Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Если человек постоянно изучает законы лашон а-ра, т.е. как не злословить, то он начинает замечать, как постепенно дурная привычка к злословию исчезает из его речи»Рав Зелиг Плискин, из книги “Береги свою речь”
Книга рава Эзриэля Таубера.

Счастье вместо развлечения

— Раби, — сказал Давид, — я способен по достоинству оценить радость бытия, но не хотел бы ограничивать себя какими-либо рамками. Если то же самое делает Тора, тогда я несколько лучше понимаю, о чем вы говорите. Но суть в том, что в основном я счастлив. Мне не нужна религия.

— Ты действительно счастлив?

— В основном.

— Почему ты добавляешь «в основном»?

— Иногда я в этом сомневаюсь. Жизнь несовершенна. По существу, я уже подхожу к моменту, когда мир отплачивает мне за то, что я являюсь его производительным членом. Я умею делать то, что всегда стремился делать. Но это не значит, что все идет так, как я того хочу.

— Учитывая то, что ты мне сейчас сказал, позволь мне по-иному сформулировать мой вопрос. Ты действительно счастлив или просто удовлетворен тем объемом наслаждений, который получаешь сейчас от окружающего мира?

— Я не уверен, что улавливаю разницу.

— Между счастьем и удовольствием есть разница. Счастье — это результат стремления к цели. Устремленность обостряет наше желание добиться конечного состояния. С другой стороны, удовольствие — это немедленное чувство наслаждения; можно получить удовольствие от куска пирога, произведения искусства, хорошей шутки, но этому удовольствию скоро приходит конец. Позволь мне показать разницу на таком примере. Представь себе, что ты участвуешь в денежном соглашении, которое принесет тебе практически сразу десять миллионов долларов. Все, что требуется от тебя лично, это появиться в Сиднее в Австралии на следующий день, чтобы завершить сделку.

Ты едешь в аэропорт, но тебе говорят, что все билета на последний рейс проданы, и пассажиры уже подымаются на борт. Ты не можешь нанять частный самолет, поэтому идешь к администратору аэропорта, выкладываешь перед ним 20000 долларов и просишь посадить тебя на самолет даже если при этом тебя поместят в уборной. Администратор вызывает главного стюарда, описывает ему ситуацию и говорит: «Возьми-ка себе десять тысяч, и я возьму десять. Помести его в уборную и держи язык за зубами».

Полет мучительно долог, и каждые 10 минут тебя прогоняют из уборной, но все же ты летишь. В этом же самолете летит человек, который получил в наследство столько денег, что не знает, как их потратить. Его выгнала из дома жена, и поэтому он несчастен. Не зная, куда себя деть, и решает взять билет первого класса на полет вокруг земного шара. Стюарды и стюардессы исполняют малейшие его пожелания, так как за каждый бокал шампанского он дает по сто долларов чаевых. У него много денег для бесцельных трат, и он хочет, чтобы все об этом знали.

А теперь скажи, кто в этом самолете самый счастливый, а кто — самый несчастный? Не вникая в суть проблемы, можно посчитать счастливым пассажира первой класса, которому все готовы услужить, а того, кого постоянно выкуривают из уборной, — самым несчастным.

Но истина в обратном. Самый счастливый пассажир — человек в уборной. А толстосум в первом классе — несчастный бедняга. В чем же действительное различие между ними? Человек в уборной летит в самолете с определенной целью. Пока цель ясна, он счастлив, и неважно, какие тяготы ему надо вынести за этот короткий промежуток времени. Поездка пассажира первого класса совершенно бесцельна, поэтому он несчастен, независимо от того, насколько он всем обеспечен и избалован.

Мы в самолете, Давид. Наше путешествие длится 70-80 лет. Если ты хочешь истинного счастья, выясни свое предназначение.

— Но ведь я живу не просто ради моментов наслаждения, — убеждал Давид раби. — У меня есть профессиональные и личные цели.

— Цели подобного рода никогда не приведут тебя к счастью. Возьми обычного студента-медика. Каков счастливейший момент в его жизни? Окончание обучения. Ради этой минуты он работал и надрывался. Однако момент проходит, и с ним уходит ликование. Он никогда по-настоящему не владел своим счастьем. Оно прикоснулось к нему лишь на мгновение.

— Я понимаю, о чем вы говорите, — сказал Давид. — Однако разве вы не согласны с тем, что личные и профессиональные цели очень важны для благополучия человека?

