Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Люби укоряющих и ненавидь хвалящих, ибо эти приведут тебя к жизни в будущем мире, а те сживут тебя со свету»Авот де-раби Натан 29, 1
Сборник мидрашей о недельной главе Торы

Из всех знаменитых людей того времени лишь один человек не присоединился к всеобщему ликованию по случаю рождения Ицхака — его старший брат Ишмаэль. Всякий раз когда Ишмаэль слышал от людей: "Несомненно, новорожденный сын Авраама займет место отца и получит в наследство вдвое больше, чем сын Агари", он отвечал: "Не говорите глупостей. Первенец — я, и поэтому, в согласии с законом, получу двойную долю я, а не он!"

Конечно, Ишмаэль не мог не заметить, что с тех пор как родился его младший брат, люди стали называть его, Ишмаэля — "сын Агари".

Когда Ишмаэлю исполнилось пятнадцать лет, он принес в дом идола и стал ему поклоняться, как это делали все канаанцы. Идол был замечен Сарой и та сказала Аврааму, что Агарь вместе с сыном следует выгнать из дома.

Однажды Сара стала свидетельницей того, как Ишмаэль в виде шутки пускал стрелы в Ицхака. И снова она пошла к Аврааму: "Я видела, как Ишмаэль стреляет в Ицхака из лука, притворяясь, будто метится в птиц. Дай Агари разводный лист и отошли ее прочь вместе с Ишмаэлем. Напиши завещание, в котором бы-ло бы указано, что все твое имущество отходит к Ицхаку, как и обещал Ашем!"

Никогда раньше Авраам не сталкивался с таким трудным испытанием, как это. Все невзгоды, которые он претерпел до сих пор, показались ему ничтожны-ми по сравнению с нелегкой задачей изгнать из дома своего собственного сына. Всем было известно, что Авраам отличается добротой даже по отношению к незнакомцам, а теперь Сара просит его прогнать из дома сына.

Авраам и Сара смотрели на это дело по-разному, но оба действовали во имя неба, не ради удовлетворения собственных желаний. Сара боялась дурного влияния, которое Ишмаэль может оказать на Ицхака. Хотя она знала, что нравственный и духовный уровень Ицхака гораздо выше, чем у Ишмаэля, ей было жалко, что Ицхаку надо будет тратить свое время и силы на то, чтобы отгородиться от дурного влияния старшего брата. Будет лучше, если он потратит это время и силы на то, чтобы сделать свое служение Ашему еще более совершенным.

Ночью Ашем явился к Аврааму и повелел: "Сара права! Делай всегда, как она говорит, ибо ее устами вещает Дух святости. Что касается Агари и ее сына, то не беспокойся о них".

Итак, однажды Авраам поднялся рано утром, чтобы, подавив в себе сострадание, изгнать их. Он написал для Агари разводный лист и, посадив Ишмаэля ей на плечо, вывел их из дому. (Ишмаэль болел тогда лихорадкой и не мог идти сам). При этом Аврааму пришлось подавить свойственную ему щедрость, чтобы со всей безупречностью выполнить приказ Ашема: Агари он не дал ни слуг, ни вьючных животных, ни даже достаточно пищи — только хлеб и флягу с водой. В заключение Авраам предостерег Агарь, чтобы она оставалась верной Ашему, и отправил ее в путь.

Пока Агарь продолжала служить Ашему, как она делала в доме Авраама, на фляге с водой лежало благословение и она никогда не пустела. Но, когда Агарь вышла в беер-шевскую пустыню далеко от авраамова дома, помыслы ее вновь обратились к идолам, которым она привыкла поклоняться еще в доме своего отца. И в тот же момент, как только она вернулась к идолопоклонству, благословение пропало и во фляге иссякла вода. Однако Ишмаэля продолжала мучить жажда, поскольку у него была лихорадка и жар. Бедная Агарь положила сына рядом с кустом и отошла поодаль, думая: "Да не увижу я смерти своего ребенка". Чем больше слабел Ишмаэль, тем дальше отходила от него несчастная мать.

Но тут Ишмаэль взмолился Ашему: "Властелин Вселенной! Дай мне воды, чтобы я не умер самой мучительной из всех смертей — смертью от жажды!" Агарь тоже обратилась к Небу с молитвой, но ее слова были более резкими: "Ты обещал мне, что от Ишмаэля произойдет великий народ. Но вот, он умирает от жажды!"

Однако как только Ашем захотел ответить на их молитвы, сразу же вмешались ангелы: "Зачем давать воду Ишмаэлю? В будущем его потомки станут убивать Твоих сыновей, лишая их воды".

Какое событие имели в виду ангелы?

