Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Тема

Бенцион Тавгер

Оглавление

Годы в Союзе [↑]

Профессор Бенцион Тавгер родился в г. Борисове 5 августа 1930 г. Семья жила в городе Горький (Нижний Новгород).

С детских лет он отличался острым умом, необыкновенной любознательностью. Побеждал всех в шахматы. За ним закрепилось прозвище «всезнайка», и даже его старший брат Семен, погибший во Второй Мировой Войне, всегда обращался к Боме с любым мало-мальски трудным вопросом. Обладая обширными знаниями в самых разных областях, на олимпиаде школьников Горьковской области, проводившейся по трем программам: физике, математике, химии — участвовал во всех трех и занял первое место.

В 1947 году поступил на физико-технический факультет Московского университета. Его преподавателями были лауреаты Нобелевской премии академики Ландау и Капица.

В 1949 году перевелся в Горьковский университет, и в 1952 году закончил его с отличием. В памяти своих сокурсников он остался как самый блестящий и выдающийся студент.

Последние годы жизни Сталина были отмечены разнузданным антисемитизмом. Это отразилось и на судьбе Тавгера. Ему было отказано в аспирантуре, где он мог бы заниматься научной работой.

Будучи направлен по распределению в Сибирь на один из военных заводов города Омска, он продолжал научные исследования самостоятельно.

Выбраться из Сибири ему удалось чудом. Тавгер написал письмо знаменитому писателю Илье Эренбургу, к которому благоволил сам Сталин. Эренбург ответил на письмо неизвестного талантливого молодого еврея и помог ему. В результате Тавгер стал преподавать в Калининградском пединституте теоретическую механику и термодинамику.

В 1954 году Тавгер открыл явление «магнитной симметрии». Работы в этой области легли в основу его кандидатской диссертации, которую он защитил в 1959 году в Московском пединституте. Много лет спустя, уже в Израиле, никто не мог поверить, что этот молодой ученый и есть «тот самый» Тавгер, работы которого давно известны во всем мире.

С 1960 года Бенцион Тавгер преподает в Горьковском университете. Здесь он организует еврейскую студенческую молодежь в подпольный сионистский кружок, где читали и распространяли произведения Жаботинского, проводили Пасхальный Седер, отмечали еврейские праздники, знакомились с историей и религией еврейского народа, короче — готовились к будущей алие (репатриации) в Эрец-Исраэль. Впоследствии, едва появилась возможность, все участники этого кружка репатриировались в Израиль.

На след подпольной группы Тавгера напало КГБ. Начались допросы, обыски, следствия, аресты. И снова, благодаря своему «нестандартному» мышлению, он выходит победителем в схватке с КГБ: симулирует психическое заболевание и скрывается в психиатрической клинике. Выйдя оттуда, он даже не появился дома — скрылся в неизвестном направлении.

«Намотать» Тавгеру срок КГБ не удалось, но из Горьковского университета его уволили и вообще лишили права преподавания в Горьковской области.

Тогда Тавгер связывается с Академгородком в Новосибирске и проходит по конкурсу на должность старшего научного сотрудника Института физики полупроводников Сибирского отделения Академии наук СССР. Регулярно публикует научные труды и в 1969 году защищает докторскую диссертацию.

Вокруг Тавгера и в Новосибирске организуется сионистская подпольная группа. Основным направлением деятельности этой группы была борьба за право свободного выезда в Израиль.

КГБ снова «выходит» на Тавгера. На этот раз было решено, что лучший способ избавиться от него — как можно скорее выпроводить в Израиль. Таким образом Тавгер, первый в Академгородке (и вообще первый ученый такого ранга) получает разрешение на выезд в Израиль.

В Израиле [↑]

С мая 1972 года Тавгер — в Израиле; он живет в центре абсорбции города Нацрат-Илит. Узнав о приезде известного ученого, президент Тель-Авивского университета профессор Юваль Неэман приглашает его на работу.

До 1974 года Тавгер работает в Тель-Авивском университете. Все это время он предпринимает энергичные усилия для создания научно-исследовательского института физики твердого тела в тиши и спокойствии Иудейских гор, в Кирьят-Арба. Он убежден, что это — самое подходящее место для создания нового НИИ в Израиле, по типу Академгородка.

Тавгер много раз обращался в самые высокие инстанции со своим проектом, создал картотеку потенциальных работников, ученых-репатриантов из СССР. Все соглашались с его идеей, на словах поддерживали ее, понимая всю важность абсорбции ученых-репатриантов для науки Израиля, но отказывались выделить средства для этого начинания. Все их возражения сводились к тому, что НИИ Тавгера будет находиться «за зеленой чертой».

Тавгер оставляет работу в Тель-Авивском университете и окончательно поселяется в Кирьят-Арба. Он активно включается в борьбу за право возвращения евреев в Хеврон — город предков, за наказание арабов, виновных в погроме 1929 года и осквернении святых еврейских мест.

