Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
В первой книге Б-жественной Торы рассказано о сотворении мира из ничего, о том, как сменяли друг друга первые поколения, и о том, как родились и жили наши святые праотцы. Рассказ о них доведен до того момента, как Яаков и его дети спустились в Египет.

Во второй книге рассказывается, как плохо обращались с ними египтяне, как потомки Израиля страдали в изгнании и рабстве, как затем Б-г даровал им избавление через Моше и Аарона, и описываются чудеса, которые Б-г явил евреям в Египте, на море и в пустыне, по пути к горе Синай. Там весь народ целиком достиг уровня пророков и получил из уст Всесильного Б-га Тору и заповеди. Затем нам рассказывается, как евреи совершили грех золотого тельца, как им был прощен тот грех и как затем они построили Мишкан, чтобы среди них всегда присутствовала Б-жественная Шехина и они находились бы под прямой властью Б-га. Они увидели это своими глазами в тот день, когда строительство Мишкана было завершено и его накрыло облако Славы Б-га, когда «Слава Б-га наполнил Мишкан».

И теперь потребовалось, чтобы в третьей книге Тора разъяснила, как именно следует приносить жертвы в Мишкане, как коэны должны служить Б-гу и искупать грехи сыновей Израиля. Там записано, кроме того, что коэны должны стараться постоянно изучать Б-жественную Тору, хорошо знать все ее правила, предписания и законы, чтобы наставлять народ и указывать ему «путь, по которому они пойдут, и поступки, которые станут совершать». Стих говорит об этом: «Поскольку губы коэна хранят знание, и Торы жаждут его уста». И еще сказано: «И придешь ты к коэнам, потомкам Леви, которые будут в те дни… и они скажут тебе закон». И еще сказано о колене Леви: «Будут разъяснять Твои законы Яакову и Твою Тору Израилю». Поэтому Б-г счел правильным, чтобы остальные евреи предоставляли коэнам необходимое пропитание, чтобы коэны получали все необходимое для жизни без труда и хлопот. Он хотел, чтобы им не препятствовали в стремлении к совершенству постоянные заботы о пропитании для себя и семьи.

Для того чтобы коэны выделялись из народа Израиля, чтобы подчеркнуть их высокое положение, Б-г захотел отличить их и одеждой, и душевными качествами, и постижениями разума. Они не должны оскверняться прикосновением к мертвому телу, не должны наносить себе раны в знак траура, не имеют права сбривать краев бороды, чтобы не нарушить красоты лица, и жениться должны не на первой попавшейся женщине, а только на подходящей для них, то есть, отличающейся чистотой. Они должны воздержаться от вина и пьянящих напитков, когда служат в Храме. К жертвеннику не может приближаться никто, кроме коэнов, и даже коэн с физическим недостатком не может служить в Храме. И во всех своих проявлениях они должны быть святыми, согласно сказанному: «Святыми будут они для своего Б-га».

Именно потому, что эта книга посвящена, в первую очередь, обучению и наставлению коэнов, наши мудрецы называют ее Торат коаним, «Учение коэнов».

Однако на самом деле эту книгу можно разделить на две части. Первая часть говорит о святости коэнов и о коэнском служении и продолжается от начала книги до стиха «По поступкам земли египетской…», что составляет пять с половиной недельных разделов. А вторая часть, до конца книги, говорит о святости еврейского народа в целом, о том, что евреи должны делать, а чего остерегаться: «И освятитесь, и будьте святыми…» Но и в этой второй части можно найти требования и запреты, относящиеся только к коэнам, например, в разделе Эмор. Причина в том, что святость народа зависит от святости коэнов, а святость коэнов увеличивает святость народа.

О том, что выбрано для жертвоприношений

Слова жертва, зевах, и жертвоприношение, корбан, не являются синонимами. Они относятся к одной и той же области понятий, однако, хотя каждую жертву можно назвать жертвоприношением, не всякое жертвоприношение можно назвать жертвой. Слово «жертва» относится только к животному, которое режут и затем сжигают на жертвеннике, поскольку на святом языке слово зевах происходит от корня, означающего «зарезание, забой». Этот корень используется, например, в стихе «И зарежь из крупного и из мелкого скота, как Я повелел тебе». Поэтому всякая жертва — это жертвоприношение, причем именно такое, которое приносится на жертвеннике.