Сразу после разрушения Иерусалимского Храма, когда Навухаднецар вел еврейский народ в первое изгнание, евреи проходили мимо селений Ишмаэля. Сильная жажда мучила изгнанников, и они стали умолять потомков Ишмаэля: "Мы с вами братья. Дайте нам немного воды", но ишмаэлиты сказали: "Сперва поешьте, а потом мы дадим вам напиться", — и принесли евреям соленое мясо и рыбу. А когда те съели это, поднесли им массивные кожаные мехи для воды. Многие евреи жадно приникли к этим бурдюкам и тут же умерли, ибо ишмаэлиты наполнили их не водой, а воздухом. Воздух вырывался из плотно надутых мехов и разрывал легкие ослабевших людей.

Итак, ангелы "напомнили" Ашему этот эпизод из будущего. Но Ашем ответил так: "Я сужу человека в соответствии с тем, как он ведет себя сейчас, а не с тем, что он будет делать в будущем. Сам Ишмаэль никого не заставлял умирать от жажды. Поэтому и я не буду карать его из-за злодеяний, которые совершат в будущем его потомки".

Тут же Агари явился ангел и успокоил ее: "Не бойся, Агарь. Ашем ответил на молитву Ишмаэля. Встань и помоги сыну подняться, ибо из него произойдет великий народ".

В ту же секунду Ашем открыл Агари глаза, и она обнаружила колодец, который находился совсем рядом с ней, но оставался до сих пор незамеченным.

Все мы слепы, ибо человеческие глаза видят только то, что им разрешено увидеть. Хотя колодец и прежде был поблизости от Агари, она узнала о нем только тогда, когда Ашем открыл ей глаза.

Несмотря на Б-жественное обещание, что ее сын будет спасен, Агарь боялась, что колодец исчезнет так же внезапно, как появился. Поэтому сначала она до краев наполнила дорожную флягу, хоть эта задержка и была опасна для жизни мучившегося от жажды больного Ишмаэля. И только потом дала попить своему сыну прямо из колодца.

После чего они побрели дальше и пришли в пустыню Пара», где было множество источников воды. Там они и поселились, причем Ишмаэль решил кормиться стрельбой из лука. Со временем он приобрел обыкновение грабить путников, так что полностью сбылось пророчество, данное ангелом: "Рука его на всех" (16:12).

Когда Ишмаэль вырос, он женился на женщине из Моава. Однажды, спустя три года после этих событий, Авраам отправился навестить Ишмаэля, но, проделав большой путь и добравшись до его шатров, застал дома только жену Ишмаэля.

— Где твой муж? — спросил Авраам.

— Он отправился со своей матерью собирать плоды, — ответила невестка.

— Я устал и хочу пить. Не найдется ли у тебя немного хлеба и воды?

— В доме ничего нет, — ответила моавитянка, — ни хлеба, ни воды.

— Когда твой муж вернется домой, передай ему такие слова, — сказал Авраам. — "Старец из земли канаанской приходил навестить тебя и заметил: порог в твоем доме нехорош, срочно его смени".

Когда Ишмаэль вернулся, простодушная жена рассказала ему про старца. Умный муж тут же понял, на что намекал старец и кто он был.

— Это мой отец, — сказал Ишмаэль, — и я поступлю по его слову.

Он развелся с женой, и Агарь нашла ему новую жену — из Египта, откуда она сама была родом.

Прошло три года и Авраам снова пришел навестить своего сына, но снова застал дома только невестку.

— Где твой муж? — спросил он.

— Вместе со своей матерью он отправился пасти верблюдов, — ответила египтянка.

— Я голоден и устал, не найдется ли у тебя хлеба и воды?

Женщина подала ему хлеб и воду.

— Когда твой муж возвратится, передай ему, что теперь порог в его доме хорош, — сказал Авраам и ушел. По дороге он помолился Ашему о благословении для своего старшего сына.

Когда Ишмаэль вернулся, жена рассказала ему о странном старце и о его словах.

— То был мой отец, — сказал Ишмаэль. — Он по-прежнему относится ко мне с милосердием.

Авраам навестил Ишмаэля не просто так. Мидраш говорит, что, несмотря на то что он сам изгнал Ишмаэля, он все же продолжал заботиться о его нравственном благополучии.

Союз между Авраамом и Авимелехом

Так случилось, что Авимелех, филистимский царь страны Герар, прослышал о чудесах, которые произошли с Авраамом, и сильно испугался. Что же он сделал? Он пришел к Аврааму вместе со своим военачальником, Фихолом (который вел все государственные дела и представлял жителей Герара), чтобы заключить мирный договор.

— Б-г с тобой во всем, что бы ты ни делал, — сказал Авимелех в похвалу Аврааму.

Под этими словами он имел в виду следующее: о Раньше я не считал тебя по-настоящему праведным, но, увидев, что ты в преклонные года чудесным образом обзавелся сыном, я понял, что Б-г пребывает с тобой во всех твоих начинаниях. Когда мне сказали, что ты послушал жену и изгнал своего первенца из дому, я решил, что ты заболел безумием. Но впоследствии обнаружилось, что твой первенец стал разбойником, и потому я пришел к заключению, что ты с самого начала поступил правильно и что с тобой Б-г.

