Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Всякий, проявляющий осмотрительность на своём пути в этом мире, достоен увидеть спасение от Святого, благословен Он»В. Талмуд, Моэд Катан 5а

Непатриотическое

12 мая 2010, 16:31

Отложить Отложено

Страшно.

И очень больно.

Но народ должен знать своих "героев".

Поэтому, посоветовавшись с рабаним, я выкладываю эту историю, как есть (по понятным причинам изменив имена главных героев).

Все факты получены из абсолютно достоверных источников, проверены, а большая их часть - задокументирована.

Читайте, и не говорите, что не слышали.

И извините за много букв.

 

 

Назовем его Биньямин Ротман. В кругу близких - просто Бени. Среди учеников койлеля, в котором он учится - реб Биньёмин. А для тех, кого он "приблизил" к Торе - даже рав Ротман. Он "русский". Его жена - тоже. Оба - выходцы из интеллигентных еврейских семей того самого Совка. Скрипка-шахматы-научные-и-медицинские-работники. Ну, вы поняли.

 

Самая обычная дос-семья: не слишком большой доход, но довольно неплохо справляются. Куча сладких и оччень воспитанных детишек. Аидише татэ и аидише мамэ делают все, чтоб они выросли настоящими Бней Тора.

 

А еще у них есть кукла. Да-да. Именно так вся семья воспринимает восьмимесячное чудо, которое спит, засунув пальчик в рот, кричит, проголодавшись и улыбается во весь беззубый рот все остальное время. Именно сейчас малышка начинает вставать на ножки, уцепившись ручками за какой нибудь стол, стул или диван. Ей очень нравится. Вот только спуститься обратно на пол она не может. Поэтому практикует такой способ: руки отпускают точку опоры, тело подается назад, одновременно сгибаясь в пояснице, приземление на "пятую точку" смягчается титулем, и таким образом принимается положение "сидя". Все, у кого есть дети, знают этот способ.

 

В тот день все было, как обычно: папа занят с книгами, мама раскладывает белье, дети ушли в школу и в хейдер, а малышка занимается исследованием вверенной территории на предмет поиска чего нибудь вкусного или хотя бы просто смоктательно-зубочесательного.

В процессе исследования она подползает к кровати родителей, хватается за матрас и пытается подтянуться. Но матрас сдвигается, и она с размаху хлопается головкой об пол. Крик. Истерика. Родители пулей подлетают к бедному ребенку, хватают на руки и пытаются успокоить. Через минуту-другую крик из истеричного плавно переходит в дежурно-завывающий, потом в легкие всхлипывания, а еще через минуту - девочка уже улыбается, пытаясь схватить папу за бороду. Она еще какое-то время остается на руках, а потом, после проверки на симптомы сотрясения (бледность, головокружение, тошнота, сонливость), получив внеочередную порцию "Матерны", возвращается к своим обычным делам.

 

Бывает. Ничего страшного. К моменту прихода старших детей уже никто не вспоминает о проишествии. Только мама иногда поцелует: "Бедняжка!", да папа еще раз изучит кудряшки: "Нет ли шишки?". Во всем остальном - день как день.

Следующий день проходит без приключений. Только ближе к вечеру "кукла" начинает нудить. Не слезает с рук, похныкивает и выказывает признаки беспокойства. Папа призывает всех запастись терпением и приготовиться к встрече очередного (уже второго по счету!) зуба. Ночь проходит беспокойно: каждый час-полтора приходится укачивать проснувшуюся малышку. Только ближе к утру всё более-менее успокаивается.

Утром, с трудом оторвав голову от подушки, Биньямин поднимается на шахарис. В тот момент, когда он уже зашнуровывает ботинки, малышка опять просыпается. "Пойду на следующий миньян" - решает Биньямин и берет ее на руки, чтобы дать жене еще немного поспать после трудной ночи. И тут он видит, что у девочки опухло правое ухо и прилегающая часть. Он сразу же будит жену: "У нее сильное воспаление в ухе, нужно бежать в купат-холим! Там выпишут капли." Пока жена одевается, Биньямин звонит: "Наш врач только с двух? Значит пойдем к другому! Да! Очень срочно!"