Однако бывают такие жертвоприношения, к которым не может относиться название зевах, жертва. Это, например, принесение в жертву птицы, которую для этого не нужно резать. Хлебное приношение, минха, тоже называется жертвоприношением, но поскольку это не животное, назвать это жертвой нельзя. То есть, получается, что жертвоприношение — это более общее понятие, чем жертва, поскольку включает в себя и животных, которых режут и приносят на жертвенник, и птиц, и хлебные приношения, к которым понятие жертвы не относится.

Слово жертвоприношение, корбан, на святом языке происходит от корня, означающего «близость». Здесь заложен двоякий смысл. Во-первых, суть жертвоприношения в том, что нечто приближается к жертвеннику. А во-вторых, этим достигается особая близость между тем, кто приносит жертву, и Б-гом. Стих говорит: «И кто такой великий народ, боги которого близки к нему?»

И Тора говорит, что жертвоприношения могут быть нескольких разных видов. Разрешено приносить в жертву три вида домашних животных: быков, баранов и козлов. Кроме того, допускаются два вида птиц: голубь и молодая горлица. А еще можно принести в жертву то, что произрастает из земли. Такое приношение называется минха и может включать в себя хлеб, оливковое масло и вино. И последний, дополнительный вид приношения — благовоние, называемое левона. И нет сомнений, что самые лучшие, наиболее угодные Б-гу жертвы — это три вида животных: быки, бараны и козлы. Поэтому среди общественных жертв нет ни голубей, ни горлиц, ни жертвы минха, приносимой отдельно, а только один из трех этих видов животных.

Варианты жертвоприношений

Жертвоприношения — как животные, так и хлебные приношения, — приносятся на жертвеннике. И жертвы подразделяются на четыре основных типа: жертва всесожжения (ола), жертва за грех (хатат), повинная жертва (ашам) и мирная жертва (шламим). Любая жертва, упомянутая в Торе, будь она общественной или личной, обязательно относится к одному из этих четырех типов.

Ола сжигается на жертвеннике целиком; это относится и к общественной жертве ола, и к индивидуальной. Хозяин ничего не получает от этой жертвы, и коэны тоже не съедают от нее ни одного куска: она сжигается целиком, кроме шкуры, которая достается совершающему приношение коэну. Если в жертву ола приносится животное, оно должно быть непременно мужского пола: бык, баран или козел. Однако если приносится птица — голубь или горлица, — она может быть любого пола. Быков, баранов или козлов в жертву ола приносят только беспорочных, без каких-либо физических недостатков. Поэтому не годятся старые животные, поскольку в старости они уже по природе вещей не могут быть совершенно здоровыми. Быки не считаются старыми до трех лет, а бык, которому исполнилось три года и один день, уже не годится для жертвы. А бараны и козлы пригодны в жертву только до двух лет, потому что, начиная с этого возраста, все их телесные функции начинают ослабевать. Тора же настаивает, чтобы жертвы, приносящиеся на жертвеннике, были совершенными, чтобы животные были в том возрасте, когда они достигают полноты сил и больше всего ценятся. По этой же причине Тора повелела, чтобы приносящиеся в жертву голуби были взрослыми, а горлицы — птенцами, потому что именно в эти периоды они достигают своего расцвета. И теперь тебе должно стать понятно, что когда Тора говорит о «козленке» или «ягненке», она имеет в виду мелкий скот от рождения и до конца первого года жизни, а «козел» или «баран» — это то же животное на втором году жизни. «Быком» называется животное от двух до трех лет, а «теленком» — от года до двух. Так все это объясняется в трактате Пара.

