Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Тема

Жребий в Йом Кипур

Зачем в Йом Кипур в Храме бросали жребий? В чем идея этой жеребьевки?

Жребий в Йом Кипур — заповедь Торы, исполняемая первосвященником во время храмового служения в День Искупления Йом Кипур. Суть заповеди — определить с помощью жеребьевки, какой из двух совершенно одинаковых козлят будет принесен в качестве искупительной жертвы, а какой — отослан в пустыню и сброшен в пропасть со скалы. Второго из них называли «Козел отпущения» (на ивр. сеир а-мишталеах — буквально, «козел отсылаемый»).

Оглавление

Общие сведения [↑]

Одной из заповедей Торы, связанных с храмовым служением первосвященника в Йом Кипур, являлась жеребьевка для определения, какой из двух совершенно одинаковых козлят будет принесен в качестве искупительной жертвы, а какой — сброшен в пропасть. (Когда еврейский народ шествовал по синайской пустыне, его сбрасывали с горы Азазель, находящейся в области Гзера. В Земле Израиля для этой цели служила скалистая гора Цук, находящаяся, в зависимости от разных мнений мудрецов Талмуда, на расстоянии порядка 9-14 км от Иерусалимского Храма). Эту заповедь исполняли исключительно в то время, когда осуществлялось храмовое служение: вначале в синайской пустыне, затем в Шило, Нове, Гивоне и, наконец, в Иерусалиме. Наши постоянные чаяния и молитвы о том, чтобы Всевышний поскорее вернул нам Храм и Свое Присутствие в нем. Представим себе, как эта заповедь исполнялась в те времена и, с Б-жей помощью, будет исполняться в скорости, в наши дни.

Источник в Писании и важность жеребьевки [↑]

Сказано в Торе: «И говорил Г-сподь Моше: скажи Аарону, брату твоему… Вот с чем входить должен Аарон в Святая Святых… А от общины сынов Израиля пусть возьмет он двух козлов в жертву грехоочистительную… И возьмет двух козлов, и поставит их перед Г-сподом у входа в шатер соборный. И возложит Аарон на обоих козлов жребий: жребий один “для Г-спода”, а жребий другой — “для азазэля”. И приведет Аарон, козла, на которого выпал жребий “для Г-спода”, и принесет его в грехоочистительную жертву. А козел, на которого выпал жребий “для азазэля”, будет поставлен живым перед Г-сподом, чтобы с его помощью произошло искупление, когда его отправят для азазэля в пустыню» (Ваикра 16:2-10).

Таким образом, мы видим, что данный жребий в Йом Кипур является предписанием Торы, и, кроме того, Тора описала нам сам процесс жеребьевки.

Заповедь бросить жребий в Йом Кипур является очень важной заповедью Торы. Только от жеребьевки зависит, которое из двух животных будет принесено в жертву, а которое — сброшено со скалы. Поэтому, если первосвященник объявил, что такой-то козленок предназначается для грехоочистительной жертвы, а другой — для сбрасывания в пропасть, их роли можно перераспределить, но то, что показала жеребьевка, не подлежит апелляции.

Только выбор между двумя козлятами в Йом Кипур совершался с помощью жребия, в отношении выбора других жертвоприношений жеребьевкой не пользовались.

Описание жеребьевки в Йом Кипур во времена Храма [↑]

Как выглядела урна и жребии [↑]

В урне для жеребьевки в Йом Кипур находились две таблички. На одной из них была вырезана надпись «для Г-спода» («ле а-Шем»), а на другой — «для азазэля» («ле-азазэль»). Урна была изготовлена из дерева, поскольку она не являлась храмовым предметом, предназначенным для жертвоприношения, которые были изготовлены из золота, а представляла собой предмет, с помощью которого исполняли подготовительное действие. А такого рода предметы Тора позволяет изготавливать из дерева, экономя имущество еврейского народа.

Обе таблички, используемые в качестве жребия, должны были быть абсолютно идентичны по своим размерам, и изготовлены из одинакового материала. Причем нет особой разницы, из какого материала они сделаны, главное, чтобы это был достаточно прочный материал, и жребии выглядели достойно. Вначале таблички были изготовлены из дерева дорогой породы, а во времена Второго Храма Бен Гамла заменил их золотыми жребиями, и за это был восхвален мудрецами.

Кто бросал жребий [↑]

Заповедь жеребьевки согласно ряду мнений мог исполнить только первосвященник. По крайней мере, все мудрецы единодушны в том, что тот, кто не принадлежал к династии коэнов, не имел права ее исполнить.

Место проведения жеребьевки [↑]

Жеребьевка происходила в специально установленном для этого месте: рядом с т.н. «воротами Никанора» в восточной стороне храмового помещения («азары»), с севера от жертвенника.

Козлят, судьбу которых решала жеребьевка, как и всех других животных, предназначенных для самых святых жертвоприношений, ставили с востока на запад — так, чтобы их головы были обращены на запад. Первосвященник подходил к этому месту в сопровождении старшего коэна, который шел слева от него, и главы отчего дома коэнов текущей смены, который шел слева от него. Первосвященник останавливался перед козлятами, так, чтобы один из них находился по его правую руку, а второй — по левую.

