Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Рекомендуем:

Самые популярные вопросы о Хануке

Отвечает Рав Яков Шуб

Антисемитская политика

Переводчик Мирьям Нирман

Сегодня читаем главу Ваешев

Рав Бенцион Зильбер

Реальное существование — Шабат

Акива Татц,
из цикла «Жить вдохновенно»

Рубашка Йосефа

Рав Реувен Пятигорский

Толдот+

Идишкайт

События еврейской жизни в Израиле и не только

Все записи автора списком

Секреты субботнего чолнта в Бат-Яме

29 июня 2017, 15:06

Отложить Отложено

Автор публикации — Ирина Крупицкая

В Бат-Яме наступление месяца Тамуз по еврейскому календарю отметили, проведя в минувшую субботу семинар-«шабатон» под руководством рава Менделя Аграновича — представителя известной еврейской просветительской организации «Толдот Йешурун».
Второй в нынешнем году семинар лишь подтвердил: прошлый успех не был результатом некого единичного вдохновенного порыва городских энтузиастов.
Как оказалось, энтузиасты вовсе не собирались «произвести однажды впечатление», чтобы затем «отпустить вожжи». Эти скромнейшие люди, наотрез отказавшиеся от «паблисити», вновь продемонстрировали железную дисциплину в своих рядах, способность правильного и четкого контроля за имеющимися минимальными денежными средствами.
И семинар вновь удался! Как с точки зрения организации субботнего застолья с разнообразными и вкусными блюдами еврейской кухни, с тремя полноценными трапезами…Так и с точки зрения духовного наполнения этого субботнего дня — первого дня месяца Тамуз. Месяц этот, как и последующий — Ав — считаются в еврейской традиции трудными… Да и выпавшая на эту субботу глава Торы «Корах» — одна из сложнейших, споры по поводу которой не затихают последние этак три тысячи лет.

