Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Тема

Кровавый навет

История кровавых наветов, а также истинные мотивы и причины их возникновения.

Оглавление

Кровавый навет на евреев [↑]

Кровавый навет — так называют обвинения евреев в том, что они, якобы, используют кровь убитых ими людей в ритуальных целях. Самый распространенный миф кровавого навета, выдвигаемый ненавистниками евреев — что евреи убивают невинных нееврейских младенцев и добавляют их кровь в мацу — пресный хлеб праздника Песах.

Для начала расставим все точки над «i»: добавление евреями крови в мацу (как и в любую другую еду) — полная чушь. Евреи никогда ни в мацу, ни в другой вид пищи не добавляли крови — это запрещено по еврейскому закону. Тора запретила нам кровь, и евреи строго соблюдают это: проверяют яйца на наличие крови и, если есть кровь, выбрасывают яйцо; если кровь от порезанного пальца попадает на хлеб — отрезают тот кусок, на который попала кровь, и не едят его, и т.д. А что говорить о маце, в которую по закону нельзя добавлять ни соли, ни масла, ни пряностей — ничего?! Тем более кровь, которая всегда запрещена в пищу!

Ниже мы рассмотрим более подробно и глубоко возможные причины возникновения кровавого навета, этого бедствия для многих еврейских общин.

Постараемся высветить ответ не только с точки зрения исторической, но и объяснить это явление в духовном ключе — то есть попытаться найти истинные мотивы и причины кровавых наветов.

Ненависть к Яакову [↑]

В Торе сказано: «И побежал Эсав ему (Яакову) навстречу, и обнял его, и пал на шею его, и целовал его» (Берешит, 33,4). Согласно традиции, в тексте Торы над всеми буквами слова «целовал» (ваишакегу) стоят специальные точки. Наши мудрецы учат: «Эсав сказал: Я убью Яакова не стрелой из лука, я сам загрызу его и выпью его кровь». Поэтому слово ваишакегу следует читать несколько иначе (буква «к» должна быть представлена еврейской буквой каф, а не куф) — так, что оно означает не «целовал», а «кусал».

С того дня, как появилось основанное Эсавом царство Эдом, поглотившее древние Вавилон, Мидию и Грецию, его главной задачей было преследование Израиля всеми способами, которые использовали его предшественники.

[Поясним: говоря про царство Эдома, в первую очередь мы имеем ввиду духовный аспект, мировоззрение. Например, очевидно, что Рим — это духовный преемник Эдома на определенном этапе истории, и в римском мировоззрении присутствуют явные проявления идеологии Эдома, такие, как поклонение силе и страсть к завоеванию].

Эдом разрушил наш святой Храм, сжег Иерусалим и другие города Иудеи. Большая часть нашего народа стала по его милости пищей для птиц небесных.

Всех остальных евреев он изгнал и рассеял по всем концам света. С тех пор не было у нас ни одного дня покоя, ни одного дня передышки, ни одного дня, который не принес бы нам новой беды.

Однако, этого нашим врагам было мало. Они преследовали нас и такими способами, к которым не прибегали их предшественники. Увы, Эдом — самое гнусное, злодейское государство на свете, в отличие от древних держав не знающее, что такое достоинство, честь и слава. Ему недостаточно меча, копья и стрелы — оно вонзает в нас свои клыки, как дикое животное, и именно таким образом оно стремится нас уничтожить.

В эпоху владычества Эдома возобновилось бедствие, которое мы называем «кровавым наветом». Эдомитяне — вечно жаждущий крови народ, являющийся прямым потомком Эсава. Свои клыки он опробовал на Израиле — народе, питающем глубокое отвращение к крови. Именно на нас он возвел кровавый навет — обвинил нас в том, что мы похищаем его сыновей и дочерей, чтобы на их крови замесить свою мацу, свой пасхальный «хлеб бедности».