— Я допускаю, что они помогают нам пройти намеченный путь к цели. Если, однако, они не ведут тебя к одной конечной цели, они могут стать бессмысленными или гнать тебя по кругу. Скажем, ты разбогател. В чем смысл обладания деньгами? Или состоялся профессионально. Ну и что, чего ты этим достиг?

Только цель, которая выходит за границы нашей сущности и находится за пределами мира, в котором мы живем, может дать человеку состояние истинного счастья. Можно обманывать самого себя, считать себя счастливым, достигая мелких, конечных целей, но в лучшем случае ты будешь просто опьянять себя случайными усладами.

Рассуждения, идущие по кругу

— Но, раби, — заявил Давид, — я интересуюсь не только мелкими, конечными целями. Я хочу, чтобы над миром не висела угроза ядерной войны, я хочу, чтобы мы жили в чистом окружающем пространстве, я хочу, чтобы никто не голодал. Эти цели более значимы.

—Все это звучит очень благородно, но, как ты сам видишь, эти цели служат сохранению материального мира.

— А что в этом дурного?

— Это замкнутый круг, — сказал раби. — Подумай над этим. Ты ешь, чтобы жить, или живешь, чтобы есть? Давид задумался на миг.

— Ем, чтобы жить.

— Правильно. Нет никакого смысла в том, чтобы жить ради потребления пищи. Зачем, однако, работает большая часть людей? Чтобы заработать денег. Зачем им нужны деньги? Чтобы можно было купить пищу. Зачем им ест Чтобы работать. Рассуждая таким образом, поймешь, что люди живут, чтобы есть.

— Но люди зарабатывают деньги не только для того чтобы покупать еду, — отвечал Давид. — Я, во всяком случае, так не делаю.

— А на что ты тратишь деньги?

— Чтобы сделать этот мир чуточку лучше.

— Давай вспомним самый первый вопрос: зачем живешь? Что значит жизнь? Что такое жизнь и каково предназначение?

— Быть может, в том, чтобы получать радость от жизни?

— Другими словами, — сказал раби, — ее «потребление пищи» символизирует получение радости окружающего мира, значит, по сути, ты говоришь, что живешь ради еды.

Раби подождал ответа несколько мгновений. Видя, что ответа нет, он сказал:

— Люди, которые своей первой заповедью делают и получение радости от жизни, не могут быть счастливы, и удовольствие может в лучшем случае быть средством. Оно способно какое-то время пощекотать наши чувства, затем исчезает, оставляя после себя неутоленное желание больших наслаждений. Когда наслаждение жизнью становится целью, оно перестает приносить счастье, ибо тот момент, когда ты его получаешь, ты чувствуешь неудовлетворенность.

С другой стороны, добиваясь цели и не ублажая себя при этом развлечениями, ты неизбежно становишься счастливым. Когда стремление к цели захватывает тебя целиком, даже если ты позволишь себе развлечься, это не скажется на тебе пагубно.

— Это как раз понятно, — признал Давид. — Но все же я не понимаю, как вы можете утверждать, что предотвращение войны, загрязнения окружающей среды или голода не является истинной целью существования?

— Более широкие, нежели другие, — ответил раби, — эти цели, однако, не выводят тебя из порочного круга. При тщательном анализе выясняется, что цели подобного рода только улучшают этот мир. Представим себе, что все они достигнуты: нет войны, загрязнения или голода. А что же затем?

— Тогда все будут счастливы.

— Ты действительно так думаешь? Разве такое положение вещей будет отличаться от положения уже упомянутого пассажира первого класса? Тогда больше не будет целей. В действительности, если такое случится, мир станет несчастным, как никогда.

— Мне верится в это с трудом.

— Посмотри вокруг. Посмотри, что стало с этим обществом. Принесло ли изобилие счастье? Разве разговоры о депрессии, самоубийствах, непослушных детях, жадности, неблагодарности и других таких же (если не более) неприятных проблемах не ведутся больше, чем когда-либо?

Подумай о терминологии наших дней, например, об идее «убивания времени». Люди понимают, что надо придумать способ, чтобы на что-то потратить время. Они надрываются пять дней в неделю, пятьдесят недель в году, чтобы иметь время на просмотр телевизионных передач, чтение романов и расточительный отпуск. В действительности быть на каникулах означает отдыхать, т.е. бездельничать. Современные люди тоскуют по времени, когда можно ничего не делать.