Жертвы хатат бывают двух типов. Первый тип — это жертва, от которой на жертвеннике сжигают только особые части, носящие собирательное название эмурим. Если речь идет о быке или козле, то в эти части входит нутряной жир, покрывающий внутренности, почки вместе с их нутряным жиром, а также «отросток печени», то есть, нижняя часть печени, отходящая от нее и имеющая форму большого пальца. Если же в жертву хатат приносится баран или овца, кроме уже перечисленных частей, сжигается курдюк вместе с почками, к которым он примыкает. Вся совокупность этих частей тела животного называется эмурим, и это слово означает: «те части животного, которые Б-г повелел отделять от жертвы хатат и сжигать на жертвеннике». А остальную часть туши должны были съесть мужчины-коэны в пределах двора Мишкана. Второй же вид жертвы хатат — это такая жертва, которая целиком сжигается на жертвеннике, как ола, и о ней я еще буду говорить.

Жертва ашам — это индивидуальная жертва, приносимая в случае, когда человек сомневается, преступил ли он какую-либо из запрещающих заповедей, за нарушение которых определено наказание карет, или же не нарушил. Когда возникает такое сомнение, человек приносит жертву ашам. Если же потом он выяснит, что действительно по ошибке нарушил эту заповедь, он должен будет принести жертву хатат. Получается, что в любом случае, когда за преступление, несомненно совершенное, человек обязан принести хатат, сомнение в совершении такого преступления обязывает его принести ашам. И ашам никогда не бывает общинным приношением. От этой жертвы сжигаются на жертвеннике те же самые эмурим, что и от жертвы хатат, а остальную часть туши также съедают коэны: в этих двух отношениях хатат и ашам тождественны.

А жертва шламим делится по-другому. Часть ее сжигается на жертвеннике, и это — те же самые эмурим, что отделяются от жертв хатат и ашам. Другая часть, грудь и голень, отдается коэнам, которые тоже должны есть мясо жертвы шламим. А все остальное съедает хозяин жертвы. Потому она и называется шламим, от корня, означающего на святом языке «мир»: эта жертва примиряет жертвенник, коэнов и хозяина. И я уже упоминал, что в качестве общественной жертвы шламим не приносятся, кроме одного-единственного случая: двух баранов, которые приносятся в праздник Шавуот.

Получается, что все эти четыре вида жертв различаются по способу их принесения. Ола сжигается на жертвеннике целиком, хатат и ашам частично сжигаются, а бóльшую часть съедают коэны: всем же остальным они запрещены. А у шламим одна часть жертвы, эмурим, сжигается на жертвеннике, другую часть съедают коэны, а третья целиком достается хозяину. Вот чем различаются жертвы, приносимые на жертвеннике.

А хлебные приношения, минха, представляющие собой другой тип жертвоприношения, подразделяются на две части или два вида. Бывают хлебные приношения, которые приносятся вместе с другой жертвой как ее обязательная часть. Такая жертва носит название минхат несахим. А бывают приношения, которые приносятся отдельно и не являются минхат несахим. При этом вовсе не все жертвы требуют принесения минхат несахим. Например, с птицей минхат несахим не приносится ни в каком случае, как сказано в Сифри. Кроме того, там же сказано: «Те жертвы, которые возможно принести по обету, требуют минхат несахим. Значит, хатат и ашам, которые невозможно принести по обету (а только по обязанности), не требуют минхат несахим». И по этой же причине минхат несахим не приносится вместе с первенцем чистого скота, десятиной от стада и пасхальной жертвой, которые нельзя принести по обету. Получается, что с любой жертвой ола и любой жертвой шламим необходимо приносить минхат несахим, будь они общественными или индивидуальными, а с жертвами хатат и ашам минхат несахим не приносится, за единственным исключением: хатат и ашам прокаженного.

Минхат несахим — это общее название приношения, состоящего из двух частей: минхи и несахим. Минха — это хлебное приношение, то есть, мука, перемешанная с оливковым маслом, а несахим — это возлияние вина.