Этот навет стоил нашему народу в течение многих поколений настоящих потоков крови. Враги пытались превратить наш величайший праздник в величайшую трагедию. Всякий раз, когда евреи в изгнании, в странах Эдома, усаживались за праздничный стол, чтобы хотя бы на короткое время сбросить с себя цепи рабства и должным образом провести праздник освобождения, в их сердце гнездилась страшная мысль: что замышляют сейчас наши враги.

Мы не прекратили праздновать свой праздник, радость освобождения не исчезла. Однако? мы вынуждены были выставлять сторожей в лейл шимурим — ночь, когда нас оберегает Всевышний, чтобы они охраняли нас от врагов и срывали их замыслы. А когда эти злодеи укрепились, мы приняли адские мучения и предпочли быть сожженными на костре, — только бы не прекратился наш праздник.

Таз раби Давид аЛеви выдающийся мудрец, комментатор Шулъхан Аруха, писал: «В наше время принято не использовать красное вино для четырех бокалов в Песах из-за наветов, возведенных на нас за наши многочисленные грехи». Однако, мы никогда не прекращали праздновать Песах и всегда выполняли заповедь о четырех бокалах вина.

Много раз Всевышний обламывал зубы диким зверям — нашим врагам, спасал нас от них, так что они уходили посрамленными. Однако в большинстве случаев их зубы ломались лишь после того, как вонзались в наше тело и разрушали наши жилища в многочисленных странах изгнания. Это бедствие — кровавый навет — распространялось из страны в страну и дошло даже до арабских стран. Кровь Эсава струилась в жилах всех народов, и все они жестоко нас преследовали.

Враги избрали дни праздника Песах и, прежде всего, пасхальную ночь для осуществления своих злодейских замыслов. Они объединялись и устраивали «трапезы», пищей для которых были наша плоть и наша кровь. Все — взрослые и дети, ученые и невежественные люди, цари и их министры, кардиналы и простые священники, и, конечно, сброд, который присоединялся к ним. Лишь немногие отваживались поднять голос против собственного народа и совершаемых им злодейств. Да не забудет Всевышний все то, что совершили злобные потомки Эсава, — и да не смолчит Он, видя нашу пролитую кровь!

Зависть [↑]

Цари, министры, кардиналы и священники в Риме и Греции, Британии и Италии, Франции и Германии, России и Польше, многих других странах Европы, в Сирии и Египте, а также власти Хеврона, Иерусалима и обеих Галилей — все они сохраняли рабскую душу, так что власть, богатство и покой не могли превратить их в свободных людей. Тщетно пытались они уничтожить евреев-изгнанников, живших в их странах, унизить, разорить, измучить, довести их до отчаяния. Но даже доведенные до рабского состояния, евреи оставались свободными людьми, а их гонители продолжали мучиться от зависти.

Наше ощущение свободы достигает апогея в Песах, а также в дни, предшествующие празднику и следующие за ним, — ведь именно тогда вывел нас Всевышний из Египта и сделал свободными людьми — до самой глубины души. Самый страшный угнетатель может коснуться только тела, — душа остается при этом нетронутой. Еврей, попавший в беду, переводит свой взгляд с сиюминутной действительности, которая его окружает, на иную, истинную реальность, заново вспоминает, как Всевышний вывел его из Египта, — и это позволяет ему сбросить узы рабства. Он усаживается за пасхальный царский стол в ночь Седера, лицо его излучает свет свободы, и он от всего сердца поет хвалу Царю Вселенной.

Именно этому часу, когда еврей — всякий раз заново — вкушает истинную свободу, завидовали цари и вельможи, которым такой час никогда не выпадал. Одного этого часа было достаточно еврею, чтобы стойко переносить мучения в течение всего года. В повседневной горечи он улавливал вкус кануна Песаха и снова готовился вкусить пасхальной свободы.

