Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Непохож тот, кто изучал раздел Торы 100 раз, на того, кто изучил его 101 раз.»Вавилонский Талмуд, трактат «Хагига»

Разборки после штикла. Еще один вопрос Hellenistа

Отложить Отложено

 

 

Вот такой вопрос:

 

"Всевышний заранее согласился с мудрецами. Так что, если мудрецы постановили что-то однажды, то, даже если они провозгласили правое левым, а левое — правым, это закон. Поскольку Тора уполномочила их, их решения обладают властью самой Торы" - категорически не согласен.
Получается 2 пункта:
1. Мудрецы всегда правы.
2. Когда мудрецы неправы см. пункт 1.

Очень удобная позиция. Достаточно ввести подобное правило один раз и погрешность обеспечена навсегда.

 

 

Ну что ж, я с Вами согласен.

Действительно, если представить себе такую ситуацию, когда из вакуума выползает сферический мудрец и давай принимать решения - как ему по голове стукнет...

В таком случае - позиция удобна (для "мудреца"), а погрешность - неисправима (для всех остальных).

Но вот проблема - речь в данном отрывке идет не совсем о сферическом мудреце, не совсем из вакуума, и о не совсем произвольных решениях.

Есть тут парочка деталей, которые мы и рассмотрим.

 

Сразу оговорюсь: мы не пишем всестороннее исследование, мы отвечаем на заданный вопрос - поэтому некоторые моменты могут быть нами упущены или оставлены за рамками нашего внимания.

 

 

1. Звание

 

Давайте попробуем разобраться: а кто этот таинственный незнакомец, который вправе решить за нас - где право, а где лево?

 

Когда у представителей иерусалимского ишува возник какой-то особенно трудный вопрос - они обратились за его решением к раву Хаиму Озеру Гродзинскому (Литва), признанному авторитету того поколения. Он ответил на него фразой, которая несведущему человеку покажется странной: "Лев поднялся из Вавилона". А дело в том, что этой фразой в свое время мудрецов Израиля оповестили о прибытии из Междуречья виднейшего мудреца поколения танаим - Гилеля. В письме рав Хаим Озер указал имя (которое иерусалимцам ничего не говорило): Авраам Ишайягу Карелиц. Это значило, что теперь, когда в Израиль прибыл этот человек - рав Гродзянский отказывается отвечать на вопросы, передавая все полномочия указанному "льву". Иерусалимцы отправились в центр страны, нашли этого человека и обратились к нему со своим вопросом. Вместо ответа он спросил: "С каких это пор каждый садовый сторож выносит для вас постановления?" На что иерусалимцы ответили, что скрываться не имеет смысла - рав Хаим Озер "выдал" его, и отвертеться не получится. Это был Хазон Иш - человек, составивший книгу, которая пробила все границы и заслоны довоенного мира. Эту книгу знали все, ее составителя (на тот момент) - очень немногие.

 

Наши мудрецы не ищут ответственности - они обычно пытаются избежать ее. Именно потому, что осознают ее тяжесть.

Но если уж мудрец становится посеком - можете обращаться к нему в три часа ночи со своими вопросами, он ответит.

И мудрецы эти не берутся из вакуума - они учатся в известных всем ешивах, у известным всем поским, они пишут известные всем сборники респонсов,а самое главное - они проходят предельно жесткий отсев в процессе своего "созревания". И все это происходит на виду у всех. День за днем, год за годом. Мир Торы по отношению к ним не знает компромиссов: достаточно "претенденту" один раз серьезно споткнуться - и его шансы стать тем, кто будет выносить постановления, сразу приблизятся к абсолютному нулю.

За каждым из них стоит посек (а чаще - несколько) из прошлого поколения, у которого он учился, и который ручается за него.

Каждый из них прошел не через сито - через мясорубку проверок на доскональное владение материалом и умением применять свои знания на практике.

У каждого из них есть ученики - которые ни в коем случае не слушают его "открыв рот", а устраивают ему постоянный "экзамен на профпригодность".

В отличие от политики, где кандидат на высокий пост часто сгущается ниоткуда (а пресса начинает выискивать за ним "грешки молодости") и прилагает все силы для того, чтобы этот пост занять - наши мудрецы "растут" у всех на виду и, прежде, чем занять место посека поколения, тратят немало усилий, чтобы избежать этого.

 

 

2. Ограничения

 

Ну ладно, скажете Вы, допустим - есть у нас мудрец, досконально знающий Закон, умеющий его применять и являющийся человеком, крайне достойным. Но на основе чего он выносит свои постановления? Знания - это неплохо, но ведь и "Errare humanum est" никто не отменял.

Постановления, о которых идет речь - далеки от того, чтобы быть "плодами фантазии" конкретного мудреца, как далек Магадан от Одессы.

