Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Книга рава Эзриэля Таубера.

Я воистину испытываю чувство трепетной благодарности Всемогущему Б-гу за то, что Он помог мне опубликовать эту книгу. Кроме того, я выражаю признательность всем, кто посещал мои лекции, которые легли в основу этого труда. Во имя их заслуг Ашем даровал мне понимание сути вещей и оригинальные мысли, которые я излагал на лекциях. Именно эти мысли включены в книгу. Я действительно испытываю чувство искренней благодарности.

***

Человек придумал два замечательных инструмента, которые открыли ему доступ к мирам, обычно недоступным и спрятанным от его глаз: телескоп и микроскоп. Телескоп помогает человеку проникнуть в макромир Вселенной, в то время как микроскоп способствует исследованию Вселенной изнутри. Точно так же постичь скрытую сущность самого себя можно с помощью двух методов: осознав, как ты ничтожен и как ты велик. Самонадеянность, гордость, высокомерие — распространенные пороки, предаваясь которым человек становится снисходительным к себе, что приводит его к отречению от других людей. Чтобы исправить пороки подобного рода, требуется, образно говоря, телескоп, способный проникать в область духовного. Обрати свой взор к небесам, посмотри, что создал Б-г, — разве после этого ты сможешь оставаться таким же самодовольным? В конце концов, что такое человек в сравнении со Всевышним? Даже не то же самое, что муравей по сравнению с человеком.

С другой стороны, излишнее самоуничижение также подводит нас. Когда мы считаем, что все, совершаемое нами, не имеет никакого значения, тогда пришло время вытаскивать духовный микроскоп и изучать, чего стоят наши самые малые деяния, каждая минута нашей жизни.

По-моему, самая частая причина депрессий и печали в наши дни заключается в неспособности та правильной самооценке. Таким образом, эту книгу можно рассматривать как своего рода духовный микроскоп, который увеличивает значимость каждого из нас. Нам следовало бы верить в собственную значимость, — что вовсе не значит быть самонадеянным, — не в фальшивую значимость, а в подлинную собственную ценность. Это чувство, в основе которого лежит признание Б-га. Знание того, что мы действительно собой представляем, есть ключ к благополучию, счастью и добру.

Счастье — ускользающая цель, особенно в наши дни. Тем более странно читать, что Тора обязывает нас служить Б-гу радостно. Если нам не удается достичь этого, то все работает против нас. Как сказано в Торе: «И придут на тебя все эти проклятия… И будут они на тебе знамением и доказательством, и на твоем потомстве вовек, за то, что ты не служил Ашему, своему Б-гу, с радостью и с сердечным расположением при изобилии всего» (Дварим 28:45—47).

А что, если ты живешь в трудных, не поддающихся контролю обстоятельствах? Как тогда быть веселым?

Однако Б-г обязывает нас радоваться. Он дал нам способность чувствовать себя счастливыми независимо от обстоятельств. Вопрос стоит так: какова волшебная формула достижения счастья?

Во-первых, надо понять, что магическое не имеет к этому никакого отношения.

Счастье — это функция знания. Рамбам (Маймонид) учит, что «любовь к Б-гу (и гарантированное удовлетворение жизнью) придет лишь через знание Его, любовь находится в прямой зависимости от знания… Поэтому необходимо углублять знание о Б-ге как можно больше (Законы раскаяния 10:6)».

Служение Б-гу без понимания превращает это служение в тяжкую работу. И наоборот, знание лежащего в основе всего Б-жественного замысла превращает мучительные земные коллизии в ситуации, наполненные смыслом, и это приносит удовлетворение. Это книга о том, как превратить повседневное в необычное, бессмысленное — в нечто значительное. Для этого необходимо ответить на главные вопросы жизни. Что такое жизнь? В чем заключается замысел Творения? Что такое счастье? Кто такой человек? Кто такой еврей?

Современный мир беден, так как слишком многие живущие в нем люди не знают ответов на эти вопросы. А большинство людей вообще не ставят их. Нет ничего более нелепого, чем ответы без вопросов.

Если данная книга сможет разбудить любопытство в людях, чтобы они задали перечисленные вопросы, это будет большим успехом, даже если мы, кроме этого, ничего не добьемся. Эти вопросы заставят человека разрешить фундаментальные проблемы жизни, положат начало любви, счастью и добру.

Я видел многих людей, судьба которых была поломана оттого, что человек вдруг обнаруживал прежде скрытые и не известные проблемы понимания жизни. Нам не удается распознать многое из того, что необходимо, чтобы распорядиться нашей жизнью наилучшим образом. «Не смущай меня истиной» — слишком частая реакция. Многие из нас обладают необходимой информацией и сознают это, но поиск истины нас пугает, а, коснувшись ее, мы боимся наполнить ею нашу жизнь.

Тем не менее истины — наши главные союзники. И они никуда от нас не денутся. Они всегда рядом, чтобы их использовали в любой подходящий момент. Все, что надо сделать, — это принять решение.

Я надеюсь, что книга представит вам эти истины в интересной, новой и простой форме, чтобы мы не боялись прибегать к ним и чтобы они помогали нам узнавать, как «служить Б-гу с радостью и с сердечным расположением».

***

ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ?

Почему? Почему? Почему?

Почему, Г-споди, — если Ты действительно существуешь — Ты создал меня? В чем назначение жизни? Ради всего святого, скажи: чего Ты хочешь от меня?

Давид резко перевернул еще несколько страниц своего старого дневника. Его взгляд упал на копию газетной вырезки, которую он видел на университетской доске объявлений: «Эта жизнь — испытание. Это всего лишь испытание. Если бы это была настоящая жизнь, тебе было бы сообщено, куда идти, что делать и т.д.»

На него опять нахлынули воспоминания о смятении и одиночестве, которые он переживал в тот период своей жизни. Старый дневник, как волшебное зеркало, возвращал его в прошлое. Когда все началось? — думал он. — Как мог он, образованный, современный человек, допустить мысль, что его древняя религия — всего лишь реликвия?

Да, вера в Б-га — это одно; возможно, существует Всевышний, создавший мир. Признать это оказалось не так уж и трудно. Однако настолько увлечься возможной сопричастностью, чтобы начать изучение Торы, — как это случилось? Конечно, сейчас он понимал (хотя бы частично) всю глубину и красоту Торы. Но, если бы не «Разговор», как он назвал величайший поворотный момент в своей жизни, что могло бы убедить его даже в возможности появления подобной мысли?

