Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Если человек дает, даже не рассчитывая получить что-либо взамен, но твердо знает, что отдача — это получение, то одно это знание превращает отдачу в получение.»Рав Йосеф-Юзл Горовиц, саба из Новардока, из книги «Уровень человека»
Все заповеди Торы делятся на те, которые человек обязан исполнять по отношению к Творцу и на те, которые он обязан исполнять по отношению к ближнему

Отдавать себя… всегда есть, что отдать, даже если это просто доброе отношение к человеку… Никто еще не обеднел от этого.

Анна Франк, март 1944 г.

Предлагаемая многоуважаемым читателям «Мира Торы» статья, в некотором смысле продолжает представленную в одном из прошлых выпусков статью «Бережно относись к народу Моему!». Хотя в этой статье будут приведены цитаты из Письменной Торы, выдержки из Талмуда, слова великих мудрецов разных поколений, все же в качестве эпиграфа к ней сердце выбрало строки из дневника пятнадцатилетней Анны Франк, написанные ею за год до гибели в концентрационном лагере.

Если бы нас спросили, каково основное правило, которое мы должны выучить из Торы, мы бы, конечно же, ответили бы: «В чем вопрос? Все жизненно необходимо, абсолютно каждая заповедь, каждое слово, каждая буква. Даже самая маленькая коронка на самой маленькой букве важна, и без нее невозможно обойтись!» И это абсолютно верно. Тора — это великое сокровище Всевышнего, согласно ей Он творил миры и ей подчинены жизни всех этих миров и всех нас. А вот раби Акива сумел сформулировать основное правило Торы. Тот самый раби Акива, который достиг невероятных познаний в Торе на всех ее уровнях, поднявшись в «ПаРДэС» (П — «пшат» — простое понимание Святых Писаний, Р — «рэмез» — намек, скрытый в них, Д — «драш» — толкование текста, С — «сод» — тайны, сокрытые в Торе, которые передаются от учителя к особо достойному ученику). Тот самый раби Акива, о котором Моше Рабейну сказал, что если существует такой человек, Тора должна была быть передана еврейскому народу только через него. И эти слова, как и все то, что, когдалибо говорил Моше, претворились в жизнь: вся Устная Тора, без которой мы не смогли бы постичь Письменную, передана нам именно раби Акивой и его учениками. Этот великий раби Акива сказал: «И возлюби ближнего как самого себя — это великое правило Торы» (Иерусалимский Талмуд «Недарим» 9.4; «Торат Коаним», 19:45).

Понятно, что если Всевышний заповедует нам изучать и знать всю Тору, то следует приложить особые усилия для того, чтобы постичь основное ее правило. Давайте попытаемся немного прикоснуться к пониманию этих слов Торы: «И возлюби ближнего своего как самого себя» (Ваикра 19:18). Единственный путь постижения слов Писания — это внимательное изучение комментариев признанных мудрецов Торы, которым открыт ее истинный смысл и которые обучают ему нас. Обратимся к их словам.

Великий мудрец эпохи танаим, автор одного из переводов Письменной Торы на арамейский язык, раби Йонатан бен Узиэль объясняет эти слова так: «Люби ближнего своего, и то, что тебе ненавистно, не делай ему». Учителем раби Йонатана бен Узиэля был предводитель еврейского народа — старец Илель. Очевидно, что объяснение заповеди Торы «И возлюби…» раби Йонатан получил от своего учителя. В трактате «Шабат» (31а) рассказывается, как к старцу Илелю пришел человек и сказал: «Объясни мне всю Тору, за то время, которое я смогу простоять на одной ноге». Илель терпеливо ответил ему: «То, что ненавистно тебе, не делай ближнему своему. Это — вся Тора, а остальное является ее толкованием, иди и изучай». В Мидраше «Псикта Зутрэта» на главу «Кдошим» сказано, что Илель азакен («старец») вывел свое правило из стиха «И возлюби…».