 

Проверки показывают, что внешнего воспаления нет. Появляется подозрение на внутреннее. Вопросы. Данные. Нужно ехать в больницу.

"Алло! Бени, они отправляют нас в больницу. Не знаю, они не могут определить", - "Я через минуту буду!", - "Они говорят, что на машине нельзя, отвезут на амбулансе", - "Все равно через минуту буду. Все. Пока." - "Возьми бутылочку с кашей и титулим!"

Через минуту в купат холим:

- Я поеду вслед за амбулансом.

- Нет, скоро дети придут обедать. Я тебе позвоню, когда закончат проверки - тогда и приедешь забрать нас.

- А что давать детям на обед?

- Там в морозилке есть тефтели...

 

Через десять минут:

"Алло? Они спрашивают, куда нас везти: в Шаарей Цедек или в Адассу?" - "Да какая разница, пусть будет Адасса!"

 

Через час:

"Они сделали рентген, но ничего не могут найти. Сказали, что надо делать СТ." - "Как она?" - "Спит у меня на руках."

Еще через час:

"Еще нет. Ждем."

Еще через два часа:

"СТ показал трещину в черепе." - " Что?! Откуда?" - "Помнишь, она грохнулась позавчера?" - "Я еду!"

 

19.05. Больница "Адасса Эйн Керем", приемный покой детского отделения.

- Доктор, я хотел бы знать, что с моей дочкой..

- Твоя жена знает - спроси ее.

- Я хотел бы услышать "из первых уст".

- Микротрещина черепной коробки, небольшое, по капелькам, внутреннее кровотечение.

- Это опасно?

- Судя по общему состоянию - нет. Но никогда нельзя знать, в каком направлении все будет развиваться. Мы должны понаблюдать за ней в течение 48 часов. Если все будет в порядке - отпустим домой.

 

Бени возвращается домой, к детям. В течение следующих 48 часов он несколько раз навещает жену с дочкой и с удовлетворением отмечает, что опухоль явно пошла на спад, девочка очаровывает всех вокруг своей однозубой улыбкой, и очень интересуется лампочками монитора и другими "игрушками", которые ее окружают. Единственная проблема - они находятся в душной общей палате на 15-20 человек, без окон. Только занавеска отделяет их от соседей, которые пищат, кричат, плачут и громко разговаривают по телефону 24 часа в сутки на всех языках, преимущественно на арабском. Спать в таких условиях ни малышка, ни ее мама не привыкли. Поэтому все 48 часов они практически не спят. Искупать ее тоже проблематично - сама мысль о том, что она окунет свою девочку в раковину, в которой арабы моют ноги, делает маме дурно. Но деваться некуда - здесь больница, а не дом отдыха. Еще чуть-чуть - и поедем домой, там искупаемся и выспимся. Жена категорически возражает на все требования Бени заменить ее: "Ты с ней не справишься, она тут лезет во все розетки, дергает все провода и вообще я здесь уже привыкла и даже отдыхаю."

 

За день до истечения этих 48 часов пришла социальная работница, все расспросила-разузнала и ошарашила маму новостью, что завтра придет полицейский. Основания: в истории болезни записано дежурным врачом "со слов мамы", что девочка упала на матрас. Так как от падения на матрас не бывает "проломов черепа" (именно так - "пролом черепа"), есть основания полагать, что мама что-то скрывает, а значит - нужно расследование. На реплику шокированной мамы, что она говорила о том, что ребенок СХВАТИЛСЯ за матрас, а не УПАЛ на него - соцработница показала ей запись в журнале, которая однозначно утверждала, что ребенок УПАЛ на матрас.