Эта жертва не является самостоятельной, но служит украшением другой жертвы. Поэтому ее размер зависит от размера основной жертвы. Здесь возможны три варианта. Если в качестве основной жертвы, то есть, ола или шламим, приносится мелкий скот в возрасте до года, каждая такая жертва требует исарона (десятой части эфы) муки, перемешанной с четвертью ина масла, а для возлияния — четверти ина вина. Если эта жертва — мелкий скот в возрасте больше года, то есть, уже не ягненок, а баран или овца, то минха составит два исарона муки, смешанной с третью ина масла, а для возлияния понадобится треть ина вина. Если же приносится крупный скот, неважно, теленок или взрослый бык, минха составляет три исарона муки, смешанной с половиной ина масла, а возлияние — половину ина вина. И если приносится несколько животных, с каждым из них приносится минхат несахим в этом размере.

Из этого правила есть только одно исключение: ягненок, которого приносят во второй день праздника Песах, во время принесения жертвы Омер. Хотя это ягненок, которого приносят в жертву ола, определенная для него минха составляет два исарона муки, смешанные с третью ина масла, а не исарон с четвертью ина. А несахим, винное возлияние для этой жертвы — четверть ина вина, как положено для подобной жертвы ола. И я уже упоминал о еще одном исключении — хатат и ашам прокаженного, с каждым из которых приносится исарон муки. Прокаженный после очищения должен принести три жертвы — хатат, ашам и ола, и вместе с ними — три исарона муки.

Итак, я разъяснил тебе суть жертвоприношения, называемого минхат несахим, которое приносят на жертвеннике вместе с основной жертвой: целиком с жертвой ола и с эмурим, если это шламим. Но это только один из видов минхи, хлебного приношения.

Второй же вид — это минха, не связанная ни с какой другой жертвой. Минха бывает двух видов — индивидуальная и общественная. Общественных хлебных жертвоприношений три. Первое — это «Омер вознесения», который приносят во второй день праздника Песах. Это ячменная мука, горсть которой сжигают на жертвеннике, а остальное съедают коэны. Второе — это «Два хлеба», приносимые в праздник Шавуот, согласно сказанному в стихе: «Из поселений ваших принесите хлеб вознесения». Оно тоже называется минхой, например, в стихе «…И когда вы принесете новую минху Б-гу в ваш праздник Шавуот». Третья же общественная минха — это лехем апаним, двенадцать хлебов, которые возлагались в Мишкане на Стол. Каждый из этих хлебов делался из двух исаронов муки. Эти три вида минхи приносятся даже в нечистоте, но в этом случае их не едят, как разъясняется в трактате Псахим. Но в шабат приносится только одна из них — Омер.

Индивидуальное хлебное жертвоприношение тоже бывает трех видов. Бывает, что человек становится обязанным принести минху из-за совершенного им по ошибке преступления, например, если он по ошибке вошел в Храм или ел жертву в нечистоте. Кроме того, эта жертва приносится при нарушении «клятвы утверждения» по ошибке или при нарушении «клятвы свидетельства», как по ошибке, так и намеренно. Каждое из этих четырех преступлений обязывает преступника принести искупительную жертву. И если он не в состоянии принести ту жертву, которая ему определена, он может принести «десятую часть эфы муки, не нальет на нее масла и не насыплет на нее благовония». Эта жертва называется «хлебным приношением грешника», а в другом месте стих называет ее «жертвой за грех», хатат. Горсть муки от этой жертвы сжигается на жертвеннике, а остаток съедают коэны.

Второй вид индивидуальной минхи человек приносит тогда, когда пытается нечто исправить. Это — минхат сота, «приношение неверной жены». Она отличается от всех других хлебных приношений тем, что состоит из ячменной, а не из пшеничной муки. Кроме того, к ней не добавляют ни масла, ни благовоний. Приносят ее так же, как обычную минху — горсть муки сжигается на жертвеннике, а остальное съедают коэны. В Торе такая минха называется «минхой ревности», минхат кнаот.

