Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Первая дочь Лота

Отложить Отложено

Картинки по запросу ‫השמדת סדום‬‎

 

Что только не делали жители Сдомской долины, чтобы отвадить чужаков. Например, было специальное судебное постановление, чтобы в каждом из городов сделать особые кровати. На вид – кровати, как кровати, но с секретом. А использовали их так. Несчастного пришельца хватали шестеро мужей, укладывали на ложе и, в зависимости от роста, растягивали в длину или ширину. Пытка была столь болезненной, что человек был близок к смерти. Само собой, слухи об этих подвигах напрочь отсекли желание посещать Сдом. Министерству туризма, если такое когда там и было, делать было нечего. Люди, всеми правдами и неправдами, избегали посещать «гостеприимные» города. А столь оригинальное отношение к чужакам диктовалось чистым эгоизмом. Сытые жители Сдома и окрестных городов не желали делиться своим благополучием с кем бы то ни было. Всё нужное для жизни у них было под рукой, а давать другим, считали они, себе дороже.

Особенно жестоко поступали с бедняками и теми, кто осмеливался этим беднякам помогать. Причём, делалось это весьма остроумно. Беднягу, появлявшегося в пределах городов Сдомской долины, не прогоняли. Напротив, его снабжали серебром и золотом. Правда, на многих монетах значилось имя бывшего владельца. Но смысл этого выяснялся только потом. Бедняк входил в один из городов, и только тогда понимал, в какую ловушку угодил. По всей стране объявлялось о строжайшем запрете выдавать или продавать ему какие-либо продукты питания.  День за днём, бедняга бродил от дома к дому, пытаясь купить или выпросить еду – везде его встречали равнодушные, злорадные лица.  Границы закрывались на замок, и человек умирал медленной мучительной смертью. У покойника забирали золото и серебро, возвращая, согласно меткам, владельцам. Одежду и вещи присваивали наиболее ловкие и сильные граждане. Голый, ограбленный труп закапывался под ближайшим кустом и каждый испытывал удовлетворение от исполненного долга. Так в Сдоме и Аморе искоренили бедность. Человек, бывший не в состоянии себя обеспечить, подлежал истреблению. Главным законом, правившим в Сдоме и четырёх его городах-побратимах, был трезвый, рациональный подход ко всему, что касалось личной и общественной выгоды. Выбранная политика принесла городам непревзойдённое благополучие, завершившееся… полным уничтожением.

 

Как раз в тот год, когда случилась война между царями Эйлама и коалицией Сдома, когда Лот, вместе со всем имуществом был спасён стараниями Авраама, - как раз тогда родилась у Лота первая дочь, названная Палтит. От слова «лефалет» - «избегать, спасаться» - в честь чудесного спасения от плена и рабства. Выросла Палтит, дочь Лота, вышла замуж.  И всё бы хорошо, если бы не один случай. Как-то, в Сдом, на свою беду, забрёл нищий. Конец этих несчастных один – скорая голодная смерть. Но, на этот раз – осечка вышла. Живёт себе бедняк среди благородных горожан. Живёт день, живёт неделю, месяц, и хоть бы что – живёхонек, и помирать как бы и не собирается. И указ поступил – никаких ему поблажек, и всё прочее, а он жив, да ещё, видать, поправляется. Чудеса, да и только. А дело просто объяснялось. Палтит с нежным сердцем оказалась. Увидела она бедняка при последнем издыхании, не выдержала, накормила его и напоила. А потом, по секрету, и дальше снабжала всем, чем надо. Знала, что рискует, знала, если выведают - не пощадят, но натуру свою унять не могла. Бывало, идёт по воду, хлеба в кувшин положит, зальёт из колодца водой, а, проходя мимо нищего, тихонечко хлебушек извлечёт, да скрытненько накормит. Так поступала много раз. И человек жил, всем на удивление. Но люди в Сдоме дотошные. На мякине их не проведёшь. В чудеса не верят и в дураках оставаться не желают. Серьёзные люди, сознательные. Заподозрили: не иначе подкармливает кто, не мешает проверить, да и пресечь. Устроили слежку. С трёх сторон наблюдение выставили.  А Палтит, как всегда с кувшином прошла, и как ни скрытно всё делала, засекли её, милую, всю конспирацию разглядели. Выскочили с трёх сторон, схватили вместе с кувшином и хлебом. С поличным поймали. Повели на суд преступницу. Судьи только диву давались: такая испорченность, такое безоглядное попрание закона Содомского! Вердикт вынесли быстрый и беспощадный: сжечь негодницу в назидание всем. Народ ликуёт и поёт, всем обществом дрова собирает, кострище воздвигает, и Палтит, праведную Палтит, бросает в пламя …

Однако, добродетель, как птичка быстрая, разносится порой, не уследишь.… Вот и в соседнем со Сдомом городе Адма, подобный случай произошёл. Жила там девушка, дочь богатых родителей. Тоже бедняка пожалела, накормила, да увидели люди. Схватили, поволокли к судье. Какой, мол, ей приговор? А судья с фантазией оказался. Не просто казнить назначил, а приказал обвалять в меду с ног да головы, да в осиное гнездо засунуть. Набросились на неё осы всем скопом, живого места не оставляют.… Кричит, болезная, кричит. Да кто же в рациональной Адме на такие вещи внимания обращает. Поделом ей, срамнице, не подрывай устои Сдомские. Но стон её не пропал. Взлетел высоко-высоко.  И чашу терпения опрокинул.

 

Из книги "До Потопа и после".

 

 

 

Теги: , Еврейство