Автор комментария к Торе «Кли Якар» говорит, что вряд ли человек, обратившийся к Илелю, имел в виду поиздеваться над ним и над Торой. Представляется, что он на самом деле хотел услышать общую основу всех заповедей — понять правило, включающее в себя всю Тору.

Все заповеди Торы делятся на те, которые человек обязан исполнять по отношению к Творцу и на те, которые он обязан исполнять по отношению к ближнему. Основу заповедей по отношению к Творцу пророк Хавакук сформулировал в одной фразе: «И праведник в вере своей будет жить» (Хавакук, 2:4), ибо основа всего — вера, как сказано в трактате «Макот» (24а). А основу заповедей по отношению к ближнему сформулировал Илель: «То, что тебе ненавистно, никогда не делай ближнему своему». В Храме, в Святая Святых находились «крувим» — золотые фигурки с крыльями и с человеческими головами. Крылья их были вознесены кверху, указывая на заповеди по отношению к Творцу, а лица были обращены друг к другу, намекая на заповеди по отношению к ближнему.

И здесь правомочно задать вопрос: «Что заставило Илеля и его ученика раби Йонатана бен Узиэля изменить простое понимание слов “И возлюби…”? Почему “любить ближнего” — это означает не делать ему того, что ты не хочешь, чтобы сделали тебе, то есть не делать другим людям плохо? Ведь простой смысл слов “И возлюби…” означает делать другому хорошо, в той мере, в которой ты хотел бы, чтобы было хорошо тебе! И Ибн Эзра считал, что именно так и следовало бы понимать эту заповедь, а запрет делать другим людям плохо, на первый взгляд, более логично было бы вывести из предыдущего стиха: “Да не возненавидь ближнего своего в сердце своем”. “Однако, — пишет Ибн Эзра, — многие объясняют этот стих иначе, что было вызвано языковыми особенностями”1.

Изучив комментарий Рамбана, мы поймем, что имел в виду Ибн Эзра, когда говорил о языковых особенностях рассматриваемого нами стиха. Но перед тем как обратиться к комментарию Рамбана, заметим, что из слов Торы “И возлюби…” Талмуд выводит целый ряд правил, согласно которым следует поступать по отношению к ближнему, и все они несут смысл: “не делай ближнему плохо”.

Так, например, в трактатах “Ктубот” (37б), “Санэдрин” (45а), “Псахим” (75а), “Бава Кама” (51а) и “Сота” (8б) из этого стиха мудрецы выводят закон о том, что преступника, приговоренного судом Торы к смертной казни, следует умертвить так, чтобы он претерпевал как можно меньше стыда и физических страданий. В трактате “Кидушин” (41а) мудрецы учат нас, что жениху обязательно следует увидеть невесту перед свадьбой, ибо, если окажется, что она не в его вкусе, существует опасение, что он может в какойто момент ее презреть и тем самым нарушить заповедь “И возлюби…”. В мишне из трактата “Недарим” (65б) сказано, что тот, кто берет на себя обет не одалживать свои вещи другим людям, нарушает заповедь “И возлюби…” (см. комментарии “Немукей Йосеф”, Ритва, Меири, а так же книгу Рамбама “Яд аХазака”, “Швуот”, гл. 6, п. 11 и “Шулхан Арух”, раздел “Йорэ Дэа” гл. 228, п. 10). Подобно этому, в трактате “Нида” (17а) из стиха “И возлюби…” выводится определенное правило поведения, которое призвано предотвратить негативное отношение мужа к жене. Заметим также, что Раши в своем комментарии к трактату “Санэдрин” (84б) пишет, что Тора запретила человеку делать другим людям только то, что он не хочет, чтобы делали ему.