Рядом с ним была Синди, его нееврейская подруга. Он был счастлив и внутренне убежден, что достаточно много знает о мире и иудаизме, чтобы спокойно отнестись к смешанному браку. Когда друг-еврей спросил его об этом он ответил: «Почему бы и нет? Я люблю ее, что можетбыть важнее этого? Эта мысль причиняет мне некоторое беспокойство, но что я теряю? От чего я отказываюсь?»

Естественно, что друг ничего не сказал в ответ, и это еще больше убедило Давида, что евреи, трепетно испол няющие религиозные обязательства, живут вчерашним днем. Если бы Синди была еврейкой — хорошо, а нет — тоже прекрасно.

Именно так он думал в то время, он и сегодня oтчетливо помнит свой ответ другу. Что же тогда потянуло его пойти на лекцию раби, которая к тому же был еще и религиозного толка? В итоге он понял только одно источником беспокойства был тот самый будоражащий eго вопрос — Почему?

Почему? Почему? Почему? — звенело в голове и не давало ему покоя. Было бы проще относиться ко всему легко, подобно другим знакомым ему людям, и не допускать самого возникновения вопроса. Однако Давид по нимал, что никогда не сможет стать истинно счастливы если не прислушается к этому тихому внутреннему голос призывающему заглянуть в глубину своей души.

Итак, он пошел на лекцию. Почему бы не пойти лекцию гуру или еще какого-нибудь претендента на знаниение тайн Вселенной? Может, дело было в суете, поднят вокруг него близкими; может, на него повлияло соображение, что, если существует Создатель, почему Он дал ему родителей-евреев? Сам себе он говорил, что, каковы бы ни были причины, они не столь уж важны. Посещение лекции раби явилось небольшой уступкой, условным жестом для успокоения совести. Если бы он еще раз убедился, что иудаизм не на все вопросы дает ответы, он мог бы попытаться выяснить истину где-нибудь еще или смириться (как уже делал) и жить с убеждением, что есть целый ряд вопросов, на которые ответов нет .

Так или иначе, но он посетил лекцию и должен был признать, что в ней было кое-что интересное. Лектор — внушительной внешности раби — высказал ряд любопытных мыслей. Давид почувствовал безотчетную потребность подойти к нему после занятия.

Несколько человек уже успели окружить раби, чтобы задать вопросы. У Давида не было никаких четко сформулированных вопросов, и он смутился. Наконец от раби отошел последний человек, и Давид остался с ним один на один, чувствуя неловкость и понимая, что надо подойти и сказать что-нибудь.

В ситуациях, когда он не был полностью уверен в себе, Давид обычно действовал открыто, и сейчас он решил действовать так же. Он коротко рассказал раби о своем происхождении, образовании, профессиональных устремлениях и, наконец, о большой вероятности женитьбы на женщине другой национальности. О последнем он сообщил со смешанным чувством тревоги и вызова — как будто вызывал раби на спор, который помог бы ему переубедить самого себя.

Ответ раби не произвел на него особого впечатления — по крайней мере, так ему показалось в первый момент. Раби попросил Давида представить себе, что на улице к нему подошел человек и вручил запечатанный конверт. Человек сказал ему, что в конверте лежит билет вчерашней лотереи, выигравший один миллион долларов, что он дает билет даром, и это не ловушка. После этого раби спросил Давида, выбросит ли он конверт в урну, даже не взглянув на его содержимое, расценив всю историю как выходку сумасшедшего? Или же он все-таки откроет конверт, чтобы заглянуть туда хотя бы одним глазком?

— Мне кажется, я бы открыл конверт, — ответил Давид.

— Мы думаем одинаково, — продолжил раби. — Иудаизм представляет собой непрерывную цепь, которая тянется от поколения к поколению в прошлое более чем на 3300 лет; двигаясь по жизни своим путем, отдаешь т ты себе отчет, что своим поступком ты отказываешься от своей веры и вырываешь звено из цепи?

— Да. Но что из этого? Что реально дает мне вера?

— О, ответ на этот вопрос лежит «внутри конверта» Следуя по жизни без веры, ты тем самым делаешь выбор даже не имея представления о том, от чего отказываешься ты выбрасываешь конверт, даже не открыв его.

Давид сделал паузу и на мгновение задумался.

— Может быть, это и так, раби, — в конце концов сказал он. — Но проникновение в суть нашей религии займет намного больше времени, чем открывание конверта.

— Да, — ответил тот, — но ты потеряешь значительны больше миллиона долларов, отказавшись от духовного наследия своего народа.

Давид подумал.

— Решись и найди школу здесь или в Израиле, чтоб уяснить для самого себя, в чем суть иудаизма и где твои истинные корни.

— Я не собираюсь идти на обучение туда, где мне будут говорить, что делать, что есть и о чем думать, — зая вил Давид.

— А все будет совсем не так. Есть школы для одаренных людей, подобных тебе, которые посещают занятия просто с целью узнать, в чем суть вопроса. Посвяти обучению один месяц, а после этого сядь и хорошо подумай о своем выборе. Если и после этого ты решишь жениться на девушке иной веры, то, по крайней мере, сможешь сказать, что вскрыл конверт и заглянул внутрь.

— Мне кажется, об этом стоит подумать, но мне непонятно, чего я смогу достичь. Никто не скажет мне, как поступить с моей жизнью. У меня есть свобода выбора.

—Неужели ты настолько свободен в выборе? Или тебе это только кажется? Выбор — это то, что ты получаешь взамен осознания возможных вариантов. До тех пор, пока ты не вскроешь конверт, у тебя нет выбора. Раби продолжал:

— Твое утверждение напомнило мне о вопросе одной молодой женщины, который однажды поставил меня в тупик. «Меня воспитывали так, — сказала она, — что я могла делать все, что мне хочется. Сейчас я полностью посвящаю себя соблюдению заповедей Торы и знаю, что у всего есть своя причина, но мне мешает то, что есть вещи, которые я не могу делать так, как привыкла».

— Что именно докучает тебе? — спросил я.

— То, что я не могу одеваться так, как мне нравится, — сказала она. — Я понимаю, почему законы Торы требуют одеваться скромно, но я не люблю одеваться так. Это мне не идет.

— Что ты подразумеваешь под словом «я»? Ты родилась в нерелигиозной семье, твои родители отдали тебя в государственную общую школу, а затем ты поступила в колледж. Была ли у тебя возможность по-настоящему взглянуть на то, что завещано тебе предками?

— Нет, — ответила она.

— Ты была ребенком, и за тебя решили, как тебе жить. Ты выросла, заглянула себе в душу и открыла для себя всю красоту иудаизма. Лишь тогда ты впервые получила возможность выбирать между религией и образом жизни, который вела до того. Решение следовать заповедям Торы стало первым решением, которое приняла действительно ты. До этого у тебя просто не было возможности быть самой собой!