По-моему, индустрия развлечений — единственное, что внесла современная цивилизация в мировую историю. Так сказать, пирамиды нового времени. Кино, телевидение спорт, праздники, видео, радио, реклама, «документальные драмы», музыка и так далее — ты задумывался, что стоит за этим?

Ведь быстро развивающаяся индустрия развлечений показатель того, что общество убаюкивает своих членов наполняя их жизнь удовольствиями. Эти симптомы указывают, что пациент болен, и название болезни — отсутствие истинных целей. Члены этого общества не знают что такое жизнь, и поэтому им приходится придумывать способ отключиться от реальности, занять чем-то время освободиться от раздумий, выкинуть все из головы. И они действительно добьются наступления всеобщего мира и окажутся лицом к лицу с пустотой в течение 52 недель в году, они, скорее всего, сойдут с ума.

Однако жизнь — это не пустота. Более 3300 лет ряд еврейский народ пытается сказать миру: мы боремся за то, чтобы отстоять знание о настоящем предназначении жизни. Отстоять ее перед цивилизациями, которые поклоняются идолам, которые привели к появлению цивилизации, погромов, резни, а теперь поддерживают и поошряют атеизм, псевдорелигиозность, оккультизм и бога влечений.

— Вы говорите так, будто вне вашего круга вовсе нет идеалистических подходов. Но в мире полным-полно идеализма.

— Мне хотелось бы верить, Давид, что мир не лишился идеалистов. Но давай посмотрим, каковы иные идеалы этого мира? На что направлена идеалистическая энергия его членов?

В начале этого века мир был полон веры в будущее а люди были уверены, что стоят на пороге новой эры, нового открытого мира. Еврейский народ, в частности, поменял свои проверенные временем ценности на новые идеалистические направления: на коммунизм и высокий немецкий гуманизм. Теперь, в конце столетия, огляднувшись назад, можно спросить: куда завел их идеализм? Или — смогла ли приверженность идеалам внешнего мира сохранить евреев от уничтожения?

Честно взглянем на мир. Я думаю, объективный человек согласится, что это столетие было самым кровавым и антигуманным за всю мировую историю, и не только в отношении еврейского народа. При пристальном рассмотрении мы видим, что чем активнее человечество «двигалось вперед», тем дальше оно уходило от идеального мира.

— Как это могло случиться?

— Потому что перед человечеством не было истинного идеала. Экология, технология, культурализм, коммунизм, капитализм и т.д. в лучшем случае являются средствами достижения цели. Их внимание фокусируется на той или иной форме материального комфорта10 . А когда ты хочешь проверить, к какой цели ведут эти материальные средства, и идешь за ними, ты забываешь об истинном конце и отдаляешься от него.

Ты был прав, когда говорил, что в мире достаточно людей-идеалистов. Но они не знают, как обуздать или куда направить свои идеалистические устремления, ибо истинная конечная цель остается для них тайной. До тех пор, пока мир не поставит перед собой истинную цель, его идеалистически настроенные члены будут бессильны или даже станут помехой в достижении конечной цели.

Мы все должны задать себе следующий вопрос: каково предназначение этого мира? Если у материального мира нет задачи выше, нежели сохранить себя, тогда мы живем только ради того, чтобы есть. Предел удовольствий, на которые мы можем рассчитывать, это кругосветное путешествие в пустом салоне первого класса в течение 365-дневного оплаченного отпуска. С другой стороны, если наше материальное существование — лишь средство осуществления высшей цели, а уничтожение угрозы войны, голода и загрязнения окружающей среды лишь способствует материальному существованию, тогда мир, сотрудничество и изобилие приобретают цену, ибо становятся частью средства для достижения этой высшей цели.

Истинное предназначение

Давид перестал задавать вопросы и помолчал несколько мгновений.

— Но что может быть выше мира по всей земле, ее трудничества и изобилия?

— Говоря просто, самый высокий идеал, к котором может стремиться человек, — это служение Б-гу.

— Служение Б-гу?

— Да.

— Б-гу нужно, чтобы Ему служили?

— Нет. Это нам нужно служить Б-гу. У каждого человеческого существа есть потребность — служение Б-гу.

— У каждого человека? Даже у тех, кто не верит Б-га?