п Раньше мне казалось, что ты извлекаешь доход из сделок с заезжими людьми, а потому тебе было невыгодно, чтобы Сдом был разрушен и край обезлюдел. Потому ты молился за Сдом. Но вот, его нет, а ты все так же богат, как всегда. Значит, молитва твоя была бескорыстна!

Отсюда я заключаю, что во всех твоих начинаниях не только ты с Ашемом, но и Ашем с тобой! Потому я ищу с тобой мира!

Что Авимелех потребовал от Авраама? Он сказал: "Поклянись мне, что твои потомки, которые в будущем завладеют этой землей, не станут нападать ни на меня, ни на моего сына, ни на моего внука. Помни доброту, проявленную мною, когда я предложил тебе остаться в моей стране, и ответь на нее тоже добротой: заключи со мной договор".

Авраам согласился и поклялся Авимелеху не вести против него войн в трех ближайших поколениях, даже если Авимелех будет провоцировать евреев на это. Тем не менее Авраам укорил Авимелеха, который разрешил своим слугам пользоваться колодцем, что выкопали люди Авраама.

— Твои слуги поят скот из моего колодца, заявляя, что он принадлежит тебе, — сказал он с упреком.

— Никогда не слышал, чтобы кто-либо из моих слуг совершал такое преступление, — заявил Авимелех. — Да и ты никогда раньше не жаловался мне. (Тем самым Авимелех как бы объявил, что колодец всегда был его и поэтому нет темы для спора).

— Ты сомневаешься? Есть способ выяснить, кому действительно принадлежит колодец, — сказал Авраам. — Я и ты пошлем слуг с овцами к этому колодцу. К чьему стаду навстречу поднимется вода — тот и владелец колодца. Так Ашем разрешит наш спор.

Когда слуги Авраама подвели к колодцу семь овец, вода поднялась только для них.

— Возьми этих семерых овец, — сказал Авраам, — от меня в подарок. Пусть они напоминают тебе о том, что произошло у колодца. У моего колодца!

Почему Авраам подарил Авимелеху именно семь овец, а не, скажем, одну или целое стадо? Он хотел напомнить ему о Семи законах для потомков Ноаха, которые заповеданы всем народам и среди которых есть запрет воровства. История с семью овцами осталась постоянным напоминанием о соглашении между Авраамом и Авимелехом. Это был один из первых договоров о мире в истории человечества. Заключен он был в Беер Шеве, месте, название которого означает "колодец, истинная принадлежность которого была установлена семью овцами", — колодец семерых. После чего Авимелех возвратился в землю филистимскую.

Известно, что Ашем строго оценивает каждый поступок, совершенный праведником. Поэтому Он порицал Авраама за то, что тот заключил союз с Авимелехом, хотя Авраам пошел на этот договор с чистыми и искренними побуждениями; более того, Авраам был счастлив, считая, что сотворил доброе дело. "Ты вошел в соглашение с язычником, — сказал Ашем, — дав ему семь овец. В результате на твоих грядущих потомков обрушатся страшные несчастья".

Что это за несчастья?

а) Они вступят в Эрец Исраэль семью поколениями позже того срока, когда могли войти туда. (От Авраама до Моше — ровно семь поколений: Авраам, Ицхак, Яаков, Леви, Кеат, Амрам, Моше. Пока Моше оставался в живых, Ашем не позволял евреям даже на шаг войти в Эрец Исраэль. Он до тех пор держал их в пустыне, пока после Авимелеха не прошло три поколения, ибо сказано (Шмот 13:17): "Было так, что, когда фараон отпустил народ, Ашем не повел их через филистимлян, хотя тот путь был близким". То есть клятва, данная Авраамом Авимелеху, оставалась нерушимой все время, пока были живы внуки Авимелеха).

б) Потомки Авимелеха убьют семерых праведников из потомков Авраама: Хафни, Пинхаса (сыновей перво-свящинника Эли), Шимона, царя Шаула и трех его сыновей.

в) Будут разрушены семь еврейских святилищ: Переносной Храм, святилища в Гилгале, в Нове, Гевоне, в Шило, а также оба Иерусалимских Храма. а Филистимляне захватят Ковчег Завета и продержат его у себя семь месяцев.

Заключительное испытание: связывание Ицхака

Аврааму исполнилось уже сто .тридцать семь лет, когда он, одно за другим, успешно прошел девять испытаний, каждое из которых было труднее предыдущего. Теперь ему предстояло столкнуться с решающим десятым испытанием, равным по тяжести девяти предыдущим вместе взятым.

Но зачем Ашем вообще подвергал Авраама испытаниям? Какая у Него была цель?