Власть и могущество земных завистников имеют предел. Каждое государство имеет соседей, все они ненавидят друг друга и грозят друг другу уничтожением. Один царь побеждает другого, а затем сам оказывается побежденным. Свобода для одного всегда оказывается рабством для другого. Иначе обстоит дело у нас. Наша свобода, наше царство не наносят ни малейшего ущерба другим людям. Чем больше свободных людей, тем более свободен каждый из них. Поэтому мы приглашаем всех без исключения разделить с нами нашу свободу — всех людей и все народы, чтобы один народ не поднял оружие против другого. Ведь свобода изначально дана каждому человеку, и каждая душа благословлена Всевышним.

«Каждый, кто голоден — пусть придет и ест. Каждый, кто нуждается, — пусть разделит с нами пасхальную трапезу», — говорит Пасхальная Агада. Именно в этом призыве и состояла наша вина. Именно он и пробудил такие зависть и ненависть. Именно так возник кровавый навет.

Поскольку источником ненависти была зависть, ее разделяли с невеждами и мудрецы, и самые просвещенные люди. Более того, именно они становились инициаторами наших бедствий.

Сброд и невежды только присоединялись к ним, привлеченные запахом крови. Ибо мудрость и знание в сочетании с рабским сознанием становятся источником зависти и ненависти даже легче, чем глупость и невежество.

Кто выдумал кровавый навет на евреев [↑]

Кровавый навет и бедствия, которые постигли в связи с ним Израиль, берут начало в сочинениях древнегреческих мудрецов.

После того, как греки были разбиты Хасмонеями, священниками, служившими Всевышнему, они изобрели этот навет. Римляне позаимствовали его у них так же, как заимствовали традиции других народов, распространили его во всех провинциях своей империи и передали его своим потомкам вплоть до нынешних поколений.

Вот что рассказывали греки, разбитые Хасмонеями, о евреях (рассказ приводится по книге Иосифа Флавия «Против Апиона»):

«Антиох обнаружил во внутренней части Храма человека, возлежащего на ложе, и рядом с ним — накрытый стол со всякими лакомствами, деликатесами, приготовленными из рыбы и птицы… Евреи из года в год, в заранее установленные сроки, похищают грека, откармливают его всевозможными лакомствами, а затем отводят в город, умертвляют там и приносят в жертву согласно своим законам и обычаям при стечении ликующего народа. Затем убитого грека бросают в один из колодцев».

А вот навет, сочиненный известным греческим ученым Демокритом:

«Раз в семь лет евреи похищают иноземца и приносят его в жертву, разрывая его тело на множество частей».

Даже Сократ рассказывал, как «пьяные евреи в Пурим убили иноверца и повесили его на дереве вместо Амана».

Да не забудет Всевышний их мудрости и их ненависти!

Мир, полный ненависти: примеры из Средневековья [↑]

Когда ненависть к евреям распространилась по всем странам, и наветы стали быстро множиться, историки и хроницисты уже не в состоянии были рассказывать о каждом из них в отдельности. Эти наветы стали уделом евреев буквально повсюду. Не в состоянии и мы рассказать о всех них — как они описаны в еврейских и нееврейских книгах.

Приведем лишь несколько наиболее известных примеров кровавых наветов, — хотя это и ничтожно мало.

В 4904-м году (1144 г. н.э.) выкрест Теобальд Кембриджский «засвидетельствовал» в английском городе Норвиче, что европейские евреи из года в год «организовываются» для того, чтобы в честь праздника Песах принести в жертву христианского ребенка, и что в этом году жребий (быть убитым) выпал именно на ребенка из этого города. Во главе церкви стояли злейшие враги евреев. Они ухватились за это «свидетельство», объявили убитого ребенка «святым» и даже присвоили ему имя «Святого Вильяма». После этого навет быстро распространился по остальным европейским странам.

Через два года после этого начался второй крестовый поход, в ходе которого крестоносцы воспользовались кровавым наветом, чтобы выместить свою ненависть на еврейских общинах.

