Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Чтобы уметь разговаривать — научись молчать»Раби Менахем-Мендель из Ворки
Лакомства к праздничному столу

Что-то странное случилось с нашими отцами около трех тысяч трехсот лет назад. В течение поколений их жизнь протекала по рутинному пути. Изнурительная работа, рыбы, кабачки и арбузы бесплатно (Бамидбар, 11:5). Вдруг, как будто вошел в рутину дух безумия: события преследуют одно другое, казни, согласие и отказ, надежда и отчаяние, стремление и огорчение. Пасхальная жертва и исход, преследование и рассечение моря, Рефидим и Мара, война с Амалеком и Дарование Торы.

Это напоминает нам наше время. Жизнь многих поколений протекала по накатанному пути. И в духовной жизни, и в материальной. И вот переворот. Изгнанники срываются со своих мест, приезжают в Святую Землю. И здесь их преследуют одно событие за другим, нет ни одного рутинного дня, минуты покоя. Что здесь происходит?

Вспоминаю историю, рассказанную старым евреем из России. В детстве провели в его деревне электрическую сеть. Был там кинотеатр, а кинопроектор был ручным. Киномеханик сидел в будке и медленно крутил ручку. Однажды собрались деревенские жители в кинотеатре, уселись на свои места, свет потушили, и фильм начался. Все шло гладко, пока картины не застыли на экране.

Выяснилось, что киномеханик заснул.

Подождали минуту, две, а потом начали шуметь, кричать, свистеть, но все напрасно. Он закрылся в своей будке и спал сном праведников… Делать нечего, стали ждать, когда он проснется. И не нашли ничего лучшего, чем смотреть на застывшую картину на экране.

Фильм должен был идти два часа. Первые пятнадцать минут было все нормально, а полтора часа смотрели застывшую картину. И тогда проснулся киномеханик и испуганно посмотрел на часы: ой, фильм только начался, а через четверть часа он должен кончиться. Ему не пришло в голову остаться еще некоторое время, и он начал крутить ручку со всей возможной скоростью… Итак, в течение полутора часов смотрели на застывшую картину, а после картины начали прыгать, как безумные, преследовать одна другую, и зрители вышли ошеломленные.

И неизбежно появляется мысль, что как это происходило тогда, так происходит и сегодня. В течение поколений картина была застывшей. Мир покоился, и мы тоже. Вдруг приблизилось Избавление, и надо ускорить процессы, подвести счета, закончить жизненные пути. Ибо уже не осталось времени, время поджимает, и Машиах уже ждет.

И если так, что с нами, готовы ли мы? Я не говорю об обществе. Мал я. Но что с каждым из нас, пусть подведет итог. Машиах придет — готов ли он к его встрече? В своем жилье, в кухонном кашруте. В чистоте, в разговоре, в мыслях. В уроках Торы, в воспитании по Торе, в тшуве и улучшении пути.

И даже если мы знаем, что он близко — он еще удивит нас, «И вдруг придет в свой дворец господин, которого вы просите» (Малахи, 3:1). Как написано в предисловии к афтаре Великой субботы.

Рассказывал один из евреев Туниса: история, или даже притча о бедном еврее, который в канун Песаха обратился к своему знакомому богачу: «Ты обязан поддерживать меня в праздничных расходах. Я не прошу у тебя денег, одолжи мне только твоего осла на сутки». Согласился богач. Взял бедняк осла, пошел с ним на рынок и попросил посредника, чтобы продал его по самой большой цене. Купил его один араб за двадцать золотых. Взял бедняк деньга, и использовал их для праздничных расходов, а сам проследил за покупателем до его дома. Ночью прокрался он в его двор, освободил осла и вернул прежнему хозяину. Вернулся он во двор к покупателю, сунул голову в ослиную упряжь и стал ждать.

Утром нашел араб человека вместо осла и очень испугался. Начал тот объяснять, что он человек, а бесы поиздевались над ним и превратили в осла. Ужаснулся араб, который верил в бесовские дела, освободил его и приказал сейчас же уйти: не хочет он бесовской повозки в своем доме.

Пошел человек к себе домой и отпраздновал Песах, как полагается по алахе. Теперь понятно, почему я сказал, что этой истории не случалось. Ведь воровать у нееврея запрещено (Трактат Бава Кама, 113), поэтому отнесемся к этому рассказу как к притче.

В базарный день вывел богач своего осла на продажу. Тот араб, который еще нуждался в осле, пришел на рынок. Увидев осла, он тотчас узнал его. Улыбнулся он, наклонился к длинному уху хозяина и прошептал: «Милый мой, пусть купит тебя тот, кто тебя не знает. Меня второй раз не проведешь…»

Рассказ вызывает улыбку. Но если вдуматься, улыбка исчезает.

Наш праздник — праздник свободы. Свободы от египтян и фараона, как пишет Рамбам, благословенна память праведника (в письме своему сыну), что они символы злого начала и его сил. Мерзости Египта и сорока девяти ворот нечистоты. Мы отпраздновали освобождение в возвышенную неделю святости и чистоты, с такими многочисленными заповедями. Поняли, как мы погружены в мир будней и материальности. В грязь Египта. А сейчас что? По окончании праздника мы найдем, что «осел» и материальность снова выставлены на продажу.

Проведут ли нас во второй раз?

Будем ли мы хотя бы как тот араб?! (Мааян а-моед)


Прочтите, прежде чем задать вопрос консультанту

Шломбайт за 1 минуту!

Еженедельная рассылка раздела СЕМЬЯ: короткий текст (5 минут на прочтение) и упражнение (1 минута), — помогут кардинально улучшить атмосферу в вашей семье.
Подписаться

Семья

Бывшая жена заставляла мужа менять ребенку подгузники и играть с ним. Он боится, что и я буду заставлять...

Сегодня, отвечает Ита Минкин

Муж считает, что детей нужно растить послушными ручными роботами. Его самого так растили...

12 ноября, отвечает Ципора Харитан

Давать ли ребенку книжки Стивена Хокинга? Ведь он атеист...

11 ноября, отвечает Ита Минкин