Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
В 13 лет Ицци Хабер принял решение: ампутировать ногу — и ни разу не пожалел об этом

Важное решение

Тот, кто знаком с Ицци Хабером, знает, что с таким человеком не страшно оказаться где угодно, будь то застрявший лифт или пустыня Сахара. Заразительный оптимизм Ицци и его умение искать выход из любой ситуации — не врожденные качества. Вс-вышний послал ему такую судьбу, что ему пришлось много практиковаться.

Детство Ицци было ничем не примечательно. Он увлекался авиамоделированием, бегал стометровку лучше всех в классе, неплохо учился, всегда был окружен друзьями. Что его отличало от других — так это неотразимая улыбка. Вся жизнь была впереди, и жизнь эта была прекрасна.

Однажды, когда Ицци было 11 лет, во время урока физкультуры у него заболела правая нога. Может быть, растянул? На всякий случай, сделали рентген, который не показал ничего тревожного. Врач предположил, что одна нога мальчика растет быстрее другой, и предложил пока прибегнуть к помощи костылей. Затем последовали дополнительные тесты и рентгеновские снимки. Наконец, был поставлен диагноз: остеосаркома — один из самых распространенных видов рака костей у детей.

Ицци видел, как были шокированы и расстроены родители, но сам он тогда не воспринял свой диагноз всерьез. «Что я тогда знал о раке? Я думал, полежу недельку дома, посмотрю телевизор, попринимаю таблетки, и всё пройдет», — так говорит Ицхак Хабер сейчас, спустя 20 лет. Тогда он и не подозревал, что его ожидают многочисленные операции и год химиотерапии со всеми ее побочными эффектами: выпадением волос, рвотой, тошнотой и инфекциями.

Год прошел в мучениях, а что было впереди? Похоже, мальчика ждали аллотрансплантат (донорская кость), больше операций, больше инфекций, спиц, стержней… Он чувствовал себя марионеткой. На самом деле, это был не единственный путь. Врач предложил 13-летнему Ицци на выбор три варианта: вставить еще один аллотрансплантат от колена, и этим сделать его ногу несгибающейся навсегда; заменить его коленный сустав и кость металлическим коленом и стержнем, которые, как показывает практика, постоянно воспаляются, инфицируются, ломаются, а также потребуют дополнительных операций, когда придется, по мере роста, их менять. И был третий вариант — ампутировать ногу от колена и ниже. Родители Ицци оставили решение на его усмотрение.

«Я решился на ампутацию. Я хотел танцевать, бегать… Я хотел быть нормальным». Принять такое судьбоносное решение — это одно дело, а вот проснуться в один прекрасный день без ноги — совсем другое.

На чем стоять без ноги?

«Я отчетливо помню, когда в последний раз у меня была нога. А потом ее не стало», — рассказывает Ицци. — «Я даже не могу описать это чувство — это был просто шок. Но потом, в онкологическом отделении, я увидел одну мрачную, депрессивную женщину в инвалидном кресле, и это всё изменило. Я подумал, что если ходить в таком состоянии, наверняка умрешь. Но если ты счастлив, сказал я себе, твое тело захочет бороться, и ты победишь. Я никогда не был пессимистом, но в тот момент я просто сосредоточил всю свою жизнь на этом: быть счастливым, даже без ноги».

Конечно, весь оптимизм и вся решимость в мире не могут заставить проблемы испариться. В течение многих лет Ицци испытывал фантомные ощущения там, где когда-то была его нога. То ему казалось, будто он шевелит пальцами ног, то у него что-то зудело там, где была на самом деле лишь пустая штанина, а то еще хуже: мучительно и жгуче болела икра или лодыжка, которых не было. Фантомные боли со временем исчезли, но и по сей день, если Ицци спотыкается таким образом, что это вызвало бы вывих лодыжки, он автоматически начинает хромать. «Но теперь, — говорит он, — я могу сказать себе, что это не больно, что лодыжки там нет, и могу перестать хромать. Раньше не мог».

Когда Ицци получил свой первый протез, ему пришлось заново учиться ходить — и учиться правильно падать. Но даже этот тяжелый и мучительный процесс Ицци умудрился сдобрить вереницей шуток. В летнем лагере озорной Ицци все время придумывал какое-нибудь новенькое развлечение для соседей по комнате. «Например, я говорил: кто сможет одной ногой стоять на полу, а второй — дотянуться до потолка, будет главным по комнате!» — вспоминает он. — «Все ребята по-разному пробовали это сделать, но, конечно, у них ничего не получалось, а я снимал протез и касался им потолка! Вот все хохотали-то!»

Это был не простой лагерь, а лагерь для онкобольных детей. Ицци туда ездил пять лет подряд, в последние годы — уже в качестве вожатого, и тогда он открыл для себя удивительную вещь: «Я так долго был тем, кто нуждается в помощи, а тут вдруг оказался на другой стороне, на стороне дающих. Это было удивительное чувство. Я ведь по себе знал, через что проходили эти дети, я понимал их, как никто другой. Я видел, что мне действительно удается изменить их, дать им надежду. И это тоже придало мне сил. Сил выстоять… без ноги».