Кстати, намеки на дискуссии наметились и во время шабатона в Бат-Яме. И рав Агранович весьма и весьма все это поощрял. Интересовались, например, почему глава названа именем Кораха — богатейшего и родовитейшего из евреев, символа беспощадного «еврейского Бунта». Да с сопутствующим унижением ближнего, да с ниспровержением, растаптыванием авторитетов. Ведь известен и, увы, по сей день популярен «эффект»: чем упоеннее «топчешь» другого — тем значительнее ощущение своих собственных достоинств …
Но остался в веках «еврейский рецепт» на прочность личностных качеств, в том числе, и качеств лидера: если «мудрость» человеческая ставится выше «ират шамаим», — страха нарушить законы, данные Всевышним, — то эта мудрость не устоит. И наоборот: если в системе приоритетов «ират шамаим» ставится выше мудрости, эта мудрость устоит… «Мудрость» бунтовщика Кораха и его последователей не устояла, последовавшее наказание «от Небес» оказалось непостижимым и ужасным… Так все же почему это имя «Корах» сохранено навечно? Рав Агранович парировал этот вопрос, спросив резонно: «А почему другая глава Торы названа по имени великого ненавистника евреев Балака?» Действительно, этот персонаж замышлял уничтожить наш народ при помощи магии. Но не преуспел, ибо сказано же было по ходу этой незабываемой истории: «Вот народ отдельно живет и среди других народов не числится»…И еще: «Как прекрасны шатры твои, Яаков, жилища твои, Исраэль…»
В «деле Балака» народ наш подвергался тяжелым испытаниям. Не всегда смог достойно выстоять. Но извлек и продолжает извлекать из происшедшего свои уроки. То же самое и в «деле Кораха» — потомка великих предков, прародителя пророка Шмуэля. И по сей день, от «адских глубин», куда он был низвергнут, на «муках Кораха» учатся новые и новые поколения евреев. И в этом «надежда Кораха» на его часть в мире Грядущем…
Как известно, сыновья Кораха раскаялись и спаслись буквально в последние мгновения, а впоследствии стали авторами великих «мизморим» (псалмов), включенных царем Давидом в его книгу. И это о них сказано «Сыновья Кораха не умерли». Но эти слова имеют и иной смысл тоже. Ведь все последующие поколения евреев в той или иной степени, в тех или иных обстоятельствах подвергались и подвергаются по сей день «испытанию Кораха». В этом смысле мы все — его «дети». И так же, как наш «предшественник», мы часто не понимаем, не можем оценить самих себя, ошибаясь относительно своего истинного потенциала и предназначения. И ведем себя преступно…
Когда разговор коснулся темы «мира Грядущего», участники семинара в Бат-Яме так увлеклись, что приходилось иной раз напоминать об ожидающем в котлах субботнем чолнте — великолепном варианте еврейского жаркого.
У остроумного рава Менделя — в прошлом уроженца Саратова, учившегося в российском Политехе, а впоследствии — в знаменитых еврейских ешивах — прозвучал забавный комментарий. Рав заметил, что не представляет себе, чтобы вот это наше сегодняшнее жаркое, вобравшее в себя все лучшее из растительного и животного мира этой земли и так мощно представленное на поистине благословенном субботнем столе — вдруг могло быть просто взято, унесено и поглощено за ближайшим углом, где-нибудь на бат-ямском пляже среди сонма купающихся и загорающих, ни сном, ни духом не ведающих, какая потрясающая тайна сокрыта в этом самом еврейском чолнте…
Это рав Мендель в самую точку попал: время, проведенное в волшебной обстановке, в обществе чудесных самоотверженных людей (а ведь чтобы чудо Субботы состоялось, необходима колоссальная самоотверженность!), милых сердцу гостей — в том числе, прибывших в Бат-Ям из других городов — это ВРЕМЯ ощущалось абсолютно иначе, и, действительно, возникало ощущение какой-то «надмирности», непричастности к тому, что происходило за стенами зала на улице Иерушалаим 5. В том числе, и на набережной, и на бат-ямском пляже, раскинувшемся буквально на расстоянии квартала. Словно этот роскошный пляж вдруг исчез, растворился, стал невидим.
А вместо пейзажей за окном «заговорили» иные «миры», запечатленные на войлочных панно из серии «Семь дней Творения» нашей замечательной гостьи из Иерусалима Яэль Ашкенази. Яэль отказывается называть себя художником. Она лингвист, много лет преподавала французский язык. Также была специалистом по защите интеллектуальной собственности в Союзе дизайнеров, а затем в Патентном ведомстве Казахстана.

В те годы, много и плодотворно сотрудничая с художниками, она впервые сама опробовала технику валяния крашеной овечьей шерсти — при создании декоративных панно для интерьеров. Уже в Израиле у Яэль возник необычный замысел — цикл работ «Семь дней Творения». Осуществление задуманного каким-то мистическим образом совпало, по ее словам, с чтением недельной главы Торы «Берешит», и сопровождалось неожиданно возникшим приливом сил и творческой энергии…
А способ оформления панно был «подсказан» в ту неделю, когда читалась недельная глава «Трума» — с ее подробными описаниями устройства переносного Храма — Скинии. Как известно, Скинию переносили на специальных шестах, которые пропускали через петли по краям покрывала: по 50 петель с обеих сторон.
Когда всматриваешься в необычные работы Яэль Ашкенази, обязательно замечаешь и аналогии с теми самыми «петлями» , о которых нам рассказывает Тора. Правда, вдеты в петли по краям панно всего лишь искусно окрашенные бамбуковые трости…

И только когда завершился субботний день, когда отзвучали слова молитв и заструился прощальный аромат субботних благовоний — все привычные атрибуты окружающего мира вновь стали возникать из небытия и властно заговорили о своем, насущном. Пришлось заново учиться разговаривать на этом вдруг показавшемся странным «языке».

 

 

Теги не заданы

Оставить комментарий

0 комментариев

Оставить комментарий