 

В день, которого все ждали, ближе к обеду, девочку проверили. Сообщили, что все отлично. Но через час, прямо перед закрытием рентген-кабинета, вдруг поступило странное распоряжение от неизвестного лица - сделать общий снимок. Всего тела.

"Бени, там написано, что если есть подозрение на беременность - в кабинет заходить нельзя. Откуда я знаю, а вдруг? Ее надо подержать. Облучение? Но без этого нас не выпишут! Нет, медсестры не хотят ее держать. Ты не успеешь приехать - они закрываются через 15 минут. Если сегодня не успеем - придется ждать до завтра. Ладно, попрошу кого-нибудь"...

"Алло, Бени, нас наверное сегодня не отпустят, социальная работница сказала, что должна сначала поговорить с тобой. Так что сегодня, вместо того, чтобы приезжать сюда, закупись на шабат, а я завтра приеду и по-быстрому все приготовлю. Все равно приедешь? А когда закупаться будешь? Супер открыт до двенадцати? Ну, как хочешь.."

 

Тот же день, ближе к вечеру.

"Слушай, социальная работница до сих пор не позвонила, я думаю у нее просто окончился рабочий день. У тебя есть ее номер?"...

Через пару минут:

"Алло, здравствуйте. Говорит Ротман. Вы хотели со мной говорить? Почему же Вы не звоните?" - "Я думала назначить Вам встречу на воскресенье", - "НА ВОСКРЕСЕНЬЕ?? Вы не понимаете, что ей надо быть на шабат дома?!" - "Ее не отпустят на шабат", - "Почему?! Врачи сказали, что девочка выписана!" - "Да, с точки зрения врачей. До сих пор была врачебная госпитализация, а теперь начинается социальная", - "Что значит - социальная госпитализация?" - "У нас есть подозрение, что ребенку дома угрожает опасность" - "О чем Вы? Какая опасность? Они не спят уже несколько дней! Расспросите о нас всех соседей, посмотрите на наших детей, попросите рабаним, чтоб дали нам характеристику, наконец! Что мы должны сделать, чтобы нас отпустили?" - "Поймите, вас не отпустят! Ваш ребенок прибыл в больницу с ПРОЛОМОМ ЧЕРЕПА, заметьте, прибыл ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ после того, как ВЫ ЕМУ ЕГО ПРОЛОМИЛИ, ваша жена несет что-то о том, что девочка упала на матрас. И почему Вы не сопровождали ее в больницу?.. Наберитесь терпения, пока полиция закончит расследование", - "Вы готовы принять меня вместе с детьми на шабат у Вас дома?" - "Мы можем позаботиться, чтобы социальная служба в вашем районе доставила вам еду."

 

Пятница, утро.

"Алло, Бени, ты где?" - "Я уже по дороге к вам, скоро буду", - "Дежурная медсестра запретила мне выходить за занавеску", - "Потребуй у нее письменное распоряжение, а если не даст - выходи, куда хочешь - ты не в тюрьме. Пока, по крайней мере. И записывай на свой мобильный все, что они тебе говорят, чтобы не было, как с тем матрасом. Я уже на въезде."

 

Проходя по коридору отделения, Бени слышит, как дежурная сестра говорит врачу: "Не оставляй нас одних, она все записывает. Скажи, что ты их не выписываешь!"

Не задерживаясь, Бени заходит за занавеску и берет дочку на руки. В этот момент появляется врач и приказывает ему вернуть девочку в люльку: "У нее серьезная травма головы, ее нельзя держать на руках", - "А если она плачет?" - "Даже если плачет!" - "Но она с врачебной точки зрения уже выписана и главный детский врач подписал соответствующий документ", - "А Я ЕЕ НЕ ВЫПИСЫВАЮ! У меня новые данные!" - "Простите, Вы не могли бы повторить то же самое вот в этот микрофончик?" - минутное замешательство, врач замолкает и жестами показывает убрать мобильный телефон. Бени настаивает. Тогда врач резко разворачивается, покидает отделение и не появляется до конца смены.