Итак, обратимся к комментарию Рамбана, который прояснит нам, почему мудрецы были вынуждены объяснить, что заповедь “И возлюби…” означает не причинять другим людям зло. Пишет Рамбан: “”И возлюби ближнего своего как самого себя» — это явное преувеличение. Ибо не может человек даже представить себе, что он будет любить другого так же, как он любит себя. И еще. Раби Акива обучил нас закону: «Твоя жизнь предшествует жизни твоего товарища»2. Но на самом деле, истинный смысл заповеди заключается в том, что человек должен желать добра другому так же, как он хочет, чтобы ему самому было хорошо. Поэтому в Торе не сказано «вэаавта эт рееха», что означает «и возлюби ближнего своего» (как это обычно переводят на русский язык), а сказано «вэаавта лерээха» — «и возлюби ближнему своему», или «для ближнего своего» (то есть люби для ближнего, то, что ты любишь для себя). Подобно этому в отношении заповеди любить «гера» (прозелита) сказано «вэаавта ло камоха» («ло» — «ему», или «для него» и не сказано: «ото» — «его»). Природа человека такова, что желая, чтобы его ближнему, которого он любит, сопутствовал успех во всем — и в богатстве, и в почете, и в мудрости — вместе с этим он хочет, чтобы у него самого всего было больше и чтобы оно было лучше, чем у других. Поэтому Тора заповедует нам искоренить зависть и желать своему ближнему всех благ в безграничной степени. И доказательство тому, что это истинное понимание слов Писания, можно привести из книги пророка Шмуэля (I; 20:17). Оценивая слова Йонатана, обращенные к Давиду («Ты стань царем народа Израилева, а я буду твоей правой рукой») говорит пророк: «Ибо как самого себя любил он (Йонатан) его (Давида)». То есть, тот факт, что Йонатан, сын царя Шауля и потенциальный претендент на трон, сумел побороть в себе жажду власти ради того, чтобы Давид стал царем еврейского народа, доказывает, что он любил его как себя.

Подводя итог словам Рамбана, можно сказать, что основной смысл заповеди «И возлюби…» не в том, чтобы активно творить ближнему добро, а в том, чтобы устранить все то, что этому мешает. Каковы основания для такого понимания стиха? Первое: жизненная логика — не может быть такого, чтобы человек относился к ближнему в точности как к самому себе. Второе: доказательство из слов раби Акивы, который учил, что «твоя жизнь предпочтительней». Третье: из формы написания стиха — «для ближнего», а не «ближнему». Заметим кстати, что на эту форму написания слов «эт рееха» — «лерээха» («ближнему» — «для ближнего») обращают внимание и другие известные комментаторы Писания, такие, как Бааль аТурим, Виленский Гаон («Сифра», «Кдошим» 2:12), Мальбим (Ваикра 19:18). Четвертое доказательство — из слов пророка Шмуэля, оценивающего поступок царевича Йонатана.

В комментарии «Ор аХаим» (Ваикра 19:18) есть еще одно дополнительное доказательство тому, что понимать заповедь «И возлюби…» следует именно так, как это объясняют старец Илель, его ученик раби Йонатан бен Узиэль и Рамбан. В начале стиха Тора запрещает месть и злопамятство, а завершается он словами «…и возлюби ближнего, как самого себя, Я — Б-г». Говорит автор комментария «Ор аХаим», что завершение стиха объясняет, почему запрещено мстить и таить обиду: если ты мстишь ближнему и таишь по отношению к нему зло, не может быть, что ты его любишь, а Творец желает, чтобы все люди любили друг друга. Великий комментатор Талмуда Маарша («Шабат» 31а) также пишет, что стих «И возлюби…» говорит о том, что запрещено делать ближнему зло: не мсти, не затаивай злобу и не делай другому всего остального, что тебе самому ненавистно.

В Мидраше («Ваикра Раба» гл. 24 п. 5) приведено от имени раби Леви, что заповедь «И возлюби…» соответствует речению «Не возжелай дома, жены и осла ближнего», высеченному на Скрижалях Завета. То есть опять же: не делай своему ближнему плохо. Более того, автор книги «Яд Рама» («Бава Батра» 107), слова которого цитирует рав Эльханан Вассерман в книге «Ковец Шиурим» («Бава Батра» п. 76), считает, что запрет причинять вред ближнему выводится из стиха «И возлюби…».