Конечно, испытания требовались не для того, чтобы Всемогущий лишний раз убедился в праведности Авраама. Ведь Ему ведомы самые глубокие тайники человеческого сердца. А для того, чтобы сделать самого Авраама еще совершеннее. И, кроме прочего, явить его величие всему миру.

Даже после девяти испытаний народы спрашивали: "Зачем Ашему понадобилось возвеличивать Авраама над всеми другими людьми? С какой целью Он извлек Авраама невредимым из пылающей печи, спас его от вражеского войска и сотворил для него все остальные чудеса?"

Ашем ответил: "Вы убедитесь, что Авраам на самом деле достоин Моего особого покровительства. Он будет верен Мне, даже если Я прикажу ему принести в жертву своего собственного сына!"

Сатан, персонифицирующий силы зла, высказался на Небесах по этому поводу так:

— Властелин Вселенной! Ты даровал сына Своему любимцу, когда ему исполнилось сто лет. Но пожертвовал ли он Тебе хотя бы одного голубя от того обильного пиршества, что устроил в честь рождения сына?"

На это Ашем ответил: "Даже если Я велю ему принести в жертву собственного сына, он Меня не ослушается!"

Так случилось, что сам Ицхак послужил первотолчком этому испытанию. Когда Ишмаэль пришел из пустыни Паран навестить отца, Ицхак ввязался в спор со своим старшим братом.

Ишмаэль похвалился: "Меня Ашем возлюбил больше, ибо я был обрезан в тринадцать лет". (То есть, он согласился на обрезание сознательно).

— Однако величие моего обрезания больше, — не согласился Ицхак, хотя ему следовало помолчать, — ибо оно произошло на восьмой день после моего рождения, как предписано Торой.

— Но у меня был выбор — соглашаться или не соглашаться, а ты был совсем ребенком и даже ничего не почувствовал.

Услышав эти слова, Ицхак заявил:

— Ты гордишься тремя каплями крови, что подарил Ашему? Мне тридцать семь лет, но, если бы Ашем потребовал в жертву все мое тело, я с радостью отдал бы его!

И тогда сказал Ашем: "Ицхак торжественно объявил, что согласится принести себя в жертву. Настало время показать, что Авраам с неменьшей готовностью отдаст мне своего сына".

Сразу же после этого Ашем явился Аврааму и позвал:

— Авраам!

— Я готов, — ответил Авраам.

— Прошу тебя, выполни повеление, которое Я тебе дам.

Главнокомандующим царской армиией был старый прославленный военачальник, выигравший в свое время множество битв. Однажды его вызвал к себе царь и сообщил : "Самая решающая схватка еще впереди. Я ставлю тебя во главе войска. Прошу, постарайся быть достойным своей доброй славы и на этот раз, иначе люди будут утверждать, что все твои прежние победы ничего не стоят".

Примерно то же самое сказал Ашем Аврааму:

— Ты был подвергнут Мною многим испытаниям и успешно их преодолел. Прошу, останься Мне верен и в этом испытании. Чтобы люди не стали насмехаться, говоря: "Грош цена всем прежним испытаниям".

— Сущность испытания была высказана Аврааму в таких словах: "Возьми своего сына и подымись с ним на гору, чтобы принести его в жертву".

— Которого сына? — спросил Авраам.

— Твоего единственного.

— Каждый из них один у своей матери.

— Того, кого ты любишь.

— Отцовское сердце не различает между сыновьями. Я люблю обоих.

— Возьми Ицхака.

— Вправе ли я совершить жертвоприношение? Для этого есть первосвященник — Шем, сын Ноаха.

— Я лишаю его этой должности, и она переходит к тебе.

— На какой горе принести жертву?

— На той горе, над которой будет пребывать Шехина, Мое видимое Проявление. Я освещу гору облаками Моей Славы!

На бедного Авраама обрушилась тьма вопросов и сомнений. Принести в жертву Ицхака? Разве это не противоречит Б-жественному обещанию, что Ицхак станет его наследником? Как может Ашем желать человеческой жертвы? Ведь Он неоднократно выступал против кровавых обрядов поклонения идолам. Однако Авраам сдержался и не высказал ни одного из своих сомнений. Более того, он не колеблясь предпринял все действия, необходимые для того, чтобы как можно быстрее и точнее выполнить повеление Ашема.

Сперва надо было решить вопрос о том, как уведомить Сару. "Если я скажу ей правду, — подумал Авраам, — она тут же умрет от горя. С другой стороны, я не могу просто взять и исчезнуть вместе с Ицхаком".

— Сара! — позвал он наконец. — Надо устроить праздник.

— По какому случаю?

У двух старых людей, в преклонные лета свои получивших в благословение сына, есть все причины показать свою благодарность, устроив пиршество. На этот раз не для людей, а в честь Всевышнего.

