Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Непохож тот, кто изучал раздел Торы 100 раз, на того, кто изучил его 101 раз.»Вавилонский Талмуд, трактат «Хагига»

"Доказательство" святости еврейского народа

Отложить Отложено

Иногда на еврейских семинарах я развлекаюсь так. Прихожу и говорю: "Хотите, сейчас докажу, что вы святой народ?"

Обычно люди хотят. Происходит это, как правило, или в последний день занятий, когда ко мне уже достаточно хорошо относятся, или вечером, скажем, в субботу, когда положено развлекаться, а у меня на этот случай припасено много всякого под рубрикой онег-шабес.

Прихожу и говорю: "Хотите, сейчас покажу, что вы особый народ, отличающийся от всех прочих наций на земле?"

В зале могут сидеть и неевреи, но и им интересно. Мне на их месте было бы интересно.

Начинаю примерно так.

Это было, если не ошибаюсь, в самом конце 90-го года, когда мы с равом Гр. разъезжали от "Швут-Ами" по разным ульпанам, рассказывали за Тору вновь приехавшим. Слушали нас с ленивой благосклонностью, могли задать вопрос невпопад, – ну, это как обычно.

И вот, помню, в Кфар-Сабе (или Петах-Тикве?) давал я урок перед полусотней новых олимов-хадашимов. Урок был вечерний, всех уже ко сну клонило. И чтобы разбудить аудиторию, я им возьми и расскажи – буквально в нескольких словах – про тхият-амейтим. Они и пробудились (я про аудиторию).

Спрашивают (это обязательный вопрос в любом еврейском классе): а кто пробудится из мертвых? В смысле, кто удостоится милости небес?

– Праведники, говорю. – И делаю паузу, соображая, как пологичней и без потерь перейти к тому, что, строго говоря, все мертвые восстанут к жизни, чтобы держать ответ и т.д. (Обычно пауз я не делаю – а тут тема для меня новая, не моя тема. Только для встряхивания людей и пришла.)

И пока я ушел в двухсекундную паузу, кто-то успел крикнуть:

– Евреи восстанут?

Это простой вопрос. Отвечаю: да. Но тот же голос без передыха продолжает:

– А неевреи?

И зал затихает, наконец-то демонстрируя пестуемое мной внимание.

Логика тут простая: если, как я сказал, восстанут к жизни праведники, а потом сказал, что восстанут евреи, значит, евреи, по моему разумению, праведники. А неевреи?

Во! Именно об этом был вопрос!

Взять и сказать, что да, неевреи тоже восстанут к жизни, или что неевреи к жизни не восстанут, – мне это показалось банальным. Поэтому я ответил так.

– Сейчас скажу, восстанут ли неевреи. Но сначала позвольте рассказать вам один эпизод из моей жизни. Было это где-то в середине 70-х годов. Я тогда если не сказать диссидентствовал, все же общался с э-э, как бы их определить, представителями радикально настроенной молодежи. Студенты, знаете ли, московских гуманитарных вузов, тусовка вокруг разных там андеграундных художников и прочая.

А писал я в ту пору стихи. И любил их показывать всем направо и налево или даже читать вслух. Друзьям-подругам и прочему окружению. При этом честно верил, что стихи того стоят.

И вот, позвали меня на одну такую стихотворную вечеринку. Сказали, с чаем и публикой.

Чего не пойти? Тем более что оказалось, я там больше половины по тусовкам видел, и они меня знают – а значит, народ благорасположен. Вот я сейчас ему свои стихи и прочту!

Квартира была на Соколе. Человек 30 набилось в комнату, чай на столе, все как обещали. Сначала свои стихи почитала некая Вера под фамилией Тивериадская, или что-то подобное. Ничего стихи, если бы не перекрестки-кресты и прочая атрибутика того же ряда. А мне-то что? Я сейчас им чистую поэзию продемонстрирую.

Встаю и принимаюсь читать.

Как бы ни так! Нуль восторженной реакции. После меня поднимается бледный юноша и тоже декламирует, и тоже, как у Веры Кинеретской, с мистическим уклоном. Ну, думаю, тихонько ухожу – и из памяти вон. Выживаемость настоящего поэта впрямую связана с его умением вычищать из памяти все неудачные читки своих стихов.

Но незаметно выйти не удалось. Какой-то водоворотик шума нарисовался в прихожей, и в комнату вошел низкий человек с лысой головой, в котором я сразу распознал, извините, попа. Такой, знаете ли, бытует в природе образ благо-правильного тихого человека. Имени его я называть не буду, да и неважно, потому что оказался он приличным человеком. Сейчас расскажу.

Сел он сразу к столу, люди тетрадки достали, приготовились слушать урок – и только сейчас до меня дошло, что я попал на какой-то религиозный урок.

