Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

ЙОСИ СТРОИТ ДОМ. Часть 2.

Отложить Отложено

После того как мальчики затеяли строительство собственного дома во дворе, соседи стали выносить сюда сломанную мебель и старые ставшие ненужными вещи. Решили, что теперь в этом дворовом закутке будет свалка старьевщика. Но он со своим заунывным «Альте захэн, альте захэн» все никак не являлся сюда, предпочитая кататься на разбитом временем белом когда-то грузовичке по центральным улицам городка, где народу побольше.

А у мальчиков в хозяйстве появился старый полосатый матрас. Он превращался в батут, задорно дребезжал пружинами, подбрасывая каждого в высоту к яркой зелени разлапистой кривой оливы. На лету можно было сорвать зеленую ягоду или даже несколько. Ох и горькие же они в начале лета, даже те, что уже успели потемнеть, и очень твердые. Зато поздней осенью из сорванной черной ягодины, зажатой между пальцами, легко выходит мутная масляная капля, оставляя на коже блестящий ароматный след. Под оливой пылилось офисное кресло с выломанными подлокотниками. Оно умело превращаться в карусель и охотно вертело любого до тошноты. Брошенная кем-то колченогая тележка-инвалид из супермаркета катала мальчишек по окрестностям не хуже настоящей телеги, только запрягайся. Они охотно пользовались ее услугами, катались, и все, найденное в соседних дворах, тащили в свой новый дом. Разнообразили обстановку.

Нашли брошенные кем-то у мусорки автомобильные ароматизаторы: мандариновый, хвойный и малиновый, повесили под потолком. В доме обосновался странный запах тропического сада, чудом выросшего посреди тайги. Медную позеленевшую лампу поставили на стол из картонного ящика. Вообще-то настоящий белый пластиковый стол валялся рядом с полосатым матрасом, но у него не хватало двух ног, и Йоси никак не мог придумать, куда бы его приспособить. Пока стол охотно и быстро превращался в израильский танк-меркаву, стоило только поставить его на матрас боком - две целые ноги торчали боевыми дальнобойными пушками. Весь дом с большой медной лампой-маяком на крыше мог бы стать неприступной крепостью Бар-Кохбы. Нужна была только свеча побольше, чтобы маяк освещал путь еврейским повстанцам.

Но пока мальчикам было не до игры, даже крепости самого Бар-Кохбы нужны настоящие двери, и они отдирали фанерную спину шкафа, который уже перестал быть тихой сонной кроватью, и просто обязан был вот-вот превратиться в гостеприимный вход в крепкий дом. Шкаф, опрокинутый на живот, смирно и даже как-то безразлично лежал на траве, раскинув в стороны дверцы. Правда, одна из них слетела с петли в момент переворота на спину - это Хаим неудачно наступил на нее.

- Вот бегемот, - сказал ему Йоси с досадой.

- Это шкаф – бегемот, смотри, огромный коричневый бегемот, - отозвался Хаим.

Бегемот-шкаф будто приготовился делать утреннюю гимнастику: ноги вместе, руки врозь, и пока ждал команды.  

- Готово. Ставь его!

Йоси оттащил в сторону белый фанерный лист и ухватился за стенку шкафа. Хаим и Моти проделали то же самое вслед за ним, но с другой стороны.

- Поднимаем, - прохрипел Йоси и стал тащить шкаф вверх. Тот не сдвинулся с места. Хаим, задвинув козырек бейсболки на затылок, сопел рядом. Шкаф не поддавался.

- Секунду, где же это она валялась? Где-то тут, - Моти слонялся вокруг и заглядывал под каждую деревяшку. Наконец, он заметил тонкий черный хвост под матрасом, извлек оттуда длиннющую черную веревку и стал привязывать ее к шкафу.

- Сейчас я, - Моти влез на оливу, устроился на толстой ветке и крикнул оттуда, - Хаим, веревку бросай.

Черная лента метнулась к оливе ковбойским лассо, Моти рванулся к ней, вытянувшись струной, едва не опрокинулся вниз, но веревка, не допрыгнув, свилась змеиным кольцом на землю у ног Хаима. Йоси с тоской посмотрел вверх, Моти успокаивающе махнул рукой.

- Бросай, Хаимке!

На этот раз попытка была удачнее. Веревка запуталась в густой листве и не рухнула вниз сразу, этой секунды хватило. Моти накинул ее на ветку, где сидел, и ухватил обеими руками.

- Толкайте шкаф вверх, - крикнул он и в тот же миг повис на веревке, увлекая ее за собой вниз.

Шкаф ленивым бегемотом приподнялся с травы, тяжело закряхтел, Йоси и Хаим дружно сопели, подпирая его руками снизу, Моти дрыгал ногами и извивался, стараясь дотянуться до земли, а руками, что было сил, тащил за собой черную змею веревки, чтобы она заставила шкаф вставать.