Заметим, что такие мудрецы первых поколений как автор комментария на Тору «Бехор Шор» (там же), авторы книг «АЙереим» (гл. 22, п. 4); «СМаГ» (п. 9), Хизкуни (Ваикра, там же), объясняют слова Торы «И возлюби…» так же как Рамбан. Представляется, что и закон уставлен в соответствии с этим мнением, ибо великий законоучитель, автор книги «При Мегадим» об обязанности «И возлюби…» пишет следующее: «Любить ближнего как самого себя — это значит не причинять ему зла» (раздел «Орах Хаим», гл. 156, «Эшель Авраам», п. 1). К этой точке зрения склоняются и другие выдающиеся законоучители, такие как Маариль Дискин (Респонсы, п. 240) и Хазон Иш («Маасе Иш», ч. 2, стр. 166).

И хотя Онкелос перевел стих «И возлюби…» в позитивной форме, и авторы таких авторитетных книг как «Яд аХазака» (Рамбам, «Сефер аМицвот», п. 206; «Деот», гл. 6, п. 3; «Авель», гл. 14, п. 1), Рааван (п. 37), «Сэфэр аХинух» (заповедь 243), «СМаК»

(п. 8), говоря о заповеди «И возлюби…», пишут, что необходимо желать добра ближнему своему, говорить о нем только хорошее и делать ему добро, все же представляется, что между мудрецами Торы нет особых расхождений в понимании заповеди «И возлюби…». Так, например, в своде законов «Арух аШулхан» процитированы слова Рамбама из книги «Яд аХазака» («Дэот» гл.6 п. 3) о том, что необходимо раоссказывать о достоинствах ближнего и беречь его имущество точно так же, как человек стремится к своему собственному почету, и так же, как он бережет свое собственное имущество. Объясняя позицию Рамбама, автор книги «Арух аШулхан» пишет, что вовсе не имеется в виду, что мы обязаны любить ближнего так же, как самих себя и разделить с ним свое имущество, ибо данная заповедь приведена вместе с запретами злословить, ненавидеть, мстить и таить злобу. Но в действительности речь идет о том, чтобы не делать дурного своим ближним и помогать им том в случае, когда это не требует денежных затрат. Так же понимают слова Рамбама и авторы книг «Яд аКтана» («Дэот», гл. 5, п. 3); «Аэмек Давар» (Ваикра, там же), «Эмет леЯаков» (Ваикра, там же) и другие3.

На основании вышесказанного следует признать, что классический перевод «И возлюби ближнего как самого себя» не выражает истинного определения заповеди4. Невозможно требовать от любого и каждого, чтобы он любил всех людей в мире точно так же, как он любит себя. И на данном примере можно лишний раз увидеть, как много мы теряем, изучая Писание в переводе на другие языки. Становится понятно, почему вся земля «покрылась мраком на три дня», когда перевели Тору на греческий язык, и почему этот день стал днем всеобщего траура и поста («Мегилат Таанит», «Маамар Ахарон»).

И все же, следует задуматься о том, почему Тора записала заповедь «И возлюби…», суть которой пассив — «не делай», в форме актива — «делай»!? Ответ на этот вопрос мы находим в книге рава Э. Десслера «Михтав миЭлияу» (том 3, стр. 89). Рав Десслер сперва привел комментарий Рамбана и блестяще объяснил его: «Тора заповедала подавлять в себе великое желание быть особенным, единственным и неповторимым в той или иной области (мудрость, богатство и прочее), когда это мешает желать другим людям добра в безграничной степени». Затем автор «Михтав миЭлияу» пишет, что у любви к ближне му есть более высокие качественные уровни. Понятно, что так, как человек любит себя, он не в состоянии любить никого другого. Но… Если он будет отдавать себя другому, поддерживая и помогая ему, и будет делать это часто, много, с искренней готовностью, он сможет полюбить другого, как самого себя, ибо благодаря самоотдаче он сам как бы стал частью этого «другого».

