Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Основа человеческой жизни — постоянно преодолевать дурные качества характера; если человек этого не делает, то для чего он живёт?!»Виленский Гаон, Эвен Шлема(1:2)

Один из ведущих талмудистов нашего века. Блестящий ученый, педагог и признанный авторитет Торы. Родился в Бриске (Бресте) в 1886 году, умер в Иерусалиме в 1959 году. Сын духовного лидера своего поколения, раби Хаима Соловейчика (1853—1918). После смерти отца занял пост Брестского раввина. В начале Второй мировой войны переехал в Израиль. В этот период жизни не занимал раввинских постов, не руководил ешивами, но к его мнению прислушивался весь еврейский мир.

Как это часто бывает у людей, наделенных настоящими талантами, раби Ицхак Зеев, несмотря на всеобщее почитание, прожил необычайно тихую и скромную жизнь, ни разу не заявив о себе как о важной персоне.

Вот один эпизод его биографии: переезд в Израиль. (Отрывок взят из книги Моше Пантелята «От Синая до наших дней», которая готовится к печати в издательстве ешивы Швут-Ами; глава «Литовские ешивы».) Прославленного раввина встречает большая толпа. Никто не хочет пропустить момент, когда он сделает первый шаг по Святой земле. Сейчас великий учитель опустится на колени и благоговейно поцелует землю. Но что это? Раввин отнюдь не спешит целовать землю и спокойно идет, будто не в первый раз ему приходится возвращаться на родину праотцев. Разве так поступали мудрецы Талмуда и великие ученые последующих эпох? Набравшись смелости, один из встречающих тихо спрашивает: «Почему Брестский раввин не целует землю Израиля?» Раби Ицхак Зэев, вздохнув, отвечает — тоже шепотом: «Потому что Рамбам не рассказывает майсес (сказок, историй)». Окружающие ничего не понимают. Причем тут Рамбам и сказки? Если говорить о Рамбаме, то уж он-то, прибыв сюда, скорее всего поцеловал израильскую землю. Брестский раввин понимает, что без объяснения не обойтись: «Видите ли, Рамбам пишет, что землю Израиля целовали большие мудрецы. Раз он так пишет, значит так оно и есть. Рамбам не рассказывает майсес, он составляет законы. И если им подчеркнуто, что так поступали большие мудрецы, значит этот обычай касается только больших мудрецов. И не относится ко мне».