— Я был хорошо с ней знаком, — сказал раби, — поэтому знал, что в такой ситуации с ней можно говорить решительно. Я не знаю тебя, Давид, но мне кажется, что ты относишься к тем людям, которые не боятся правды. Кто ты? — спросил раби и вдруг замолчал на несколько мгновений, которые, казалось, тянулись бесконечно. — Каждый из нас должен спросить себя: кто я? Что же такое Я, которое пишется с заглавной буквы? Сам ли я себя совершенствую? Не являюсь ли я продуктом определенной системы воспитания и окружения? Если да, себе ли я обязан тем, что выставляю напоказ часть само себя, которая не укладывается в рамки моего воспитания

— Я понимаю, куда вы клоните, раби, — ответил Давид. — Но нельзя ли все то же самое отнести к вам, тол ко в перевернутом виде? Ведь кто-либо может подойти вам и сказать, что ваши родители воспитали вас в соответствии с законами Торы и поэтому вы никогда не знали другого образа жизни.

— Действительно, однажды некто так и сделал, толы в более грубых выражениях. Этот человек сказал мне, что ему меня жаль, ибо я никогда не знал всего того, что может дать окружающий мир. Он сказал, что мои родители отняли у меня свободу выбора. «Ты мог бы стать знаменитым юристом, — сообщил он мне, — вместо этого тебе “промыли мозги” и ты стал религиозным фанатиком (Это его терминология). Я — свободный человек — хвастался он. — Меня не мучает совесть, и она доводит меня до безумия, требуя от меня делать это и то».

— Что же вы ему ответили? — поинтересовался Дави

— Я сказал ему: Мне не надо было идти в муниципальную школу, чтобы узнать, что мне может дать мир Каждый день мне встречаются самые разные люди. Ее плакаты, реклама, средства массовой информации, средства связи и т.д. Все, что надо, это сесть в машину, пройтись по улице, заглянуть в супермаркет, —и вот ты узнал окружающий мир.

— Мои родители, — продолжал я, — приобщили меня к надежному образу жизни, соответствующему заповеди Торы. Этот образ жизни в общем противоречит принят! в обществе стереотипам. Теперь у меня есть выбор передо мной два отчетливых пути: я смотрю на мир позиций Торы и смотрю на мир глазами среднего человека, выросшего в обществе, которое на каждом шагу навязывает свою точку зрения любому своему члену У меня есть свобода выбора. Я готов воспринимать проявления и того, и другого образа жизни. С другой стороны, — сказал я ему, — вы, у кого не было возможности узнать, в чем же истинная суть Торы, вы никогда не вскрывали конверт, у вас нет выбора.

Раби замолчал на мгновение, а затем продолжил.

— Давид, — сказал он, — только освободив себя от штампов мышления общедоступной культуры, можно считать себя истинно свободным, развивать себя как личность.

— Я вовсе не претендую на то, что я совершенен, — ответил Давид, — но я стараюсь иметь обо всем самостоятельное суждение.

— Человек может достичь совершенства в подобных мыслительных упражнениях, но у него нет свободы выбора, пока он не получит исчерпывающих знаний об обоих путях. А у тебя сейчас иудаизм не есть вариант выбора, ибо ты знаешь о нем слишком мало, чтобы искренне отвергнуть его.

— Возможно, я не знаю Торы, но я осознаю себя евреем.

— Еврей, не знающий Торы, не может считать себя евреем. До недавнего времени каждый еврей, даже малообразованный, был сведущ в Торе. Знание Торы — самый существенный компонент принадлежности к еврейской нации, главная составляющая твоей сущности. Какой толк в том, что ты осознаешь себя евреем, если ты упускаешь сущность?

— Исходя из того, что я знаю об этом, — сказал Давид, — положения Торы излагаются очень просто. Она была полезна евреям в старой Европе, а сейчас мир стал значительно сложней.

—Ты «знаешь об этом…».Серьезное заявление! Но, может быть, твое понимание Торы недостаточно тонко?

— Может быть.

— Тора, дарованная нам Создателем небес и земли, настолько мелка или глубока, узка или широка, насколько умудрен человек, изучающий ее. Это не просто «Библейские истории», которые удобно поглощать воскресным утром, заедая пирожками с лососем. Ты обязан самостоятельно расширить свое понимание Торы. И пока т этого не сделаешь, ты не вправе рассматривать себя качестве «себя».

— Я думаю не так.

— Кого ты называешь «Я»? — спросил раби. —Проблема в том, Давид, что ты не понимаешь, кто ты. Тебе может показаться, что это чудачество. Но я прошу тебя лишь об одном: загляни в конверт, проверь меня и y6едись, что я не сумасшедший, подошедший к тебе на улице. Не выбрасывай конверт, не вскрыв его. Ты умен образован. Удели немного времени изучению Торы обеспечь себе право выбора.

— Мне надо подумать над этим, — сказал Давид, просто чтобы окончить разговор.

По пути домой он убеждал себя, что аргументы paби ошибочны. На самом деле он просто не понял положенных вещей. Тем не менее этой ночью ему не спалось. Наутро он чувствовал себя разбитым и весь день был в дурном настроении. Когда наступил вечер, Давид попытал отогнать воспоминания о разговоре и его скрытом смысле и в итоге провел еще одну бессонную ночь. Каждый pаз когда он, казалось, находил разумное объяснение и вроде бы оставлял в покое мучившую его тему, ему опять приходили на ум контраргументы и терзали новые сомнения. В конце концов через три дня и три ночи он понял, что должен или раз и навсегда отогнать их, или позвони раби, чтобы узнать обо всем подробнее.

— Да. Я помню тебя, — стараясь скрыть удивление сказал раби, услышав голос Давида в телефонной трубке

— Я много думал о том, что вы сказали, — произнес Давид. — Подводя итог размышлениям, я хочу сказать что не знаю содержимого конверта. Однако я не готов улететь в Израиль или даже пойти в местную школу, пока вы не убедите меня, что внутри конверта есть нечто, имеющее истинную ценность.

— Это трудная задача, — ответил раби. — Такие проблемы по телефону не решаются.

— Я готов встретиться с вами, если вы не против.— Прекрасно. Можешь прийти в мой офис, скажем, часа через два?

— Да.

— Хорошо. Тогда я жду тебя. У тебя есть адрес?

— Да.

— До встречи.