Как происходила жеребьевка [↑]

Первосвященник вставлял одновременно обе руки в урну и быстро хватал в правую руку одну табличку, а в левую — вторую. Для чего нужна была такая спешка? Чтобы первосвященник не успел различить буквы, вырезанные на табличке, и не взять специально в правую руку ту из них, на которой написано «для Г-спода», что является добрым знамением. Тем более, после того, как первосвященник уже взял по жребию в каждую руку, он не мог их переложить из одной руки в другую. Ведь жеребьевка должна была происходить исключительно по воле Небес, без всякого влияния на нее человека. По той же причине урна специально была изготовлена с таким расчетом, чтобы в нее могли поместиться только две таблички и две руки, что исключало возможность ощупать таблички.

Установление предназначения каждого из козлят [↑]

Если табличка с надписью «для Г-спода» попадала первосвященнику в правую руку, управляющий коэнами говорил: «Господин первосвященник! Поднимите свою правую руку». Если же табличка с надписью «для Г-спода» попадала первосвященнику в левую руку, глава отчего дома коэнов текущей смены говорил: «Господин первосвященник! Поднимите свою левую руку».

Жребий, попавший в правую руку, первосвященник возлагал на козленка, стоящего справа от него, а жребий, попавший в левую руку — на козленка, стоящего слева. Менять местами жребии, было категорически запрещено.

После того, как первосвященник возложил таблички на козлят, он, в принципе, мог их сразу же снять.

Положив таблички на козлят, первосвященник должен был провозгласить: «для Г-спода — грехоочистительная жертва». Находящиеся в Храме люди, услышав святое Имя, произносили: «Благословенно Имя Почета Царствования Его во веки вечные».

После жеребьевки [↑]

Козленка, на которого выпадал жребий «для Г-спода», первосвященник подводил к месту, где резали жертвы, и повязывал ему на шею красную ленточку. Козленку, предназначенного для сбрасывания в пропасть — «козлу отпущения» — красную ленточку он привязывал к рогам и вел его к Восточным воротам, откуда шла дорога в пустыню.

Только после того, как первый козленок будет принесен в жертву на жертвеннике, второго козленка отсылали в пустыню. Первосвященник возлагал на него руки и признавался во всех прегрешениях еврейского народа.

Затем подготовленный заранее человек отводил «козла отпущения» в пустынную местность и сбрасывал козленка со скалы. Согласно закону, посланник становился ритуально нечистым и должен был очиститься сам и очистить свою одежду.

Чудо, связанное со жребием в Йом Кипур [↑]

Мудрецы свидетельствуют, что все те 40 лет, когда первосвященником был Шимон а-Цадик, жребий с надписью «для Г-спода» всегда попадал ему в правую руку, и красная ленточка после завершения службы белела — как символ искупления грехов народа Израиля.

После смерти Шимона а-Цадика жребий с надписью «для Г-спода» иногда попадал в правую руку первосвященника, а иногда — в левую; красная ленточка иногда белела, а иногда — нет.

Уроки, которые мы можем извлечь из жребия в Йом Кипур [↑]

Какой урок можем мы извлечь из нескольких стихов Торы, повествующих о жеребьевке, которую проводил первосвященник в Йом Кипур?

Представим себе: вот два козленка, предназначение которых разыгрывалось с помощью жребия. Они абсолютно одинаковые внешне, включая их рост и окрас. Их купили одновременно, заплатив за них равную сумму. Они оба стоят «перед Г-сподом». Только жребий должен установить, который из них примет смерть от острого храмового ножа, его кровь будет бережно собрана в храмовый сосуд и внесена в самое святое место на земле, а он сам будет принесен в жертву Всевышнему. Он удостоится наивысшей степени близости к Творцу — исполнения самой великой мечты тех, кто живет Торой.

Жребий установит и то, что произойдет с его «напарником»: он не пересечет той черты, за которой режут животных, предназначенных для жертвоприношения, принимают их кровь, снимают с них кожу и разрезают на отдельные части. С ним ничего этого не случится, у него не произойдет никаких изменений. Пока не завершится вся храмовая служба, связанная с приношением в жертву первого козленка, второй останется жив! Тора несколько раз подчеркивает, что он все это время остается живым (Ваикра 16:10, 20, 21). На него возложит первосвященник руки и признается во всех прегрешениях своего народа. Он выйдет из святого места, неся на себе тяжесть этих грехов, совершенных осознано или по халатности, повернется затылком к Храму и уйдет туда, где нет ничего. Он будет жить для себя в мертвой пустыне, пока его существование не оборвется сбрасыванием в пропасть. Первый погибает, обретая вечную истинную жизнь, второй останется жив, умирая навсегда под тяжестью грехов.