Автор книги «Месилат Йешарим» (п. 11) пишет, что слова «И возлюби ближнего, как самого себя» следует понимать буквально: люби ближнего, как самого себя, без малейшей разницы, без каких бы то ни было отличий и исключений, без хитрости и интересов, именно как себя. И такой уровень любви по отношению к ближнему ярко иллюстрирует Иерусалимский Талмуд («Недарим» 9.4): «Как человек может забыть обиду и не мстить другому за причиненное ему зло? Предположим, что человек резал мясо, и нож, соскочив, поранил его левую руку. Станет ли левая рука в отместку за причиненную ей боль, наказывать правую?!» Тот, кто отдает себя другому, чувствует себя с ним одним целым. И даже если тот «другой» обидит его или причинит ему зло, он не ответит ему и не затаит обиды, ведь тот «другой» — это часть меня. Это лю бовь к людям на более высоком уровне, когда человек чувствует, что весь народ — это одно целое.

А вот что пишет автор книги «Томер Двора», великий каббалист рав Моше Кордоверо

(п. 1): «Все еврейские души являются единым целым — в одном находится часть другого, а в другом — часть первого, каждый в ответе за поступки другого. Поэтому следует всем желать добра и радоваться их успехам. Уважение к ближнему должно быть дорого человеку так же, как ему дорого, когда уважают его самого. Ибо ближний — это ты сам».

Однако рав Десслер считает, что существует еще более высокий уровень любви к ближнему. В Мидраше «Берешит Раба» (п. 24) мы видим следующее: «Сказал раби Акива: “И возлюби…” — это великое правило Торы. И чтобы ты не смел думать, что, если тебя опозорили, ты можешь позорить других, если тебя прокляли, ты имеешь право проклинать других. Сказал раби Танхума: “Если ты это сделал (опозорил или проклял другого), знай, кого ты позоришь — “По образу и подобию Всевышнего создал Он (Творец) его (человека)””. Поясняет великий мудрец Торы и выдающийся каббалист рав Реканати, что тот, кто любит ближнего, созданного по образу и подобию Творца, тем самым любит Самого Творца и почитает Его. Вот уж поистине “Великое правило Торы”!

Другими словами, тот, кто готов забыть о себе ради Творца и испытывает к Нему безграничную любовь и близость, не может не ощутить любовь и близость к другому человеку, созданному по образу и подобию Творца. Поэтому после смерти спрашивают человека в мире Истины: “Воцарял ли ты над собой ближнего своего с радостью и с готовностью?”, так же, как его спрашивают: “Воцарял ли ты Творца над собой утром и вечером?”5 (глава “Хибут аКевер” из книги “Решит Хохма”, “Шаар аЙира”).

Подобно этому можно прочитать в комментарии “Ор аХаим” к главе “Пкудей” (Шмот 39:32). И в “Авот дераби Натан”

(16.5) об этом сказано в очень лаконичной форме: “И возлюби ближнего” — ибо Я (Всевышний) сотворил его».

Известно, что Аризаль говорил, что каждое утро перед молитвой каждый человек должен принять на себя исполнение заповеди любить ближнего, имея при этом намерение любить всех людей, как он любит самого себя («Шаар аКаванот»). Эти слова Аризаля приводят такие великие законоучителя, как автор комментария к «Шулхан Аруху» под названием «Маген Авраам» (раздел «Орах Хаим», вступление к главе 46), автор книги «Хаей Адам» (раздел 1, п. 6) и другие.

И здесь мы в очередной раз становимся свидетелями того, как Тора, спускаясь на «взлетную полосу» душевных сил человека, заповедует ему то, на что он точно способен, а затем предлагает ему плавный взлет к высотам. Это принцип «Лестницы Яакова», которая одним своим концом прочно опирается на землю, а другим возносится в бескрайние Небеса. Так и в нашем вопросе — путь начинается с того, чтобы не делать ближнему того, что ненавистно тебе. Овладев этой высотой, душа стремится к большему: делай ему то что, ты хочешь, чтобы он делал тебе. А потом — безвозмездно, беспричинно, без всяких расчетов — в точности, как по отношению к самому себе. И так, пока не произойдет полного соединения с Творцом с Его желанием, выраженным в любви к Торе и к еврейскому народу. Ибо Всевышний, Тора и еврейский народ — одно целое («Зоар» «Ахарей Мот» 73а)6.