Борьба за Хеврон [↑]

Тавгер пишет письма протеста в редакции различных газет, членам Кнессета, принимает делегации правительственных учреждений, участвует в различных заседаниях на тему «Еврейское поселение в Хевроне».

Военные и правительственные власти запрещали хоронить евреев в Хевроне, где покоятся знаменитые раввины и цадики, где в братской могиле лежат жертвы зверского погрома 1929 года.

…В семье художника Б.Нахшона, одного из первых поселенцев Кирьят-Арба, внезапно умирает шестимесячный ребенок. Мать ребенка, Сара Нахшон, решила: если при жизни евреям не дают вернуться в Хеврон, то ее мальчик своей смертью откроет евреям эту дорогу. С трупом младенца на руках Сара пошла прямо на солдат, выполнявших приказ министра обороны Ш.Переса запретить похороны. В конце концов, мальчика похоронили на хевронском кладбище… Жители Кирьят-Арба выставили на кладбище двух сторожей, чтобы не дать арабам осквернить свежую могилу.

Должность сторожа на кладбище предложили безработному профессору Тавгеру, чтобы поддержать его материально. И Тавгер согласился, считая, что сможет в кладбищенской тиши спокойно обдумывать проблемы теоретической физики. Однако то, что он там увидел, изменило его планы: он принимается за расчистку кладбища, поиски обломков могильных плит, реставрирует разбитые надгробия. Древнее хевронское кладбище мало-помалу приобретает пристойный вид.

Затем он начинает раскопки знаменитой синагоги «Авраам-авину». Власти чинят ему мыслимые и немыслимые препятствия, однако Тавгер неутомимо продолжает свой праведный труд.

Одновременно с этим он ведет отчаянную борьбу со своими высокопоставленными противниками за право евреев молиться в пещере праотцов, Меарат га-Махпела, в любое время дня и в любой день недели.

Бенцион Тавгер и его сподвижники неоднократно подвергались арестам, власти возбуждали против них уголовные дела. Один из таких процессов, так называемый беэр-шевский суд, тянулся почти два года и закончился полным оправданием обвиняемых. Приговор судьи — это подлинная ода Тавгеру, его сионистскому подвижничеству.

Плоды трудов [↑]

Тавгер оставил более 45-ти научных статей и работ, в основном, в области физики твердого тела. Последняя, не завершенная им работа была опубликована уже после его смерти, в июне 1986 года, в одном из самых престижных физических журналов Physics Letters.

По оценке профессора Юваля Неэмана, если открытие Тавгера подтвердится в ходе экспериментов, его важность будет равна появлению лазеров.

Тавгер всем сердцем любил Израиль, чуть ли не всю страну он исходил пешком. Он много общался с людьми, помогал новым олим: читал им лекции, проводил беседы, ходил с экскурсиями в окрестности Хеврона.

Он был преданным сыном своих родителей, любящим мужем и отцом.

С конца 1975 года и до последнего дня жизни Тавгер преподавал в Иерусалимском Технологическом колледже. Здесь находилась его научная лаборатория, здесь хранят память о нем как о выдающемся педагоге.

Профессор Тавгер изучал Тору, начал соблюдать заповеди. Он утверждал, что между Торой и наукой есть полное соответствие.

Тавгер никогда не болел, никогда не обращался к врачам. Болезнь, сразившая его, продолжалась четыре с половиной месяца. Он умер в возрасте 53 лет, когда его младшему сыну было тринадцать месяцев.

Центр Хеврона, где расположена синагога «Авраам-авину», назван в его честь — «Кирьят Бен-Цион». Об этом говорит памятная доска, установленная у главного входа в синагогу.

На нашем сайте представлена книга профессора Бенциона Тавгера «Мой Хеврон».

Один из сыновей профессора Тавгера — рав Элияу Тавгер, является известным русскоязычным раввином, преподавателем ешивы «Торат Хаим», воспитавшим много сотен русскоязычных бней-Тора.

Выводить материалы

Мой Хеврон 7. Полиция и армия

Бенцион Тавгер,
из цикла «Мой Хеврон»

Арест еврейского активиста и неожиданное освобождение

Мой Хеврон 1. Открытие синагоги «Авраам авину» в Хевроне

Бенцион Тавгер,
из цикла «Мой Хеврон»

Шесть лет назад здесь была свалка мусора и навоза, овечий загон. И вот — стоит синагога, почти полностью восстановленная.

Мой Хеврон 14. Работы на кладбище

Бенцион Тавгер,
из цикла «Мой Хеврон»

К чему излишние бюрократические инстанции? Сами принялись восстанавливать стены домика-мавзолея. Скатили сверху большие камни, замесили бетон и стали работать.

Мой Хеврон 15. Продолжение раскопок в «Аврам Авину»

Бенцион Тавгер,
из цикла «Мой Хеврон»

Движение «Гуш-Эмуним» придерживалось тактики широкого оповещения и обсуждения всех своих намерений. Если ими намечались какие-то мероприятия, об этом уже писали в прессе и знал весь Израиль.