Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Злом на зло не отвечаем

04 декабря 2013, 14:40

Отложить Отложено

Раби Гедалья Деслер, один из учеников Сабы из Кэлема. Про него известная такая история.

В раввинском доме пропал серебряный кубок для кидуша. Все указывало на то, что кубок взял один бедный юноша, который занимался ремонтом в квартире рава. Юноша сознался, что украл вещь – чтобы внести ее как залог для получения ссуды, ибо ему не на что жить. Со временем он собирался расплатиться с долгом и кубок вернуть. Так он сказал, плача и прося прощение.

Рав понял, что тому надо помочь – и стал регулярно давать ему деньги, для чего приглашал к себе домой починить ту или иную вещь. Юноша оказался мастером на все руки, работал с удовольствием, от денег не отказывался.

Только иногда посматривал на рава – помнит ли тот неприятную историю с кубком? Рав, наверное, помнил, но ни разу видом не показал, что держит обиду на неудавшегося воришку.

Так рав Деслер отплатил человеком добром на зло. И это спасло ему жизнь!

Когда к власти пришли большевики – а это произошло лет примерно через шесть после той истории с кубком – за равом пришли из ЧК.

Обыскали весь дом. В конце, устав от поисков, спросили напрямую: где печатный станок?

Какой печатный станок? У нас никакого станка нет.

Как же нет, когда у нас вот, в ордере на обыск стоит: изъять печатный станок германского производства.

И тут рав вспомнил: действительно, был станок. Его отец раввина, сам когда-то главный раввин местечка, из Берлина привез. На нем тетрадки набирали с комментариями рава на Талмуд. Брошюры тонкие, ко́нтрес называются. А потом рассылали их многим ученым по всей Европе. Но с давних пор про станок забыли – да он и работать-то, наверное, перестал. Стоит несмазанный в углу подвала под грудой разного барахла. Все о нем и думать забыли.

А тут, видимо, кто-то из не самых близких друзей раввинской семьи вспомнил – и донес. Или нечаянно оговорился – всякое бывает. Может, и без желания сделать зло. Хотя только сейчас новая власть издала декрет – всем, кто не сдает оружие – бомбы там, гранаты, штыки, а также печатные станки и прессы, которые приравнивается к бомбам, – тому расстрел. Т.е., понятно, что сначала суд, а потом расстрел. Но суд в ЧК это формальность. Поэтому, как только чекист заговорил про печатный станок – сразу все женщины раввинского дома подняли великий плач.

Спустились в подвал. Нашли станок. Составили акт. Рава посадили в фыркающий грузовик на смердящем пару. Машину облепила со всех подножек ватага чекистов-бандитов – и увезли.

Никто не сомневался, что увезли на расстрел.

Рабанит побежала в местную контору. Там сказали – приходите завтра. Завтра такая же песня:  приходите завтра. Пока кто-то не сжалился из местных чиновников и сказал на ухо: увезли вашего супруга в Петроград.

Бросилась жена раввина в Петроград. Два дня ехала, с собой никого не взяла. Ночевала у дальних родственников. Да только – к кому со своей бедой идти, кому жаловаться? В главном здании ЧК вообще никого не принимают, по районным отделениям бегать – неизвестно к кому обращаться. Везде шум, крики, неразбериха, хмурые солдаты с ружьями у каждого дверного проема стоят, секретарши по коридорам летают, бумаги разносят, посетители табунятся – это же ад, а не страна людей.

Стала обходить все учреждения власти одно за другим – по продовольствию и образованию, культуре и борьбе с бандитизмом. Везде кавардак и светопреставление.

Сидит рабанит в уголочке пыльного коридора и плачет.

И вдруг к ней подходит важный молодой человек в кожаной тужурке и при деревянной кобуре на поясе. Обращается к ней на идиш – спрашивает, чем может помочь.

Она ничего не понимает, не знает, как отвечать. А тот участливо интересуется: как здоровье раввина?

И тут она признает в молодом коммунисте того самого юношу, который у них когда-то по ошибке взял серебряный кубок для кидуша. И так обрадовалась, что нашла хоть одну душу, с которой знакома! Рассказала ему, зачем приехала – а что дальше делать, не знает.

Посмотрел на нее тот юноша (это он раньше был юноша, а теперь крупный начальник при большевиках, правда, не чекист, а что-то по культуре) и решил помочь.

Спустился с женой раввина к подъезду, где его ждало авто с шофером и сопровождающим солдатом при штыке. И поехал он с ней в тюрьму.

Там вышел из машины и сказал, чтобы рабанит ждала его под охраной солдата – а он попытается что-нибудь сделать. Поднялся мимо часового, который отдал ему честь, на второй этаж, вошел к секретаршам в комнату, попросил бумаги на вновь привезенных – для проведения следствия по какому-то делу. Попросил списки привезенных. Открыл папки на букву "Д". Обнаружил запись о вновь привезенном Деслере Гедалии. Его еще не убили, но судебная тройка приговор уже вынесла. Вот стоит размашистое – "расстрелять".

Наш начальник, зная, что спасти дело может только решительность действий, потребовал допуска в крыло, где сидят приговоренные, получил конвоира, быстро пришел, куда надо, сминая всех натиском и стремительностью.

Ему вывели в коридор раввина, слабого от усталости и многодневного голода. Дежурный по корпусу потребовал бумагу и тут же получил ее, украшенную резолюцией: "приговор приведен в исполнение". Наш юноша вывел раввина на улицу, усадил в авто и в сопровождении раввинши отвез за город, откуда еще можно было перебраться в Финляндию.

Так раввин спасся с женой от зверств новой власти.

Что его спасло? – Правильно, то добро, которое он сделал этому юноше. Вывод: не стоит торопиться стыдить преступников, обвинять их и поднимать шум вокруг небольших событий. Кража семейного кубка – хоть и неприятная вещь, да иногда за ней стоит спасение жизни. Что нам дороже – кубок или жизнь?

Согласитесь, эпизод не исторический – типа кубка Йосефа, якобы украденного Биньямином, – но случай важный для частной жизни любого еврея. В нашем случае – для жизни рава Деслера.

**

Раздел Вайигаш (Берешит 45:5): Йосеф сказал братьям, когда открылся им: "Но теперь не досадуйте и не сердитесь на то, что продали меня сюда… ибо для спасения жизни послал меня Всевышний".

 Мало того, что Йосеф простил братьям то, что они бросили его на погибель в яму и продали затем купцам, – так нет, наоборот, он отнесся к ним так, будто они сделали ему доброе дело.

Впрочем, так и вышло: Всевышний повернул их расчет к добру для всей семьи. И они сами были спасены тем, кого недавно бросили на погибель.

Так и нам надо поступать.

Общее правило:

Похвальное качество – умение не вступать в конфликт с теми, кто сделал нам плохо. Более того, следует взвесить возможность за зло отплатить добром. (И это будет не христианское всепрощение. Но обычное еврейское желание жить среди друзей, а не в окружении врагов.)

**

Устный вариант той же истории и многое другое – смотри на видео-уроке.

Кстати, на этой неделе тоже есть видео-урок - и тоже по разделу Вайигаш: "Не отказывать в помощи".

Теги: Мусар, Недельный раздел