Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Тема

Одесса

Оглавление

Основание и заселение Одессы [↑]

Первая ассоциация со словом «Одесса» — это неповторимый одесский юмор. Одесса всегда хохмила и балагурила, даже в самые трагические дни своей истории.

В 1794 году, когда город Одесса был основан по приказу Екатерины II русским государственным и военным деятелем испанского происхождения Иосифом Михайловичем Дерибасом, еврейское население составляло десять процентов всех тамошних жителей. Начало еврейской общине положили шесть евреев-ремесленников с семьями, которые жили еще в турецкой крепости Хаджибей.

Приезжающие из Литвы и Волыни евреи поселялись по своему выбору и возможностям везде: в центре, на Молдаванке и Пересыпи. К 1798 году была образована еврейская община, на Еврейской улице возникла синагога. В 1809 году еврейская община пригласила из Бендер раввина — рава Ицхака Рабиновича.

Лицо города с самого начала стало определять то, что на отдаленные от столиц берега Черного моря стекались разные бродяги, аферисты, шулеры… Среди многотысячной уголовной публики Одессы было немало евреев.

Еврейская одесская община в XIX-м веке [↑]

Вплоть до шестидесятых годов девятнадцатого века к евреям в Одессе относились нетрадиционно — с симпатией и теплотой. Эти добрые либеральные отношения были исключительными в черте оседлости. Евреи стали занимать ведущее положение в торговле (хлопком, шерстью, шелком, солью), в ремесленном производстве, оптовой торговлей зерна и банковскими операциями, а также участвовать в местном управлении.

Вслед за Германией, реформистское движение пришло в Одессу. В 1841 году возводится первая реформистская синагога — Бродская. На исходе девятнадцатого века в ней появился и орган — эталон еврейского богослужения в городе. Процесс ассимиляции стремителен, и к концу XIX-го века статистика свидетельствует, что, хотя треть всего населения Одессы — евреи, идиш все больше вытесняется русским, а евреи крестятся и женятся на нееврейках. Главным для евреев стало приспособление к духу и атмосфере одесского свободного делового сотрудничества.

Единственная в России газета на идише в девятнадцатом веке выпускалась в Одессе. Там же выходило — с мая 1860 года — первое в империи еврейское издание на русском языке — газета «Рассвет».

Одесская диаспора к середине XIX-го века стала одной из крупнейших, ее даже считали «самой современной в черте оседлости», наиболее «окультуренной» в Европе, а это значило, что еврейские традиции соблюдались нестрого и несерьезно, духовный уровень евреев стремительно падал.

Приверженцы идеи еврейского просвещения — маскилим — стали лидерами общины и играли главенствующую роль в еврейских делах, что создало прецедент в имперской черте оседлости. «На семь верст вокруг Одессы полыхает ад» — ужасались духовные лидеры того поколения. Автором этого высказывания считают одного из хасидских цадиков — Моше-Цви, Савранского ребе. Он был одним из самых горячих борцов с новыми веяниями.

Раввин Одессы в 20-х годах XIX-го века, приглашенный из Житомира рав Реувен, первым столкнулся с проявлениями деятельности сторонников еврейского просвещения в Одессе. Он тоже отчаянно боролся с открытием еврейских школ «современного типа», но «маскилим» и реформисты брали верх в этой войне.

Несмотря на стремление евреев стать «своими» среди одесситов, рост антисемитизма в этот период вновь доказал, что просвещение никогда не было ни панацеей, ни щитом от погромов. Погромы и беспорядки в городе имели место и в 1821, 1858 и 1859 годах по разным причинам: тут и извечная религиозная вражда отдельных групп, и конкуренция, и простое невежество. К чести городских властей, первые волнения и бунты сразу пресекались. Наиболее масштабным и злобным погромом, нанесшим значительный ущерб, стал погром 1871 года, который продолжался в течение трех суток при равнодушии властей и сочувствии общества.

«Врата Сиона» [↑]

Пути Вс-вышнего, которыми Он приводит нас к исполнению Своих заповедей, удивительны. Погромы гремели по всему миру уже полторы тысячи лет. И почему-то только в Одессе конца 19-го века они вызвали у абсолютно нерелигиозных евреев такой «неожиданный» порыв — организовать массовое возвращение в Землю Израиля.

