Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Когда мы лишены Храма, наше служение заключается в возвышении низших душевных сил

«И сделают Мне Храм, и Я буду обитать среди них…»
(Шемот 25:8)

Рабан Йоханан бен Закай прожил два года после разрушения Второго Храма[1]. Его главной задачей было передать Тору последующим поколениям, которые уже не увидят Иерусалимского Храма и будут всецело погружены во тьму Римского изгнания. Для этого ему были необходимы ученики, обладающие возвышенными качествами души, способностями к обретению знания и ясным мышлением. Ведь ученик должен обладать утонченным пониманием, быть способным проникнуть в суть каждого вопроса, охватить его со всех сторон и подвергнуть глубокому анализу своим мышлением благодаря знанию множества первоисточников.

Каждый, кто хоть немного постиг пути Творца в управлении миром, понимает, что именно ясное мышление является главным Божественным даром человеку: «И немногим Ты умалил его перед Богом, славой и великолепием увенчал его. Ты позволил ему властвовать над делами Твоих рук, всё положил к его ногам»[2]. Об этом говорил царь Давид: «Тора Б-га — совершенная, успокаивает душу»[3] — имеется в виду вера, наполняющая сердце мудреца, ясное мышление которого постигает основы знания.

За 40 лет до разрушения Второго Храма начали проявляться явные предвестники этого страшного события: «Учили мудрецы: за 40 лет до разрушения Храма жребий [на приношение жертвы] в Йом-Кипур) не оказывался в правой руке (первосвященника), червленая нить (после отсылания козла отпущения) не белела, западная свеча Меноры затухала, а врата святилища раскрывались сами по себе, пока на них не прикрикнул рабан Йоханан бен Закай: Святилище, святилище, зачем ты пугаешь само себя? Я знаю, что в будущем ты будешь разрушено, и уже пророчествовал о тебе Зехарья бен Идо: “Открой, Леванон, двери твои, и пожрет огонь кедры твои”[4]». Сказал раби Ицхак бен Таблаи: «Храм называется Леванон, потому что обеляет грехи Израиля…»[5]

В трактате Йома сказано: «Два козла (приношения) в Йом-Киппур должны быть одинаковыми внешне, одного размера и стоимости и взяты одновременно.»[6]Рамбан в своем комментарии на недельную главу Торы Ахарей Мот приводит слова «Пиркей де-раби Элиэзер»: «В Йом-Киппур евреи “подкупают” Самаэля, чтобы тот не препятствовал принятию их жертвоприношений, как сказано: “И положит Аарон на двух козлов жребий: один — Господу, а другой — Азазелю”[7]. Козел, выпавший по жребию Господу, приносится в жертву Всесожжения в Храме, а доставшийся Азазелю принимает на себя все грехи Израиля, как сказано: “И понесет этот козел на себе все их преступления в землю декрета, и отошлет он козла в пустыню”[8]. Увидит Самаэль, что у Израиля нет грехов в Йом-Киппур, и скажет Всевышнему: “Властелин всех миров! У Тебя на земле есть народ, подобный ангелам на Небесах.”»[9] Вот в чем сокровенная тайна этого повеления Торы.

Так об этом говорил царь Шломо: «Со Мною из Леванона, невеста, со Мною из Леванона пойди.»[10] Леванон — название Иерусалимского Храма, происходящее от слова лаван — белый, поскольку возвышенная духовная атмосфера, царившая в Храме, обеляла каждого вошедшего в него, он раскаивался в своих грехах и исправлял свои недостатки. Мы видим, насколько зло подрывает творение, ведь «Иерусалимский Храм был разрушен из-за беспричинной ненависти»[11]. Он объединял весь мир в единое целое, а поддерживал эту общность избранный народ. Когда же евреи стали грешить беспочвенными раздорами, эта связь распалась, и из-за множества наших грехов был разрушен Божественный Храм, да возвратит его нам Всевышний вскорости, в наши дни!

И вот, мудрецы Талмуда сказали в трактате Йома: «Что явилось причиной разрушения Первого Храма? — Три греха: идолопоклонство, разврат и кровопролитие. А из-за чего был разрушен Второй Храм — ведь в те дни еврейский народ изучал Тору, соблюдал заповеди и отличался милосердием к ближнему? — Из-за беспричинной ненависти друг к другу. Раби Йоханан и раби Элиэзер сказали: во времена Первого Храма преступления были явными и потому был известен срок завершения их изгнания. Но в период Второго Храма грех не был очевиден, а потому не был определен и срок окончания изгнания. Это сообщает тебе, что беспричинная ненависть — столь же тяжкое преступление, как идолопоклонство, разврат и убийство, вместе взятые»[12].