Стих завершается словами «Я — Б-г твой». Наш великий учитель и духовный отец, рав Ицхак Зильбер, благословенна память о праведнике, объясняя это место в Пятикнижии, приводил замечательную притчу, проясняющую тесную связь между словами «И возлюби ближнего как самого себя» и словами «Я — Б-г твой». К сожалению, я вовремя не записал услышанную мной историю дословно, поэтому перескажу, как помню. Местечковый еврей потерял источники пропитания и набрал целую кучу долгов. Однако он имел дочь на выданье и от безысходности решил посетить своего друга детства, богатого еврея — купца первой гильдии, который жил в столичном Петербурге: «Авось не откажет в помощи по старой дружбе?!». Как решил, так и сделал. Купец принял друга детства очень радушно, похлопотал о месте службы для него, выдал ссуду на погашение долгов и на свадьбу, и даже подарил довольно крупную сумму совершенно безвозмездно. Когда наш облагодетельствованный еврей, торопясь на поезд, чтобы отправиться в обратный путь, вдруг услышал крики и свистки полицейских, он припустил еще быстрей. Его схватили и арестовали по подозрению в грабеже и убийстве. Приговор о публичном повешении не заставил себя долго ждать. Его друг купец, услышав о публичной казни, заинтересовался и решил прийти посмотреть. Когда он увидел, кого собираются лишить жизни, он закричал: «Этот человек не виновен, это я ограбил и убил!» Приговоренный закричал в свою очередь, чтобы купцу не верили, что тот прекрасный человек, а истинный вор и убий ца — он сам. Странный спор достиг царских покоев. Царь распорядился отложить казнь и выяснить, кто же на самом деле виновный. Понятно, что после более тщательного расследования, обоих друзей оправдали и отпустили. Но на этом дело не кончилось. Царь был потрясен самопожертвованием, которое эти друзья проявили по отношению друг к другу. Он вызвал их на аудиенцию и сказал им: «Я — царь, и у меня есть множество вельмож и министров. Но нет среди них ни одного столь преданного друга. Примите, пожалуйста, и меня в ваш союз. И это смысл слов “Я — Б-г твой” — “Если вы любите друг друга как самого себя, Я желаю быть с вами”».

Автор книги «Сефер аХинух» (заповедь 243) завершает рассказ о заповеди «И возлюби…» следующими словами: «О человеке, который любит ближних, старается им помочь и рад их успехам, Творец говорит: “Вот этот Исраэль, которым Я горжусь!”»


1 В Танахе есть много заповедей, обязывающих совершать активные действия по отношению к ближнему, выражая любовь и уважение к нему. Например: «И следуй путями Его (Всевышнего)» (Дварим 28:9), «И будешь делать то, что хорошо и прямо в глазах Творца» (Дварим 12:28), «И сообщи им путь, которому следовать они будут» (Шмот 18:20) и другие. В этой статье мы пытаемся понять рамки возложенной на каждого из нас обязанности, о которой говорит Тора в стихе «И возлюби…».

2 Поясним. В трактате «Бава Меция» (62а) приводится спор двух мудрецов о том, как обязан поступить человек, если он оказался в пути вдвоем с товарищем, и воды, которая у него осталась, хватит лишь одному человеку: либо он выпьет сам и выживет, а товарищ погибнет, либо отдаст все товарищу и тот останется жив, а сам хозяин воды погибнет, либо они разделят флягу с водой побратски и оба умрут. Раби Акива считает, что хозяин воды должен выпить всю воду сам, ибо «твоя жизнь предшествует жизни твоего товарища».

