Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Александр Красильщиков

Простые чудеса

Страж Израиля Благословение душе Мамина песня (стихи Ю. Мориц) АВТОРСКИЕ ПЕСНИГроздья винограда Поток Когда Израиль из Египта выходил... Алейну Благословите Творца! Марш баалей тшува Ангел Колыбельная Творящему песнь Красочная страна. Муз. Я.Красильщикова, сл. Я.Смелякова Баллада о семейном счастье Союз тысячи поколений Песня, ВИДЕО "Этот Возвышенный Город" Изгнание ПОКОЛЕНИЕ ТЕНИ ОТ ВОЛКОВ "Не гордилось сердце моё..." "Шуви, шуви, а-Шуламит!" Все записи автора списком

Первая дочь Лота

18 ноября 2016, 06:09

Отложить Отложено

Картинки по запросу ‫השמדת סדום‬‎

 

Что только не делали жители Сдомской долины, чтобы отвадить чужаков. Например, было специальное судебное постановление, чтобы в каждом из городов сделать особые кровати. На вид – кровати, как кровати, но с секретом. А использовали их так. Несчастного пришельца хватали шестеро мужей, укладывали на ложе и, в зависимости от роста, растягивали в длину или ширину. Пытка была столь болезненной, что человек был близок к смерти. Само собой, слухи об этих подвигах напрочь отсекли желание посещать Сдом. Министерству туризма, если такое когда там и было, делать было нечего. Люди, всеми правдами и неправдами, избегали посещать «гостеприимные» города. А столь оригинальное отношение к чужакам диктовалось чистым эгоизмом. Сытые жители Сдома и окрестных городов не желали делиться своим благополучием с кем бы то ни было. Всё нужное для жизни у них было под рукой, а давать другим, считали они, себе дороже.

Особенно жестоко поступали с бедняками и теми, кто осмеливался этим беднякам помогать. Причём, делалось это весьма остроумно. Беднягу, появлявшегося в пределах городов Сдомской долины, не прогоняли. Напротив, его снабжали серебром и золотом. Правда, на многих монетах значилось имя бывшего владельца. Но смысл этого выяснялся только потом. Бедняк входил в один из городов, и только тогда понимал, в какую ловушку угодил. По всей стране объявлялось о строжайшем запрете выдавать или продавать ему какие-либо продукты питания.  День за днём, бедняга бродил от дома к дому, пытаясь купить или выпросить еду – везде его встречали равнодушные, злорадные лица.  Границы закрывались на замок, и человек умирал медленной мучительной смертью. У покойника забирали золото и серебро, возвращая, согласно меткам, владельцам. Одежду и вещи присваивали наиболее ловкие и сильные граждане. Голый, ограбленный труп закапывался под ближайшим кустом и каждый испытывал удовлетворение от исполненного долга. Так в Сдоме и Аморе искоренили бедность. Человек, бывший не в состоянии себя обеспечить, подлежал истреблению. Главным законом, правившим в Сдоме и четырёх его городах-побратимах, был трезвый, рациональный подход ко всему, что касалось личной и общественной выгоды. Выбранная политика принесла городам непревзойдённое благополучие, завершившееся… полным уничтожением.

 

Как раз в тот год, когда случилась война между царями Эйлама и коалицией Сдома, когда Лот, вместе со всем имуществом был спасён стараниями Авраама, - как раз тогда родилась у Лота первая дочь, названная Палтит. От слова «лефалет» - «избегать, спасаться» - в честь чудесного спасения от плена и рабства. Выросла Палтит, дочь Лота, вышла замуж.  И всё бы хорошо, если бы не один случай. Как-то, в Сдом, на свою беду, забрёл нищий. Конец этих несчастных один – скорая голодная смерть. Но, на этот раз – осечка вышла. Живёт себе бедняк среди благородных горожан. Живёт день, живёт неделю, месяц, и хоть бы что – живёхонек, и помирать как бы и не собирается. И указ поступил – никаких ему поблажек, и всё прочее, а он жив, да ещё, видать, поправляется. Чудеса, да и только. А дело просто объяснялось. Палтит с нежным сердцем оказалась. Увидела она бедняка при последнем издыхании, не выдержала, накормила его и напоила. А потом, по секрету, и дальше снабжала всем, чем надо. Знала, что рискует, знала, если выведают - не пощадят, но натуру свою унять не могла. Бывало, идёт по воду, хлеба в кувшин положит, зальёт из колодца водой, а, проходя мимо нищего, тихонечко хлебушек извлечёт, да скрытненько накормит. Так поступала много раз. И человек жил, всем на удивление. Но люди в Сдоме дотошные. На мякине их не проведёшь. В чудеса не верят и в дураках оставаться не желают. Серьёзные люди, сознательные. Заподозрили: не иначе подкармливает кто, не мешает проверить, да и пресечь. Устроили слежку. С трёх сторон наблюдение выставили.  А Палтит, как всегда с кувшином прошла, и как ни скрытно всё делала, засекли её, милую, всю конспирацию разглядели. Выскочили с трёх сторон, схватили вместе с кувшином и хлебом. С поличным поймали. Повели на суд преступницу. Судьи только диву давались: такая испорченность, такое безоглядное попрание закона Содомского! Вердикт вынесли быстрый и беспощадный: сжечь негодницу в назидание всем. Народ ликуёт и поёт, всем обществом дрова собирает, кострище воздвигает, и Палтит, праведную Палтит, бросает в пламя …

Однако, добродетель, как птичка быстрая, разносится порой, не уследишь.… Вот и в соседнем со Сдомом городе Адма, подобный случай произошёл. Жила там девушка, дочь богатых родителей. Тоже бедняка пожалела, накормила, да увидели люди. Схватили, поволокли к судье. Какой, мол, ей приговор? А судья с фантазией оказался. Не просто казнить назначил, а приказал обвалять в меду с ног да головы, да в осиное гнездо засунуть. Набросились на неё осы всем скопом, живого места не оставляют.… Кричит, болезная, кричит. Да кто же в рациональной Адме на такие вещи внимания обращает. Поделом ей, срамнице, не подрывай устои Сдомские. Но стон её не пропал. Взлетел высоко-высоко.  И чашу терпения опрокинул.

 

Из книги "До Потопа и после".

 

 

 

Теги: , Еврейство