Существует целый ряд ограничений, без которых постановление просто "не пройдет":

1. Любое постановление выносится исключительно согласно набору четких правил. Мы не будем здесь их перечислять, но поверьте - они доступны и общеизвестны, как математические формулы.

2. Любое постановление должно полностью соответствовать всему, что установлено ранее. Мест пересечения с другими законами в любом псаке - десятки. В случае отличия постановления от чего-либо похожего, принятого ранее - потребуется указать убедительную причину такого отличия, и обосновать решение, указав источник из Талмуда и последующей алахической литературы.

3. Все предыдущие постановления данного посека должны полностью соответствовать "выбранной линии" (в случае, когда имеются разногласия между различными школами).

4. Постановление не должно противоречить устоявшейся традиции (а в случае противоречия потребуется убедительное объяснение: когда, каким образом и на каком основании традиция "ошиблась").

5. Требуется согласие большинства поским с данным постановлением.

6. Если мудрец остановит солнце или высушит море - это никак не сделает ему протекцию (а в случае призыва нарушить заповеди Торы - еще и поможет ему быстро добраться до эшафота).

7. Если мудрец упорствует в своем решении, несмотря на несогласие остальных мудрецов - к нему применяются меры (закон об "упорствующем мудреце").

 

 

3. Контроль

 

Если кому-нибудь придет в голову спросить, на каком основании шейх Абдулл Надулл вынес свою фетву или каким образом святейший синод пришел к мысли вынести "высочайшее" постановление - в первом случае его зарэжут, а во втором - просто не ответят. Да никто и не спрашивает.

 

Изучение Торы в ешивах и колелях, помимо получения необходимой информации, состоит в том, чтобы научиться разбирать по косточкам постановления мудрецов.

Самый часто встречающийся вопрос в Талмуде: "Из чего это следует?" Причем, задается он не только по отношению к постановлениям мудрецов, но и по отношению к законам, выведенным из Торы.

Если Вы попадете когда-нибудь на "общий урок" в ешиву - Вашим глазам откроется незабываемая картина: утверждения главы ешивы подвергаются перекрестному обстрелу (а иногда и ядерной бомбардировке) со стороны нескольких десятков принципиально несогласных молодых упрямцев, отбиться от которых можно только проверенными ссылками на источники информации и железобетонной логикой. Так было всегда - изучение материала доступно для всех желающих, авторитет завоевать чрезвычайно трудно, потерять его проще простого, и никогда ничего никем не принимается на веру.

Любое постановление, таким образом, не только обязательно к исполнению, но и абсолютно прозрачно и обязательно к изучению. А изучение, как мы сказали - это бескомпромиссная проверка на ошибку.

Каждый день. Каждый год. В каждом поколении заново.

Попробуйте установить какой-либо закон, который лучшие умы поколения будут ежедневно проверять "на вшивость" в течение многих сотен лет (а потом придет кто-то со стороны и начнет сомневаться насчет "погрешности").

 

 

4. Сиата ди-Шмайя

 

В тот день, когда я впервые увидел своего Рош ешива - он мне просто понравился.

Через неделю-другую я почувствовал к нему уважение.

Через месяц я понял, что мне повезло учиться у человека, обладающего редким умом, идеальной памятью, железными принципами и добрейшим сердцем.

А через год мне стало по-настоящему страшно: этот человек никогда не ошибался.

Ни в чем.

Бывали моменты, когда его рассуждения выглядели явно нелогичными, непрактичными или неожиданными. Но в конце концов, через день, неделю, месяц или год - выяснялось, что он был абсолютно прав.

Я, конечно, понимаю: огромный багаж знаний, жизненный опыт и всё такое. Но ни разу не ошибиться ни в чем? Каким образом?

 

Я понял это только спустя несколько лет, после того, как уже оставил ешиву и стал учиться в колеле по месту жительства.

В один прекрасный день меня "завербовал" местный координатор организации "Лев ле-ахим", и я стал волонтером. Раз в неделю десант аврехим высаживался в городе Рамле - и начиналась работа.

Меня определили в одну семью: папа-мама, две взрослые дочери и сын - сорванец лет шестнадцати. Вот с этим сыном мне и предстояло учиться. Начали мы потихоньку с общих тем, потом перешли к недельной главе и, наконец (где-то через год), подобрались к гмаре...

Как-то раз, войдя к ним, я почувствовал, что воздух наэлектризован до предела: папа нервно курил на балконе, мама тихо всхлипывала в углу, дочки отводили глаза, а мой ученик заперся в комнате. Когда он меня впустил - я не подал виду, что что-то не так, а просто начал разбирать недельную главу. Он постепенно втянулся. И тогда я тихо-незаметно перевел тему и начал рассуждать об уважении к родителям. И тут его прорвало:

- Уважаемый рав (за год я так и не смог убедить его, что я не рав), а как надо себя вести, если родители не дают соблюдать заповеди?