В Талмуде сказано: «Если человек обладает знанием, то Храм как будто отстроен в его дни, ибо Тора поместила знание между двумя именами Всевышнего: “Б-г знания Господь…”[13] — и Храм помещен между двумя именами Всевышнего: “.место для пребывания Твоего создал Господь, Храм Господа основали руки Твои”[14]». Талмуд описывает две предельные крайности: высочайший уровень наделенного знанием — как будто он в свои дни возвел Храм для всего народа Израиля, и величайшую ущербность лишенного знания — так что даже Бог, источник всякого милосердия, не жалеет его, а потому и людям запрещено проявлять к нему снисхождение, в силу сказанного: «.и ходи Его путями»[15].

Учителя Мусара говорят о нашем времени: «Но сейчас, когда из-за наших грехов мы лишены Храма, когда у нас нет “ни жертвоприношений, ни огня жертвенника, ни благоволения”, — всё же наше служение реализуется, когда мы возвышаем низшие душевные силы, чтобы они служили освящению имени благословенного Бога и вознеслись благодаря этому в Его святости. И когда человек приносит в жертву свои низшие душевные силы и чувства и добивается, чтобы они не были отделены от Бога, а использовались для служения Ему, тем самым он возвышает и поддерживает всё мироздание. В наши дни это и есть жертва Богу и Его “хлеб”»[16].

За 40 лет до разрушения Иерусалима появились признаки надвигающейся гибели Святого города, тогда раби Цадок — выдающийся мудрец Мишны — коэн, служивший в Иерусалимском Храме, начал ежедневно поститься ради раскаяния своего народа и для его спасения от меча.

Раби Цадок дает нам свое ценнейшее наставление: «Не делай из Торы венец, чтобы возвеличить себя, ни мотыгу, чтобы копать ею. Так сказал Гилель: “И тот, кто пользуется венцом, исчезает”. Отсюда ты узнаешь, что всякий, кто злоупотребляет Торой, выводит собственную жизнь из этого мира»[17].

Мидраш повествует о том, что произошло позже: «Однажды раби Цадок подошел к разрушенному Храму и произнес: “Отец небесный, Ты разрушил Свой город, сжег Свое святилище и пребываешь в безмятежности и покое?” В тот же миг глубокий сон охватил раби Цадока, и он увидел, как Всевышний оплакивает Иерусалим и ангелы вторят Ему: “Будь городом веры, Иерусалим!”»[18]

Рабан Йоханан бен Закай сказал: «Если бы в те дни были праведники, подобные раби Цадоку, римлянам не удалось бы захватить и уничтожить Божественный город».


[1] Тосафот, Шабат 54б.

[2] Теилим 8:6-7.

[3] Теилим 19:8.

[4] Зехарья 11:1.

[5] Йома 39б.

[6] Йома 62а.

[7] Ваикра 16:8.

[8] Ваикра 16:22.

[9] Пиркей де-раби Элиэзер.

[10] Шир а-Ширим 4:8.

[11] Йома 9б.

[12] Йома 9б.

[13] Шмуэль I 2:3.

[14] Шемот 15:17.

[15] Дварим 28:9.

[16] Маариль Блох, Уроки Знания, гл. «Жертвоприношения».

[17] Авот 4:7.

[18] Элияу Рабба, гл. 25.

Редакция благодарит рава Элазара Нисимова, раввина общины горских евреев Москвы «Байт Сфаради», за любезное разрешение опубликовать эту книгу


Многие мысли, изложенные в этой книге царем Соломоном, скорее всего, известны Вам, даже если Вы мало что знаете и про царя Соломона, и вообще про иудаизм Читать дальше

Вечность и суета 5. Коэлет. Победить себя

Рав Носон Шерман,
из цикла «Коэлет: Вечность и суета»

Понятие времени в свете толкования традиционных текстов

Рав Мордехай Кульвянский

Впервые слово «время» (зман) появляется в Танахе в книге «Коэлет»: «Для всего есть время, для каждой вещи — срок под Небесами». Достойно удивления, что все пять книг Торы, книги пророков, псалмы, Ийов, Хроники (!) обходились без слова «время». Конечно, есть годы, месяцы, дни и ночи и даже часы, связанные с движением светил, а понятие времени — только в «Коэлет». Несомненно, это великая новость, осознать которую нам мешает только то, что мы уже давно живем в мире, в котором это слово сказано.

Вечность и суета 4. Коэлет. Мудрое сердце

Рав Носон Шерман,
из цикла «Коэлет: Вечность и суета»

Вечность и суета 7. Коэлет. Предназначение еврея

Рав Носон Шерман,
из цикла «Коэлет: Вечность и суета»