 

Бени пытается требовать результаты проверок - безуспешно. "Тогда, может, разрешите взглянуть в историю болезни?" - "Не разрешим", - "А как узнать, кто дал распоряжение сделать ЗДОРОВОМУ ребенку ПОЛНЫЙ рентген?" - "Никак" - "А перевести в отдельную палату, хотя бы на шабат нельзя?" - "Нельзя!" - "Ну, если так, мы пойдем прогуляемся - ребенку нужен воздух", - "НЕТ!!!" - "А письменное распоряжение не покажете?" - "Подождите здесь!"

Дежурная медсестра удаляется на 15-20 минут и приносит неразборчивую ксерокопию документа, подписанного главной социальной работницей больницы. После длительного изучения данной бумаги, Бени убеждается, что там говорится только о том, что ребенок временно изымается из-под ответственности родителей и переводится под ответственность больницы. Запрещается также покидать территорию больницы. О занавеске - ни слова. Бени требует встречи с социальной работницей. Пока они ждут, Бени пробует задействовать разные "протекции". Их есть у него. По его просьбе один из влиятельных знакомых встречается с руководством больницы. Результат: (после глубокого вздоха) "Есть две группы риска, считающиеся социально неблагополучными: многодетные харедимные семьи и "русские". Вы попадаете в обе..." (Это при том, что согласно ЛЮБОЙ статистике, случаи насилия в харедимных семьях НА ПОРЯДОК меньше, чем в целом по стране).

 

После встречи с социальной работницей, разговора с адвокатом и (даже!) звонка зам. министра здравоохранения, вывод был один: делать нечего, сидите, не рыпайтесь и не требуйте ничего, а то будет хуже. И главное - нечего было соваться в "Адассу". Вы разве не знаете, сколько подобных случаев здесь было?..

 

Родственница (харедимная женщина), которая пришла их навестить, предложила социальной работнице до выяснения всех обстоятельств передать ребенка под ее, родственницы, ответственность. Все-таки девочке нужен отдых и нормальные условия, которых в больнице нет. Социальная работница категорически отказалась. Вопрос "Так у вас все харедим под подозрением?" - остался без ответа. Видимо, соц. работница сочла его риторическим...

 

Кое-как Бени провел с детьми шабат. В моцаэй шабат он привез детей навестить "куклу" (которая была очень веселой и уже полностью здоровой, только уставшей и сильно вспотевшей - в "карцере" не было ни кондиционера, ни окна) и сообщил жене радостную новость: его вызвали в полицию для дачи показаний. А что такого радостного? Ну это же простая формальность, чтобы закрыть расследование, а значит - ИХ СКОРО ОСВОБОДЯТ!

Жена предложила, чтобы он поехал с детьми, следователи увидят, какие они ухоженные, расспросят их о нашей жизни, и все их подозрения сразу улетучатся.

 

На следующее утро, подумав, Бени решил детей не брать. И правильно сделал.

 

Допрос начался с того, что следователь с кислым выражением лица сообщил Биньямину Ротману, что он подозревается в нанесении тяжких увечий своему ребенку, а это противозаконно. Спросив несколько формальных вопросов, следователь перепутал пол ребенка. Это напомнило Бени сцену из фильма о Штирлице, и определило его поведение на допросе. Он будет кратко и спокойно отвечать на все вопросы, не показывая своего искреннего удивления всем происходящим.

 

Допрос продолжался 5 часов. Где-то в середине следователь проголодался и отправился перекусить, тогда его заменил другой. Невозможно здесь привести весь протокол допроса, упомянем лишь отдельные моменты:

***

- Ты и твоя жена - преступники. В этом нет ни малейшего сомнения. Нам надо только разобраться: было ли преступление совершено по злому умыслу (тогда вас посадят в тюрьму) или по халатности (тогда у вас просто отберут ребенка).