Через три года после первого норвичского навета, в 4907-м (1147-м) году в немецком городе Варцбурге было найдено тело христианского ребенка, утонувшего в реке 22-го Адара. Ответственность за смерть ребенка была возложена на местных евреев. Еврейская община была истреблена. После трехдневного побоища в Варцбурге крестоносцы напали на другие общины. Самое страшное побоище произошло 20-го Нисана, в середине праздника Песах.

Погромы не прекращались до наступления праздника Шавуот. Описание этих страшных событий дошло до нас в ламентации, составленной раби Ицхаком бен Шаломом, которую мы читаем в пасхальную субботу: «Всевышний — кто сравнится с Тобой! Враг нагрянул среди ночи — в двадцатый день первого месяца».

Через 24 года погромы, вызванные кровавыми наветами, распространились по большинству французских провинций. Во Франции жили тогда Баалей а-Тосафот составители знаменитого комментария к Талмуду. Евреи надеялись найти там относительно спокойное убежище, — но напрасно. Главной жертвой навета стали евреи Лиона. Вся еврейская община города была обвинена в ритуальном убийстве. Вся она умерла с Именем Всевышнего на устах.

Раби Эфраим бен Яаков из Бонна, летописец трагических событий того времени, рассказывал: «По приказу врага были арестованы раби Йехиель, сын рабби Давида, и раби Йекутиэль, сын раби Давида, когены, ученики раби Шмуэля, а также раби Йеуда, сын раби Аарона. Их возвели на костер и связали веревками, а затем подожгли. Но огонь сжег веревки и освободил их. Они сошли вниз и сказали слугам наших врагов: “Вы видите — огонь не причинил нам вреда. Поэтому мы должны быть освобождены”. Но враги ответили: “Пока мы живы, вы не уйдете отсюда”. Они убили их мечами и бросили их тела в огонь — вместе со всеми другими евреями, что были с ними, всего тридцать один человек. Души покинули их тела и предстали перед Всевышним. Чем выше поднимались языки пламени, тем громче и исступленнее пели они Ему хвалу. Тогда необрезанные сказали: “Мы и раньше слышали вашу песню, но не понимали ее. Но ничего подобного этому пению мы не слышали никогда”. Истина в том, что песнь, которую слышали необрезанные в этот страшный час — это слова молитвы Алейну Лешабейах (“Мы обязаны восхвалять Господина Вселенной”)».

В 4981-м (1221-м) году кровавый навет вспыхнул в городе Эрфурте. Вот что рассказывают о нем немецкие историки того времени:

«Христианские торговцы приехали в город и позавидовали своим еврейским коллегам, жителям города, дела которых процветали куда более, чем их собственные. Они объявили евреев в том, что те похитили нееврея, чтобы зарезать его и напиться его крови. Тогда враги напали на еврейскую общину и сожгли синагогу вместе со всеми, кто в ней молился».

В Книге Поминовения еврейской общины города Майнца мы находим имена тех, кого убили в результате кровавого навета.

Это были раби Шем Тов Алеви, покончивший с собой рядом с Арон аКодеш, девушки Мадронна и ее сестра Рахель, бросившиеся в огонь, юноша Йосеф Алеви, также бросившийся в огонь, и многие другие. У всех «обвиняемых» была возможность спастись, приняв христианство, но они с презрением ее отвергли. Эти святые души приняли мученическую смерть во славу Всевышнего, как рассказывает безымянный поэт: «Враги задумали установить идол, отнять наше достоинство, заставить поклониться ему. Левит, верный Тебе, не внял им. Он и его жена приняли смерть от огня».

