Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Тот, кто не чувствует боль роженицы, мучающейся на другом конце земли, как свою собственную боль, не достоин имени “праведник”»Рабби Мордехай из Несвижа

"Спуститься назад - с чужих звезд". Рассказ

08 июля 2015, 09:24

Отложить Отложено

Я долго не решалась поделиться своей историей. Сомневалась, хотя мысль написать вам появилась у меня давно. Я читала рассказы у вас на блоге, некоторые мне очень нравились, и я почти… почти… открывала Ворд, но… в последний

момент останавливалась… Все-таки это сложно:  вдруг так взять и выплеснуть, и чтобы все увидели… Но сейчас, я думаю, что созрела, и надеюсь, что смогу написать до конца… ничего не пропустив.

 

По специальности я программист. Работаю в крупной и очень хорошей фирме. Прилично зарабатываю, отношения на работе тоже, в основном, нормальные, обычные. Семья  у нас простая, ничем особенным мы никогда не выделялись.

Мама, папа, сестра, которая живет с семьей в Германии, и я. Я всегда хорошо училась, у меня была естественная тяга к учебе, и я много и упорно занималась. В то время, когда мои подруги вовсю знакомились, я только отнекивалась. Не скажу, что при этом я чувствовала, что чем-то жертвую, но знакомясь с молодыми людьми своих подруг и мысленно спрашивая себя, хотела ли бы я оказаться ни их месте и, присматриваясь внимательнее, прислушиваясь к разговорам, которые они вели,  однозначно отвечала себе – нет.

 

Кого я ожидала встретить? Я сама точно не смогла бы сформулировать, но молодые люди, которые время от времени пытались наладить со мной контакт, казались мне маленькими детьми. Я заранее представляла, какой будет их следующая фраза, и хотя из приличия ради продолжала вести непринужденный треп, но внутри дико скучала.

Я всегда первая заканчивала отношения, чем приводила в недоумение и замешательство молодых людей, которые не понимали, какая муха меня укусила. Я затруднялась объяснить им насчет этой самой "мухи". Просто отношения между нами, так я чувствовала, себя исчерпали, и им больше нечего мне предложить. Так же отклоняла я предложения выйти замуж: зачем мне это нужно, если я заранее могу угадать его реакцию, слова и следующий шаг. Это скучно. Все заранее известно, как уже в сто раз транслируемом, нелюбимом, но от скуки смотренном, фильме.

 

Наверное, тот, говорила я в ответ на "подкапывания" подруг, кто мне понравится, еще не родился.  Тогда, советовали мне с комической серьезностью,  тебе следует заранее побеспокоиться, и время от времени наведываться в родильные отделения, с тем, чтобы вовремя проинструктировать маму понравившегося  тебе младенца  мужского пола в том, что касается его  образования, воспитания, лоска и блеска и умения поддерживать разговор с интересной дамой преклонного возраста, которая тщательно взвесит его  предложение руки и сердца.

 

И так продолжалось еще год и еще год, и моя мама сначала тайком, а потом уже явно, вздыхала, и папа причитал: лучше бы ты не была такая умная, и мама бросая на меня горестные взгляды, приговаривала: "вот правду люди говорят: не родись красивой, родись счастливой. Вот Аня – твоя двоюродная сестра и на треть не такая красивая, как ты, а замужем за отличным парнем, и уже второго родила и… " Я отшучивалась и уходила в свою комнату, мама приходила, садилась рядом, и, чередуя упреки и просьбы простить ее, начинала плакать, жалеть меня и, главное, себя, и никому от этого легче не становилось.

 

Мы встретились с ним в кафе. Нас познакомила моя подруга. Подозреваю, что это было подстроено, но может, и нет. Когда я посмотрела на него, то подумала, что на его месте,  выходила бы из дому только с наступлением темноты.  Он был замечательно уродлив. Длинный крючковатый нос, тонкие губы, косматые брови. Глаза были, как у щенка – большие, влажные и печальные.

Он открыл рот, начал говорить, и меня разобрал смех. Такие слова говорили женщинам в романах, которые я покупала на развале на остановке, если хотела заснуть в дороге: что такой девушки он никогда не видел, что всю жизнь мечтал со мной встретиться. И так далее, вы сами читали подобное, если когда-то имели глупость  загружать голову таким мусором.

Потом он попросил разрешения проводить меня домой. Вообще он вел себя, как в романе. Я отказалась, сославшись на то, что увидев его, старушкам на лавочке у моего подъезда будет неделю о чем говорить. Он сострил, что увидев его, они онемеют, и будут неделю немы, как рыбы, так что я только выиграю.