3 Многие обращают внимание на кажущееся противоречие в словах Рамбама («Авель», гл. 14, п. 1), который пишет, что, хотя утешать скорбящих, проведывать больных, веселить жениха и невесту и делать другие добрые дела по отношению к ближним нас обязали мудрецы, все же тот, кто совершает эти действия, исполняет тем самым заповедь Торы «И возлюби…». Возникает правомочный вопрос: «Как может быть, что исполняя обязанность, возложенную на нас мудрецами, мы, тем самым, одновременно исполняем заповедь Торы?» Приведем один из ответов на этот вопрос, данный великим современным мудрецом Торы — равом Б. Жолти.

Тора не обязывает нас совершать активные действия, приносящие добро другим. Заповедь «И возлюби…» обязывает не делать ближнему того, что тебе ненавистно. Однако совершая активные действия, выражающие любовь к ближнему, которые обязали нас делать мудрецы, человек исполняет необязательную часть заповеди Торы «И возлюби…» («Мишнат Яавец», раздел «Йорэ Дэа», гл. 37). То есть в заповеди «И возлюби…» есть две части. Одна обязательная, которую могут и обязаны исполнить все: безгранично желая другим людям добра и не делая того, что ты не хотел бы, чтобы делали тебе. Вторая часть — это активные действия, приносящие помощь, облегчение, добро, счастье, радость ближнему.

4 Для того чтобы эти слова не были поняты как оспаривание классических переводов, следует оговориться, что цель этой статьи лишь в том, чтобы прояснить истинное значение слов Торы и точно понять, что нам заповедует Создатель. А что касается переводов Торы на другие языки, можно заметить следующее. В Талмуде («Кидушин» 49а) сказано, что тот, кто переводит стих Торы буквально, считается выдумщиком («бадай»), а тот, кто к нему прибавляет от себя, позорит этим Творца. Перевод Торы должен быть сделан в строгом соответствии с преданием, полученным нашими мудрецами, благословенна их память (см. комментарии Раши, Тосафот, Меири, Маарша).

Маараль из Праги в книге «Хидушей Агадот» («Кидушин», там же) пишет, что в трактате «Мегила» (8б) сказано, что разрешено переводить Тору на любой язык мира, и только когда хотят объяснить смысл сказанного, запрещено переводить буквально, а необходимо опираться на предание мудрецов. Но если цель перевода — просто переписать Тору на другом языке, разрешено сделать буквальный перевод. Но, казалось бы, существует опасение, что тот, кто будет читать буквальный перевод, неверно растолкует смысл сказанного, что весьма проблематично?! Представляется, что Маараль считает, что всем должно быть настолько понятно, что глубины Торы велики и что к каждому слову есть комментарии, объясняющие его истинное значение, что человек, прочитав Писание на том языке, который ему понятен, обязательно обратится к сведущим учителям или к авторитетным комментариям.

5 Речь идет о ежедневной заповеди чтения «Шма, Исраэль» утром и вечером.

6 Рабейну Йона в комментарии к «Пиркей Авот» (гл. 2, мишна 10) пишет: «Почет и уважение по отношению к ближнему должны быть приятны тебе так же, как почет и уважение, которые проявляют по отношению к тебе. Здесь обучают нас правилам морали и нравственности». Представляется, что, как и другие мудрецы Торы, рабейну Йона считает, что обязанности относиться к почету ближнего, как к своему собственному, по букве Закона нет. Но, исходя из правил морали и нравственности, было бы правильно это делать, принимая на себя больше, чем обязывают рамки Закона.