Полноценная жизнь

Когда Ицци вырос и начал думать о женитьбе, его родители были обеспокоены — найдется ли женщина, которая примет его? Но сам он никогда не волновался. «Может быть, я был просто наивен, но я никогда не думал, что у меня будут какие-то особые препятствия. Так оно и получилось. Мне предлагали шидухи, и я ходил на встречи с девушками, как все». Ицхак счастливо женат, у него двое детей, и он искренне считает, что его нога — или ее отсутствие — никогда не представляла проблемы. «Мой старший сын говорит: “Папа, надень ногу, чтобы мы могли поиграть”».

С помощью своих родителей, бабушек, и дедушек, и других людей Ицци наконец-то построил полноценную жизнь для себя. Но впереди была еще одна трагедия. Когда ему было 20 лет, его мать, Дина Хабер, которая была тем стержнем, на котором держалась их семья в самые тяжелые годы, заболела раком. Это она в свое время научила Ицци ценить каждый момент жизни, а теперь и для нее время понеслось со страшной скоростью, и каждое мгновение стало поистине бесценным.

Однажды Ицци пришел домой из ешивы и увидел, как мама ест огромное мороженое с посыпками, шоколадным сиропом и свежими вишнями. «Я спросил ее: “По какому поводу?”, и она сказала: “Я праздную, что Б-г дал мне еще один год жизни…”» Она успела отпраздновать три таких годовщины, но через год после свадьбы Ицци болезнь победила Дину…

Во многих отношениях физические проблемы Ицци оказались менее болезненными, чем эмоциональные. Оказалось, что человеку, прошедшему через серьезное испытание в жизни, не всегда легко понять того, у кого не было подобного опыта.

«Когда мы только что поженились, иногда мне было трудно понять некоторые вещи, из-за которых моя жена расстраивалась», — рассказывает он. — «Я не видел большой проблемы. Или, когда друг делился со мной впечатлениями после встречи с девушкой и говорил, что не будет с ней встречаться, потому что, скажем, у нее рыжие волосы. Я не мог поверить, неужели люди не шутят, неужели они правда настолько поверхностны, настолько мелочны… Но потом научился понимать, что они просто… люди».

Многим выжившим после рака трудно адаптироваться к жизни в ремиссии. К счастью, для них существуют группы поддержки, где Ицци и другие добровольцы делают для этих людей то, чего не может ни один социальный работник, — они предлагают им живой пример. «Когда кто-то боится и говорит мне: “Как я когда-нибудь выйду замуж?” или “Как я когда-нибудь впишусь в общество?” — я просто рассказываю им, как это было у меня. Я показываю им, что это возможно».

Нешуточное дело

Ицци не только полон решимости взращивать и лелеять радость в своей собственной жизни, он неустанно стремится пробудить эту радость в других. Или, как он выразился, «заставить человека улыбнуться или засмеяться — чего бы это не стоило». Он научился развлекать людей еще в юности, а теперь это его профессия. Ицци работает на бар-мицвах и других торжествах (получается около 100 бар-мицв в год), поощряя подростков вставать и праздновать, улыбаться, смеяться. Вот такая нешуточная работа.

«Я думаю, что все мы, если посмотрим достаточно внимательно, сможем увидеть хорошее в том, что происходит с нами», — говорит Ицци, на минуту становясь серьезным. «Конечно, это было отвратительно тогда, во время химиотерапии, что меня все время рвало, что я облысел, что торчал все время в больницах, что поднималась температура… Конечно, это было ужасно — лишиться ноги! Но я если бы мне пришлось пройти через все это снова, для того, чтобы точно оказаться там, где я сейчас нахожусь, я бы это сделал. Дело не в том, что я сознательно думаю: “У меня был рак, поэтому теперь я буду ценить жизнь”, но это то, что я усвоил. Я никогда не спрашивал “почему я?” Это был просто я и моя судьба».

«У меня есть мечта. Вот бы изобрести такое гигантское волшебное одностороннее зеркало. И если кто-то расстроен чем-то незначительным: может быть, его ребенок не сказал “пожалуйста”, или его дом не идеален — пусть посмотрит в зеркало и увидит такого человека, как он, чья жизнь перевернулась с ног на голову из-за болезни или несчастного случая. Чтобы они увидели и оценили, как много у них есть на самом деле, и как всё может измениться в одно мгновение…»

Не беда, что Ицци пока еще не успел изобрести своё чудо-зеркало: ведь каждый из нас обладает достаточным воображением, чтобы представить своё внезапно изменившееся отражение и почувствовать признательность за то, чем каждый из нас обладает.


Глава начинает с рассказа том, как Итро, тесть пророка Моше (Моисея), пришел в стан евреев, и о том, какие советы он дал Моше. Затем описывается Синайское откровение — Дарование Торы на горе Синай — и изречение Всевышним Десяти заповедей. Читать дальше