И вот они устроили праздник. Вдруг в разгаре пиршества Авраам объявил:

— Нашему сыну уже тридцать семь лет, а у него еще ни разу не было возможности изучать Тору за пределами нашего дома. Пора отдать его в ешиву.

Авраам имел в виду ешиву Шема. Сын Ноаха Шем вместе со своим правнуком Эвером содержали ешиву, в которой обучали людей Торе, в том ее виде, который был передан Адамом последующим поколениям.

— Ты прав, — согласилась с мужем Сара.

Тогда Авраам повелел:

— Припаси еду, ибо мы собираемся отправиться в путь завтра утром.

С первыми лучами зари, когда Сара еще спала, Авраам поднялся и приготовил дрова для жертвенного огня. Он отбирал только хорошие ветки, годившиеся для алтаря, откидывая прочь даже самые маленькие гнилые сучки. Своими руками наколов дров, он оседлал осла, причем не разрешил никому из слуг помочь ему, хотя обычно именно они выполняли эту работу. Из огромной любви к Ашему Авраам приложил все силы, чтобы самому выполнить каждую часть подготовки к заповеди. Наконец, он позвал сына Ишмаэля (приехавшего из пустыни Паран навестить отца) и слугу Элиэзера, и вместе с Ицхаком они вышли из дома, так и не разбудив Сару.

Три дня провели они в пути прежде чем обнаружили гору, о которой говорил Ашем.

Почему Ашем не дал им увидеть назначенное место на первый или второй день?

Три дня были выбраны Ашемом для того, чтобы впоследствии народы мира не смогли заявить: "Авраам принес своего сына в жертву лишь потому, что повеление Ашема застало его врасплох. Ни один нормальный человек, имеющий достаточно времени на размышление, не подчинится приказу зарезать своего сына . Поэтому Ашем дал Аврааму целых три дня на раздумья, и все это время Сатан делал все возможное, чтобы разубедить Авраама и Ицхака в разумности их самопожертвования. Сначала Сатан явился к Аврааму в облике старика.

— Куда вы идете? — спросил он.

— Мы идем молиться, — ответил Авраам.

— Разве для молитвы нужны дрова, огонь и нож?

— Возможно, мы пробудем в пути день или два, и нам нужно будет готовить еду.

Тогда Сатан перешел в открытое наступление.

— Старик, ты сошел с ума! — закричал он. — Я знаю, ты собираешься заколоть сына, который родился у тебя в преклонные годы.

Тем самым, Сатан пытался обезоружить Авраама самым очевидным доводом: из несуразного этого повеления видно, что оно является либо ложным пророчеством, либо Авраам неверно его истолковал. Но Авраам продолжал всем сердцем чувствовать правду: Ашем действительно велел ему принести Ицхака в жертву, — поэтому он ответил:

— Так или иначе, я сделаю это.

— Но знаешь ли ты, что тогда Ашем подвергнет тебя еще одному, более тяжкому испытанию? Он станет тебя обвинять: Убийца! Ты убил собственного сына!

— Тем не менее, я это сделаю.

— Но что скажут люди? Множество людей ты убедил в существовании Ашема. Ты — их учитель. Теперь они поднимут твое учение на смех, когда услышат, что ты заклал своего сына как овцу. Возвращайся домой!

— Нет. Я не поддамся на твои уговоры.

Тогда Сатан изменил тактику.

— Я подслушал разговор, который велся на Небесах, — сказал он Аврааму. — Там сказали: "Ицхак не будет принесен в жертву, его заменит ягненок".

— Ложь, — ответил Авраам.

Как видим, Сатан потерпел то же фиаско, что и все лгуны: ему не поверили даже тогда, когда он сказал правду.

В конце концов Сатан, увидев, что Авраам непреклонен, принялся за Ицхака. Тому он явился в образе юноши.

— Куда идешь? — спросил он Ицхака.

— Изучать законы Ашема, — ответил Ицхак.

— Живым или мертвым? Ведь тебя ведут на убой, — рассмеялся Сатан.

— Неправда!

— Сын несчастной матери. Сколько постов и молитв она совершила, прежде чем ты появился, а теперь этот ненормальный старик убьет тебя.

— Не твое дело!

— Но знаешь ли ты, что теперь Ишмаэль унаследует все, что причиталось тебе — ив материальном плане и в духовном.

От этих слов Ицхак почувствовал боль, поскольку всегда рассматривал себя как продолжателя духовной миссии отца.

— Отец, отец мой! — закричал он. — У нас есть и огонь, и дрова, но где же овца для жертвоприношения?

— Ашем сам изберет овцу для жертвы, сын мой. А если нет, то этой овцой будешь ты.

Ицхак закрыл лицо руками и заплакал:

— Так вот о какой ешиве ты говорил моей матери.

Услышав эти слова, Авраам тоже заплакал, но продолжал идти вперед.