Читаем в полицейском отчете 1886 года: «…По собранным негласным путем сведениям обнаружено следующее: немедленно после еврейских погромов в Одессе начали образовываться кружки, целью которых было способствовать в материальном отношении евреям, выселявшимся из России в Америку и Палестину». Единственная легальная сионистская организация в Российской империи — Палестинофильский комитет, созданный в Одессе, собирал деньги среди евреев для евреев, а на эти средства у турков и арабов покупали земли в Палестине, организовывали и поддерживали там сельскохозяйственные колонии.

Положительные и отрицательные стороны сионизма не являются темой данной статьи. Отметим лишь факт: в Одессе стали обучать тысячи переселенцев ивриту, ремеслам и земледелию. Одесский публицист Моше Лейб Лилиенблюм писал в то время: «Одесса представила пример того, как евреи, вместе с другими пришедшие на здешние пустынные земли, взялись за постройку прекрасного города и успешной гавани. Так что они вполне могут это повторить и на земле Обетованной». Активными деятелями комитета были Леон Пинскер, Менахем-Мендел Усышкин, Ахад-hа-Ам, а также Меир Дизенгоф, впоследствии первый мэр Тель-Авива.

Начало XX-го века в Одессе [↑]

Знаменитые «Одесские рассказы» Исаака Бабеля погружают нас в Одессу начала прошлого века, где в еврейском районе Молдаванка орудует банда налётчиков под предводительством Бени Крика. Разношёрстная публика Молдаванки еще ходит по субботам в синагогу, ставит «хупу», совершает обрезания и хоронит по еврейскому обряду, и все эти люди еще как будто связаны между собой невидимой нитью. Но дети их уже мечтают о «лучшей жизни», подсмотренной в городском театре и нафантазированной из прочитанных романов.

Образ «благородного разбойника», каким его нарисовал Бабель, — так был необходим евреям в пору их тяжелого существования, полного ограничений и унижений. Отрыв от традиции уже вкрался в их жизнь, их заповеди уже не те, что были на Скрижалях, они перестают чувствовать связь с Вс-вышним, поэтому ищут в своей среде справедливых судей и храбрых защитников, что будут оценивать их по их достоинствам, а не по толщине их кошельков.

А в одессите Владимире (Зееве) Жаботинском еврейское начало пробудила следующая волна погромов, которая прокатилась по югу Украины в 1903-1905 годах. Еврейская самооборона и еврейские студенты, организовавшие милицию, действуют в первый день погрома довольно успешно, но против них брошены войска и даже артиллерия. Самооборона теряет пятьдесят человек убитыми. Евреев убивают и в районах, примыкающих к Одессе, в поездах, топят в море.

В октябре 1905-го года в Одессе было введено военное положение, продолжавшееся четыре года. Наступает тяжкий период в жизни еврейства Одессы. Местные молодчики из «Союза русского народа» безраздельно господствуют в городе. Черносотенцы изгаляются над евреями, унижают и избивают их, пользуясь полной поддержкой градоначальника генерала Толмачева.

В этот период Владимир Жаботинский стал убежденным сионистом, вступил в еврейскую самооборону и вместе Дизенгофом стал собирать средства для покупки оружия.

Тягостная антисемитская атмосфера порождала тягу в Эрец-Исраэль. Путь туда лежал через Одессу, «Врата Сиона». Потому сюда постепенно переместились из других городов организации, действующие во имя репатриации на историческую родину.

Активность еврейских общественных деятелей, историков, публицистов, журналистов, поэтов, прозаиков, собравшихся в те первые годы нового века в Одессе и писавших на трех языках — иврите, идише, русском, — была в апогее, издавались еврейские журналы на русском языке «Рассвет» и сменивший его «Сион», сборники «Пардес», проповедовавшие идеи духовного сионизма, работали издательства «Мория» на иврите и «Кадима» на русском. Можно сказать, что в лоне еврейской Одессы зародились политическая мысль, литература, журналистика будущего еврейского государства.

Несмотря на то, что в начале XX-го века в Одессе существовало до 100 синагог и молитвенных домов разной величины, действующих по территориальному или цеховому принципу, одесские евреи все больше отдалялись от традиций, стремясь стать стопроцентными европейцами, и подражали своим нееврейским соседям — русским, а так же грекам, французам, молдаванам, немцам.

Концентрация евреев в «жемчужине у моря» достигла в двадцатом веке «критической массы», что привело к взаимопроникновению культур. Евреи, практически слившись и растворившись в сообществе одесситов, придали городу своеобразный шарм, определенные черты портовой деловитости, солнечной легкости, жизнерадостности и мягкого южного юмора.