— Да. Если они не отождествляют эту потребность Б-гом, они отождествляют ее с чем-либо менее возвыше ным. Тем не менее мы все так или иначе должны отдавать всю свою энергию без остатка и верность чему-то, что выше, чем мы сами. Даже те, кто и не думает об это поступают именно так. Посмотри, например, на феномен спорта. У каждой команды — миллионные толпы поклонников. Большая часть из них за огромные деньги покупает билеты, атрибутику и тому подобное; чтобы выяснить, к идут дела у команды, болельщики тратят массу времени на просмотр телевизионных передач, чтение газет, знакомство с радиопередачами и беседы с друзьями; они знакомят своих детей с самого раннего возраста с любимыми спортсменами, они страшно расстраиваются, когда те выигрывают, и просто расцветают, когда их команда no6eдила; они живут и умирают с командой, чью судьбу нередко решает непредвиденный отскок мяча; они кричат: «Мы первые!», как будто наняты клубом, чтобы сделать ему рекламу.

Идеалисты и материалисты, интеллектуалы и просто те, кто проповедует культуру, и те, кто выступает npoтив нее; общества, потакающие причудам в одежде, музыке, безалкогольных напитках; люди, участвующие в деятельности политических партий, корпораций, карьеристы и так далее, и так далее — каждый испытывает огромную потребность служить или отождествлять себя с чем-то большим, чем он сам.

Вопрос не в том, действительно ли мы отождествляем себя с чем-либо или нет. Вопрос звучит так: с чем мы себя отождествляем?

Идентификация в предельном выражении — это идентификация с Б-гом. Поэтому служение Ему — конечная реализация своего предназначения.

— Я не могу не согласиться с вами, что существует очень важная человеческая потребность служить или идентифицировать себя с чем-то более величественным, чем мы сами, — сказал Давид. — Однако, кроме Б-га, в мире, Им созданном, есть много более значительного, чем мы сами, и более серьезного, чем бейсбольная команда или пустая причуда.

— Отождествления и философии, которые являются делом рук человеческих, независимо от того, каковы они, всегда ограничены, ибо, по определению, представляют собой продукт деятельности человека, а человек сам по себе ограничен. В такой ситуации лучшее, что может сделать человек, это дать определение своему идеализму и пожертвовать собой ради него. В действительности же идеализм, границы которого мы определяем сами для себя, не является идеализмом в прямом смысле. В конечном счете такой идеализм служит только самому человеческому «я», которое человек и его единомышленники проецируют на созданный ими же идеал.

Например, мы часто слышим о людях, которые, бесспорно, служат человечеству. Но когда мы знакомимся с частной жизнью многих из этих мнимых идеалистов, мы нередко узнаем, что они не соблюдают супружескую верность, или отвергнуты, или оболганы ближайшими друзьями и семьей. Люди подобного рода используют служение человечеству в качестве дымовой завесы, скрывающей служение самим себе. Они могут даже сами себя одурачить этой ширмой, но им не спрятаться за ней навсегда. Рано или поздно на поверхность всплывет правда о том, что все это время они служили всего лишь самим себе.

— Что же плохого в том, чтобы служить самому себе?

— Прежде всего, каждый из нас в глубине души понимает, что жизнь не имеет смысла, если в ней нет ничего кроме четырех углов нашей сущности. Да, случаются моменты, приносящие радость и наслаждение. Однако в конце концов человек не ощутит смысла своей жизни если он служит только самому себе.

— Я не согласен. Человек должен заботиться о себе.

— Я же не утверждаю, что интерес к себе плох, — ответил раби. — Великий мудрец Торы Гилель говорил» «Если не я [позабочусь о себе], то кто же [это сделает] Мы должны стоять на страже собственных интересов. Тем не менее, Гилель продолжал: “Однако, если я [живу] для себя, то зачем я [живу]?” Другими словами, человек, живущий только ради себя, не достоин называться человеке в полном смысле этого слова. Верно то, что вначале мы должны утвердить себя, ибо, если этого не будет, мы не сможем достойно служить Б-гу. Жизнь теряет смысл, если человек не сумеет преодолеть свои эгоистические устремления и посмотреть на вещи шире.

— В сущности, вы говорите, — сказал Давид, — что если человек не верит в Б-га, то ему ничего не остаетсся как только служить самому себе.

— Именно так.

— Я с этим не согласен.

— Если не Б-гу, то скажи, кому они служат?

— Ну… Я не знаю… Например, у меня есть друг, психиатр, и он не верит в Б-га, однако, по его словам, получает глубокое удовлетворение, помогая людям.

— Я с ним не знаком, но когда ты его увидишь, спроси, был бы он так же самоотвержен, если бы его положение не обеспечивало ему высокого дохода и положение обществе. Если нет Б-га, остается лишь эгоизм. Без сокровенной цели служения Б-гу даже помощь окружающим как бы благородно это ни звучало, не что иное, как замаскированное служение самому себе.

