Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Прямая линия Транссибирской магистрали символизировала очевидность спасения

предыдущая глава

Спасительный путь в Японию не имел и тени того трагизма, которым была пронизана борьба за спасение евреев, оставшихся в Европе. Чудесное избавление приверженцев Торы во всех потенциально гибельных ситуациях резко контрастировало с прямо противоположными проявлениями Святого Провидения, когда дело касалось прочих евреев. Причем зачастую и те и другие оказывались в одном и том же месте, но лишь для маленькой группы учащих Тору все заканчивалось благополучно. В исторических центрах европейского еврейства всякий, кому только удалось спастись, прежде пережил бесконечное число опаснейших случаев. Но защитники Торы на всем пути своего спасения будто поднимались над Катастрофой. Прямая линия Транссибирской магистрали символизировала очевидность спасения. Этот поразительный контраст между судьбой одной маленькой группы и судьбой, уготованной Небом европейскому еврейству, — одно из самых необыкно венных явлений Второй мировой войны.

Рав Зелиг Ригер, даян из Бриска, охарактеризовал эту загадку как нечто, “находящееся вне нашего понимания и не доступное нашему интеллекту”.
В те годы в коммунистической России возможное  путешествовать по железной дороге была не правом, а привилегией. Все поездки по стране, включая и железнодорожные, допускались только при наличии особого разрешения. Проверка прямо в поездах удостоверения личности и разрешения на поездку были обычным делом. Без наличия этих двух документов нельзя было даже купить билет на поезд. Советские власти согласились предоставить вагоны для отправки беженцев, заминка вышла лишь со стоимостью билетов. Американский доллар служил в те дни маслом, смазывающим военную машину всего мира. Первым двадцати пяти эмигрантам удалось уехать за рубли, но политика советских властей переменилась очень быстро: сначала они стали требовать оплату в долларах за часть пути, а затем и за всю дорогу.


И в те времена коммунисты старались из каждого отъезжающего выкачать максимум денег. Это не могло не сказаться на росте напряженности в отношениях между беженцами — они постоянно находились под все усиливающимся давлением. Каждой следующей партии приходилось платить больше, чем предыдущей. А время подгоняло: если ты в срок не получишь нужной суммы долларов, то позже вынужден будешь платить еще больше и — неровен час — столкнешься с крушением вообще всяких надежд на спасение. Ночные кошмары мучили почти всех: удастся ли спастись? Неужели придется застрять здесь навсегда? В своих страхах и сомнениях иные дошли до нервных расстройств.


Между тем достаточно вспомнить как обесценился рубль на первом же этапе Второй мировой войны, чтобы представить себе, чего это стоило — достать доллары.