Третий вид хлебного приношения — это хлебное приношение, сопровождающее какое-то другое приношение. Минхой его можно назвать только по аналогии. Например, человек принял на себя обязательство принести благодарственную жертву тода: вместе с ней он обязан будет принести определенное количество хлебов и лепешек из мацы. А если он принял на себя обязанность на какое-то время воздержаться от вина и контактов с мертвым телом, то есть, стал назиром, по окончании срока он обязан принести в жертву барана, а вместе с ним — лепешки из мацы. Тора не называет эти приношения минхой, и их законы ничем не напоминают законы минхи. Одно из самых разительных отличий состоит в том, что если хозяин этой жертвы коэн, его лепешки тоже съедаются, как и лепешки простого еврея. А если бы эта жертва была минхой, ее нужно было бы целиком сжечь на жертвеннике в силу требования стиха: «И всякая минха коэна всесожжением будет, не будет съедена». И когда наши мудрецы называют в Талмуде это приношение минхой, они пользуются этим названием, как я уже сказал, лишь в переносном смысле.

Четвертый вид — это особая минха, которую приносит только первосвященник каждый день или простой коэн — единственный раз в жизни, когда начинает свое коэнское служение. Ежедневная минха первосвященника называется хавитин, объем ее — десятая часть эфы, а приносят ее так: половину — с утренней постоянной жертвой, а половину — с послеполуденной; и она сжигается на жертвеннике целиком, во исполнение требования стиха: «Вечное правило для Б-га — целиком будет сожжена». И еще одно ее название: минха помазания коэна, потому что в стихе сказано о ней: «…которую он принесет Б-гу в день его помазания». А в первый день своего служения в Храме коэн приносит два исарона муки и воскуряет их на жертвеннике. Эта минха тоже сжигается целиком, поскольку является минхой коэна. Тора намекает на нее в следующих словах: «Это — жертва Аарона и его сыновей, которую они принесут Б-гу», — здесь объединяется та минха, которую приносит первосвященник, и та, которую жертвует каждый коэн, приступая к служению. (В принципе, любой коэн, достигший тринадцатилетнего возраста, становился кошерным для служения в Храме, однако другие коэны не допускали его к служению до двадцати лет).

Пятый вид — это минха, которую приносят по обету. Она так и называется минхат недава, минха по обету. Тора определяет четыре возможных варианта ее приготовления. Первый — просто мука, перемешанная с маслом; такая жертва называется минхат солет, мучная минха. Второй — минха, испеченная в печи: либо в форме хлеба, либо в форме лепешек. Третий — минха, пожаренная на мелкой сковороде. Четвертый — минха, пожаренная в глубоком противне. И если человек дает обет принести одну из этих жертв, он должен принеси именно ту жертву, которую указал, причем именно в обещанном количестве — в любом случае в минхе должно быть не меньше исарона муки. Все эти четыре вида хлебного приношения требуют масла и благовония (левоны), все они делаются из крупчатой муки (солет), и от каждой из них горсть приносится на жертвенник, а остальную часть, «остатки минхи», съедают коэны. Если же это приношение принадлежало коэну, оно сжигается на жертвеннике целиком.

Итак, любая минха состоит из пшеничной муки грубого помола, кроме минхи неверной жены и минхиОмера, которые готовятся из ячменной муки. И ни одно хлебное приношение не сжигается на жертвеннике целиком, кроме минхи неверной жены и минхи коэна, а также минхат несахим, приносимой вместе с другими жертвами — ола и шламим, — которая тоже целиком сжигается на жертвеннике. И можно предположить, что эти четыре вида минхи соответствуют четырем жидкостям человеческого тела: крови, красной, черной и белой желчи. Если одна из них слишком усиливается или портится, человек заболевает, а когда Б-г укрепит его силы на скорбном ложе и позволит ему восстать со смертного одра для жизни, сердце подталкивает его принести Б-гу жертву и приношение. Тогда он выбирает жертву, связанную с причиной его болезни. Кровь, например, можно уподобить минхе из пшеничной муки: как пшеничная мука — избранное и лучшее из кушаний, так и кровь — избранная и важнейшая из телесных жидкостей. Минха, испеченная в печи, соответствует красной желчи, природа которой так же горяча и суха, как природа огня. Минха, испеченная на сковороде, подобна и соответствует черной желчи, сухой по своей природе, согласно объяснению Раши (Ваикра 2:5): «Сковорода — это храмовая посуда, в которой выпекают минху на огне в масле. И эта посуда неглубока, поэтому мука остается на поверхности, так что испеченная минха получается жесткой. Ведь, поскольку мука остается на поверхности, она пропитывается маслом, которое выгорает на огне…»