В 4995-м (1235-м) году в Фулде, Германия, крестоносцы убили пятерых христианских детей и привели свидетелей, заявивших перед императором Фридрихом II, что собственными глазами видели, «как евреи выходили из того самого дома с кожаными бурдюками, полными крови». Весь город пробудился. Однако император потребовал, чтобы трупы детей были доставлены к нему во дворец, расследовал обстоятельства убийства и с позором изгнал клеветников, обязав их немедленно похоронить трупы. Затем он опубликовал «Оправдательное письмо», в котором засвидетельствовал, что кровавый навет был законченной ложью. Однако и это письмо было использовано нашими врагами.

После его публикации погромщики набросились на еврейские общины и убили множество евреев, утверждая, что они подкупили императора. С тех пор погромов стало столько, что никто их уже не считал.

Вскоре кровавый навет снова вспыхнул в Англии. Это произошло на пасхальной неделе 5024-го (1264-го) года. Снова пролилась кровь, и было разгромлено большинство еврейских общин в этой стране. В одном только Лондоне были убиты около 1,5 тысяч евреев. Остальные евреи бежали и укрылись в крепостях, чтобы спасти свою жизнь, однако их дома и имущество были разграблены. Жестокие преследования английских евреев не прекращались вплоть их полного изгнания из страны в 5051-м (1291-м) году. В указе об изгнании прямо объявлялось, что оно является вечным.

В 5027-м (1267-м) году евреев города Форцгейма в немецком княжестве Баден обвинили в убийстве христианской девушки и использовании ее крови. Трех городских раввинов арестовали и подвергли страшным пыткам, чтобы заставить их признаться в этом преступлении. Поняв, что они не в состоянии долее выносить пытки, раввины покончили с собой. Затем их тела были подвергнуты колесованию. В Книге Поминовения города Майнца упоминаются имена этих мучеников и приводятся две ламентации, сочиненные в их память. Эти ламентации включены в книгу Слихот, составленную по обычаю Вормской общины.

Примерно в то же время кровавый навет вспыхнул в прирейнском городе Зинцахе, в Визенберге, Майнце, Мюнхене и Бахрахе. Все евреи этих городов были сожжены на костре. Во многих случаях священники пытались убедить уничтожаемых евреев креститься, но святые мученики с отвращением отвергали это предложение и убивали друг друга собственными руками. Муж убивал жену, отец — детей, чтобы избавить их от крещения и страшных пыток.

Самый ужасный погром этой эпохи произошел в Праге в последний день Песаха 5149-го (1389-го) года. Толпа погромщиков напала на еврейскую общину и убила несколько тысяч человек! Всем им было предложено креститься и таким образом спасти свою жизнь. Ни один из евреев не согласился, и все они были сожжены на костре.

Раби Йосеф аКоген рассказывал в книге Эмек га-баха: «22-го числа месяца Нисана напали жители Праги, что в Богемии, на виноградник Всевышнего, дом Израиля, избранный народ. Они несли топоры, как дровосеки, напали на евреев и многих истребили, а многих сожгли, извлекли прах из еврейских могил и разбили надгробные камни. Никто не избавил евреев в этот день Гнева Всевышнего».

Еврейский поэт раби Авигдор Каро сочинил ламентацию «Все беды, которые нас постигли», посвященную памяти жертв этого погрома. Она включена в молитву Минха, читаемую в Йом Кипур согласно пражскому обычаю:

«Кровь столкнулась с кровью в весенний месяц, в последний день Песаха, времени освобождения, проворные опережают друг друга, говоря: это пасхальная жертва».

Печально знаменит и другой пражский кровавый навет, вспыхнувший много лет спустя, во времена Маараля. Однако Маараль сумел защитить остатки еврейской общины города от уничтожения, проявив сверхъестественные способности, дарованные ему Всевышним. Сохранилось множество рассказов о том, как Маараль создал «искусственного человека» Голема и с его помощью чудесным образом спас евреев Праги.

