Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Заповеди делятся на две группы. Есть заповеди, которые направлены против природы человека, а есть заповеди, освящающие ее.

Сказано в стихе (Бамидбар 30:2-3): «и говорил Моше главам колен, и сынам Израиля, говоря: это слово, которое заповедовал Б-г: человек, если даст обет Б-гу, или поклянётся клятвенно, наложить зарок на душу свою, то не обуднит он слово своё, как всё, что вышло из уст его сделает». В этой главе рассказывается о законах клятв и обетов.

Обет состоит из нескольких компонентов: во-первых, важно его происхождение: исходя из человека, он должен отражать полное понимание им ситуации, и отражать разум, вложенный им в обет.

Как следствие этого, если человек заблуждался и был полностью уверен, что ситуации такова как себе ее представляет и это послужило причиной обета, но действительность отличается от того, что он себе представлял, то в этом случае, обет не вступает в силу и аннулируется сам собой — это обет по ошибке (Шулхан арух, Йоре Деа, п.232 п.6). В отличие от случая, когда ситуация была ему полностью известна, но не учел какую-то деталь, не придав ей значения, из-за чего теперь испытывает сожаление об обете. В этой ситуации, это может послужить поводом для обращения в Бейт-дин, чтобы тот снял обет по этой причине.

Во-вторых, наоборот, важно то, куда накладывается обет — в обете человек накладывает обет на предмет, как говорится об этом в геморе (трактат Недорим 2): запрет, накладываемый обетом, накладывается на сам запрещаемый обетом предмет. Клятвы, в отличие от обетов, просто обязывают человека, совершить или не совершать какое-либо действие.

В-третьих, средство обета — это речь, и к ней тоже есть несколько требований, например, эта речь должна быть произнесена, и не достаточно просто передать информацию другим способом. Следует отметить, что есть две заповеди, связанные с обетами: запрет «не обуднять слово своё» — не нарушать данное обетом слово, и повелительная заповедь «как все вышедшее из уст сделать» — выполнить слово, данное в обете.

В книге «леТора велмоадим» приводит следующую аналогию: есть много ступеней соответствия между словами, произносимыми человеком и сердцем, произносящего их. Бывает только внешняя связь, а бывает более глубокая, или еще более глубокая. Бывает произносится истина так, как она запечатлена в сердце человека, а бывает, что произносятся только слова истины. Конечно, бывает еще хуже, когда просто произносится ложь. И эта идея находит отражение и в других заповедях Торы, причем в двух группах: как в заповедях между человеком и Б-гом, так и в заповедях обуславливающих поведение людей между собой. Например, глубина намерений в молитве одного может быть очень глубокая, у другого же это только слова, обращенные ко Всевышнему, но без глубоких намерений. То же в заповедях между людьми: есть тот, кто довольствуется тем, что не обманывает другого или не распускает о нём слухи, и есть тот, кто говорит правду и говорит слова мира, но тем не менее, они не исходят из глубины его сердца. А есть тот, у кого слова заботы исходят изнутри. Очень важно, чтобы слово внутри человека, соответствовало произносимому им снаружи. То же самое происходит, если человек говорит что-то, но это никак не отражается на его собственном поведении — он обудняет свои слова. О человеке, изучающем Торы, но не выполняющему ее, сказано (Теилим 50:16): «а злодею сказал Б-г, что тебе рассказывать законы мои»

Внутри всех материальных сущностей, находящиеся в мире, есть Б-жественная сила, дающая возможность их существования. Как сказано (Теилим 33:6): «словом Б-га небеса сделаны, и духом уст Его — все воинства их». Это слово постоянно поддерживает их существование. Как мы говорим (в благословлении перед чтением Шма): «делающий светила великие, ибо вовеки милосердие Его». Делает всегда в настоящем времени. И тем не менее, с внешней своей стороны, они выглядят как обычная неодушевленная природа. Однако, вместе с тем, у человека есть способность внести в них дух святости, с одной стороны, или дух нечистоты, с другой стороны. Если человек использует это для заповеди, например, для тфиллина или Сефер — Торы, тогда святость накладывается на эти предметы. Если же человек использует их для служения идолам, тогда он вносит в них дух нечистоты, о котором сказано: «не прилепится к руке твоей ничего от отстраненного этого». Осязаемый пример этому — обеты. Человек говорит: этот предмет для меня как жертвоприношение, сам предмет становится запрещенным и святым как жертвоприношение.

И если речь человека способна привнести святость в сущее, то тем более речь Всевышнего, каждое мгновение, являющая из ничего всё мироздание, и поддерживающая его существования так, что оно продолжает своё существование по заведенному порядку без видимых изменений. И так происходит после окончания Творения, начиная с первого Шабата, когда не было сотворено ничего нового, но постоянно поддерживается существование уже сотворенного. Таким образом, что получается, что нет ничего естественного и природного, вся природа и заведенный порядок постоянно возникает по воле Всевышнего. Пользуясь этим предисловием, Бейт-аЛеви (гл. Брейшит) поясняет сказанное в геморе (трактат Шабат 118). Говорится там: каждый, кто наслаждается субботой — даётся ему наследие без границ. Как сказано: «и назовешь субботу удовольствием, тогда насладишься Б-гом, и будешь есть наследный удел Якова, праотца твоего». О каком наследие идет речь? О том, которое обещано Якову в отличие от праотца Авраама. Аврааму сказано: «встань исходи землю по длине её и ширине её». А о праотце Якове сказано (Брейшит 32: 6): «и проломаешь на запад и на восток, на север и на юг». Мудрецы говоря о наследии без границ, таким образом говорят аллегорию — о награде не стесненной природными рамками. И это то, что сказано в благословлении Всевышнего, данного им праотцу Якову: «и проломаешь на запад и на восток, на север и на юг» — он разобьет рамки Творения и границы природы, и перейдёт через края мира. И это является наградой хранящего и соблюдающего субботу. Ему отмеряют той мерой, которой он сам измеряет, то есть получает адекватное вознаграждение: поскольку суббота — это символ того, что мир не стоит сам по себе, а Всевышний являет его каждое мгновение по своему желанию, поэтому наградой ему служит то, что не ограниченно рамками природы. И это то, что истолковали мудрецы из продолжения стиха, в котором сказано: «тогда насладишься Б-гом, и оседлаешь возвышенности земные» — Всевышний посадит тебя верхом на земные возвышенности, то есть над земной ограниченностью, и всего мироздания, и будешь есть наследный удел праотца Якова.