Тут Ицхак взял себя в руки и начал успокаивать отца:

— Не горюй, отец, выполни волю нашего Создателя. Пусть моя кровь будет искуплением для всего еврейского народа.

И они побрели дальше, один на заклание, другой — чтобы заклать, — оба с радостью в душе, ибо выполняли приказание Ашема. Для поддержки Авраам все же взял Ицхака за руку, опасаясь, что тот вдруг утратит мужество.

Итак, Сатан не поколебал ни сына, ни отца. Поэтому он превратился в стремительную реку, текущую перед ними: мол, если не удалось удержать уговорами — не пущу физически. Чтобы перейти реку Авраам вошел в воду и так шел до тех пор пока не оказался по шею в воде. Тогда он поднял глаза к небу и сказал:

— Властелин Вселенной! Здесь глубоко. Если мы утонем, то кто освятит Твое Имя?

Ашем сразу же прикрикнул на Сатана, чтобы тот оставил их в покое, и Сатан окончательно исчез.

На третий день Авраам увидел гору: она сияла в лучах огня, который подымался от земли до небес, и Облако Славы покоилось над ней.

— Что ты видишь? — спросил Авраам Ицхака.

— Гору, а на горе Облако Славы Ашема, — ответил Ицхак.

— А вы что видите? — спросил Авраам Ишмаэля и Элиэзера.

— Ничего, — ответили они.

— Раз вы ничего не видите, то оставайтесь рядом с ослом, который тоже ничего не видит, — сказал Авраам. — Ждите здесь, пока мы не вернемся.

С этими словами Авраам снял дрова со спины осла и погрузил их на плечи Ицхаку. После чего взял в руки нож и огниво, 'и вдвоем они немешкая пошли в гору.

Там, на вершине, Авраам и Ицхак сообща соорудили жертвенник. Это было то же самое место, где в свое время стоял первый жертвенник Адама, позже разрушенный Потопом. Когда-то его восстановил Ноах, но он снова был уничтожен при Вавилонском рассеянии. Теперь Авраам воздвиг его еще раз.

Укладывая камни для алтаря, Авраам испытывал радость, подобную той, что испытывает человек, занятый свадебными приготовлениями для своего сына. Ему помогал Ицхак, испытывающий чувство жениха, идущего под хупу. Наконец, Ицхак сказал:

— Отец. Хотя я счастлив выполнить приказание Творца, все же мое тело дрожит, предчувствуя свой конец. Прошу тебя, свяжи мне руки и ноги. А после того, как выполнишь волю Ашема и сожжешь мое тело, прошу тебя принеси пепел моей матери, чтобы всякий раз, когда она взглянет на него, вспоминала своего сына. Но остерегись напоминать ей о случившемся, когда она будет стоять на крыше или на другом высоком месте, чтобы не потеряла, не дай Б-г, равновесия и не упала... Горе мне, отец! Кто будет вашим утешением в старости?

— Сын мой, мы знаем, что смерть наша близка. Но Тот, Кто был нашим утешителем до сих пор, будет утешать нас до самого последнего часа.

После этих слов Авраам связал руки и ноги Ицхака и приготовил огонь и дрова для жертвоприношения. При этом Авраам не сводил с сына глаз. Отцовские слезы лились прямо на Ицхака, в то время как Ицхак устремил свой взор к небу.

Усилием воли Авраам усмирил дрожь в пальцах и протянул руку за ножом. Сначала он осмотрел его, чтобы проверить, годится ли он по всем строгим правилам для заклания жертвы. В конце концов короткая задержка, во время которой Авраам осматривал нож, оказалась решающей.

Когда из очей небесных ангелов хлынули слезы, ангел Времени воскликнул: "Властелин Вселенной! Не дай сыну Авраама исчезнуть с лица земли".

И сказал Ашем ангелам: "Разве не вы требовали, чтобы Я подверг Авраама трудному испытанию? Зачем теперь взываете к моему милосердию?"

Но ангелы продолжали плакать, и их слезы капали с неба прямо в глаза Ицхаку. "Разве Авраам ничего не заслужил своим гостеприимством? — молили небесные сострадальцы. — Неужели Ты (упаси нас!) осквернишь завет, что заключил с ним?"

В этот момент Авраам приставил нож к горлу Ицхака. Моментально душа Ицхака покинула тело.

Слезы ангелов упали на нож, и он расплавился в руках Авраама, превратившись в свинец. Тут же раздался голос с Неба: "Авраам, Авраам! Не подымай руки на отрока!"

— Тогда позволь мне хотя бы уколоть его ножом, чтобы пролилось несколько капель крови. Это и будет жертвоприношением.

— Не делай с ним ничего!

— Кто ты, разговаривающий со мной?

— Ангел.

— А если ты Сатан, который хочет соблазнить меня?

— Нет, я вестник Того, Кто не желает человеческих жертвоприношений. Я вестник Ашема.