Так же как Маараль спас евреев Праги, раби Калонимус Баал га-Нес, похороненный в Иерусалиме на склоне Масличной горы, рядом с могилой пророка Зехарии, сумел спасти еврейскую общину Иерусалима от кровавого навета при помощи священного Имени Всевышнего. Это произошло примерно в то же время. Мусульмане убили мусульманского же ребенка и подбросили его труп во двор синагоги, чтобы затем напасть на евреев и истребить их. Это произошло в субботу. Раби Калонимус спас свою общину следующим образом: он начертал на лбу убитого ребенка одно из священных Имен Всевышнего, и тот сразу же встал и указал на убийцу. Однако раби Калонимус наложил на себя наказание за вынужденное нарушение субботы, — ведь ему пришлось писать в этот день, чтобы спасти евреев от истребления. Он постановил, чтобы все, кто проходит мимо его могилы, бросали на нее камни (ведь наказание, назначенное Торой за нарушение Субботы — побивание камнями). Евреи Иерусалима выполнили это указание, и каждый прохожий добавлял камень к уже сложенной у могилы куче камней.

В те времена, когда заканчивалось средневековье и во многих странах уже начиналась эпоха Возрождения, кровавый навет распространился на Турцию, Египет, Сирию и даже Хеврон, что в Святой земле. Воистину, этот гнусный вымысел не знал границ и национальных различий. Враги Израиля в мусульманских странах восприняли его у христианских злодеев. Однако первенство осталось все-таки за христианами. Большинство погромов устраивалось ими и возглавлялось руководителями их церквей. Особенно частыми стали погромы в эпоху Возрождения.

Страшная и позорная история связана с исчезновением христианского ребенка по имени Симон из итальянского города Триеста. Ему было два или три года от роду, когда он исчез. Это произошло в первый день Песаха. Его тело было найдено в реке неподалеку от дома, принадлежащего еврейской семье. По приказу местного епископа были арестованы руководители еврейской общины города. Их пытали до тех пор, пока они не «признались», что убили ребенка для того, чтобы напиться его крови. Весть об убийстве распространилась по Италии и Германии. Евреев арестовывали, пытали и затем сжигали на кострах. Тогда же был арестован Магари из Вероны, один из величайших еврейских авторитетов того времени и главный раввин Регенсбурга. Ему удалось спастись буквально чудом.

Тот, кто путешествовал по этим странам в наше время, возможно, натыкался на монастырь или церковь, на воротах которого начертано имя «Святого Симона». Знайте, что это место названо в честь ребенка, которого церковь объявила «святым». Она освятила его дважды — сначала его собственной кровью, а затем кровью бесчисленных убитых евреев.

Убийства евреев в Польше и России в Новое время [↑]

В этих странах убийства евреев совершались открыто, — преступникам не приходилось скрываться. Напротив, здесь устраивались публичные, в присутствие самых высокопоставленных лиц, включая польского короля, казни евреев, «сознавшихся» в преступлениях после ужасных пыток. В 5358-м (1598-м) году в одном из болот под Люблином было обнаружено тело ребенка, принадлежавшего местной крестьянской семье. Пятеро евреев были арестованы и «признались», что «пили вино, смешанное с христианской кровью, нацеженной из жил этого ребенка», а также «замесили на этой крови мацу». Верховный суд Люблина признал их виновными. Они были казнены на эшафоте, установленном напротив главной синагоги города. Тела замученных евреев были разорваны на четыре части и выставлены для всеобщего обозрения на четырех концах города. Тело убитого ребенка было похоронено в городском соборе. Затем он был объявлен «святым».

Кровавый навет вспыхнул в Песах 5458-го (1698-го) в городе Сандомирже. Краковский епископ обратился к судьям Верховного Люблинского суда с требованием вести следствие с применением всех пыток, находившихся в арсенале инквизиции. Судьи с готовностью исполнили это требование.