Почему же сказано о том, кто наслаждается субботой, что именно ему дают это наследие без границ? Смысл сказанного в том, что заповеди делятся на две группы: есть заповеди, которые направлены против природы, например, те, что ломают вожделение и отдаляют от него; а есть заповеди, освящающие природу. В субботу заповедь в том, чтобы получить удовольствие от субботы и наслаждаться ею. В субботу заповедь не в том, чтобы ломать природу и действовать против неё, а в том, чтобы освятить её, исправить её, и направить на святость. Поскольку Суббота указывает на то, что Всевышний являет ее, поддерживает её существование, поэтому необходимо освятить природу и связать её со служением Всевышнему. И это служение лучше, чем служение, направленное против природы, как следует из мидраша.

Сейчас становится понятным то, почему главу «Матот», в которой говорится об обетах читают в период, называемый «бейн амицарим» — «между теснинами», названный так в книге Эйха, пророком Йермияу. Это период траура, продолжающийся 21 день. Это период, когда народ Израиль стеснен даже в рамках этого мира, в наказание за грехи, произошедшие 17 Тамуза и 9 Ава. Она напоминает нам о том, что можно не только не быть стесненными рамками этого мира, но и выйти из них вообще. Наследие без границ — связь со Всевышним, противопоставляется теснинам этого мира, вызванных отдалением от Него.

В упомянутом выше стихе сказано: «это слово, которое заповедовал Б-г», и говорит здесь Раши, что все пророки пророчествовали словами: как это, наподобие этого, говорил Б-г, но Моше Рабейну, в дополнение к ним, пророчествовал говоря: это слово. Почему именно в главе об обетах, упоминается этот уровень пророчества Моше Рабейну?

Существует три степени сравнения, когда используется слово «как». Сравнение, вводящее в заблуждение, из-за которого думается, что это по-настоящему сама вещь, но это ошибка, поскольку этим все не исчерпывается, а является всего лишь сравнением. Есть сравнение, когда понятно, что это всего лишь сравнение и подобие, однако, сама вещь на самом деле не такова. Есть такое сравнение, когда действительно, вещи сравниваются и уподобляются между собой.

Этот мир ничто иное, как сравнение и подобие высших миров. Однако, он очень сильно вводит в заблуждение, создавая иллюзию его самостоятельной реальности. Пророки учили тому, что мир всего лишь сравнение и подобие высшим мирам. Моше Рабейну в дополнение к ним, учил тому, что этот мир сам является словом Всевышнего, и он проявляется в нем.

Обеты накладываются на вещь словом, и накладывают запрет на сам предмет так, что сам предмет становится запрещенным, давшему этот обет. Как говорится об этом в геморе (трактат Недорим 2): обеты — запрет, накладывающийся на предмет. Более того, сказано в геморе (Недорим 35): если человек запрещает обетом предмет, говоря при этом, что эта вещь запрещена «как» животное посвященное в жертву (корбан) — на него накладывается святость, и если воспользуется им, нарушит запрет использования святого предмета в будничных целях (запрет меила), и должен принести жертвоприношение (ашам меилот) за свой проступок. Получается, что несмотря на то, что предмет не обладал святостью, но из-за того, что было использовано сравнение с жертвоприношением, в нем действительно проявляется святость и его происхождение от слова Б-га. Поэтому употреблена эта степень пророчества в законах обетов, раскрывающая в этом сравнении «это слово Б-га», в нем заключенном.

Всякая фальшь — это сравнение в своей наинижайшей ступени, когда создается иллюзия, что подобие это все, что есть, и нет ничего больше. И поэтому был разрушен Храм тогда, когда в нем уже не осталось святости и Всевышний излил свой гнев «на камни и деревяшки», то есть тогда, когда осталась только фальшь.


Эта недельная глава — самая большая из всех глав Торы. В ней, среди прочего, рассказывается о подсчете семейств левитов и той службе, которую им поручил Всевышний в пустыне. Также глава повествует о заповедях назира (назорея), благословении коэнов, обряде сота и о многом другом. Читать дальше

Недельная глава Насо

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Беседы о Торе»

Комментарий рава Ицхака Зильбера к недельной главе «Насо»

Объяснение текста благословения коэнов

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Б-г благословенный повелел Моше передать Аарону и его сыновьям формулировку благословения коэнов, то есть, точные слова, которыми они будут благословлять общину сыновей Израиля.

Избранные комментарии к недельной главе Насо

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Всякое прегрешение против нравственности порождено помрачением рассудка. Нравственная истина и истина логическая — синонимы, и человек может согрешить, только если лишится сперва истинной перспективы.

Кто учит Торе сына ближнего, как бы дает ему рождение. Насо

Рав Зелиг Плискин,
из цикла «Если хочешь жить достойно»

Мы должны брать пример с Аарона, брата Моше. Он мирил людей, поэтому в Торе в качестве родословной упомянуты его потомки.