Ученики в мастерской художника

Давид на минуту задумался. По его лицу раби видел, что он не удовлетворен. Наконец Давид сказал:

— Наверно, мне не так легко свыкнуться с мыслью о служении Б-гу. Вы можете подумать, что я занят лишь собой и эгоистичен, но все же я спрошу: что же в действительности я получу, если буду служить Б-гу? Что эта вера даст мне? Надеюсь, вы не рассердитесь на меня за эти слова, — ведь я говорю то, что чувствую.

— Я ценю твою откровенность. Многие люди не осмеливаются задать этот вопрос, хотя думают так же.

— А есть на него ответ?

— Да. Служение Б-гу есть способ получить знание о Нем. Что в этом такого значительного? — спросил раби торжественно. — Ты спрашиваешь, что это нам дает? Само по себе знание — награда, основная награда. Б-г — это источник жизни, знания… всего; получение предельного знания о Б-ге через служение Ему — наш конечный опыт. Б-г является предельной тайной и, следовательно, предельным откровением.

— Если это так, то когда мы познаем Его, нам больше не для чего будет жить?

— Нет. Б-г беспределен. Нет конца процессу познания Его. Посмотри на физический мир, который Он создал: ты можешь изучать окружающие нас бескрайние просторы космоса или проникнуть в глубь атома. Но каким бы бескрайним ни казался нам этот мир, он всего лишь творение с определенными границами. Поэтому истинная бесконечность Создателя мира не поддается описанию.

— Если Он настолько бесконечен, как мы вообще можем что-либо узнать о нем?

— Сущность Б-га не поддается сознанию, однако творение, в которое он нас поместил и частью которого нас сделал, позволяет получить большее знание о Нем.

— Если это так, — заметил Давид, — то вы должны были стать ученым, изучающим природу, а не раби, изучающим священные книги.

— Нет. Если природа — это полотно Художника, то Тора — это мудрость Художника и Его приемы. Изучение Торы подобно жизни в качестве подмастерья или ученика Художника. Подобно тому, как подмастерье служит мастеру, чтобы постичь его методы и мудрость, так и мы учимся подражать Б-гу путем служения Ему, исполняя заповеди Его Торы. Тора приоткрывает нам отношения и поступки, которые отражают сущность Б-га и которые Он хочет предъявить нам для следования.

— А какие поступки и отношения свойственны Б-гу?

— По Своей сути Он выше поступков и отношений. Тем не менее Он скрывает Свой истинный облик за понятными человеку проявлениями, к которым человека следует стремиться. Он, например, милосерден и ожидает от нас милосердия; Он возвеличивает мудрость и поэтому поощряет и нас добиваться мудрости. Когда мы воспринимаем Б-жественные качества, мы стремимся приблизиться к Б-гу, чего нам не может дать простое изучение творений Б-га.

Никто не поймет художника лучше, чем другой художник; только живя в соответствии с Торой, можно подоити к глубокому знанию Создателя. Изучая Тору и следуя его заповедям, мы — каждый своим путем — превращаем себя в сознательных художников, подобных Ему12.

Именно это является как величайшим индивидуальным так и всеобщим идеалом любого человека.

Мистическое в повседневности

— Раби, — сказал Давид, — я должен признать, что согласен с большей частью того, что вы говорите. вполне вероятно, что Б-г существует и познание Его — всеобъемлющий опыт. Примеры, на которых вы мне все объяснили сделали для меня очевидным, что служение Б-гу есть путь познания Его.

Более того, до моего прихода сюда я уже проявлял интерес к этим идеям; в противном случае я бы не пришел на лекцию и не решился бы поговорить с вами. Но, честно говоря, ни раньше, ни сейчас мне не была близка мысль узнать побольше об иудаизме и хоть изредка посещать синагогу. Ведь это же правда, что большая часть евреев не ходит в синагогу и не исполняет ритуалы. Большинство людей работает, чтобы обеспечить свое существование и решить проблемы нерелигиозного толка. Поэтому, как бы привлекательно ни звучало то, о чем вы говорите, религия меня не касается. И вообще, какую связь имеют эти высокие идеи с повседневной мирской жизнью человека?

— На самом деле, — отвечал раби, — такого резкого разграничения нет. Еврей не должен разделять жизнь на отдельные области — религиозные обязательства и мирская, нерелигиозная деятельность. Мы делаем одно — служим Б-гу. Служение Б-гу проявляется по-разному. Иногда мы молимся, иногда работаем, иногда сидим и занимаемся. Так как по сути это все едино, возможно переключение с одного дела на другое.