— Когда Ашем повелел мне принести в жертву моего сына, Он Сам говорил со мной. Только Он может отменить Свое повеление!

Ашем тут же раздвинул небеса, и Авраам услышал Его голос:

— Я клянусь тебе!

— Ты клянешься, — ответил Авраам, — но и я клянусь, что не сойду с места, пока не получу ответа на несколько вопросов.

— Спрашивай.

— Как понять, что сперва Ты обещал мне: "В Ицхаке наречется тебе род" (Берешит 21:12), потом взял назад Свое обещание, повелел: "Возьми своего сына" (22:2), а теперь опять меняешь Свою волю и говоришь: "Не поднимай руки на отрока"?

— Когда Я велел: "Возьми своего сына", Я не имел в виду заклание. Я только сказал: приведи его наверх в качестве жертвы, чтобы доказать свою любовь ко Мне. Ты послушался и привел его наверх — теперь Вы оба можете спуститься вниз.

— Это было бы понятно, если бы на Твоем месте, не дай Б-г, был человек. Человек может захотеть испытать своего друга, ибо не знает его мыслей. Но Ты знаешь мою душу. Разве Тебе не известно без всяких испытаний, что я по-настоящему был готов принести его Тебе в жертву?

— Известно. Но Я хотел показать всему миру, почему Я избрал среди всех народов именно тебя. Теперь все будут знать, что нет предела твоей Б-гобоязненности.

— Поклянись, — просил Авраам, — что Ты никогда больше не будешь подвергать меня подобным испытаниям, — ни меня, ни моего сына Ицхака.

После десятого испытания злое начало в душе Авраама было полностью подчинено. Поэтому отпала необходимость в дальнейших испытаниях, которые служили бы уже не цели очищения его характера, а более простой задаче — показать миру силу веры Авраама и его стойкость перед лицом невзгод. Впрочем, сам Авраам был против испытаний такого рода, поскольку они могли вызвать у людей сомнения в справедливости Ашема, а у него, у Авраама, была другая задача: показать миру безграничность Его доброты. Но не только себя, а и Ицхака избавил Авраам от дальнейших проверок, ибо, устояв в десяти испытаниях, он не только очистил свой собственный характер, но и вложил в своего сына святость от рождения, так что Ицхак больше не нуждался в подобных экзаменах.

— Властелин Вселенной! — попросил Авраам. — Когда Ты повелел мне принести Ицхака в жертву, я мог бы попытаться возражать. Но я не сказал ни слова — и полностью исполнил Твою волю. Поэтому, если мои потомки когда-нибудь в будущем станут грешить, то вспомни, пожалуйста, о том, как я безропотно связал Ицхака, а вспомнив, подави Свой гнев и прости их!

— Хорошо, Я буду прощать их грехи, но они должны будут трубить в шофар на Рош Ашана, Новый год.

— Что такое шофар!

— Обернись и узнаешь.

Авраам повернулся и увидел барана.

— Еврейский народ будет трубить в шофар, сделанный из бараньего рога, и в честь твоей готовности принести Мне в жертву сына их грехи простятся, — объяснил Ашем.

Баран, которого увидел Авраам, был создан в канун первого Шабата, во время Шести Дней Творения, чтобы быть принесенным в жертву вместо Ицхака.

Ангел Самаэль попытался помешать Аврааму принести эту жертву и прятал барана в кустах. Когда баран захотел прибежать к Аврааму, его рога застряли в густых ветвях. С трудом высвободившись из одних зарослей, баран тут же запутался в других, потом попал в новые заросли и так без конца. На это Ашем сказал:

— Смотри, Авраам. Подобным же образом твои потомки будут запутываться в грехах и попадать из одного изгнания в другое: в вавилонское, мидийское, греческое, римское...

— Когда же наступит конец череде этих изгнаний? — спросил Авраам.

— Их избавит звук шофара, сделанного из рога барана.

Вконец запутавшийся баран вытянул свои ноги по направлению к Аврааму, как бы показывая, что жаждет, чтобы его освободили. Авраам извлек его из кустов и принес в жертву вместо Ицхака.

— Властелин Вселенной! — снова взмолился Авраам. — Посчитай кровь этого барана за кровь моего сына!

Так завершилось десятое испытание. В заключение Ашем поклялся Аврааму, что благословит его в этом мире и в мире грядущем (Берешит 22:17): "Я буду благословлять тебя (в этом мире) и весьма умножу твое потомство (в грядущем)".

Почему Ашем послал Аврааму именно барана, чтобы принести его в жертву вместо Ицхака, а не, скажем, вола или козла?

Баран — единственное животное, которое не только само по себе годилось в жертву, но и каждый его орган использовался в соблюдении определенной заповеди:

- Рога его служили шофаром.

- Легкие использовались в Храме как своего рода музыкальные меха и флейты.

- Из его шкуры делали барабан — для музыкального сопровождения песен левитов в Храме.