 

Язык у него был на рессорах. Он не знал, что такое ухабы, и речь его лилась плавно и звучала, как плеск ручья в знойный день, завораживала и убаюкивала. Слушая его, я невольно удивлялась себе – неужели я так падка на лесть? И с удивлением понимала, что да! Можно иметь два университетских образования, кучу дипломов и думать, что знаешь жизнь, но когда в нашу эру феминизма встречаешь человека умеющего говорить с женщиной, и не заметишь, как превращаешься в пастушку, которая, сдвинув чепчик, с упоением слушает трели свирели пастушка.  Ева, оказывается, все это время жила в моей душе, ее ничто не вытравило, ни образование, ни сарказм нашего века, она только заснула, и по-прежнему, как и тысячи лет назад, была готова, как только появится змий, зачарованно  внимать его языку. Мой змий  был  с блестящими глазами щенка.

Нет, пожалуй, женщины, которая мне не поверит. Но если такая все-таки найдется, то  одно из двух: либо она никогда  на себе этого не испытала, либо никогда не задумывалась, почему в наш прагматический век расцвели пышным цветом дешевые и пустые романы для женщин… Мужчины разучились с нами говорить. И мы  настолько превратились в мужчин, что у них  - у оригинальных мужчин  - от неожиданности отсох язык… И только редкие экземпляры еще сохранились, их, конечно, надо немедленно занести в красную книгу, тех, кто еще чудом пронес или развил в себе умение говорить с женщиной, которое, как по мановению палочки феи, превращает нас в нас самих. Из тех диких кошек или взмыленных лошадей, в которые, простите за резкость,  мы превратились  … Мы и сами забыли, кто мы есть, и какими могли бы быть…

 

 И пусть встанет та, которая со мной не согласится.

 

Он говорил так, что птицы в смущении замолкали. Облака припадали к земле, и плакали от умиления у нас над головами: давно, очень давно они не слышали такого, прошли целые столетия и люди успели сойти с ума. Шар земной замирал у нас под ногами. Я окончательно уверилась, что я - самая прекрасная из всех дочерей Евы, и травы перешептываются, когда такая девушка, как я, ступает по ним. Даже асфальт старается сохранить следы моих туфель за двести сорок шекелей и оберегает их от пыли и чада бешеных улиц. Мой цинизм и скепсис таяли, как капли мороженого на стенках вафельного стаканчика. Я смотрела на себя со стороны и не верила своим глазам: первый раз в жизни я была по-настоящему счастлива! На самом деле, я потеряла вместе со своей бедной головой, также и умение трезво смотреть на себя со стороны. Теперь я смотрела не себя его глазами! Его глазами, под кустистыми бровями, которые я когда-то считала уродливыми!

Когда, через три месяца, он предложил выйти за него замуж, я даже на секунду не задумалась. Я чувствовала себя богиней,  милостиво принимающей дары своих вассалов. Мы заказали приглашения, зал, оркестр и цветы.

 

И вдруг он пропал.

Тот самый, который был так замечательно уродлив, с тонкими губами и печальными глазами щенка. Я поняла, что не проживу  без него и часа. Он пропал. Исчез. Испарился. Не отвечал на телефон. Его мобильный был отключен. И я – места себе не находила.

 Он так и не появился.

 

Я попала в больницу. Провалялась там две недели, как полено папы Карло, из которого так и не вышел Буратино. Еле-еле вернулась домой.

 С огромной ямой в области солнечного сплетения.

Прошло еще много времени, пока я поняла, что любила не его, а то естественное для дочерей Евы чувство женщины, с которым меня сотворила природа, и которое наш развитый и технологически оснащенный век нас, женщин, так жестоко лишил…

И когда мне на минуту дали вдохнуть этот запах, я от неожиданности потеряла голову и забыла самое себя…  Единственное, что я хорошо умела -  это по-мужски работать локтями и  жить  по мужским законам и, когда мне понадобились все мои женские инстинкты, то оказалось, что в нашей мужской цивилизации, они успели начисто атрофироваться…

 

Я вернулась на работу, и внешне демонстрировала – "мой бизнес по-прежнему успешен". Ты всегда обязан быть на волне  - один из главных  девизов времени, в котором мы живем.

Я очень страдала от головных болей, но никому на работе об этом не говорила, глотала таблетки, курила и старалась выжить, как могла.

