Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Не мальчишеские игры

Отложить Отложено

Не легкий рассказ...И, если вы все же хотите его прочитать, то он перед вами...

 

Это обещало быть самой обыкновенной спокойной субботой, из тех суббот, которые устраивают в маленьких гостиницах с общими для всех постояльцев трапезами, общими миньянами, где спонтанно устанавливается нусах молитвы — это зависит от того, кто начал ее вести. Так все присутствующие знакомятся с новыми для них нигуним других общин. Там царит атмосфера мира и взаимного приятия.

То же самое происходит и во время трапез, но каждый сидит за своим столом с теми, с кем приехал: семейные — с семьей, молодые и не очень пары, решившие отдохнуть в непринужденной обстановке, — за отдельными столиками. Тех, кто приезжает в одиночку, очень мало, обычно едут с братом, другом или небольшой кампанией.

Всегда найдется добровольный «ответственный за всё»: всех приветствует, со всеми знакомится, он же произносит двар Тора («слово Торы», например, какой-нибудь интересный комментарий к недельному разделу) во время трапез, или, если не силен в этом сам, выбирает того, кто подходит, на его взгляд, для этой цели.

Янив и Эйтан приехали на такую субботу (это было незадолго до начала «короны» в Израиле), рассчитывая провести ее в тишине и спокойствии. Потому что, учитывая отношение родителей к соблюдению субботы, дома у них провести этот день в тишине и, тем более, спокойствии было пока не слишком реально…

Въехав во двор гостиницы, обсаженный по периметру буйно цветущими пунцовыми бугенвиллиями, они, кивнув охраннику, вошли в фойе, уставленное кадками с тонкопалыми пальмами, и были сразу замечены Йоной Двиром, который радушно приветствовал всех вновь прибывших.

Никто не поручал ему ни этого, ни чего-либо другого, но он, хотя и был всего лишь обычным, как все присутствующие, постояльцем, всегда в таких случаях действовал по зову сердца, а сердце звало его направлять всех и объяснять им, как надо и для чего.

— Прекрасно, прекрасно, молодые люди, заходите, по походке узнаю спортсменов. Кажется, у нас намечается очень приятная компания. Я — Йона, — протянул он руку для пожатия.

— Это он спортсмен, — приветливо отозвался Янив, указывая на брата. — Он профи, а я так, по случаю.

Активный Янив сразу перезнакомился со всеми, кто находился в фойе, а Эйтан, как всегда более застенчивый, не стал участвовать в общем спонтанно вспыхнувшем знакомстве, а решил узнать, когда будет миньян на Минху и во сколько в субботу Шахарит.

Когда он выяснил то, что ему было нужно, и узнал, что ключи от комнат можно будет получить через полчаса, его задержал один парень, который сидел в кресле и тоже ждал ключей:

— Я вижу, у тебя есть шеш-беш (нарды)! Не дашь нам с друзьями поиграть? Всё равно делать тут нечего!

— Конечно, берите, — Эйтан протянул ему коробку, откликнувшуюся глухим рокотом перекатывающихся внутри игральных костей. — Тебя как зовут?

— Меня? Нир.

— Ладно, Нир, играйте. Я приду сюда через час на Минху, тогда сможете мне вернуть.

На том и расстались. Пока что.

Молодые люди получили ключи, подхватили свои рюкзаки, поднявшись на второй этаж, нашли свою комнату и с наслаждением вытянулись на прохладных простынях:

— Класс!

— Вот бы так каждую субботу!

— Каждую субботу не потянем, но иногда…

Эйтан раздвинул шторы:

— И вид приятный…

— Что — вид на горы? — зевая, полюбопытствовал Янив.

— Вид на задний двор гостиницы, но нет рекламы.

— И это называется «приятный вид»?

— Еще как!..

— Ладно, ты… как хочешь, а я… пока… похраплю…

— До Минхи! Я тебя разбужу через час!

