Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Путь еврейского самовоспитания.

Как читать хасидские книги

1

После того как Б-г Благословенный позволил нам с тобой, опытный и прилежный ученик, добраться до этого места, нам представилось не только полезным, но и необходимым сделать вместе с тобой еще один шаг вверх, к святости. Мы уже говорили с тобой о том, как тебе обрести возвышенный образ мыслей, и рассказали тебе, что рост должен быть постоянным. Теперь пришло время узнать, что одно без другого не бывает. Не может быть возвышенного строя мыслей без постоянного развития. Такова природа человека: если он задержится надолго на одной мысли, на одном взгляде, его движение приостановится, и эта мысль, старая и затасканная, уже не вызовет в нем прилива чувств. И зачем нам убеждать тебя, что еврей — создание высших миров и потомок пророков, если эта идея не будет сотрясать ни твое тело, ни душу, не придаст тебе сил, не поведет тебя по пути в Дом Б-га?

И вот еще что. Ты уже дочитал наши слова до этого места, причем не просто дочитал, а сделал все то, что мы предписали. Теперь, с Б-жьей помощью, у тебя сами вырастут крылья, которые понесут тебя дальше, в твоем сердце и разуме сами начнут пробуждаться чистые желания и мысли, ты начнешь стремиться к изучению всего того, что говорили наши святые раввины, к познанию Б-га. Но если мы и в этом не поможем тебе хоть немного, не укажем тебе дорогу хотя бы намеком, как же ты будешь изучать их книги, как научишься понимать их? Без нашей помощи поджидают тебя две ловушки, Б-же упаси. Либо ты вообще не сможешь вобрать в себя новое знание, и тогда крылья твоей души подломятся, и ты рухнешь наземь. Либо ты пойдешь по кривым дорожкам, полагаясь на искаженное знание.

У еврея, идущего по пути очищения, пробуждаются все более чистые мысли и все более высокие желания, и, в конце концов, его взгляд выходит за пределы, поставленные его телом. Мы уже говорили с тобой об отрывке из трактата Песахим(66б), где сказано, что евреи — если и не пророки, то сыновья пророков. Смысл здесь состоит не только в том, что их предки были пророками. Ведь не думаешь же ты, что если далекий предок какого-либо человека был пророком, это дает и ему самому пророческую силу, причем такую мощную, что он получает возможность узнать закон, никогда его не уча?! И не думаешь же ты, что Гилель был настолько уверен в этом пророчестве, что не стал даже обдумывать полученные сведения?! Все было совсем не так. Гилель, положившись на Б-жественный промысел, сказал: «Оставьте евреев в покое, и они сами сделают как раз так, как Б-г задумал». А почему они названы сыновьями пророков? Потому что стихи Писания называют так пророков более низкого уровня, имена которых остались неизвестными. Один из этих стихов ты найдешь в книге Мелахим I (20: 35): «А один человек, из сыновей пророков…». Таргум переводит это выражение как «ученик пророка», но они были не только ученикам, они иногда и сами пророчествовали, и как раз в этом стихе говорится: «…сказал своему товарищу: По слову Б-га рань меня». А «сыновьями» они называются, видимо, потому, что не были в полном смысле слова учениками пророков. Так, человека, который может выучить много, называют «ученым», а остальных, которые тоже учатся, но не так успешно, называют «сыновьями Торы». То есть на святом языке слово «сын» иногда указывает не на происхождение человека, а на его внутреннюю суть. Когда мы говорим: «Такому-то обещано, что он — сын Будущего мира», мы не имеем в виду, что где-то в Будущем мире у него есть отец, а он — его сын. Мы подразумеваем, что он по природе своей принадлежит Будущему миру. И когда мы называем «сыном Торы» человека, который может изучать Хумаш и немного Талмуд, мы имеем в виду вовсе не тот небольшой запас знаний о Торе, которые он приобрел. Мы говорим о самой его внутренней сути, о том, что он ведет себя не так, как простые, грубые и невоспитанные люди — амей аарец, «народ земли». Кстати, и эта противоположность «сыновьям Торы», то есть амей аарец, узнается не по тому, что в них нет Торы, а по поведению. «Кто такой ам аарец? — спрашивает Талмуд в трактате Брахот (47б). И отвечает: — Тот, кто не накладывает тфилин, не обучает своих детей Торе и так далее». Конечно, начинается все с недостатка знаний в Торе, но из-за этого портится сама его суть, все поведение, и позорное название дается именно за эту суть. А «сыновья Торы», может быть, знают немногим больше, но их Тора уже повлияла на них, изменила их, заставила их поступать не как обычные люди, а по законам Торы. И потому они тоже получают свое имя не за знания, а за суть, отличающую их от остальных.

С ученым все обстоит не так. Мы не можем дать ему особое название из-за его поведения и стиля жизни — в этом он почти ничем не отличается от «сыновей Торы», поскольку поступают все они одинаково, руководствуясь Торой в повседневной жизни. Поэтому его название связано не с поведением его, а со знаниями, потому что именно ими он отличается от остальных «сыновей Торы».

Так же и ученики пророков, пока их пророческая сила еще не развилась, называются согласно своей внутренней сути «сыновьями пророков»: когда они обрели пророчество, пусть даже в самом небольшом количестве, их личность и все их поведение стали отличаться от всех остальных, то есть вместе с ним они обрели пророческую личность и пророческое поведение. А великий пророк получает имя за пророчество, так же, как великий знаток Торы — за знания. Именно это и хотел сказать Гилель. Он объяснил, что, хотя он сам и не знает закона, да и евреи в это время, накануне йом-това, еще не знали его, все же в их поведении этот закон проявится в тот момент, когда настанет время совершить жертвоприношение на практике. Потому-то он и назвал их «сыновьями пророков», указав, что в самой их личности и в поступках скрыт дух пророчества. Когда придет время совершить поступок, они совершат его так, как будто знают закон!