А минха на противне подобна и соответствует белой желчи, влажной по своей природе, потому что она и сама влажная. О противне рассказывают: «Была в Храме и глубокая посуда, поэтому все масло собиралось внутри нее и не выгорало на огне. И испеченная в ней минха казалась пузырящейся, как всякая вещь, пропитанная жидкостью…»

Таким образом, принципиальное различие этих разных видов минхи состоит именно в этом.

И последняя минха, о которой мы еще не сказали, — это минхат бикурим, особое приношение праздника Шавуот. Теперь я рассказал обо всех видах хлебного приношения, о том, как они различаются по способу приготовления и каков смысл этого различия, и здесь я ничего больше говорить об этом не стану.

с разрешения издательства Швут Ами


Оглавление

Выбор еврейского имени [↑]

Тора часто сравнивает евреев со звездами (Берешит 15:5). Как звезды светят в ночной тьме, так и евреи должны нести в темный мир свет Торы; как звезды указывают путь странникам, так и евреи призваны показывать путь морали и нравственности. И так же, как звезды хранят секреты будущего, так от действий еврейского народа зависит будущее человечества, приближение окончательного освобождения.

Выбор еврейского имени очень ответственен — имя влияет на судьбу человека. Какие советы по выбору имени дает традиция?

Значение имени [↑]

Выбор имени для еврейского ребенка имеет огромное значение. Наши мудрецы говорят, что имя отражает сущность человека, его характер и судьбу. В Талмуде сказано, что в момент, когда родители нарекают новорожденного, их души посещает пророчество, небесная искра. Но даже при том, что Сам Всевышний дает нам подсказку, многим парам трудно определиться с выбором имени для младенца.

Как же правильно выбрать имя? Почему евреи не называют сына в честь отца? Можно ли назвать мальчика в честь бабушки или объявить его имя до Брит-милы (обрезания)?

Еврейские обычаи [↑]

В имени заложено не только будущее, но и прошлое. Ашкеназы традиционно дают имя в честь умершего родственника. Считается, что между его душой и душой новорожденного образуется некая метафизическая связь. Добрые дела тезки возвышают душу умершего, а хорошие качества предка оберегают и вдохновляют нового обладателя имени [другое объяснение: есть надежда на то, что ребёнок проявит все хорошие качества родственника, в честь которого он назван].

Как быть, если вы хотите назвать ребенка в честь ушедшего родственника, но кто-то из ныне здравствующей родни уже носит это имя? Ответ зависит от степени родства ребенка с потенциальным живым тезкой. Если это близкий родственник (кто-то из родителей, братьев-сестер или дедушек-бабушек), то лучше подыскать другое имя. Если же родственник дальний, то все в порядке.

У сефардов принято давать имя в честь живых, часто в честь дедушки. Это выводится из Талмуда (Шабат 134а), где говорится о ребенке, названном в честь раби Натана при жизни раби Натана.

В еврейском народе принято давать имена праведных людей из ТаНаХа (Тора, Пророки и Писания), например, называть мальчиков в честь праотцев — Авраам, Ицхак или Яаков, в честь еврейских пророков и царей, например, Шауль, Шмуэль, Давид, Шломо, Моше или Аарон, девочек в честь праматерей — Сара, Ривка, Рахель или Лея, или в честь других праведных женщин, о которых говорится в ТаНаХе, например, Двора, Йохевед или Хана.

Ещё есть обычай называть детей в честь великих раввинов и мудрецов Торы, как, например, Исраэль-Меир — в честь Хофец Хаима

Иногда имя выбирают в соответствии с праздником, во время которого родился ребенок. Например, если мальчик появился на свет в Пурим, его называют Мордехаем, а девочку — Эстер. Девочку, рожденную в Шавуот, можно назвать Рут, а детей, родившихся Девятого Ава — Менахем или Нехама.