ДРЕВО ЖИЗНИ

Эти два часа показались Давиду вечностью. Он повторял про себя свои вопросы и пытался предугадать возможные ответы. Однако в последний момент он понял, что настроен противоречить, и признал, что нужно честно выслушать раби, не дергаясь из-за мелочей. Он решил, что будет вести себя осмотрительно, но открыто, независимо, но с любопытством. Разговор вначале не клеился, однако постепенно собеседникам удалось его оживить. Спустя немного времени Давид решил перейти к сути проблемы.

— Раби, — заявил он, — правда в том, что я здесь всего лишь потому, что никак не могу выбросить из головы мысль о конверте. Я не знаю, почему она меня так сильно беспокоит, но это именно так. Я помню, что вы считаете необходимым посещение занятий хотя бы в течение месяца, но сейчас я к этому не расположен. Если бы я серьезно рассматривал возможность такого шага, то почему бы мне не начать с других религий?

— Ты был рожден для одной определенной религии. Вначале узнай как можно больше о ней.

— Но почему же не выбрать лучшее из каждой?

— Потому что Тора — это логически связанное целое, а целое больше суммы своих частей. Ты не можешь изымать из нее отдельные положения, как блюда из меню китайского ресторанчика. Она похожа на двигатель. Разве ты уберешь карбюратор из двигателя лишь потому, что не понимаешь, как он участвует в его работе? Если карбюратор входит в состав двигателя, ты ведь отдаешь себе отчет, что создатель двигателя включил его туда с определенной целью? Так же ты не можешь выборочно изучать Тору, отвергая то, что, как тебе кажется, не имеет смысла. Ты должен признать, что у Создателя было основание включить в нее каждое слово и каждый оттенок. Поэтому, чтобы понять, что такое Тора, ты должен взглянуть на нее как на единое целое, не разделяя на составные части. Проведи время в сосредоточенном изучении ее в целом с помощью истинных учителей и первоисточников. Затем, если захочешь, сравни эту школу с другими.

— Я не знаю, — сказал Давид. — Вам кажется, что вы находите в Торе множество значений, но, возможно, вы просто себя обманываете. Может быть, вы вычитываете в Торе больше, чем в ней содержится. Мое мнение, что это дело рук человеческих, скорее всего, гениальных, но тем не менее это все-таки создание человека.

— Ты имеешь право на такое мнение, — ответил раби, — однако как ты можешь говорить с такой уверенностью, если никогда серьезно не изучал Тору?

— Раби, — произнес Давид, глядя на него с чрезвычайной искренностью, — можно, я попрошу вас быть со мной откровенным. Вы действительно верите, что когда-то был великий всемирный потоп и все животные, живущие вокруг нас сегодня, выжили лишь благодаря человеку по имени Ной, который построил ковчег и всех в нем разместил? Вы мне не кажетесь настолько фанатичным и примитивным. Мне трудно себе представить, что вы верите в эту историю.

— Я твердо верю во все, что написано в Торе.

— Но как же так? Если даже допустить, что ковчег был размером с авианосец, в него все равно не поместились бы все основные виды животных, не говоря уже о необходимой для их выживания в течение года пище. Как вы можете верить в подобную чепуху?

— Если бы пятьдесят лет тому назад я утверждал, что можно взять небольшой кусочек пластмассы и заключить в него всю имеющуюся в Городской библиотеке Нью-Йорка информацию, что бы ты сказал на это? Ты бы высмеял меня. Ты назвал бы меня сумасшедшим. Однако сегодня мы видим, что это возможно. Компьютерный чип — это поражающее воображение «волшебное» устройство, сделанное руками человека, — продолжал раби. — Если все, что потребовалось Ашему, это совершить небольшое чудо, чтобы животные уместились в ковчеге, почему бы мне в это не поверить? На самом деле вовсе не обязательно понимать это. Ты ведь веришь, что весь объем информации многих библиотек может храниться в компьютерном чипе?

— Да.

— Ты это понимаешь до конца?

— Нет.

— Я тоже не понимаю этого, — сказал раби. — Но ничего другого не остается, как поверить, ибо мы видим компьютеры в действии. Подобным же образом каждый день я вижу, как действуют основные правила Торы и в отношении меня, и в отношении окружающих. Именно так я убеждаюсь, что они верны. С другой стороны, ты даже не пытался выяснить, как положения Торы применяются в реальной жизни. Именно поэтому тебе трудно поверить в то, о чем я тебе говорю. И именно поэтому я не прошу тебя поверить мне на слово, но призываю более глубоко проникнуть в Тору, чтобы самому все понять.

— Я, право, не знаю…

— Наступил переломный момент в твоей жизни. Почему бы не потратить немного времени и не выяснить для себя все до конца?

— Подозреваю, — сказал Давид, — главное в том, что я вовсе не хочу ничего знать ни об иудаизме, ни о Торе Если я здесь, то только потому, что хочу больше узнать с жизни.

На лице раби промелькнула улыбка.

— Я отвечу тебе, — сказал он. — Это одно и то же. Тору называют древом жизни. Она — корень этого мира, и если ты не ухватишься за нее обеими руками, результаты могут быть гибельными.

— Гибельными? А вы не преувеличиваете?

— Нет. Представим это так. Ты плывешь в челноке по быстрой реке. Внезапно тебя выносит на бурные пороги. Оказавшись за бортом, ты теряешь контроль над ситуацией. Тебе грозит гибель. Волны швыряют тебя во все стороны, но вдруг ты смотришь вверх и видишь дерево. Ты хватаешься за него и держишься изо всех сил.

Так же происходит в жизни. Жизнь подобна потоку постоянно меняющихся бурных событий. Увлечения, философии, доходы, лидеры и правительства сменяют друг друга. Ничто не постоянно в этом мире. Мы настолько успешно справляемся с этими изменениями и превратностями судьбы, насколько истинны и тверды наши убеждения.

Царь Шломо (Соломон) назвал Тору древом жизни для тех, кто крепко держится за нее1 . Это дерево крепко стоит на самой стремнине, в то время как бурные воды современной жизни мчатся мимо. В этих водах могут попасться и другие предметы, которые, на первый взгляд, могут помочь нам не утонуть, но когда в минуту необходимости мы за них хватаемся, выясняется, что это просто сухая деревяшка или дерево со слабыми корнями.

За долгую историю человечества ни одно мировоззрение, кроме Торы, не выдержало всех превратностей судьбы. Это не просто одно из философских, психологических учений или учение, способствующее самосовершенствованию, и это не просто еще одна религия. Тора — основа мира, и когда за нее ухватишься, это принесет тебе непреходящую радость — ты получишь жизнь, настоящую жизнь.

синайский ВЫЗОВ

— Другие религии тоже претендуют на то, чтобы дать ответ на вопрос, что такое жизнь, — сказал Давид. —

Почему же я должен признать, что в Торе говорится об этом больше, чем в учениях других народов?