— А…га… разбу…

Через час они бодренько (Эйтан) и протирая глаза (Янив) спустились в фойе на Минху, но Нира и его друзей-приятелей — любителей игры в шеш-беш — внизу не оказалось. Янив расстроился:

— А я-то думал, поиграем пока… И, главное, время есть…

— Ладно, переживем.

— Переживем-то — это да, но в воскресенье у тебя начинаются тренировки, и времени на поиграть у тебя уже не будет.

— Мы с тобой и до этого не так уж часто играли.

— Не играли потому, что свободны оба не были. Кстати, когда ты подписываешь с ними контракт?

— Послезавтра, в воскресенье.

— Это хорошо. В эту субботу ты сможешь нормально отдохнуть…

Конечно, Янив не мог знать, что в субботу отдохнуть не удастся. Ну, разве что в первую ее половину… Потому что, когда во второй половине дня братья спустились в фойе, они буквально растрогались, увидев Нира и всю его компанию за игрой на их доске, можно сказать, офлайн.

— А, привет! — приветствовал Нира Эйтан. — Я вижу, игра у вас в самом разгаре… Я бы и сам не прочь сыграть с братом, но не буду вам мешать. Потом верните нам, когда закончите, мы в 216 номере, сразу за поворотом, рядом с лифтами.

И велико же было изумление братьев и всех наблюдавших эту сцену, когда Нир вместо ответа медленно сгреб игральные кости с доски под недовольное бурчанье своих приятелей и, широко размахнувшись, швырнул их Эйтану в лицо.

— Эй! — зашелся Янив. — Ты что себе позволяешь? Это тебе не зверинец!

— Не надо, послушай, не надо… — попытался остановить его Эйтан. Сам он нагнулся, чтобы собрать разбросанные по полу кости.

Но Янива было уже не остановить, а группа противника, уставшая от однообразия гостиничной панорамы, ответила с неменьшим энтузиазмом. И кто знает, во что бы вылилось это спонтанное развлечение, не вмешайся другие постояльцы.

— Да вы что, имейте совесть, это же суббота! Как вам не стыдно, как можно, вы же взрослые люди! Оставьте ваши замашки, стыд и срам — это же суббота всё-таки!!!

От этого шума проснулся до того дремавший Йона Двир, подскочил в кресле и, поняв, что пропустил самое интересное, решил не оставаться в стороне, а принять посильное участие в разразившемся скандале.

Не вникая, он набросился на Эйтана:

— Ты что, совсем с ума спятил? Как ты себе позволяешь такое?

Эйтан онемел от внезапности несправедливого обвинения.

— Да, это он, он виноват, — загудели приятели Нира, а Нир кричал громче всех:

— Мы сидим, играем тихо, он приходит — раз! — начинает права качать, свои правила устанавливать!!!

— Свои правила устанавливать? — взвился Йона. — И кто — ты? Ты когда шабат начал соблюдать — две недели назад? Оно по тебе видно! Ты сначала научись вести себя в приличном обществе, а потом приходи! 

Эйтан, багровый, оглушенный внезапный нападением, посрамленный на глазах у всего лобби, выскочил за стеклянные двери…

Он тяжело дышал, на глазах выступили слезы обиды: поверить не могу, что такое могло со мной произойти…

Отдышавшись, немного успокоившись и вытерев глаза, он несколько раз глубоко вдохнул, приходя в себя, и пробормотал, обращаясь к Б-гу.

— Раз так произошло, значит — Твоя воля… Я-то знаю, что за мои грехи мне положено намного больше, в десять раз больше, так что спасибо, что обошлось только этим…

Приободрившись сам от этих слов, он расправил плечи и почувствовал, как жар, охвативший его лицо и шею, начал постепенно остывать…

Тем временем в фойе разразилась настоящее буря. Постояльцы, видевшие всю сцену от начала до конца, накинулись на Йону, несправедливо обвинившего Эйтана в развязывании конфликта.

Особенно возмущалась пожилая пара, сидевшая недалеко от Нира и слышавшая разговор его компании:

— Да что же вы на парня набросились, он-то ни в чем не виноват…

— Да я-то что? — пытался оправдаться Йона. — А вы видели, какие у него плечи?

