Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Загадочный человек, обративший внимание на женщину, читавшую псалмы

Браха выскочила за дверь и лихорадочно начала тыкать ключом в замочную скважину, одновременно пытаясь другой рукой застегнуть пальто и надеть шарф. С остервенением закрутив его на шее неудобным узлом, она с третьей попытки справилась с замком и ринулась к станции метро, чуть не сбив с ног соседку, спокойно выплывающую из дома в аккуратном наряде и уложенном парике.

«Да, у нее-то, наверное, никогда не бывает такого утра… Довид отправился на работу прямо из синагоги, не заходя домой, — у него какая-то важная встреча… Как одной можно справиться со всем этим, если младенец просыпался шесть раз за ночь, и голова гудит, как старый колокол? Интересно, у соседки тоже одна дочка требует именно ту юбку, которая сейчас в стирке, пока другая методично рассыпает корнфлекс по углам кухни, кормя только ей видимых цыплят? А ее погодки тоже начинают драку, едва открыв глаза, и не прекращают ее, пока не погрузишь их в подвозку? Вообще, есть еще другие еврейские женщины на свете, которые вылетают из дома в последнюю секунду, даже не успев помолиться Шахарит?..»

Браха продолжала себя жалеть, ругать и снова жалеть, подбегая к метро, спускаясь по эскалатору и запрыгивая в вагон. Усевшись на свободное место, она наконец ослабила душивший её узел шарфа, вынула из сумки сидур и начала читать Шахарит.

Браха была погружена в молитву и не видела, как в вагон входят люди, выходят из него, кто-то садится, кто-то встает… Она не видела, как на очередной станции в поезд вошел кто-то высокий и грузный и уселся прямо на пол у двери. Она не заметила его рваной футболки с угрожающей надписью и какими-то черными стрелами, длинных четырехугольных серег в ушах, бесформенных штанов с разнообразными застарелыми пятнами, мутных глаз, глядящих тяжело и угрюмо.

Только когда человек поднялся на ноги, переместился от дверей и снова сел на пол, но теперь прямо напротив нее — только тогда она, охватив коротким взглядом поверх сидура его огромную фигуру, почувствовала, что от человека волнами исходит однозначный сигнал: «опасность!» Браха с рождения жила в Нью-Йорке и прекрасно знала, на что способны такие типы в грязных штанах и футболках со стрелами.

Молитва Брахи теперь уже была не жалобой на свою несчастную жизнь, где муж от нее сбегает на работу, дети кричат и не слушаются, а начальник снижает зарплату за опоздания. Молитва стала неистовой мольбой о спасении. «Вс-вышний, пожалуйста, пусть он отойдет от меня, пусть выйдет из поезда, мне страшно, прошу Тебя…» И вдруг:

— Извините, мисс…

Браха внутренне вздрогнула, но не оторвалась от своего сидура. У страшного человека голос был низкий и глубокий — но не слишком грубый. Он повторил:

— Извините, мисс…

Браха еще пыталась продолжать молитву, но строчки прыгали перед глазами, а человек всё не уходил.

— Простите, мисс, что вы читаете? Это Псалмы?

Браха подняла голову и кивнула. Она и правда сейчас читала «Псукей де-Зимра», которые состояли, в том числе, из Псалмов. Глаза у человека были прозрачно-голубые и смотрели беззлобно.

— Пожалуйста, мисс, помолитесь за меня тоже…

Можно было ожидать от этого чудовища чего угодно, но только не просьбы о молитве. Она была ошарашена, и вопрос сам сорвался у нее с языка:

— Как ваше имя?

— Как моё имя? — человек, казалось, задумался, припоминая что-то, даже начал хлопать себя по карманам. «Не ножик ли он сейчас вытащит?» — пронеслось в голове у Брахи, а тот бросил проверку карманов и повторил тихо, с сомнением:

— Как моё имя?.. — Помолчал, закрыв глаза, а потом добавил, уже громче, так что несколько человек, которые до этого делали вид, что ничего не слышат, обернулись в их сторону:

— Моё имя… Йосеф бен Мирьям.