— По одной причине: другие учения основаны на вере, а наша — на знании.

— Что вы этим хотите сказать?

— Христианская вера утверждает, что ее основатель передал свое видение ограниченному числу учеников;

ислам говорит, что Магомет в одиночку получил откровение и убедил в его истинности других. Что может помешать человеку подумать, что они обманули самих себя или вообще все выдумали и явились, фактически, расторопными продавцами своего «товара» потомкам, а потомки вполне созрели, чтобы их таким образом одурачили? Приверженцы этих религий скажут: «Верить или не верить — каждый решает для себя сам».

Тора утверждает: когда Б-г захотел открыть Свою волю человечеству. Он не оставил места сомнению! Он сам явился миллионам людей у подножия горы Синай! Нашего учителя Моше нельзя поставить в один ряд с упомянутыми торговцами: Тора говорит, что он лишился дара речи.

Миллионам людей у горы Синай не было нужды верить в откровение Моше, они сами услышали все непосредственно от Б-га2 . Синайское откровение уникально для иудаизма, настолько уникально и дерзко по своей сути, что христианство и ислам признали вневременную истинность «Ветхого» Завета. Но претензии этих религий на роль продолжателей неосновательны, и они даже не осмеливаются заикнуться о подобном откровении. Иначе им следовало бы признать, что Б-г изменил свое завещание или добавил что-либо к нему.

— А как же в отношении восточных религий? Они же не предъявляют претензий на Ветхий Завет.

— Правильно. И в этом их ограниченность. Самым значительным событием с момента сотворения мира было дарование Торы на горе Синай. До этого знание людей с намерении Б-га в отношении человечества было ограничено тем, что мог постичь интеллект. Синай внес в это коррективы. Это было единственное, неоспоримое, всеобъемлющее Откровение Б-га. Вот почему для христианства и ислама было так необходимо переосмыслить это событие в собственных интересах.

Однако они могут переосмысливать все, что им заблагорассудится. Синай был всего один. И существует всего один свод законов жизни, который нам даровал Б-г, чтобы следовать ему. Придерживаться же представления, что после Синая Б-г изменил эти законы или отказался от них, не менее абсурдно и опасно, чем полагать, что после сотворения мира начали действовать иные законы природы. Если сегодня человек заявит, что закон притяжения «осуществлен» и теперь уже не действует, то разве, спрыгнув с крыши, он упадет на тротуар с меньшей, чем прежде, скоростью?

Именно поэтому очень опасно думать, что законы Торы изменились. Разве мы уменьшим отрицательное воздействие от их неисполнения, развивая теорию о неэффективности законов Торы? Это мы обязаны менять себя в соответствии с требованиями Торы; негоже говорить, что Тора изменилась, ибо она не соответствует нашим представлениям.

Синай никогда не повторялся, и Тора не менялась. Именно поэтому исполнение законов Торы и приверженность ей является основной идеей иудаизма и предназначением каждого еврея.

ЧТО ТАКОЕ ЖИЗНЬ?

— Я не могу поверить, что решение проблемы жизни заключается в простом следовании Торе.

— Тогда позволь спросить тебя вот о чем: что является проблемой жизни?

— Проблемой?

— Да. Как ты думаешь понять решение, если не знаешь самой проблемы? Давид помолчал.

— Очко в вашу пользу. Однако не исключено, что такой проблемы не существует вовсе, и тогда понятно отсутствие четкого решения.

— Именно в это заставило тебя поверить общество.

— Нет. Если оно чему-либо и научило, так только вере в то, что нет абсолютных истин.

— А ты абсолютно в этом уверен? — спросил раби, сделав ударение на слове «абсолютно». — Давид, я встречаю многих молодых людей — образованных и умудренных опытом, — и у меня создалось представление, что большинство из них в замешательстве от своей же абсолютной уверенности, что абсолютов нет вообще. Не надо бояться признать, что жизнь обладает истинным значением и тебе вполне по плечу узнать его. Жизнь слишком коротка и полна неожиданностей, чтобы мы могли бездельничать и не иметь четких позиций.

— Но, — отвечал Давид, — я также видел множеств! сбитых с толку людей, настаивающих тем не менее на том, что они нашли ответ. Совсем не трудно дурачит себя и говорить, что ты нашел ответ на вопрос, что такое жизнь.

— Тем не менее это не исключает возможности че1 кого ответа.

— Верно. Однако я не понимаю, как этим ответе может стать Тора.

— Почему?

— По одной причине: мне не кажется, что многие f ритуалы и предписания имеют отношение к жизни.

— А что такое жизнь?

— Жизнь?

— Да, жизнь.

— Ну… Я этого, скорее всего, не знаю.

— Тогда как ты можешь так уверенно говорить, что Тора не направлена на решение вопроса о предназначении жизни?

Раби замолчал. Затем он сказал:

— Давид, я не ожидаю, что ты сразу примешь все то чем я хочу сказать. Я только надеюсь, что ты способ услышать и воспринять.

— Достаточно откровенно, — сказал Давид. — Тогда что такое жизнь? Каково истинное предназначение жизни? Я не так-то легко поверю, что оно заключается в соблюдении Торы. Зачем следовать ее законам?

— Чтобы ответить, вначале надо будет объяснить тебе, как Тора рассматривает мир — мир, в котором проходит жизнь.

— Ладно. Я согласен.

СВЕТ И ТЕНЬ

— Тогда прежде всего тебе следует понять, — сказал раби, — что мир не есть то, чем он нам представляется. Подумай о компьютере. Когда на клавиатуре ты нажимаешь на букву «Г», ты действительно делаешь оттиск? Нет. Ты нажимаешь на изображение буквы «Г» и создаешь в компьютере определенную последовательность электрических импульсов. То, что ты видишь на экране или на выходе с принтера, — результат комбинации неких электрических импульсов, «наличия и отсутствия тока».

Этот мир реален. Однако в основе этой реальности лежит более основательная — идеалистическая форма физической реальности. Все вокруг есть некая комбинация света и тени.

— Что вы хотите этим сказать?

— Слово «мир» звучит на иврите как олам. Но это слово также означает «спрятанный», «скрытый». В сущности, мир — это место, где Б-г прячет Себя. Другими словами, Б-г частично скрывает Свою сущность преградой под названием олам, мир.