Солнце обдавало жаром облака и крыши, листву оливы и траву, слепило глаза. Хаим дернул бейсболку, чтобы белый козырек съехал на лоб, поднявшийся было на дыбы, шкаф заскрипел и пошатнулся, его повело на бок. Йоси взвизгнул: «Держи!» и упал на колени, Хаим опрокинулся на спину, а Моти полетел к верхушке оливы вслед за взметнувшейся вверх веревкой. Шкаф помешкал секунду в нерешительности и рухнул, подняв обе дверцы к небу, прямо на крышу дома-крепости.

- Ничего, - сказал Моти. Он снова сидел верхом на оливковой ветви, уперев руки в бока, - Первый Храм тоже был разрушен. А мы построили второй.

Йоси посмотрел на развалины, потер правый глаз, там что-то защипало, и молча погрозил ему кулаком.

- Вот же тяжеленный бегемотище, - Хаим потер ушибленное плечо и пнул беспомощно задранную дверцу шкафа. Она жалобно пискнула в ответ. – Придется его разбирать, пилить и приколачивать.

- Да уж, - вздохнул Йоси.

- Ничего, - повторил Моти и легко спрыгнул вниз. На лбу у него горела яркими кровавыми капельками свежая ссадина. – Сейчас мы его мигом развинтим.

Хаим принес отвертки, и мальчики взялись за дело. Йоси сидел и смотрел, как бегемот превращается в набор юного строителя «сделай сам» - 6 широких досок легли неровной стопкой рядом с рухнувшим домом.

- Лежит - не дышит, - подумал Йоси, и тут же услышал голос Аарона: - Идем домой, папа зовет.

Брат стоял над ним.

- Не могу, мой дом рухнул, - уныло протянул Йоси.

- Поднимем, - решительно заявил Моти. Они с Аароном ухватили Йоси за обе руки и потащили за собой.

Йосеф, Аарон, Мордехай и Хаим поднимались в гору. Солнце безжалостно пекло. Жар раскаленных камней овевал ноги до коленей, их тепло чувствовалось сквозь тонкую кожаную подошву сандалий. Идти было очень тяжело. В мокрые от пота плечи врезались бечевки, привязанные к огромной каменной глыбе, которую они тащили за собой на низенькой плоской тележке. Камень едва-едва продвигался вверх по выстроенному специально для него помосту. Хаим утирал пот со лба белым платком, окутывавшим его голову, а Йосеф рукавом длинной, почти до пят, льняной рубахи в яркие полоски. От ослепительного солнца перед глазами у него прыгали разноцветные пятна. Аарон и Мордехай тоже в длиннополых, но голубых рубахах, изо всех сил толкали каменную глыбу сзади. Наконец, им удалось затащить ее на строящуюся стену и уложить на предназначенное специально для нее место. 

- Давай же молоток, ты заснул, что ли?

- Держи, - Йоси так задумался, что и не заметил, как они почти восстановили разрушенный дом.

Аарон приспосабливал панели от разобранного шкафа к делу, они превращались в прочные стены, а Моти, это он попросил молоток, приколачивал их друг к другу деревянными брусками. Хаим собирал листы фанеры, чтобы настелить заново крышу. Йоси держал наготове старую медную лампу, которая должна была превратиться в маяк. Большие толстые свечи мама хранит на самой верхней полке книжного шкафа. Это Йоси точно знал. Он даже улыбнулся. Новый дом получался лучше прежнего.

- Смотри, на небе луна и солнце вместе.

Аарон опустил молоток и замер, задумчиво глядя, как по голубой небесной воде плыли два небольших белых мяча, такими можно было бы в баскетбол сыграть в школьном дворе или даже в футбол.

- Опять их мячи по всему дому.

Мама ходила по комнате и собирала разбросанные игрушки. Если уж она сама начинала это делать – значит, очень сердится на детей.

- Что они себе думают? – выговаривала мама самой себе, метко швыряя кубики в большую пластиковую коробку. – Ужинать нужно, уроки делать нужно, спать скоро нужно, а их нет и нет.

Папа встревоженно вышел на балкон. Черная галка, по-хозяйски разгуливавшая там, мигом обрушилась вниз, как пловец с вышки. Она даже не потрудилась похлопать крыльями на взлете. Просто окунулась всеми перьями в поток воздуха и лениво поплыла по небу, еле шевелясь. Казалось, птицу держит в воздухе одна только сила веры в то, что она умеет летать. Папа посмотрел по сторонам. Сероватые облака над красными черепичными крышами наливались нежно-розовым закатным соком, тяжелели и опускались поближе к людям. Детей нигде не было видно. Папа выстучал по балконным перилам барабанную дробь и направился к входной двери:

- Пойду, позову их.

- Только сразу приходите домой, - отозвалась мама.

Йоси с Аароном уже подняли велосипед, хотели оседлать его на пару и ехать домой просить папиной помощи с дрелью. Моти едва не просверлил ладонь. Он сказал, что умеет, но вот только сверло не поверило. Юлой завертелось изо всех сил и рвануло прочь подальше от дерева, поближе к ладони – хорошо, Моти успел разжать пальцы. Жужжа злобной черной пчелой, сверло еще немного поворчало в траве и затихло.

- Папа! – радостно завопили Аарон и Йоси. Велосипед тут же был отброшен в сторону. Мальчики тащили папу любоваться строительством.

Теги не заданы