- Из его кишок делали арфы.

- Из его внутренностей делали скрипки, которые тоже использовались в Храме для песен в честь Ашема.

С самого начала Авраам предвидел, что гора, на которой он связал Ицхака, станет в будущем сердцем Эрец Исраэлъ, и на ней будет расположен Иерусалимский Храм. Поэтому он назвал это место Иире, что означает: Ашем будет смотреть с этого места вниз и изливать на мир Свою доброту. Шем тоже дал имя горе, назвав ее Шалем, совершенная.

И сказал Ашем: "Если Я назову это место именем, данным Авраамом, станет жаловаться праведный Шем.

Если Я назову его Шалем, то будет жаловаться Авраам. Поэтому Я объединю эти два названия в одно — Иерушалаим".

Оба названия, данные праведниками, соответствовали их характерам. Великодушный Авраам, всегда умолявший Ашема изливать Свою доброту на весь мир без исключения, — даже на нечестивцев, — назвал это место Йире, то есть: пусть Ашем посмотрит вниз из Своего обиталища и благословит мир Своей добротой. Шем, как и отец его Ноах, был суров к нечестивцам. Он всегда бранил их, когда они сбивались с истинного пути, и отказывался молиться за тех, кто не хотел ходить путями Ашема. Поэтому Шем и назвал это место Шалем — Город Совершенства, то есть город, в котором могут получить кров только совершенные люди.

Ашем включил оба слова в название Иерушалаим, подразумевая, что доброта и святость будут вечно сиять в этом городе, заствляя каждого жителя совершенствовать себя, так что в конце концов даже нечестивцы вернутся на пути Г-сподни.

Когда Ицхак услышал слова "Не поднимай руки на отрока", его душа возвратилась в тело. Авраам развязал его, и Ицхак поднялся. Встав на ноги, он прочел благословение: "Благословен Ты, Ашем, Который воскрешает мертвых".

Авраам сказал Ицхаку: "Тебе настало время отправиться изучать Тору в ешиве. Причина всех моих жизненных удач в том, что я занимался Торой и заповедями. Поэтому я хочу, чтобы Тора навсегда осталась с моими потомками".

Хотя Авраам и сам был знатоком Торы, он отослал своего сына из дому, чтобы тот изучал Тору в ешиве. Он поступил так в назидание потомкам, чтобы им легче было расставаться со своими детьми и отсылать их для изучения Торы в ешивы, расположенные далеко от дома.

После чего Авраам вернулся к Ишмаэлю и Элиэзеру, ожидавшим его внизу. Пока Авраам с Ицхаком отсутствовали, между ними разгорелся такой спор. Ишма-эль сказал:

— Авраам принесет Ицхака в жертву, и я стану его наследником.

— Ты не унаследуешь ничего — сказал Элиэзер. — Ты изгнан из дома отца, а я его любимый ученик, поэтому я займу его место!

Когда они увидели, что Авраам возвращается один, они решили, что Ицхак, и в правду, принесен в жертву.

— Где Ицхак? — спросили они у Авраама с надеждой.

— Я послал его в ешиву Шема и Эвера изучать Тору, — ответил Авраам.

Ишмаэль и Элиэзер поверили Аврааму, ибо знали, что он никогда не лжет.

Во все времена, вплоть до сегодняшнего дня, не было ничего по силе и мужеству, проявленным человеком, равного десятому испытанию Авраама.

Из повествования об этом испытании можно вывести несколько основополагающих принципов Торы.

- Этот рассказ учит нас, что тот, кто любит Ашема, должен быть готов ради Него отдать самое дорогое, что имеет.

- Готовность Авраама принести Ицхака в жертву, основываясь при этом только лишь на словах Ашема, показывает, что пророк всегда хорошо знает об истинности получаемого им пророчества.

- Из этого рассказа видно, что наши праотцы исходили из предположения о существовании другого мира, который превыше мира нашего. Если бы не вера Авраама в олам аба, грядущий мир, то он, конечно же, не согласился бы принести своего единственного сына в жертву, чтобы доживать жизнь без надежды и без будущего. Он с готовностью послушался веления Ашема, зная, что за его жертву в этом мире, Ашем вознаградит его в олам аба.

Десятое испытание Авраама вошло в историю еврейского народа под именем акеда, связывание, потому что именно связывание Авраамом рук и ног сына на жертвеннике свидетельствовали об его исключительной смиренности и готовности во всем слушать голос Ашема. Эту черту смиренности перед Б-гом Авраам передал своим потомкам.


Недельные главы Торы, которые начинают читать в эти дни, полностью связаны с постройкой Мишкана — переносного Храма, о котором написана эта статья. Мишкан служил местом сильнейшего раскрытия Божественного Присутствия, которое не оставляло сынов Израиля во время их сорокалетних странствий по пустыне. Читать дальше