Что тебе необходимо, чтобы показать кинофильм? Во-первых, достаточно сильный проектор, чтобы послать на экран луч света. Во-вторых, препятствие на пути луча — лента пленки. Чтобы воспроизвести образы на экране, следует затемнить пленку. Дело в том, что чем лучше пленка скрывает свет, тем более четкими будут образы на экране. Когда свет проходит сквозь пленку, с другой стороны появляется изображение. Т.е. свет, преодолевающий препятствие, превращается в изображение человека, кота, машины. Таким образом, чтобы показать фильм, требуются две вещи: сильный источник света затемненная полоска пленки, скрадывающая его.

Так же и Б-г создал мир. В книгах еврейских мистик Б-га называют ор эйн соф, свет бесконечности. Он может посылать Себя на самые дальние расстояния и в сам1 темные глубины. Нет ни одного уголка, лишенного это света, иначе мир бы не существовал (так же, как и изображение в кино нельзя увидеть, пока нет света для его проецирования).

Как Б-г создал мир? В качестве препятствия в проецировании Его сущности используется полоска пленки под названием олам, мир. Так же, как отдельный цвет и степень затемнения на кинопленке производят различи тени на экране, так и все в мире является своеобразной тенью. Например, дерево — это не что иное, как скрашивание лучей света, которое выглядит как дерево, но самом деле это только еще одна тень Б-га. Что та чашка кофе? Это преграда на пути безграничного света которая является причиной появления тени, и мы называем ее чашкой кофе. Конечно же, в отличие от кинокомпании «XX век», Б-г производит трехмерные образы которые проявляют себя как материальные, осязаемые объекты. И все-таки материя есть не что иное, как тень . А тень — это продукт света.

Тогда, по определению, этот мир представляет собой место, где Б-г скрывает Себя. Мир заключает в себе свет, т.е. знание о Нем в скрытой форме. А предназначение назначение жизни — открыть Б-га или, как говорит пророк, заполнить мир знанием о Б-ге3.

ПОЧЕМУ Б-Г ПРЯЧЕТСЯ?

— Если цель жизни — открыть Б-га, — спросил Давид. — почему тогда Он прячет Себя? Не было бы для Бога лучше, чтобы знание о Нем стало доступным?

— Это хороший вопрос. Дело в том, что Б-г скрыл Себя, чтобы наделить нас свободой воли. Для проявления своей свободы человек должен иметь возможность выбора Скрыв Себя от людей, Б-г дал человеку свободу выбора:

либо видеть только тень, либо разглядеть, что за тенью прячется свет.

— Зачем придавать так много значения свободе воли? Зачем она нам нужна?

— Потому что мы по достоинству оцениваем и получаем удовлетворение от открытия Б-га лишь пропорционально тому, сколько препятствий при этом преодолели. Проведем аналогию: люди, живущие на пособие, чувствуют себя плохо, ибо хлеб, полученный как милостыня, даже по вкусу совсем не похож на хлеб, заработанный самостоятельно. Человек ценит себя настолько, насколько он способен заработать себе на хлеб. То же самое относится и к духовным дарам: они нас не унижают, если мы их заслужили.

Поэтому в наших же интересах иметь свободу воли, чтобы открыть свет Ашема, даже если та же свобода выбора приводит нас к краху и к выбору тени. Свобода воли необходима, так как дает нам возможность открыть Б-га по нашему желанию, заслужить знание о Нем. Если у нас не будет сомнений, мы не оценим открытия.

образ В ЗЕРКАЛЕ

— Если мир содержит такой потенциал в отношении поисков Б-га, тогда, может быть, мне следует, прежде всех занятий, вначале попутешествовать и посмотреть вокруг. Тогда, если однажды я пойму, что Тора мне необходима, я буду гораздо лучше подготовлен к ее восприятию.

— Ты должен понимать, Давид, что в натуре человека есть такое свойство — объехать весь мир только для того, чтобы в конце концов найти все ответы в собственном сердце. Уверен, ты перечитал гору литературы на эту тему.

— Почему люди чувствуют необходимость путешествовать по миру в поисках самого себя? — спросил раби несколько высокопарно. — Потому что они не могут разглядеть мир внутри себя. А так как мир — это сочетание

света Б-га и препятствий этому свету, тем же самым является каждый из нас. Чтобы предоставить человеку свободу воли и возможность заслужить открытие Б-га, Бог дал человеку — в которого Он проникает больше, через какое-либо другое Свое творение, — самую глубокую тень. Эта тень проявляет себя тем, что человек может отвергнуть Б-га.

Отрицание Б-га абсурдно. Это так же абсурдно, как ли бы какой-нибудь персонаж фильма поднялся и заявил что отрицает свою причастность к этому фильму. Однако Б-г сделал наше существование настолько реальным, мы можем даже отрицать тот факт, что представляем бой всего лишь тени. Он даровал нам очень много света но, чтобы мы его в себе открыли, Б-г противопоставил ему самую черную из теней.

Вызов и испытания жизни заключаются в том, чтобы заглянуть под тонкую оболочку реальности и осознать, мы — тени Б-га. Кто мы? Кто они, эти люди с киноэкрана? Они ничто. Как мы и произносим в молитвах Ашаня. «Наши дни подобны мелькающим теням».

— Если то, что вы говорите, раби, верно, — сказал вид, — то ничто не имеет значения; мы — ничто; в жизни не имеют никакой ценности.

— Нет. Как только мы поймем, что являемся всего лишь тенями Б-га, т.е. тенями Сущности существования мы неизбежно придем к выводу о подлинности на1 жизни. А осознание того, что мы всего лишь тени, г ведет к смирению. Смирение не есть сознание собственной ничтожности. Смирение — это глубокая уверенность в том, что все наши деяния зависят от Б-га.

Моше был самым смиренным из людей4 . Он знал i истинную цену. Он знал, что ни до, ни после Б-г так не разговаривал ни с кем другим5. Тем не менее он смиреннейшим человеком. Почему? Потому что чем больше он узнавал, тем больше приходил к убеждению, что не что иное, как тень Б-га. И как таковой он понимал, не имеет никакой собственной значимости. Глубина чистота его взглядов не позволяли ему возвеличивать . Так человек, стоящий рядом с Эмпайр Стейт Билдинг, осознает свою незначительность, ибо понимает, что такое небоскреб. Исключительное смирение Моше происходило из его глубокого постижения Б-жественного величия, что привело его к истинному пониманию (более осознанному, чем у других людей) того, что его способности и успехи были дарами Б-га. Именно это, а не отказ оценить по существу свои поступки, развило в нем истинное смирение.