— При чем тут плечи? Вы на человека смотрите, а не на бицепсы!

И перепалка пошла по новому кругу. Некоторые покинули фойе, не пожелав участвовать в неподобающей для святой субботы ссоре, а некоторые даже немного обрадовались ей, стряхнувшей с них сонливость послеполуденных часов и разбавившей вялотекущий разговор о детях и родственниках.

— Послушайте, извините меня, вы могли бы меня выслушать?

Эйтан вздрогнул от неожиданности, посмотрел на спрашивающего. Это был человек средних лет, одетый не как Эйтан — в футболку и полотняные шорты, а при полном харедимном параде: пиджак, белая рубашка, позолоченные запонки и черная шляпа.

— Простите меня еще раз, у меня к вам большая просьба!..

— Ко мне? — изумился Эйтан.

— Да, к вам, конечно, к вам… Видите ли, я видел всё, как было, как вам швырнули в лицо всё с доски…

От этих слов кровь снова бросилась в лицо Эйтану.

— Да, так вот, мне нужно, чтобы такой человек, как вы, благословил меня, точнее, нас с женой!

От неожиданности Эйтан даже попятился и пристально посмотрел на стоящего перед ним: правильно ли он его рассмотрел? Оказалось, правильно: та же шляпа и тот же пиджак.

— Не понимаю…

— Да вот, как это всё происходило, я видел. Мы с женой видели! И видели, что вы ничего не ответили тому, кто на вас набросился, не развязали ссору, хотя могли бы, имели полное право! Так каждый скажет, кто это видел! Справедливость на вашей стороне, и вы могли ответить им и поставить их на место. И того, кто бросил в вас кости, и того, как его зовут, Йона, кажется, который кричал на вас… Это было чудовищно. Так моя жена сказала, а потом говорит: иди, беги за ним, попроси у него благословение для нас…

— Благословение? — с трудом выдавил Эйтан, — Я не рав.

— Вы — больше, поверьте мне. Кто не поддержал ссору, хотя мог, тот больше, чем рав, его благословения все исполняются. А у нас уже 16 лет нет детей, и надежду потеряли…

Эйтан был оглушен этим красноречием, а еще больше — смущен пылом, с которым аврех умолял о благословении. Эйтан не знал, как это делается и, желая покончить со всем этим неуместным разговором, превозмогая себя, проговорил:

— Хорошо, пусть у вас будут дети…

— Амен! Спасибо, большое спасибо! Как вас зовут?

— Эйтан. А вас?

— Меня — Моше. Я скажу Йоне, чтоб извинился перед вами, уже все там требуют, чтобы он извинился. Спасибо вам, и будьте здоровы!

В душе Эйтана жалость к этому человеку боролась со смущением от абсурдности его просьбы. И, чувствуя растущую неловкость, Эйтан поспешил попрощаться с Моше, не ведая, насколько пожелание здоровья сегодня ему еще ого как пригодится…

Не успел отойти Моше, как новый посетитель, сопровождаемый толпой, начал «ломиться в офис» Эйтана — то есть приближаться к дереву, под которым он стоял.

Йона, таща на буксире упиравшегося Нира, приближался к Эйтану на всех парусах в сопровождении дредноутов, рыбацких шхун и других сочувствующих.

— Пожмите друг другу руки, мальчики, — едва увидев Эйтана, закричал Йона издалека, чуть ли не от широких гостиничных дверей. Гостиничный охранник явно прикалывался, провожая взглядом всю эту процессию.

— Мальчики! Это шабат, и все должны быть в мире! — заявил Йона, широко размахивая руками. — В шабат не должно быть ссор! Вы меня слышите? Все меня слышат? Никаких ссор! Пожмите друг другу руки, и закончим этот неприятный инцидент! Ваши руки, господа!