— Что вы имеете в виду?

— Например, возьмем бизнесмена. Во время молитвы он занимается делом, а работая, он молится.

Давид попытался разгадать, о чем говорит раби, но не смог.

— Я ничего не понял, — признался он. Раби пояснил:

— Б-г создал мир, в котором потребление пищи — лишь средство обеспечения жизни. Как мы уже говорили, человек ест, чтобы жить, а не наоборот. Б-г посылает нам пищу, чтобы мы сосредоточились на основных жизненных задачах13 . Хотя от каждого из нас (в разной степени) Он ожидает, что мы естественным путем заработаем свой доход14, в итоге Он контролирует наш уровень жизни. Если же потребление пищи зависит от Него, когда же мы в действительности добываем средства к существованию?

Ответ такой: во время молитвы. Деловой человек, соблюдающий заповеди Торы, в утренней молитве говорит следующее: “Ашем, Ты даровал мне жизнь; я уверен, что именно Ты обеспечиваешь мое ежедневное существование. Тем не менее мне надо выйти из дома, чтобы принести домой посылаемые Тобой средства. Ты хочешь, чтобы я работал, чтобы жить. Ты также хочешь, чтобы я обращался к Тебе с молитвами, чтобы обрести Твою помощь. Я знаю, что одни только собственные усилия никуда меня не приведут. Поэтому я прошу Тебя сейчас дать мне максимальные средства к существованию и самым легким путем”.

Когда же этот еврей делает свои дела наилучшим образом? Не за столом переговоров, а еще до прихода в контору — во время молитвы Б-гу. Именно тогда он действительно зарабатывает деньги. Вот что значит “заниматься делами во время молитвы”.

Затем наш бизнесмен приходит в офис, и на его столе звонит телефон. Это предполагаемый клиент. Он тут же обращается к Б-гу с молитвой: “Б-же, пусть он примет мои условия!” Подобным же образом любое дело в течение дня сопровождается молитвами: “Б-же, не дай меня одурачить… Пожалуйста, сделай так, чтобы банк дал mhе ссуду… Пожалуйста, пусть они не запрашивают слишком высокую цену” — он просит Б-га обо всем, в чем испытывает настоящую потребность. В результате, когда он не щадит усилий на молитвы? В конторе.

— Но не означает ли это, что мы злоупотребляем именем Б-га?

— Это зависит от того, что лежит в основе жизни. Еесли человек рассматривает зарабатывание денег как способ усилить свои молитвы (а не наоборот, когда деньги становятся целью и человек случайно обращается к Б-гу, чтобы Б-г помог ему заработать еще больше), тогда этот человек служит Б-гу даже деловыми усилиями (в противоположность служению самому себе). В конечном счете, Б-г — везде Б-г: и в синагоге, и в офисе. Если ты используешь синагогу, и работу, чтобы обратиться к Нему и углуби! свои отношения с Ним, тогда ты живешь жизнью пpaвeдного еврея.

— Это слишком глубоко, — сказал Давид. — Получается, что просто земного не существует?

— Именно так. Наша повседневная жизнь исполнена непостижимого мистицизма. Она включает в себя так называемые религиозные и мирские начала, включает скрытое знание Б-га, а 613 заповедей Торы — ключ к разгадке еще одной грани этого знания. Тора — это путеводная нить, которая превращает нашу жизнь в длинную непрерывную цепь познания Б-га и служения Ему.

— Похоже, я начинаю вас понимать, — сказал Давид. — Смешно, но я всегда рассматривал иудаизм как коллекцию заповедей, одни из которых имеют отношение к делу, а другие нет. Однако вы говорите, что в действительности они касаются практически всего.

— Именно это я и пытаюсь тебе объяснить. Давид помолчал, а затем спросил:

— Неужели эти 613 заповедей включают в себя абсолютно все?

— Дело в том, что даже если человек исполняет все 613 заповедей, у него остается в запасе огромный диапазон действий, не являющихся нарушением заповедей, но и никак не связанный с их исполнением, назовем это нейтральной активностью. Однако есть еще целый раздел Торы, названный обязанностями сердца, включающий в себя внутренний мир человека — мысли, желания и глубинные побуждения. Если помнить об этих обязанностях, то любой нейтральный поступок можно направить на исполнение заповедей.