После Октябрьского переворота [↑]

После 1917 года в Одессе начинают бушевать страсти: троевластие, двувластие, оккупация, гетманщина, интервенция… И тем не менее, еще одна вспышка еврейского ренессанса в Одессе происходит после февральской революции 1917 года. В городе активизируется еврейская общественная жизнь, возникают политические партии. В эти три года — 1917-1920 — Одесса становится основным центром книгопечатания на иврите в России: из 188 изданий на иврите, вышедших в России, 109 выпущены в Одессе.

Но уже в 1920 году начинается наступление советских властей, достаточно укрепившихся к этому времени, на сионизм, идут массовые аресты членов сионистских организаций, синагоги закрываются. Рав Тойва Гойхман — раввин одной из одесских синагог, в 1938 году был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности и расстрелян.

Евреи продолжают помнить о своей национальности только благодаря советской власти и ее знаменитой «пятой графе» в паспорте. Больше почти ничего еврейского у одесских евреев уже не сохранилось.

Следующий удар по евреям нанесла румынско-немецкая оккупация Одессы в годы Второй мировой войны, когда почти все еврейское население Одессы, не успевшее эвакуироваться из осажденного города, было физически уничтожено. Экзекуции еврейского населения проводились в пригородах Одессы, в районе Первомайска, сел Ахметовка, Богдановка и других местах. Часть эвакуированных никуда так и не доехала, а из добравшихся до Сибири и Урала многие больше никогда не вернулись в свой родной город.

Последний раввин Советской Одессы [↑]

Даже в самые тяжелые времена были люди, до последнего державшие тонкую нить связи еврейского народа со своим духовным началом.

Рав Иосиф Димент, который до войны проводил подпольные молитвенные собрания, после освобождения Одессы в сентябре 1944 года вернулся в город и, возглавив еврейскую религиозную общину, стал открыто служить в синагоге.

В конце 1940-х годов городские власти сочли неудобным, что евреи, особенно в дни праздников, в большом количестве скапливаются возле синагоги в самом центре города. Синагогу закрыли, а еврейский молитвенный дом перенести подальше от центра — на Пересыпь. Рав Иосиф Димент сумел собрать частные пожертвования и произвел необходимый ремонт, восстановив синагогу и мацопекарню.

В марте 1953 года рав Димент был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности, и на сорок лет одесская еврейская община осталась без раввина.

Одесса без евреев [↑]

По окончании войны вернувшиеся в Одессу евреи в какой-то степени возродили еврейскую жизнь в городе, но антисемитская компания по «борьбе с безродным космополитизмом» 1949-1953 годов привела к тому, что в Одессе осталась всего одна действующая синагога на Пересыпи.

К началу 90-х годов прошлого века, после нескольких волн эмиграции, в этой единственной действующей синагоге, располагающейся на окраине города, едва собирался миньян со средним возрастом далеко за 70. В Бродской синагоге разместился архив, в другой старинной синагоге на углу улиц Бабеля и Ленина — спортивный клуб. Еврейское кладбище было закрыто.

Эмиграция из Одессы, начавшаяся в конце шестидесятых, — это почти конец истории одесских евреев. С отъездом большого количества евреев Одесса не пропала, но сильно видоизменилась и почти потеряла свой шарм. Приезжие уже не находят той легкости и любви к всяким «хохмам», которые были так характерны для одесситов.

Одесса продолжает жить воспоминаниями о своих великих выходцах. Исаак Бабель, Хаим-Нахман Бялик, Илья Ильф, Михаил Жванецкий, Давид Ойстрах, Яша Хейфец, Эмиль Гилельс, Яков Флиер… — список длинен.

Еврейское возрождение в пост-советской Одессе [↑]

После развала СССР по крупицам начинает восстанавливаться еврейская жизнь в Одессе. Община рава Шломо Бакшта «Тиква» и община Хабада Рава Авраама Вольфа ведут просветительскую и преподавательскую деятельность. Снова в городе есть кошерные продукты, миква, «Хевра кадиша» и все остальное, что необходимо соблюдающему еврею.

Общине было возвращено здание Главной синагоги Одессы на Еврейской улице, построенной в 1850 году известным одесским архитектором Ф.О. Моранди. В Одессе появились Еврейская школа, Еврейский университет, ешива, колель, хедер, интернаты и детские сады. [↑]

Выводить материалы