Эйтан пожал плечами и протянул вперед правую руку. Что-то не понравилось ему во взгляде Нира, который, ехидно ухмыляясь, продолжал держать руки в карманах. Рука Эйтана повисла в воздухе, но даже и его, опытного нападающего, оказывается, можно было застать врасплох,..

… когда Нир вынул руку из кармана и, размахнувшись, со всей силы врезал Эйтану в челюсть…

От неожиданности Эйтан покачнулся и, наверное, не будь за ним дерева, повалился бы на землю. Янив бросился к нему, а когда, секунду спустя, развернулся и кинулся на Нира, обнаружил, что того уже скрутил охранник.

— Ты как? — спросил Янив. — Ты в порядке?

У Эйтана еще искры сыпались из глаз, но он махнул рукой, показывая, что всё, мол, в порядке, волноваться нечего…

…оказывается, было чего.

Когда его потом осмотрел врач, он установил, что челюсть сломана, на ближайшие шесть недель она практически вышла из строя.

— Что значит? — не понял Янив. Эйтану боль не позволяла раздельно говорить, только мычать.

— Это значит, — пояснил врач, — что меньше надо драться!

Эйтан жестом остановил брата, бросившегося было объяснять доктору, как было дело.

—Это значит, — продолжил врач, поняв, что объяснения он не дождется, — что говорить нельзя!

— Да он и так не особый любитель говорить! — вмешался Янив, хлопая брата по плечу, отчего тот непроизвольно сморщился.

— Это также означает, что вся пища будет поступать в рот только через соломинку.

«Я не буду говорить, — написал Эйтан. — И есть буду только через соломинку, но тренироваться можно? Завтра у меня подписание контракта на ближайший сезон».

— Он профессиональный футболист! — с гордостью изрек Янив. — Игры не проводятся в субботу!

— Мне всё равно, почитаете вы субботу или нет, но в плане тренировок — всё просто!

«Так можно?» — просиял Эйтан.

— Вы, наверное, с ума сошли, молодой человек! Я же вам объясняю: говорить нельзя, челюстью двигать нельзя, зубы должны быть сомкнуты, пить через соломинку! А вы — тренировки! Вы в своем уме???

— Но это его заработок, — вмешался Янив, пытаясь смягчить врача. — Я же вам говорю, он профессиональный футболист.

— Я, кажется, вам всё сказал. Или у вас не все в порядке со слухом? Это уже не ко мне — дверь по коридору налево.

Выйдя от врача, Янив против своего обыкновения молчал, не зная какие выбрать слова, чтобы утешить брата. Удивился же он, когда брат остановился, поднял глаза к небу и больше промычал, чем проговорил:

— И за это спасибо! Я всё понял и принимаю с любовью…

Невольно слезы выступили на глаза Янива, он только потрепал брата по плечу и не нашел что сказать…

История этим не кончилась.

Несколько месяцев спустя Яниву позвонил незнакомец и долго объяснял ему, где они пересекались. Оказалось, что это тот самый. Кто просил тогда, в ту памятную субботу, благословения у его брата.

— Я столько искал вас! Знал только имя вашего брата, а в записях на ресепшен такого имени не было.

— Ну да, потому что номер заказывал я.

— В том-то и дело! А вашего имени я не знал, пока вас нашел… Но, наконец-то, нашел – не могу поверить!

— Рад за вас.

— Вы не знаете, как вы можете быть рады за нас! Ведь у нас такие новости! Шестнадцать лет у нас не было детей, а теперь у нас ребенок. И знаете, какая предполагаемая дата рождения?

— Н-н-нет…

— То самое число, когда все произошло!.. Врачи, правда, говорят, что это еще не точно, только предположение, но мы-то с вами точно знаем — это будет именно то число! Вы передадите эту новость вашему брату?

История на этом не заканчивается.

Какое будет продолжение?

Этого пока никто из нас не знает.

Но оно точно будет.

В этом мы с вами можем быть абсолютно уверены.

 

со слов р. Снира Гуэты
(на основе  реального случая)

 

 

Теги: История из жизни, Между людьми