Жестокие преследования евреев в Германии и Италии привели к их массовому бегству в Польшу. Однако вечная ненависть к евреям проникла и сюда. В 5356-м (1596-м) году двое братьев-евреев раби Моше и рабби Йеуда, сыновья рабби Йекутиэля, были арестованы по вздорному обвинению и подвергнуты страшным пыткам с тем, чтобы заставить их сознаться. Они умерли под пытками 14-го и 15-го Ияра. Их судьбе посвящена ламентация, вошедшая в сборник Слихот, составленный согласно обычаю литовского еврейства.

Жестокость, с которой польские убийцы расправлялись со своими жертвами с тем, чтобы затем обвинить евреев в ритуальном убийстве, была беспредельной. В 5456-м году неподалеку от Познани был найден убитый странным способом христианский ребенок. Вот как описано это событие в хрониках познанской еврейской общины: «Дело обстояло так. В лесу, неподалеку от нашей общины, был убит ребенок. Неизвестно, кто это сделал, однако убийство было необычайно жестоким, ни о чем подобном мы никогда не слышали. У него были выколоты глаза, отрезаны ноги и руки, вырвано сердце».

В это же время вышла печально известная декларация польского короля Августа II, в которой говорилось: «Неверные евреи проливают кровь христианских детей ради ритуальных нужд праздника мацы, что засвидетельствовано одним из них (неким сошедшим с ума выкрестом)».

С тех пор и до самого последнего времени не было города на просторах России, Польши, Литвы и Галиции, в котором соседи-иноверцы не разжигали бы ненависти к евреям. Они учили своих детей, «маленьких лисенят, портящих виноградники», бояться евреев. Они говорили им: «Вот идет еврей, он зарежет тебя и будет пить твою кровь в Песах!» То же самое говорили священники со своих амвонов, призывая прихожан к погрому.

Однако все это даже не может быть сопоставлено со страшными избиениями евреев, происшедшими на Украине начиная со времен убийцы Хмельницкого, да будет проклято его имя (в 1648-1649 годах), и кончая временами Петлюры и Гитлера. Евреям не помогали ни попытки договориться со своими соседями, ни огромные деньги, которыми они пытались выкупить свою жизнь. Находясь в крайности, наши несчастные братья вынуждены были просить помощи у отпавших братьев, принявших чужую религию.

Некоторые из выкрестов действительно откликнулись на эти призывы и выступили против кровавого навета. Евреи обращались и к папе римскому, прося у него защиты от погромщиков, считавшихся с его авторитетом. Однако все эти усилия приносили очень скромные плоды, — в лучшем случае короткую передышку, да и то только когда они сопровождались откровенным подкупом в очень крупных размерах, как было принято в те времена. Все прекрасно знали, что кровавый навет — полный вымысел, однако злобно держались за него и не желали ничего слушать. Наши братья подвергались страшным пыткам, умерщвлялись чудовищными способами, которые просто не могут прийти в голову нормальному человеку, созданному по образу и подобию Всевышнего. Истреблялись целые семьи, целые общины — как большие, так и малые, так что никто не мог их оплакать.

Ко всем этим бедствиям добавилось еще одно — «франкизм». Последователи лжемессии Яакова Франка, наши братья, нанесли страшный вред нашему народу. Все члены основанной Франком секты вместе со своим руководителем оставили иудаизм, приняли христианство и присоединились к нашим гонителям. Руководители христианских церквей сделали их опаснейшим орудием преследования евреев. За всю историю пребывания евреев в Европе у нас не было более тяжелого периода. «Франкисты» писали в церковные инстанции гнусные доносы, в которых утверждалось: «Всякий еврей, верящий Талмуду, обязан убивать иноверцев, собирать их кровь и есть ее с мацой в первый день Песаха». Они предложили свою «расшифровку» сокращения перечня египетских казней Д-ц-х a-д-ш б-а-х-в, о котором мы говорили выше: «Нам нужна кровь — так же, как добыли ее мудрецы из “того человека” (Христа) в Иерусалиме».