А теперь я хочу ответить на твой вопрос, Давид: в чем преимущество изучения Торы перед изучением мира? Ответ в том, что у нас есть опасная возможность отказаться от самих себя — спрятаться в тени внутри себя и никогда не выйти на свет. Мир прекрасен, но он — просто зеркало. Чтобы увидеть себя в мире, в противовес желанию убежать от себя в мир, надо вначале узнать себя;

мы должны быть способны идентифицировать и познать ту часть самих себя, которую предназначено отразить миру. Если ты не знаешь, как идентифицировать эту сущность, то не сумеешь познать ее, увидев в зеркале.

— О какой сущности вы говорите?

— О том Б-жественном облике, в котором воплотил нас Создатель.

Этот образ, эта истинная сущность спрятана в тенях нашего сердца. Поэтому место, где следует себя искать, — это Тора, ибо она и есть свет и сокровенная истина Создателя мира. Из всех возможных это наиболее близкое к оригиналу отражение Его сущности. Когда ты изучаешь Тору и формируешь свои взгляды, когда ты уже можешь отождествить себя с Сущностью, отраженной в Торе, только тогда при взгляде в зеркало — т.е. в мир — отраженный образ будет иметь для тебя смысл.

спрятанные СОКРОВИЩА И КАРТА

— Раби, когда вы говорите «Тора», — спросил Давид, — что в точности вы подразумеваете? Библейские истории?

— Нет. Тора есть сокровенная истина Создателя. Создатель выразил эту скрытую правду в виде букв и слов иврите, которые называются Пятикнижие Моше. Эти пять книг содержат описание образа жизни, предначертание человеку Б-гом и отражающего сокровенную истину.

Тора нам необходима, ибо, несмотря на то, что Е один и существует много способов служения Ему, все ;

путей неверного служения Б-гу еще больше. Тора — просто общий призыв к морали и духовности. Многие люди хотят соблюдать законы морали и духовности, но следование этим идеалам они заключают в рамки своего ограниченного человеческого мышления. И рано или поздно несовершенства этих звучащих возвышенно, но тем не менее переменчивых, выдуманных человеком определенной морали и духовности становятся очевидными для всех.

С другой стороны, Тора представляет собой бесконечное понимание, полученное Моше на горе Синай, как письменной (Пятикнижие), так и в устной форме (Талмуд или Устная Тора). Иными словами. Тора указывает жизненный путь, предначертанный нам Б-гом; это четко очерченный, весьма определенный образ жизни, основанш на 613 заповедях. Они составляют скелет, на основе которого формируется сокровенный замысел и душа Торы.

— Если целью является познание Б-га, почему бы н это не сделать просто по книге? — спросил Давид. Почему соблюдение всех этих заповедей должно иметь отношение ко всему, что происходит в жизни?

— Потому что высшее знание есть знание, основанное на опыте. Ребенку можно объяснять, что, коснувшись пламени, он обожжется. Однако только тогда, когда он действительно получит ожог, он узнает, почему не следовало так поступать. Точно так же художник может понимать идею произведения, но все его творчество в целом — способ превратить идею в нечто большее, нежели абстрактное понятие6.

Б-г, духовность, вечность — понятия не только абстрактного мышления, они также предназначены и для глубокого осознания и испытания конкретным, физическим путем. Поэтому Б-г поместил нас в центр огромного осязаемого мира. Мы живем не только в мире идей, поэтому заповеди, предписывающие образ жизни в физическом мире, весьма логичны, так как они представляют собой способ познать и обнаружить Б-га в мире поступков. Любая сторона нашей физической жизни, включая и любой предмет физического мира, является как бы сундуком с сокровищами, в котором может быть скрыта та или иная грань знания о Б-ге. Тора — это карта с указанием местонахождения клада. Каждая из заповедей подводит нас к очередному кладу.

— Это относится даже к тем заповедям, которые кажутся архаичными и неприменимыми?

— Они кажутся такими лишь при поверхностном взгляде. Клад прячут в самых неожиданных местах. Чтобы найти его, требуется карта. Затем мы копаем в глубину, чтобы найти сокровища. То же относится и к кладу, которым является знание Б-га: оно находится в мире, и образ жизни, предписываемый Торой, ведет нас прямо к нему.

ВЫБЕРИ ЖИЗНЬ!

— Раби, даже если я соглашусь со всем, что вы говорите, я не знаю, насколько жизнь по этим 613 заповедям мне подойдет. Я привык к свободе. Смогу ли я быть счастлив, отказавшись от свободы?

— Свобода, о которой ты говоришь, иллюзорна. Только следуя Торе, ты сможешь стать действительно свободным.

— 613 заповедей? В моем сознании эти слова откликаются множеством ограничений, — ответил Давид. — О какой свободе вы говорите?

— Представь себе, что человеку позволили войти в сокровищницу Тиффани и дали один час, чтобы взять все драгоценности, какие он пожелает. Часы начинают отсчитывать время, но человек, понимая, что даже за половину отведенного срока он возьмет ценностей больше, чем ему может понадобиться, решает хотя бы чуточку полюбоваться сокровищами.

Завороженный великолепным зрелищем, человек не замечает течения времени. Проходит сорок минут. Пятьдесят. Пятьдесят пять. Проходят пятьдесят девять минут — и вдруг человек вспоминает: час! Он почти прошел! Бьют часы, отведенный срок истек — человек видит рядом драгоценный камень и хватает его. Придя к ювелиру, он спрашивает, сколько стоит камень. Восхищенный красотой камня, ювелир предлагает сто тысяч долларов.

А теперь, Давид, скажи, как отреагирует на это человек?

— Я думаю, он будет счастлив, что хоть что-то прихватил с собой.

— Ты прав. Вначале он будет счастлив. Однако вскoре он почувствует огорчение. «Я что, с ума сошел? — будет вновь и вновь повторять он сам себе. — Если одним движением руки я получил 100 000 долларов, то за час я м бы собрать камней на биллионы и биллионы долларов».

— Наш мир, — продолжал раби, — аналог магазина Тиффани. В нем есть драгоценные камни — элемент вечного, но они расположены посреди Диснейлэнда, полного преходящих соблазнов и развлечений, которые, хотя и обладают кратковременной прелестью, но служат лишь для того, чтобы отвлечь человека от реальной возможности собрать драгоценные камни, ухватить свою долю вечности.

— Что вы подразумеваете, говоря «вечность»?

— Вечность противоположна времени. Это тот опыт в котором барьеры между созданием и Создателем устроены. Тора так говорит о нашем выборе: время и вечность.

На этот выбор указывает первое слово Торы берешт «в начале». Берешит сообщает нам, что время само себе было творением. Что было «перед» началом? Только Б-г. Б-г выше времени. Он был. Он есть. Он будет всегда Создав материальный, физический мир. Он создал оси для времени.