Я подвинул его ближе к вопросу:

- Каким образом?

- Ну, например, дети хотят питаться меадриновскими продуктами, а мама покупает обычный рабанутовский кашрут.

- А попросить пробовали?

- Еще как! А она в ответ: я вас вырастила-воспитала, горбачусь на работе две смены, так должна еще переться в меадриновский супер за тридевять земель? Каквамнестыдно!

Я ответил ему так, как только и может ответить волонтер:

- Вопрос непростой. С одной стороны - речь не идет о совсем некашерных продуктах, я не могу тебе сказать, чтобы ты не слушал родителей. С другой стороны - кашрут, все-таки - очень важная вещь, и я не могу тебе сказать, чтобы ты ел "рабанут".

- Так что мне делать? Мы с сестрами уже испробовали все варианты: просили, кричали, сегодня даже устроили голодовку...

- Тебе надо спросить рава.

- Ну, так я и спрашиваю!

- Нет, ты должен спросить настоящего рава. Тем более, что я и близко не знаю, что тебе можно посоветовать.

- Ну ладно...

Мы поучились еще немного, и он пошел провожать меня до автобуса. Пока мы ждали, он сказал:

- Уважаемый рав, я честно хотел бы знать, что мне делать, но Вы знаете, что к раву я не пойду. Скажите мне, что бы Вы сделали на моем месте?

Ситуация была патовая. Я знал, что искать рава он не станет. Я знал, что сейчас, возможно, решается его дальнейшая судьба - его и его сестер. Но я не знал, что ему сказать...

И тогда я сделал единственное, что в моих силах - обратился к Творцу. "Ты знаешь, что этот парень пытается узнать Твое решение. Ты знаешь, что я не могу ему ничем помочь. Ты знаешь..." Я не успел закончить свою просьбу, потому что меня вдруг "пробило":

- Слушай, я знаю, что делать. Купите завтра цветы, и, когда мама вернется с работы - попросите у нее прощения. Потом сядьте пить чай и скажите такой текст: "Дорогая мамочка, мы очень благодарны тебе за всё, что ты для нас делаешь. Но ты уже не совсем молодая и не совсем здоровая. Поэтому мы решили тебе помочь. С сегодняшнего дня все покупки мы будем делать сами. Ты только должна оставлять нам утром деньги и список необходимых продуктов, а мы позаботимся, чтобы всё было готово к твоему приходу". Вы будете по очереди ходить в тот самый супер за тридевять земель и покупать меадриновские продукты. Кашрут - соблюден, уважение к родителям - в лучшем виде, к тому же "схар псийот" (награда за сделанные шаги) - всех зайцев одним махом.

 

У них все отлично получилось. Не из-за меня, такого умного - я до последнего момента не знал, что им посоветовать. У них получилось из-за двух моментов:

1. Они действительно хотели узнать, что им делать в такой ситуации.

2. Им действительно не у кого было спросить (в их районе не только рава, там даже кипу найти трудно).

 

Это называется "сиата ди-Шмайя" - помощь с Неба. В такие моменты, когда мы делаем все, что от нас зависит - помощь обязательно приходит.

Творец не собирается запутывать нас в лабиринтах, особенно, когда мы на самом деле хотим знать, что Он от нас хочет и особенно, когда нам больше не у кого спросить.

 

 

Кстати, некоторые моменты из вышеперечисленных имеют место не только при вынесении мудрецами раввинских постановлений, но и при составлении простыми аврехами хидушей Тора (собственных выкладок на темы Торы).

Например, если кто-то меня спросит: "А на чем основан твой последний штикл?" - то я ему отвечу: "Мой последний штикл, конечно же, не вытащен из глубин мироощущения моего желудка, он основан на словах рабейну Цадока а-Коэна (как о том упоминалось в тексте поста), а также на:

Эрувин, 13,б

Йевамот, 14,а и тосфот там же

Ор Исроэль, глава 28

Там же, глава 30 (и комментарий)

И главный источник - Мальбим в "Тора Ор", Хукат: "И так писал Аризаль, что алаха не принята согласно школе Шамая и согласно РАШБИ, т.к. они, по причине их высочайшей ступени, не занимались Торой этого мира... а в Небе установлена алаха согласно школе Шамая..."

Кроме того, этот штикл был одобрен моим Рош ешива и равом Шломо Левенштейном, а рав Мордехай Нойгершель вообще сказал, что "покупает его".

 

Такой подход (выводы, сделанные исключительно на основе источников - против голословных утверждений, базирующихся на банальном ИМХО) не только отличает бней Тора от обычных любителей порассуждать на досуге. Он, кроме того, позволяет свести к минимуму возможность ошибки (а чаще всего - исключить ее совсем).

 

 

Ну вот, информационный вакуум мы более-менее заполнили, и теперь можно порассуждать за "погрешности".

 

 

  

Теги: пробелы в информации, Штикл