Он поселился в Сдоме, столице грешников. Почему же Всевышний решил спасти его от участи других горожан? И почему Лот так неадекватно повел себя после спасения?

Избранные комментарии на недельную главу «Лех Леха»

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Творец обещает Аврааму сделать его потомство «великим народом». Натуральный ход событий препятствует этому, чтобы народы мира поняли — евреи обязаны своим благополучием только лишь Всевышнему.