Есть также обычай давать имена, встречающиеся в разделе Торы той недели, на которую приходится день рождения ребенка.

Как правило, мальчикам дают имя при обрезании на восьмой день, а девочкам — в первый Шабат после рождения, когда достают свиток Торы в синагоге [читайте на сайте материал про Чтение Торы].

Скрытый смысл [↑]

В святом языке имя — не просто набор букв, оно раскрывает сущность его обладателя.

Мидраш (Берешит Рабба 17:4) рассказывает, что первый человек, Адам, дал имена всем живым существам в соответствии с их сутью и предназначением. Предназначение осла, например, нести тяжелый материальный груз. Осел на иврите — «хамор». Это слово имеет тот же корень, что и слово «хомер» — «материя», «вещество».

Это же принцип применим и к людским именам. Лея [жена праотца Яакова. Прим.ред.] назвала своего четвертого сына Иегудой. Это имя — от корня, обозначающего «благодарность», а если в нем переставить буквы, то получится Святое Имя Всевышнего. Так Лея хотела выразить Ему особую благодарность (Берешит 29:35).

Эстер, имя героини Пурима, образовано от корня, обозначающего «сокрытие». Эстер была известна своей красотой, но её скрытая внутренняя красота превосходила внешнюю.

Еще один пример — популярное имя Ари, на иврите «лев». В еврейской литературе со львом сравнивается уверенный в себе, целеустремленный человек, который набрасывается на каждую возможность выполнить заповедь.

Бывают, конечно, и плохие имена. Вряд ли вы захотите назвать сына Нимрод, ведь оно — от корня, означающего «мятеж». Царь Нимрод восстал против Всевышнего, бросив нашего праотца Авраама в горящую печь.

Если вы хотите назвать мальчика в честь женщины, постарайтесь сохранить неизменным максимальное число букв. Например, Браха можно заменить на Барух, а Дина на Дан.

Еще несколько полезных правил [↑]

У многих из нас, кто хочет изменить своё имя на еврейское, возникает дополнительный вопрос — как «увязать» своё нееврейское имя с еврейским?

Некоторые переводят своё имя на иврит дословно — например, «Мила» это «Наоми» на иврите.

Некоторые выбирают ивритское имя по созвучию: Анатолий — Натан, Юрий — Ури, Виктор — Авигдор и т. д.

В любом случае, выбор имени — очень ответственный шаг, имя человека оказывает влияние на его судьбу и качества характера, и мы советуем обращаться с этим вопросом к вашему местному раввину…

Если семья живет за пределами Израиля, постарайтесь дать ребенку такое традиционно еврейское имя, которое также привычно звучит на языке этой страны. Например, Яков или Дина в России, Дэвид или Сара в англоязычных странах. Не следует давать одно, «еврейское», имя «для синагоги», а другое — которым ребенка на самом деле будут называть. Настоящее еврейское имя — хорошее средство против ассимиляции.

Мидраш (Бемидбар Рабба 20:21) рассказывает, что евреи удостоились чудесного освобождения из египетского рабства отчасти и потому, что не переняли египетские обычаи, а продолжали давать детям еврейские имена.

Многие родители не хотят называть ребенка в честь родственника, который умер молодым или неестественной смертью, опасаясь, что несчастья могут «перейти» к новому обладателю имени. Раби Моше Файнштейн дает по этому поводу несколько рекомендаций.

Если человек умер молодым, но своей смертью, и оставил после себя детей, то это не считается плохим знаком, и ребенка можно назвать в его честь. Пророк Шмуэль и царь Шломо умерли в возрасте 52 лет, и их имена всегда были и остаются популярными в нашем народе, т.е. это уже не считается, что человек умер в молодости.

Если же человек умер от неестественных причин, то раби Файнштейн рекомендует немного изменить имя. Например, евреи называют сыновей именем Йешайа в честь пророка Йешаягу, который был убит.

Раби Яков Каменецкий считает, что переход от «молодости» к «старости» происходит в 60 лет. В Талмуде (Моэд Катан 28а) рассказывается, что когда раби Йосефу исполнилось 60 лет, он устроил празднование по случаю начала долголетия.