Браха обмерла, и сидур задрожал у нее в руках. Она смотрела в глаза этому человеку: опустившемуся, навевающему на окружающих ужас человеку по имени Йосеф, которого родила неведомая Мирьям, что уже давно все слезы выплакала по своему непутевому сыну. Да и жива ли она сейчас?..

— Конечно, я помолюсь за вас, Йосеф, — сказала Браха, не отводя глаз.

Под ее взглядом Йосеф поднялся с пола, пробормотал: «Спасибо, мисс, большое спасибо, пусть Б-г вас благословит», — вышел из вагона и без всякой цели побрел по перрону, тяжело переставляя грузные ноги в пыльных штанах.

Минуту Браха сидела неподвижно, только слезы капали на потрепанные страницы молитвенника. Потом она очнулась, провела ладонью по страницам, смахивая с них влагу. Пальцы скользнули по знакомым словам: «Счастлив тот, кому Бог Яакова в помощь и чья надежда на Господа, Бога его…»

Браха легко улыбнулась сидуру, вытерла глаза и продолжила свою молитву. Теперь уже все в ней было иначе. Ведь было так ясно, зачем Довид ушел на работу рано, зачем малыш просыпался шесть раз за ночь, зачем Това кормила невидимых цыплят, а Сима требовала сиреневую юбку.

Все это было для того, чтобы Браха вышла не в свое обычное время из дома, а опоздала — и попала именно в этот поезд, именно в этот последний вагон, где Йосеф бен Мирьям должен был повстречать ту, которая помолится — так искренне, с таким настроем и с такой верой — о том, чтобы этот Йосеф, и другие — Аароны, Яковы, Эфраимы, которые бродят бесцельно по миру, — вспомнили свои имена и имена своих матерей. Вспомнили и вернулись к Тому, Кто их всегда ждет.


Эта глава начинается с заповеди жертвовать половину шекеля. Примечательно,что эту главу часто читают перед Пуримом, и как раз перед Пуримом и выполняется данная заповедь. Другая половина главы посвящена описанию греха золотого тельца и тому Великому прощению, которое оказал нам Творец. Читать дальше

Недельная глава Ки Тиса

Нахум Пурер,
из цикла «Краткие очерки на тему недельного раздела Торы»

Краткое содержание раздела и несколько комментариев из сборника «Тора на все времена»

«Ки тиса» («Когда будешь вести счет»). ДОЛГО ЛИ УСИДИШЬ НА ДВУХ СТУЛЬЯХ?

Рав Бенцион Зильбер

Всевышний предписывает Моше определить число сынов Израиля («Когда будешь вести счет…») с помощью полушекеля, который внесет каждый из них на строительство Мишкана (переносного Храма). В такой форме евреям была дана заповедь приносить пожертвование на нужды Храма размером в полушекель. С этого приношения началось строительство Мишкана. В отсутствие Моше (он, как вы помните, сорок дней и ночей находился на горе Синай) евреи изготовили золотого тельца, поклонились ему и принесли жертвы. Моше спускается с горы с двумя скрижалями, видит это и разбивает скрижали. Сорок дней молится Моше, чтобы евреи не были истреблены в пустыне за этот грех. Б-г прощает евреев. Афтара к главе «Ки тиса» – отрывок из первой Книги царей (Млахим I, 18:1-39). (Напоминаем: афтара – отрывок из Пророков, который читают в синагоге по субботам после чтения недельной главы.) Этот отрывок рассказывает о временах царя Ахава, правившего северным – Израильским – царством, где проживали десять колен Израиля (два колена населяли южное царство – Иудею; раскол единого царства произошел после смерти царя Шломо). Ахав и его подданные поклонялись идолам, нарушая этим вторую из Десяти заповедей, запрещающую поклонение любым божествам, кроме Единого Б-га. Тема афтары связана с темой поклонения золотому тельцу в недельной главе.

Ки Тиса. вопросы и ответы

Рав Хаим Суницкий,
из цикла «Вопросы и ответы по недельной главе»

Вопросы и ответы по недельной главе

Золотой телец

Рав Шимшон Рефаэль Гирш

Почему Аарон выбрал фигуру тельца?