Создание физического мира, по определению, есть здание царства преходящего. Поэтому наша жизнь состоит из ограниченного числа мгновений, мы живем в тюрьме, имя которой время. Однако, с другой стороны, есть один элемент жизни, который выше и вне времени — вечность Б-га.

В среднем человек живет около восьмидесяти — девяноста лет. Если он жил ради этих восьми или девяти десятков лет, то он прожил определенное время. Но если человек постиг, что у этой жизни не может быть конца, и если, в свою очередь, он выбирает для себя путь исполнения своего предназначения, ради которого он был создан, он прожил вечность на равных с Б-гом.

Творение — не конечный акт сам по себе, а лишь средство. Жизнь — это способ перенести себя из рамок времени в опыт вечности, из царства физического в царство Б-жественного. Однако нас очень легко сбить с толку и обойти; очень легко стать пленником времени.

Свобода попасть в тюрьму не называется свободой. Если мы злоупотребляем свободой и связываем себя исключительно с предметами физической, преходящей природы, нас словно цепью приковывает к ним. Тем самым мы теряем свободу завершить предназначение, во имя которого появились на свет.

Поэтому ограничения, накладываемые на нас Торой, по сути своей являются средством свободу обрести. Они помогают нам снять с себя оковы времени и потратить отведенный нам срок на сбор драгоценных камней.

— Я не уверен, что понимаю вас.

— Разреши мне объяснить тебе это на примере нашего приятеля, которому было позволено войти в сокровищницу Тиффани. Представь себе, что вначале его предупредили, что будут искушать многими вещами, которые отвлекут его от драгоценностей. Однако, чтобы он мог противостоять этим соблазнам, ему дали перечень того, что можно и чего нельзя делать. Он должен следовать этим указаниям, несмотря ни на что. Эти инструкции заставят его сосредоточиться на задании, и можно гарантировать, что человек уйдет оттуда с богатством, достаточным для покупки собственного Тиффани.

Если указания предложить ему заранее, он может отвергнуть их. Но теперь, ретроспективно, после того, как он упустил свой шанс, он по достоинству оценит перечень разрешений и запретов. Эти указания застраховали бы его от самой возможности втянуться в какие-либо отвлекающие действия. Инструкции подсказали бы ему, как наилучшим способом использовать каждую минуту драгоценного времени в сокровищнице. Все, что надо делать, это следовать указаниям.

Такова Тора. Она помогает нам избежать безнадежной вовлеченности в преходящее и направляет наше внимание на элементы вечного в этой жизни. Это перечень указаний для нас, подсказывающий, в каком направлении идти, что делать и как делать. В каждом мгновении заключен выбор между сиюминутным и вечным, а сама Тора является ориентиром, который помогает нам выбрать вечность.

— Не могли бы вы пояснить?

— Могу. Например, питание. Можно есть с одной лишь целью — наполнить желудок (именно так едят животные). Но можно превратить прием пищи в религиозный акт, если следовать заповедям Создателя по этому поводу. В первом случае ты тратишь свое время на еду, во втором — ты используешь еду, чтобы достичь вечности.

Точно так же ты можешь работать, зарабатывать уйму денег и смотреть на себя как на человека, который сам себя «сделал», или, зарабатывая деньги, рассчитывать на помощь с Небес, без которой никогда не осуществился бы твой кажущийся успех7 . В первом случае твое время в буквальном смысле является деньгами — не больше и не меньше, во втором — деньги способствовали твоей более глубокой признательности Б-гу и тем самым помогли тебе оплатить пропуск в вечность.

Подобным же образом ты можешь потворствовать своей естественной потребности в интимных отношениях и становиться все более эгоцентричным. Или ты можешь жениться, наслаждаться жизнью со своей супругой в соответствии с предписаниями Торы, подвигая себя в сторон) все большего бескорыстия8 . В первом случае время, отданное наслаждениям, длится всего одну ночь, один год.

несколько лет, но это все. В последнем это время принесло не только наслаждение, но и вечность.

Ешь, но знай, что надо есть и почему ты ешь. Делай деньги, но знай, почему тебе разрешено это делать, куда потратить имеющиеся у тебя средства, в чем истинная цель богатства. Женись, получай радость от супружеских отношений, но знай, как, когда и для чего необходимо их поддерживать. Надо использовать каждую вещь, каждую секунду — даже когда ты спишь.

— Как можно что-либо осуществить во сне?

— У сна есть предназначение: он способствует восстановлению нашей бодрости и поддержанию здоровья. Чтобы служить Б-гу наилучшим образом и исполнять Его Тору, необходимо здоровое тело, поэтому твой сон — Б-же-ственный акт, действие, которое превращает время в вечность. Разумеется, тебе надо знать, как отходить ко сну, когда и как подниматься и как обращаться со своим здоровьем. Даже когда ты спишь, у тебя есть возможность собирать драгоценные камни.

Вот об этом и говорит Тора. Это не просто абстрактная философия или библейские истории, но образ жизни, назначение которого — помочь нам превратить материю земных элементов нашей повседневной мирской жизни в духовную энергию вечности. Каждая заповедь по-своему учит нас, как сделать так, чтобы Б-г стал реальностью нашей жизни, чтобы вывести Его из темноты и превратить физическую жизнь в ощутимое выражение духовности.

Еда, деньги, время, взаимоотношения, труд человека и его творчество — я привел лишь несколько примеров. Перечень включает все, что есть в мире. Жизнь прекрасна, и даже то, что обладает преходящей красотой, можно использовать как средство достижения вечности. Однако это невозможно сделать без инструкций, завещанных человеку Предвечным Б-гом.

«Я ставлю перед тобой жизнь и смерть, благословение и проклятие — выбери жизнь»9 . Заметь, Б-г не призывает нас: «Не выбирай смерть!» Почему? Если мы останемся такими, какими мы родились, простое проживание нашего физического существования, без границ и ориентиров, закономерно приведет нас к смерти. Поэтому смерть — не выбор, она — естественный итог нашего физического существования, если только мы не сделаем активный рывок и не уцепимся за жизнь.

Выбирая жизнь, мы тем самым выбираем честное следование разрешениям и запретам, предписываемым Торой. Особо указывая нам, от чего воздерживаться и что исполнять, Тора учит нас, как надо жить. Она вовсе не притесняет нас. Она — наш хранитель в жизни, который помогает нам держаться на плаву и обучает нас плаванию за горизонт нашего физического существования, ограниченного временем жизни.

Продолжение следует

С разрешения издательства Швут Ами


Пророк Моше в своей прощальной, напутственной речи, дает народу важные указания относительно судей и судебной системы, царя и многого другого. Читать дальше