Ничего не имею против религии и никогда не имел. Но друзья могли бы предупредить.

Ладно, думаю, пересижу тихонько несколько минут, а там двинусь в туалет, ибо у меня в подобных ситуациях стандартно болит живот. Однако маневр не удался. Люди как-то сразу вошли в тему, без всяких раскачек – словно их урок не прерывался, а был перебит маленькой переменой.

– Батюшка, – говорит та же Верка, – вы нам домашнее задание задали, а ответа, например, я так и не знаю.

– Да-да, – закивали остальные, – нам ответ нужен, мы тут который день меж собой спорим.

Не знаю, о чем они, а мне надо уходить. И тут кто-то проясняет:

– В прошлый раз вы сказали, что люди от смерти восстанут, оживут вроде.

Ага, вот у них что за беседа. Бежать, бежать надо поскорей. На тему восстания из мертвых я сам могу предложить нечесаную кучу колких вопросов. Например: если люди восстанут из мертвых, то что с ногой того человека, который ее в детстве потерял, – она восстанет? А флора и фауна, что обитает в животе человеческом, она восстанет? А клопы в подушках? Ну и т.д.

Эх, не успел я убежать. Они сами задали тот вопрос, на котором закончился их урок перед переменой.

Вопрос прозвучал так (не про клопов, заметьте):

– Евреи восстанут? Или не восстанут?

Извините, но я таки остолбенел, если можно так выразиться про одиноко сидящего на стуле человека, окруженного толпой.

Поп посмотрел на них с улыбкой и спросил по-доброму:

– А вы как решили? Восстанут?

Возникла пауза. Мне почему-то стало интересно, что они про меня решили. Тут, вроде, полно моих друзей и знакомых. Вот сейчас и пройдут проверку на серьезность отношений (тогда это называлось "на вшивость").

Но люди думали недолго, они (а некоторые еще успели оглянуться на меня) решительно, чуть ли не хором сказали, как выдохнули:

– Не, не должны восстать! За свои дела должны в мертвых остаться.

Повторяю, я к тематике чужих религий равнодушен с детства. Но тут обида взяла. Получается, клопы в подушках восстанут – а я нет? За какие такие мои дела они со мной так круто и негуманно?

И тут их поп откинулся на стуле и, еще раз улыбнувшись, мягко сказал, как пропел:

– Нет, дети мои, евреи тоже восстанут к новой жизни.

И аудитория прямо-таки отшатнулась от наставника:

– Ой! Это как? Несправедливо! За что же такое?

Дальше я уже решил не оставаться, живот возроптал по-настоящему, и я прорвался к выходу, тем самым избежав обсуждения темы. Нечего мне дружить с людьми, которые не хотят меня видеть восставшим от смерти, я решительно с ними порываю!

Вот какую историю я рассказал на своем уроке в Кфар-Тикве. И люди ее выслушали. А я добавил:

– Теперь вы готовы к тому, чтобы я ответил на ваш вопрос – восстанут ли из мертвых неевреи?

И народ, почувствовав неладное, напрягся:

– Ну да, готовы, а чё тут?

И я выдохнул, как выстрелил:

– Нет, друзья мои, неевреи от смерти не восстанут.

Вы знаете, какая у аудитории была реакция?

– Ой. Это еще почему? Несправедливо!

Они как бы оттолкнулись от меня, ужаснулись. Это был массовый протест, неприятие раввинского решения.

А я что? Только рассмеялся:

– Да ладно, извините, пошутил. Понятно дело, что и неевреи восстанут, и им будет дана еще одна попытка, а может, просто к суду позовут, я не знаю. Но главное, мне нужна была ваша реакция. На поэтическом вечере с чаем на Соколе неевреи сказали, что несправедливо, если евреи оживут, а вы тут в Израиле говорите, что будет несправедливо, если не оживут неевреи. С чем вас и поздравляю.

Так я рассказывал на семинаре про свой урок в ульпане в начале 90-х годов. И люди заглядывали в себя, чтобы определить. Вот и вы определите – хотят ли русские войны евреи, чтобы неевреев не обижали? А заодно: хотят ли неевреи, чтобы евреев не обижали? Вот в чем вопрос.

*  *

Есть такое определение: еврей, это тот, кого выделил Всевышний.

Согласно этому определению: если вы выделены Всевышним, то вы еврей, даже если у вас.

А если вас Всевышний не выделил, то вы не еврей, даже если вы.

За что выделил? Понятия не имею. Наверное, за человеколюбие.

*  *

Ну что? Доказал я вам, что вы святой народ? Я и говорю, шутка на "онег-шабес".))

Теги: Личное, Беллетриза, Темы Торы