В те времена церковь, располагавшая почти абсолютной властью, вынудила евреев принять участие в публичной дискуссии с «франкистами». Хотя евреи прекрасно знали, что назначение этого диспута — вовсе не выяснение истины, что он является ловушкой, устроенной врагами руководителям еврейских общин, уклониться от него они не могли — у них просто не было выбора. Двое из выдающихся мудрецов того поколения, раби Хаим Коген Рапопорт и раби Исраэль Бааль Шем Тов приняли в нем участие.

Рассказывают, что рабби Хаим Коген Рапопорт, отправляясь на диспут, надел под обычную одежду погребальный саван, так как не рассчитывал вернуться живым. Однако Всевышний помог евреям, и они выдержали этот диспут почетнейшим образом. На сей раз враги просчитались.

Несмотря на это, кровавый навет продолжал вспыхивать в многочисленных городах Востока и Запада. Вот наиболее известные примеры того времени — навет в Дамаске в 5600-м году — на Востоке, наветы в Тисса-Эслере (Венгрия), в Хилзнере (Польша) — на Западе. Они сотрясали еврейские общины во всех странах.

В начале пятого столетия пятого тысячелетия по еврейскому летосчислению (конец XVIII в.) кровавый навет настолько распространился в Польше, что один из ведущих польских писателей того времени, Китович, публично объявил, что «в каждом ломтике еврейской мацы есть христианская кровь».

И под конец несколько современных примеров. В 5671-5673 (1911-1913) годах все еврейские общины Российской империи были потрясены новой вспышкой кровавого навета — процессом Менделя Бейлиса, который рассматривался судом присяжных.

Устроители этого процесса стремились доказать, что все евреи мира — кровопийцы в буквальном смысле слова. Некоторые депутаты Думы — российского парламента — потребовали обсудить следующий вопрос: «Каким образом можно прекратить ритуальные убийства иноверцев евреями?»

Все мировое еврейство встало тогда на защиту Бейлиса. Их поддержали благородные люди, принадлежащие другим народам, которые не готовы были больше мириться с гнусной клеветой. В борьбу вступили и внешние враги России, которые обрадовались случаю впутать правителей страны в эту жуткую историю и воспрепятствовать подготовке к готовящейся войне. В итоге Бейлис был оправдан, а замысел наших врагов сорвался.

Но скоро наступила первая мировая война, а с ней — новые страшные беды для еврейского народа. Но и они померкли в сравнении с тем, что принесла нам вторая мировая война, когда против нашего народа поднялся самый страшный палач в истории — Гитлер.

Обо всех этих гонениях писал царь Давид в своих Псалмах.

«Встань, Г-споди! Да не усилится человек, судимы будут народы пред Тобой» (Тегилим, 9,20).

«Разгорячилось сердце мое во мне, в разуме моем разгорелся огонь. Заговорил я языком своим» (Тегилим, 39,4).

«Не за вину мою сбегаются и приготовляются. Воспрянь навстречу мне и смотри» (Тегилим, 59,5).

«Излей них гнев Свой, и ярость гнева Твоего пусть постигнет их» (Тегилим, 69,25).

«Излей ярость Твою на народы, которые не знают Тебя, и на царства, которые не призывают Имени Твоего, потому что пожрал враг Яакова и жилище его опустошили они» (Тегилим, 79,6).

«Доколе, Г-споди, скрываться будешь — вечно? Доколе пылать будет, подобно огню, ярость Твоя?» (Тегилим, 89,47)

«Г-сподь Б-г наш, Ты ответил им. Б-гом прощающим был Ты для них и мстящим за деяния их» (Тегилим, 99,8).

«Потому что разевали на меня рты нечестивые и рты лживые, говорили со мной языком обмана» (Тегилим, 109,2).

«Сколько дней у раба Твоего? Когда устроишь Ты суд над преследователями моими?» (Тегилим, 119,84).

Выводить материалы