Рав Шимшон Рафаэль Гирш пишет, что именно в тот момент, когда эти двое, имеющие абсолютно равные возможности, находятся у пограничной черты храмового помещения, решается судьбоносный вопрос: кто из них переступит эту черту, а кто остановится перед ней. Именно здесь, у этой черты, их пути, до сих пор не отличающиеся ничем, разойдутся, и они пойдут по диаметрально противоположным направлениям.

«Эти козлята, взятые от общины Израиля, как говорит о них Тора, — продолжает рав Гирш (Ваикра 16:5-21) — намек на наши духовные силы. Через образ этих козлят Тора показывает нам великую мощь противостояния, живущую в каждом из нас. Противостояния чему? Любому покушению на наши желания! Нравственный уровень человека определяется именно тем, как он распорядится этой великой силой противостояния. Мы можем обратить ее во имя Творца, подчинить ее Его желанию, стать жертвой “для Г-спода”. Это произойдет, когда мы обратим эту силу антагонизма против всяческих соблазнов, внешних и внутренних, отвращающих нас от путей Творца. Но в наших руках также находится и обратная возможность: использовать эту силу для того, чтобы стать козленком, предназначенным “для азазэля”. То есть направить весь потенциал нашего антагонизма, чтобы не услышать голоса Всевышнего.

Сам Создатель одарил нас силой противостояния для того, чтобы мы могли распорядиться ее против животных влечений. Но Святой, Благословен Он, вдохнув в нас часть Себя, создав нас по Своему образу и подобию, дал нам свободу выбора. Мы можем направить силу противостояния как в нужное русло, т.е. выбрать вечную жизнь и благословение, так и направить ее против источника живой влаги, выбрав смерть и проклятие. Возможность человека преступить волю Творца, совершить грех, отдаться соблазну, не есть следствие его духовного падения или морального разложения. Величие человека заключается именно в том, чтобы имея полную возможность согрешить, не будучи ограниченным ни внешними, ни внутренними условиями, самостоятельно сделать выбор в пользу добра.

И вот мы стоим у порога в Храм, чтобы выбрать между исполнением желания Творца и нашими низменными страстями. В Святая Святых лежит Тора, которая является святее всего самого святого. Мы можем заглянуть в нее и принять решение избрать путь Творца, сосредоточить всю данную Им энергию противостояния, дав отпор всему, что жаждет оторвать нас от нашего истинного предназначения в Мире. Избрать путь исполнения Его воли и добра, войти в радости во двор Его святилища, добровольно пасть на острый нож Его святости, убив в себе животные влечения.

Но человек может избрать и другой путь, “для азазэля” — направить свой дух антагонизма против самого Создателя. Находясь у самого входа в Храм, он с равнодушием, перерастающим в ненависть, будет смотреть на сказанное в Торе, наотрез отказываясь принести в жертву Творцу то животное, которое находится в нем. Он не подставит под святой нож Храма свои низменные страсти. Он не пожелает отказаться от всего этого во имя Творца и Его Торы. Он видит свою жизнь только вне Храма, вне святости, вне Торы, требующих самопожертвования. Стоя перед Творцом, он предпочитает оставаться живым и не придавать себя Ему в жертву. Поэтому, возложа руки на этого “жизнелюбца”, первосвященник признается во всех грехах народа. Это не означает, что мистическим способом на “козла отпущения” сваливаются все земные грехи, но смысл этого признания в том, что в действительности природа греха именно в нежелании пожертвовать своим животным существованием ради святости и Торы, выбор жить “для азазэля”. Он уйдет от Храма и от среды людей, в которой царит свобода и выбор в пользу нравственности и святости. Его местом отныне будет мертвая пустыня. Но это лишь иллюзия, что он его миновала смерть, ибо тот же жребий, который определил, что он не будет принесен в жертву “для Г-спода” и продолжит жить, одновременно определил, что его жизнь “для азазеля” кратковременна и завершится после его недолгого пути по безмолвной пустыне позорную смертью на дне пропасти.

Согласно Закону, искупление грехов, что является сутью этого особенного дня, Йом Кипура, Дня Искупления, не может произойти без двух основных этапов — жеребьевки и признания в грехах, обращенное в адрес “живого” козла, выбранного “для азазэля”. Остальное: посылание козла в пустыню и сбрасывание его со скалы — является естественным завершением сделанного выбора, ведущего к греху и к краху.

Выбор этот не предопределен для нас заранее. Он не зависит ни от внешности, ни от роста, ни от денег. В любом положении, обладая любыми душевным силами, будучи уважаемым или унижаемым, великим или незначительным, — человек всегда может решить быть ли ему “для Г-спода” или “для азазэля”. Велик, избравший путь быть “для Г-спода”, ибо он мог решить жить “для азазэля”. И страшен позор того, кто живет “для азазэля”, т.к. он мог избрать быть “для Г-спода”. Ибо именно соблазн жить “для азазэля” призван привести человека к тому, чтобы стать “для Г-спода”, т.к. без этого нет свободы выбора, а значит и невозможно быть верным рабом Творца».

Выводить материалы