Вопреки распространенному мнению, не запрещается объявлять имя новорожденного до обрезания, хотя многие так не делают. В полной мере, однако, мальчик получает душу только во время Брит-милы, и поэтому в метафизическом смысле до этого момента не имеет имени. Это выводят из того, что Всевышний дал новое имя нашему праотцу Аврааму после Брит-милы, когда тот был в возрасте 99 лет (Зоар — Лех-Леха 93а, Таамей Минхагим 929).

Все звезды именами называет… [↑]

Царь Давид писал: «…Исчисляет количество звезд, всех их именами называет» (Теилим 147:4). С древних времен звезды завораживали людей. Они «намекают» на секреты мироздания и тайны будущего. Они указывают путь странникам, озадачивают астрономов и вдохновляют исследователей. В бескрайнем темном небе они кажутся совсем маленькими, а их количество не поддается исчислению; но все они значимы в глазах Всевышнего. «Всех их именами называет». У каждой звезды — свое особое предназначение, и все они разные, не похожи друг на друга.

Тора часто сравнивает евреев со звездами (Берешит 15:5). Как звезды светят в ночной тьме, так и евреи должны нести в темный мир свет Торы; как звезды указывают путь странникам, так и евреи призваны показывать путь морали и нравственности.

И так же, как звезды хранят секреты будущего, так от действий еврейского народа зависит будущее человечества, приближение окончательного освобождения.

Звезды выглядят крошечными точками в бескрайнем ночном небе, а наш народ кажется маленьким и незначительным среди миллиардов людей на земном шаре. Всевышний дает имя каждой звезде потому, что все они важны для Него и дороги Ему, и точно так же Он участвует в наречении имени каждому еврейскому ребенку. У каждого еврея свое предназначение, мицва (заповедь), к которой он имеет особый дар, и каждый из нас излучает свой неповторимый свет.

В конце времен любовь Всевышнего к Своим детям не будет вызывать сомнений. После Девятого Ава мы всегда читаем: «Поднимите глаза ваши в высоту небес и посмотрите: Кто сотворил их? Тот, кто выводит воинство их счетом, всех их именами называет Он; от Великого могуществом и Мощного силой никто не скроется» (Йешаягу 40:26).

В конце времен все евреи вернутся в Иерусалим («никто не скроется»). Всевышний сочтет всех и даст каждому имя.

Порядок наречения имени [↑]

Итак, имя мальчику дают во время его обрезания.

У ашкеназских евреев, как указано выше, принято давать новорожденному имя покойного члена семьи, например, дедушки, дяди и т.д. — как бы увековечивая память об умершем. У сефардов, наоборот, имя ребенку дают в честь живущих.

Если родилась девочка, то ее имя в первый раз произносится над свитком Торы, к чтению которой вызывают ее отца.

После того как отрывок Торы прочитан, среди прочих благословений читаются два особых отрывка «Ми Шеберах» — за здоровье роженицы (жены вызванного к Торе) и новорожденного ребенка.

Если родился мальчик и он еще не обрезан — при чтении молитвы о его здоровье имени не называют. Если родилась девочка, то в этот момент она и получает свое имя.

Роженица благодарит Всевышнего за успешные роды и произносит благословение «аГомель»:

«Благословен Ты, Всевышний… за то что воздал мне добром».

Делается это в присутствии группы взрослых мужчин-евреев числом не менее десяти (см. материал про Миньян евреев).

Во время обрезания «аГомель» читается перед приглашенными на церемонию. Если же родилась девочка, то собирают специальный миньян мужчин в доме, или мать посещает синагогу в тот день, когда муж над свитком дает имя девочке. Отвечают на ее благословение женщины, присутствующие в женской части зала.

Отвечают на «аГомель» так:

«Амен. Кто воздал тебе добром, Тот и впредь будет воздавать тебе добром!»

Текст на иврите приведен в сидуре — сборнике еврейских молитв (см. «Чтение Торы»).

Читать дальше