***

- Два года назад одному из твоих детей зашивали бровь после того, как он (согласно вашим утверждениям) споткнулся на ступеньках. Нет ли здесь закономерности?

***

- Что ты делал в тот момент, когда ребенку было нанесено увечье?

- Я находился в другой комнате, когда услышал, что она плачет.

- И что ты сделал?

- Сразу бросился посмотреть, что случилось - нормальная реакция любого папы, нет?

(Вскакивает, ударяя кулаком по столу): НЕ РАССКАЗЫВАЙ МНЕ ПРО НОРМАЛЬНОГО ПАПУ!!! У НОРМАЛЬНОГО ПАПЫ РЕБЕНОК НЕ ПОПАДАЕТ В БОЛЬНИЦУ С ПРОЛОМОМ В ЧЕРЕПЕ!!!

- Вы видели снимок "пролома"?

- Нет, но это то, о чем мне сказали врачи!

- Я тоже не видел снимка, они его не показывают. Почему?

- То есть ты хочешь сказать, что врачи все выдумали?!

- Не знаю, я не видел снимка...

(записывает): Обвиняемый утверждает, что травма - выдумка врачей.

- Я этого не говорил.

- Говорил. Продолжим. Так ты говоришь, что бросился посмотреть, что произошло?

- Да.

- Ты всегда бежишь посмотреть, когда ребенок плачет?

- Да.

- А, ТАК ЗНАЧИТ ОНА У ВАС ЧАСТО ПЛАЧЕТ?!

***

- Какие личные проблемы есть у тебя с твоей женой? Может, в интимном плане?

***

- Как она отнеслась к рождению ребенка?

- Она очень обрадовалась.

- ТЫ ТОЧНО УВЕРЕН???

***

- Почему ты пытался отговорить жену ехать на амбулансе?..

 

Ну и так далее. В начале допроса у Бени отобрали мобильный телефон. На четвертом часу допроса он попросил следователя, чтобы тот позвонил его жене сообщить, что с ним все в порядке и он до сих пор находится в полиции.

- А зачем ей звонить?

- Она волнуется, звонит, а я не отвечаю.

- С чего бы ей волноваться? Пусть за себя поволнуется. Надо было волноваться раньше. За ребенка. После окончания допроса ей сообщат.

Тут Бени понял, что он отсюда уже не выйдет. Иначе зачем сообщать его жене о чем-то ПОСЛЕ допроса? Потому что у него самого уже не будет такой возможности.

Следователь убедился, что Бени его понял и продолжил.

После допроса его сфотографировали в фас и в профиль, взвесили, измерили рост, осмотрели на предмет татуировок (удивившись их отсутствию), сняли отпечатки пальцев и взяли образец ДНК. А потом он ждал. Очень долго. Почему его не забирают? Вряд ли его будут держать в этом здании, значит они ждут, пока за ним приедет машина из другого места. Только бы его посадили вместе с евреями...

 

Наконец появился следователь. Он сообщил, что по своей доброте отпускает Бени на все четыре стороны, но только после того, как он подпишет гарантийное письмо на 1.500 шекелей, что обязуется по первому требованию явиться в любое место и в любое время. Иначе больше его не выпустят.

Он вернул ему мобильный телефон, который был выключен. Присмотревшись, Бени понял, что снимали батарею.

Когда он открыл машину, он увидел, что все, что было аккуратно сложено на "торпеде", разбросано по полу. "Подслушивающее устройство? У меня уже паранойя!"

По дороге в больницу он позвонил адвокату: "Мне могли вставить "жучок" в мобильный и в машину? Или я фантазирую?" - "Это обычная практика".