Однажды боль оказалась так сильна, что, несмотря на таблетки, в глазах у меня плавали цифры и знаки, и экран компьютера казался дном океана, в котором ползают скорпионы и змеи.

Я против своего обыкновения отпросилась у начальника домой, и он – тоже против своего обыкновения в подобных случаях со своими подчиненными - легко и просто меня отпустил.

 

Около нашего подъезда стояла машина скорой помощи.  У мамы инфаркт. Я успела заскочить внутрь в последний момент, уже захлопнулись дверцы. Прямо из машины, проезжая с завываниями по улицам города, я позвонила своей знакомой, которая работала в больнице «Адасса» – туда везли маму. Она, на счастье, оказалась на работе, так, что нам совсем не пришлось ждать в приемном покое. Маму сразу осмотрел профессор и ее немедленно повезли на операцию. Мы приехали, как оказалось, в последний момент, еще бы несколько минут, сказал профессор, и… не хочу даже говорить этого…

Мы неотлучно сидели у дверей операционной, папа и я. Я позвонила сестре в Германию. Папа считал, что не надо зря ее беспокоить, но по глазам врачей я поняла, что это тот самый случай, когда надо, да, надо звонить…  Пусть приезжает.

Сестра примчалась. Мама висела на волоске. Прошло несколько недель, пока  она начала поправляться. Мы по очереди дежурили у ее постели.

 

В один из дней я вернулась домой в пустую квартиру. Папа остался у мамы в больнице, сестра накануне вернулась в Германию. Пришла соседка снизу – узнать, как и что. Эта соседка делала на продажу пирожки и пельмени для ресторана, и мама, бывало, спускалась к ней – поделиться рецептами, помочь и просто пообщаться. Эта соседка маму очень любила и была, естественно, как же нет, в курсе всех наших домашних дел.

- Ты что-то неважно выглядишь, - сказала она мне. (Удивительно, правда?  Даже странно, с чего бы это?). – Вот все так навалилось на вас, - продолжала она. (Что ни слово, то сплошной бальзам). – Ты бы сходила к гадальщице.

Я чуть не упала от такого предложения. Если у человека плохо с сердцем – это простительно, но – с головой?!

Короче, она уговорила меня, я просто не знаю как, сходить к ясновидящей. Никто бы из наших знакомых в жизни бы не поверил! Это чтобы я?! - образец практичности и рациональности – пошла к такой женщине?! Скорее Иордан повернется вспять, и из вод Средиземного моря всплывет Антарктида. Мир встал на голову.  Поводом к тому, что  я пошла к гадальщице, была неотступно  преследовавшая  мысль, на которую негде было искать ответа: почему мама, человек  необыкновенной порядочности, всегда страдает и, можно сказать, что у нее не было в жизни ни одного счастливого дня… А, может, в глубине души я искала ответ другой личный  вопрос, но из гордости не хотела признаться в этом даже себе…

 

Тогда я не знала, что евреям обращаться за такими услугами запрещено, и то, что такая женщина может угадать превратности судьбы, служит подтверждением не лучезарного ее дара, а умением задействовать силы нечистоты, которые существуют, но с которыми нам нельзя иметь дело. Но тогда я этого всего не знала, и даже не подозревала. Та женщина рассказала мне, что мама недавно стояла перед смертельной опасностью, но она Б-гом особенно любима и хранима, и поэтому Он ее спас в последний момент.

 

Это был для меня, честное слово, удар. Я вышла на улицу, и… я, которая всегда мистику на дух не переносила, для которой все, что нельзя доказать лабораторным анализом, просто не существовало! – вдруг, почти физически ощутила,  что есть в этом мире сила, которая существует надо мной. Вне времени, вне моих попыток что-то предпринять и что-то устроить. Это было открытие, с которым мне предстояло жить и с которым мне еще предстояло смириться…

 

Я не знаю, как дальше сложится моя жизнь, но уже сейчас я чувствую, будто мою внутреннюю линзу навели на резкость. Я вижу связь между вещами, которые прежде казались мне лишенными смысла. Я больше никогда его не встретила и ничего о нем не слышала, но все люди, которых мы встречаем в жизни, я уверена, появляются в ней не случайно, и от любой  детали  тянутся незримые нити к  другой, все сплетено во вселенной, и сходится  в единственном  Источнике. И сознание этого уже, по-моему, достаточная причина, ради которой  стоит бродить по этой планете и постепенно спуститься с тех далеких, оторванных от Земли, звезд, по  которым меня носило …

 

(Все детали изменены, и возможные совпадения - случайны)    

 

Теги: Рассказ, Женщина, История тшувы