Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Расставание

Отложить Отложено

Как это выглядело со стороны? Да никак… Обычно выглядело.

Телега, кобыла обмахивается от мух хвостом. Возница, спасибо, что хоть терпеливый попался, не торопит, паренек лет одиннадцати — босой, его мама — обычная еврейка в платочке, каких немало. Что еще? Пастушок ведет коров, мычание, пыль на выезде из местечка. Так, вроде и всё.

— Лейзерке, на ночь укрывайся потеплее…

Если услышишь, что в Понявеж кто-то от нас из Вябойльника приехал, обязательно сходи, мы-то уж пошлём из дома тебе что-нибудь.

Наконец, телега, скрипя и покачиваясь, тронулась в путь и, Вы думаете, что камни, по которым катилась телега были обычными литовскими булыжниками, а пыль , что выбивалась из под копыт лошади была обычная придорожная пыль: из тех, что забивается в нос и в поклажу?

А вот и нет…

Все камни земли собрались на этой дороге, чтобы и у них была честь служить опорой повозке, на которой едет Лейзерке. Вы слышите, камни, вы слышите, деревья, облака и травы, этот мальчик будет великим мудрецом, и вам выпала честь провожать его в пути…

И долго ещё стояла мама Лейзерке, шепча молитву, а повозка, удаляясь, всё уменьшалась и уменьшалась, пока , превратившись в точку, не растаяла вдали…

Всё началось с того, как родителей Лейзера — реб Азриэля и Бат-Шеву Шах — вызвали в хейдер. Реб Шмуэль — легендарный вябойльниковский меламед был необыкновенным человеком . В общении с детьми и со взрослыми он (не в пример многим людям) целиком полагался на сообразительность собеседника. К примеру, когда он учил букву еврейского алфавита со своими учениками, то для начала рисовал эту самую букву в воздухе, тем самым предоставляя пространственному воображению детей невиданную свободу; и уж только после того, как ученики представляли букву в уме — он писал её форму на доске.

Вот и сейчас, беседуя с родителями Шах, меламед начал издалека, понемногу подготавливая их самим прийти к соответствующему выводу.

(Помня цель разговора, он бы мог начать и от Сотворения мира, но, подумав, перескочил через несколько тысяч лет и подошёл вплотную к моменту рождения Лейзерке.)

«Мальчик необыкновенно одарён от природы. Даже очень одарён,» — поднимая глаза к верху и почему-то вздыхая, сказал реб Шмуэль. (Быть может, тем самым давая родителям возможность оценить всю сложность ситуации, когда родителям Свыше достаётся очень одарённый ребёнок.)

«Но, как Вы понимаете», — продолжал меламед, возвращая взгляд с потолка на родителей , а мысль с Неба на землю, — «У меня уже были одарённые ученики». (Тут реб Шмуэль снова выдержал паузу, тем самым давя родителям оценить и эту идею: что есть существенная разница между просто способным учеником и их мальчиком.) «У Лейзерке одарённость сочетается с не менее важным даром — это способность сосредоточиваться на учёбе длительное время. Для него учиться интереснее, чем играть! Поэтому он и достиг того, чего он достиг: его знания почти на уровне взрослого человека! Я имел удовольствие, уверяю Вас, когда видел в синагоге, как Лейзерке спорил с нашими вябойльниковскими шойхетами, и его маленький пальчик резал воздух направо и налево, как у заправского знатока! Я таки имел удовольствие!»

После того, как реб Шмуэль удостоверился, что ему удалось наполнить своих собеседников аидише нахес, и сердца их поют от родительской гордости, то решительно повернул ход беседы в нужное ему русло: туда, где собственно и находилась цель их «плавания», да, собственно, и не только их…

Но то, что меламед сообщил родителям в следующую минуту не столько доставило им идише нахес, сколько прозвучало, как гром среди ясного неба:

«Лейзерке уже извлёк из нашего маленького местечка всё, что он в состоянии ему дать. Такому мальчику нужно учиться в ешиве!»

«Но в Вябойльниках нет ешивы!» — воскликнул реб Азриэль, скорее выдавая тем самым своё замешательство, чем сообщая собеседникам неизвестную им информацию.

«Однако и у нас есть юноши, которые учатся в настоящих ешивах», — напомнил меламед.

«Да-да, семь в ешиве в Слободке, семь в Тельзе и ещё несколько в Лиде», — поддержала г-жа Шах.

«Но те взрослые юноши, а Лейзерке всего одиннадцать лет!» — возразил реб Азриэль. Если бы не искреннее многолетние уважение к меламеду, родители бы не стали тратить время, а поторопились бы поблагодарить за совет и раскланяться.

«Спасибо, реб Шмуэль, — тихо произнесла Бат-Шева по окончанию беседы, — Спасибо за всё. Мы подумаем.»

Дома беседа продолжилась. Отец был против, и мать, как настоящая еврейская жена, приняла бы его волю, но Лейзерке их уговорил. Его отчаянное желание учиться в ешиве растопило и решительный отказ отца, и невысказанный материнский страх перед разлукой…

И вот теперь он уезжает.

…Есть матери, чьи сердца так полны любви к себе, что даже любовь к детям — это обратная сторона этой любви. Они попрекают ребёнка всем вложенным в него добром и жаждут получить от них благодарность, оправдания и …причитающиеся проценты.

Есть матери , чья любовь к себе — это обратная сторона любви к детям. Эти матери, дают им силу расти и становиться на ноги. Такие матери с любовью вспоминают детские годы своих детей и считают их лучшими годами своей жизни, иногда упрекая себя тем, что могли бы быть лучшими родителями…

А есть матери, которые видят не веснушчатый нос и короткие штанишки, а величие и святость души, которая передана им из объятий Творца…

Пройдут годы и Лейзерке вернётся к матери, пройдя через границы и заставы, которую прошедшие войны успели раскидать. Вернётся полулегально, имея визу только на три недели и потратив две недели на дорогу: туда и обратно. Он вернется, а с ним вместе вернется его Тора, которую он учил в голоде, в холоде, в одиночестве и в страдании.

Его мама оторвала сына от сердца, но Тора, которая тоже сердце — этого мира — вернётся к ней, раскинув объятия, осушив слёзы невзгод и раскрыв перед нею Врата Вечности.

Раби Элиэзер Менахем Ман Шах

(1898—2001)

Родился в Литве, в местечке Вябойльник.

Легендарный глава Поневежской ешивы в Израиле,

Глава поколения, десятки лет несший на своих плечах

Мир Торы и ешив Израиля и диаспоры.

Теги: Тора, Святость, Вечность, Мудрецы Торы, Учёба