613 заповедей составляют лишь необходимый минимум требований. Я бы осмелился сказать, что они охватывают не более 20—30% жизни. Конечно, они оставляют огромное пространство для нейтральной деятельности. Однако человек, готовый использовать любую благоприятную возможность, чтобы совершенствовать свою внутреннюю сущность, — а все мы должны стремиться к умению использовать свой шанс — пытается все превратить в мицвы (заповеди). Для него нет ничего нейтрального. Между прочим, в этом состоит идея хасидизма.

— Хасидизма? — спросил Давид.

— Да. Хасидизм на самом деле означает делать больше, чем требуется по букве закона.

— Я думал, что это секта религиозных евреев.

— Хасидское движение зародилось 250 лет назад и пыталось только акцентировать внимание на подобного рода идеях. Однако понятие хасид всегда существовало в жизни Торы. Закон при этом не меняется, например, путем добавления еще одной, 614-й, заповеди. Имеется в виду необходимость извлечь из 613 больше; это означает превращение нейтральных жизненных событий в служение Б-гу.

“Познавай Его всеми возможными путями” 15. Каждый момент нашего существования надо использовать для достижения конечной цели — познания Б-га. Это способ служить Ему. Цель в том, чтобы все, из чего состоит наша жизнь, превратить в одну длинную цепь служения Б-гу.

Ключ к счастью

Давид встал и прошелся по комнате. Взглянул в окно, затем повернулся к раби и сказал:

— Раби, я начинаю кое-что понимать, и это пугает меня. Я не могу сказать, что уже убежден, но впервые в жизни я понял, как образованный человек может отнестись к этому серьезно.

— Однако, — продолжил он, вновь садясь, — я не хочу уходить слишком в сторону. Я хочу знать: в вашей общине люди действительно счастливы?

— Самые счастливые и состоявшиеся люди входят в нашу общину. Людей без изъянов нет, и никто не может достичь идеала. Однако чем глубже постигаешь Тору, тем истиннее будет счастье.

— Как вы можете говорить об этом так уверенно?

— Еврей, который знает, что значит быть евреем, не может быть несчастливым, ибо понимает: никакие обстоятельства жизни не помешают ему исполнить его предназначение — служение Б-гу. Как в “мирской”, так и в “духовной” среде любой еврей может преуспевать и осознавать свои совершенства. Знание этого, т.е. понимание, что ты идешь к цели, к самой высокой цели — служению Б-гу, и является ключом к счастью. По сути, значение этого знания настолько велико для личного счастья, что даже неудача может обернуться исполнением заветного желания.

— Как?

— Мы не в состоянии сами каким-либо способом контролировать свою жизнь. Мне приходится читать лекции бездетным семейным парам, именно они должны понимать это Б-г требует, чтобы у нас были дети, говорю я им. Но почему же Он сделал это заповедью, разве не благоразумнее было бы предоставить человеку заводить или не заводить детей по собственной воле? Однако каждая заповедь есть Б-жественное поручение. В таком качестве любой подготовительный шаг, ведущий к ее исполнению, становится исполнением воли Б-га. Другими словами, конечный результат — не единственный критерий успеха. Поэтому Б-жественная заповедь превращает любое средство, необходимое для достижения конечного результата, в цель.

Например, если все идет хорошо, беременная женщина должна пройти через длящееся 9 месяцев утреннее недомогание, дискомфорт и изменения настроения, что в конечном итоге завершается мучительными родовыми схватками. Но, несмотря на все страдания, в конце концов, глядя на новорожденного, она говорит, что ради него стоило все это перетерпеть.

А теперь допустим, что женщина была беременна несколько месяцев, а затем, Б-же упаси, у нее случился выкидыш. Как разрушительны будут ее мысли о напрасных страданиях и бесплодных усилиях!

Однако когда она скажет себе: “Б-г требует, чтобы у меня были дети. Я должна попытаться еще раз исполнить эту заповедь. У меня нет никаких гарантий, что все закончится благополучно, но я знаю, что мне будет сопутствовать успех и заповедь будет исполнена, если я сделаю для этого все необходимое”. Когда женщина сможет так сказать или так чувствовать, она никогда не испытает опустошенности. В известном смысле каждую секунду беременности женщина дает жизнь ребенку. Чувство, что ты исполняешь свое предназначение, зависит не только от конечного исхода, который в руках Всевышнего.