 

На следующий день, во время повторения хазаном утренней молитвы, Бени почуствовал на поясе беззвучное дребезжание. Он никогда не отвечал на звонки во время молитвы. Телефон задребезжал снова. Потом еще. И еще. "Кто это так настойчиво пробивается?" - подумал он и решил посмотреть на внешнем экранчике, кто там такой "нудник". Это была его жена. Удивительно! НИКОГДА она не звонила во время молитвы. И НИКОГДА не повторяла звонок два раза: она знала - он сам перезвонит. Бени понял, что это явно не по поводу "доброеутрокакдела". Он вышел наружу и ответил на звонок. Жена сообщила, что их уже выписали и она потребовала перефотографировать папку истории болезни. На эту ее просьбу дежурная сестра ответила весьма оригинальным образом: она схватила папку и начала вырывать оттуда листы. Жена тоже схватила папку одной рукой, а второй она сейчас звонит. "Что она тебе говорит?" - "Она отправляет меня в Архив за разрешением, но как только я выйду, она спрячет половину документов", - "Держи ее и никуда не уходи!"

Бени набрал телефон того влиятельного знакомого и вкратце объяснил ему ситуацию. Тот позвонил директору, директор - в Архив, а из Архива позвонили в отделение и дали свое согласие на снятие копии со всех документов. Первым делом жена, получив папку, открыла лист о приеме больной по фамилии Ротман. На первой строчке, рядом с именем, было написано: РОДИТЕЛИ - РУССКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ.

 

Вот пока и все.

Их ждет суд. Самый гуманный, смею надеяться. Ведь он представляет единственную демократию на Ближнем Востоке.

Еще не вызвали маму для дачи показаний, у нее еще все впереди.

Малышку сразу по прибытии домой показали семейному врачу. Он осмотрел ее и написал заключение: ребенок б"h полностью здоров, никаких следов травм не обнаружено (и на голове - тоже). У нее только большой недостаток сна, раздражение от потницы и сломаный распорядок дня. Но это мелочи. Кто, кроме мамы, обращает на них внимание?..

 

Я ни в коем случае не хочу обвинять весь мед. персонал указанной больницы. Персонал, в целом, хорошо знает свое дело. Но и тот факт, что случай этот не первый, даже не десятый и далеко не самый страшный - тоже не подвергается сомнению.

 

Для чего я все это написал?

1. Вы предупреждены. Если есть возможность - предупредите как можно большее число людей. Это мицва.

2. Мы многое можем выучить для себя из этой истории. Например то, что любое, даже самое благородное дело, самая большая мицва должна выполняться не "за зарплату" и не механически. Рахмана либа баи - Вс-вышний хочет сердца. Иначе - не только пользы не будет, но будет много вреда.

___________________________________________________________________

P.S. Если кто-то отказывается верить этой истории - его право. Я тоже, может, не поверил бы (несмотря на то, что очень хорошо осознаю, ГДЕ я живу). Я желаю всем вам никогда не попасть под шестеренки социально-карательной службы государства Израиль.

 

P.P.S. Сейчас, когда кто-то из "миткарвим" спросил Ротмана о том, почему харедим настроены против этого государства - Бени не ответил. Только на глаза его почему-то навернулись слезы...

 ___________________________________________________________________

UPD. При написании комментариев прошу учесть: "Бени" их читает.

 

UPD-1. Прошу всех обратить внимание: Данный материал ни в коем случае не является призывом БОЙКОТИРОВАТЬ указанную больницу. В каждом конкретном случае, принимая решение, крайне желательно учитывать мнение специалиста, которому Вы доверяете (и не только в соображениях медицинского характера).

 

Upd-2. Огромное спасибо всем, кто откликнулся на этот крик о помощи за советы, предложения и просто участие. Отдельная благодарность - г-же Соминской за перевод текста на иврит и д-ру Пакторовичу за неоценимую помощь, оказанную им по собственной инициативе.

Продолжим молитвы и Вс-вышний выведет тех, кто в беде из тьмы - к свету.

Бс"д.

 

 

Теги: пробелы в информации, Острая тема