Часто бывает, что после того как Тора или мудрецы установили какойлибо определенный закон, они оставляют за человеком право ограничиться точным его исполнением либо решить сделать больше того, что он должен. Не в качестве обязанности, а по собственному почину, по зову сердца и по доброй воле, изза любви к Творцу. Вот пример одного из таких законов, приведенного в Вавилонском Талмуде («Бава Меция» 33а) и установленного в своде законов «Шулхан Арух» («Хошен Мишпат» гл. 264, п. 1). Человек нашел то, что когдато потерял, и вместе со своей потерей он обнаружил потерю своего ближнего. Закон гласит, что если он может без ущерба вернуть потерю ближнего, он обязан это сделать. Но если возвращение чужой потери помешает ему одновременно с этим заняться своей, так, что он может лишиться своего имущества, он не обязан возвращать потерю другим людям, а имеет полное право заниматься спасением только своей потери. В завершении этого закона сказано следующее: «И все же следует сделать больше того, чему обязывают рамки Закона и не пользоваться разрешением Торы заниматься своим имуществом, а не имуществом ближнего (кроме тех случаев, когда пропорции потерь не соизмеримы). А тот, кто всегда поступает согласно принципу “своя рубашка ближе к телу” и сбрасывает с себя ярмо помощи ближним, в конце концов, сам будет нуждаться в помощи других людей».

То есть в заповеди «И возлюби…» есть несколько уровней. Один — обязательный, который могут и обязаны исполнить все: безгранично хотеть другим людям добра и не делать того, что ты не хотел бы, чтобы делали тебе. Второй уровень — совершение активных действий, приносящих помощь, облегчение, добро, счастье и радость ближнему. Этому Тора не обязывает всех одинаково, ибо духовные уровни разных людей отличны и даже у одного человека в разные моменты жизни есть подъемы и падения. Кроме того, существуют различные обстоятельства и условия. Поэтому исполнение заповеди на этом уровне Тора предоставила на решение каждого человека индивидуально. Эта самостоятельность в принятии решений, которую Всевышний предоставляет своим творениям, доверие, оказанное им в решении столь важных вопросов, когда люди в определенном смысле являются не только исполнителями, но и «создателями» заповедей, служит дополнительным проявлением жизненности красоты и гармонии Торы. В свете этого можно объяснить слова Писания «Небеса эти — Небеса остаются в полном распоряжении Творца, ну а Землю — Землю он передал людям» (Теилим 115:16). «Небесные законы» — это законы, обязательные для всех в любом случае, а те действия, которые зависят от сути человека, от места и времени в которые он живет, от его духовного уровня — переданы людям, иногда они требуют решения мудрецов Торы, а иногда самостоятельно решаются каждым из нас. С одной стороны, это опасно, так как человек может воспользоваться предоставленной ему свободой и повести себя как «наваль бэришут а Тора» («мерзавец с позволения Торы») то есть творить зло таким образом, что, нарушая желание Творца, он не преступит при этом ни один конкретный запрет Торы. Но, с другой стороны, это прекрасно, ибо человек может по собственному почину исполнять волю Творца намного больше, чем обязывает буква Закона («лифней мешурат адин»). А иногда изза великого желания сделать во имя Творца и людей то, что намного выше его сил, человеку даруются совершенно неестественные силы и возможности, и он творит чудеса во имя добра.

Из журнала Мир Торы


Глава повествует о перипетиях в жизни праотца Яакова: о знаменитой «лестнице в небо» — пророческом сне Яакова, о его встрече с Рахель, пребывании Яакова в доме Лавана, женитьбе и рождении детей, будущих прародителей колен Израилевых. Читать дальше

Недельная глава Ваеце

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Очерки по недельной главе Торы»

По материалам газеты «Исток»

Избранные комментарии на недельную главу Ваеце

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Б-г находится вместе с нами. Яаков почувствовал это, увидив сон о лестнице, ведущей в небо. Этот мир полон соблазнов, но следует помнить, что присутствие Творца помогает справиться с ними.

Все, что произошло между Яаковом и Эсавом, произошло затем между потомками Эсава и потомками Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

События, произошедшие с Яаковом и Эсавом, служат предысторией всего того, что переживали их потомки. Многовековое противодействие присутствует и в наши дни.

Четыре жены Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

От четырех жен Яакова произошли двенадцать колен. Это не случайное стечение обстоятельств, а воля Б-га.