— Мы подобны оператору, вводящему данные в ЭВМ,

— продолжал раби. — Пока оператор нажимает на клавиши, он не видит окончательного результата. Все, что он знает, — только инструкции, требующие от него ввести такую-то информацию в таком-то виде и нажать такую-то кнопку. В свою очередь, компьютер обработает информацию и в конце концов выдаст результат в виде распечатки.

Тора — это предназначенные для нас инструкции Б-га, описывающие в деталях, как Ему служить. Пока я следую инструкциям и указаниям на экране, я чувствую уверенность в том, что вношу позитивный вклад в результат; я знаю, что служу Б-гу. Так одновременно со служением Б-гу я испытываю удовлетворение.

Приведу тебе еще один пример, реальный пример из моей жизни. Две недели назад я ехал на семинар в Атланту, штат Джорджия. По расписанию самолет отправлялся в 12.30, но полет задерживался на три часа. Аэропорт был битком набит людьми.

Я присел и подумал так: “Б-же, Ты дал мне поручение передавать людям величайшие заповеди Торы. Мне надо попасть в Атланту на семинар, эти три часа отсрочки проходят впустую, и поручение не исполнено. Однако моя истинная задача — исполнять Твою волю, служить Тебе всегда и везде. Я должен понять, что Ты просто дал мне иное поручение, а именно: провести несколько часов в жарком переполненном аэропорту. Так как Ты присутствуешь в моей жизни постоянно, то каждое ее мгновение

— это потенциальное предназначение. Поэтому я буду сидеть здесь, служить тебе и превращу это время в продуктивное”.

— Но чего же вы добились, сидя там? — спросил Давид.

— Я упомяну лишь о нескольких вещах. Во-первых, у меня появилась еще одна возможность напомнить себе, что задача моей жизни — служение Б-гу. И даже когда дела идут не так, как мне бы того хотелось, я счастлив, что могу служить Б-гу всегда. По сути, я даже более счастлив, когда обстоятельства складываются вопреки моим желаниям, ибо это испытание моей готовности служить Б-гу. Во-вторых, кто знает, на скольких людей благотворно повлиял вид религиозного еврея, который безмятежно сидел в аэропорту среди суеты и сутолоки, углубившись в Тору, и произносил полуденную молитву в то время, как остальные сновали вокруг, разгоряченные и раздраженные?

В конце концов я прибыл в Атланту вовремя и пересказал слушателям все случившееся. После лекции ко мне подошел один мальчик и сказал, что именно этот рассказ способствовал его окончательному решению изучать Тору. Если бы моей целью было не служение Б-гу, а служение самому себе путем достижения почестей за прочтение лекций большой аудитории в Атланте, то тогда я был бы раздосадован задержкой и, возможно, потерял бы все эти достижения.

Правда в том, Давид, что я не должен знать, выиграю ли я. По сути, я не получаю абсолютно ничего; но когда я следую идеалам Торы изо всех моих сил, я знаю, что служу Б-гу. А это знание является своего рода средством для достижения счастья. Не все в наших силах. Единственное, что необходимо для счастья, — это знать то, что требует от нас Тора, и делать это самым лучшим образом.

Запомни, Давид, спасительное древо жизни посреди бушующего потока — мировоззрение Торы — привилегия каждого еврея. Единственная цена, которую ты должен заплатить,— это время, потраченное на изучение Торы, и потраченное не формально. Тора — не только философия, это образ жизни. Иди и учись; убедись, насколько это истинно, а затем делай выбор!

Продолжение следует

с разрешения издательства Швут Ами


Глава повествует о перипетиях в жизни праотца Яакова: о знаменитой «лестнице в небо» — пророческом сне Яакова, о его встрече с Рахель, пребывании Яакова в доме Лавана, женитьбе и рождении детей, будущих прародителей колен Израилевых. Читать дальше

Недельная глава Ваеце

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Очерки по недельной главе Торы»

По материалам газеты «Исток»

Избранные комментарии на недельную главу Ваеце

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Б-г находится вместе с нами. Яаков почувствовал это, увидив сон о лестнице, ведущей в небо. Этот мир полон соблазнов, но следует помнить, что присутствие Творца помогает справиться с ними.

Все, что произошло между Яаковом и Эсавом, произошло затем между потомками Эсава и потомками Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

События, произошедшие с Яаковом и Эсавом, служат предысторией всего того, что переживали их потомки. Многовековое противодействие присутствует и в наши дни.

Четыре жены Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

От четырех жен Яакова произошли двенадцать колен. Это не случайное стечение обстоятельств, а воля Б-га.