И в этом, кстати, состоит различие между еврейскими пророками и пророками всех остальных народов, как, например, Билам. Про него сказано: «И случился перед ним Б-г», поскольку он обрел пророчество лишь по случайности. Но у евреев пророчество — сама жизнь народа, сама суть его, и если среди них появляется великий пророк, это отнюдь не случайность, а естественное и неизбежное, часто повторяющееся событие. Если, например, один из «народа земли» сможет дорасти до великого ученого, это может произойти только случайно, против природного порядка вещей. А если ученый вышел из «сына Торы», это совершенно естественно, несмотря на то, что не все «сыновья Торы» превращаются, в конце концов, в «ученых». Может даже оказаться, что обычай Б-га являться нееврейским пророкам только ночью (его отмечает мидраш Бемидбар раба 20) связан как раз с тем, что для этих людей пророчество и сами они, их внутренняя суть, — это две разные вещи. Поэтому днем, когда они бодрствуют и полностью обнаруживают свою природу, пророчество с ними никак не сочетается. А ночью, когда привычные мысли и привычное поведение проявляются не так явственно, пророчество уже может открыться им. А еврейским пророкам великие видения являлись и днем, когда их мысли бодры, вошли в полную силу, и поведение ничем не ограничено, — поскольку для них пророчество составляет их сущность и саму жизнь.

А когда Таргум, арамейский перевод Писания, переводит выражение «сыновья пророков» как «ученики», он имеет в виду вот что. Вполне созревшие, великие еврейские пророки, получив от Б-га видение, точно знали, о чем Он с ними говорил и на что намекал. А «сыновья пророков», еще не полностью обученные пророческому ремеслу и не вошедшие в полную пророческую силу, вынуждены были обращаться к помощи своего наставника, сформировавшегося пророка. Он объяснял им, как следует раскрыть полученное пророчество, как вывести его наружу из глубин души, как пересказать в словах, о чем говорил с ними Б-г. Ведь даже величайший из пророков, Шмуэль, в начале своего пути не мог отличить Голос с Неба от голоса своего наставника коэна Эли!

Мы вовсе не хотим этим сказать, что те люди, которые в Писании названы «сыновьями пророков», — это те же самые обычные евреи, которых назвал этим титулом Гилель. И уж, конечно, мы не хотим сказать, что обычные евреи нашего поколения — это те самые «сыновья пророков», которые составляли еврейство времен Гилеля. Уровень поколений, из-за грехов наших, постоянно снижается, и мы сегодня — уже не прежние великие пророки. Да и самого Святого духа у нас уже нет, нет ни одного пророка! Даже само качество «сыновей пророка», сама живая суть еврейства, уже почти не видна в нас. Но даже сейчас мы можем точно сказать, что наш еврейский дух, пусть самая его малость, все же связывает нас с пророчеством.

Между растениями и животными разница не в количестве, а в самом присутствии жизненной силы, а отличие человека от животного — в способности говорить и понимать. Таково же различие между евреем и обычным человеком: оно состоит в самом существовании пророческого духа, и этим еврей отделен от всех остальных. И любая правильная мысль, любое желание, направленное к добру, стремление к святости и размышления о том, как достичь, и даже простое побуждение к раскаянию, которое всегда можно найти в душе еврея, делает нас сыновьями пророков. Ведь прежние великие и святые пророки не только будущее предсказывали! Самое главное в их словах, главная тема их пророчества — моральные наставления, передаваемые от имени Б-га. Облеченный великолепием Голос с Неба беседовал с ними о нравственности, о правильном поведении, о том, как евреям следует поступать, и все это они передавали нашему народу. От нас они отличаются лишь тем, что их пророчество было сильным и ясным, они слышали настоящий Голос и лицезрели видения, которых мы и представить себе не можем. И когда обычный еврей, сын пророка, пусть даже малая часть от «сына пророка», ощущает доброе побуждение, он не в состоянии воспринять его как пробуждение пророческого дара, потому что слишком он слаб. Но кто же не знает слов Баал Шем Това о том, что нисходящий с горы Синай Голос, о котором говорит Мишна (Авот 6: 2) пробуждает в душе и сердце каждого еврея желание тшувы? Значит, это желание — прямой результат воспринятого пророчества, пусть человеку и кажется, что оно возникло в его душе само по себе.

Но даже в прошлые времена святые пророки не были одинаковы по силе своего дара. Чем больше пророк погружался в святость, чем больше готовился к исполнению своей миссии, тем явственнее было его пророчество. (Об этом говорится в Шмона праким Рамбама). И евреи нашего поколения, «сыновья пророков», тоже не все одинаковы в этом. Если человек погружается телом в материальность, оглупляет душу и погребает ее под наслоениями телесной грязи, пророческий дух его совсем слаб, а иногда и совсем не слышен и не заметен, Б-же упаси. А чем настойчивее он очищает свое тело, чем крепче держится за «косицы своей души», понемногу вытягивая ее наружу, тем сильнее проявляется в нем пророчество.

Как раз это мы имели в виду, когда сказали тебе, что, дочитав наши слова досюда, причем, не просто дочитав, а поработав над ними так, как мы определили для тебя, ты вырастил себе крылья, на которых поднимешься к еще более чистым мыслям и желаниям. В тебе начало пробуждаться стремление к святости. Ты начал задумываться, как достичь ее, и теперь ты уже сам будешь искать слова Б-га в книгах наших святых людей, благословенной памяти.

А раз так, мы должны еще кое-что подсказать тебе. Теперь пришло время тебе понять, как читать эти книги и как понимать их. Как ты помнишь, мы говорили тебе, что слова «сыновья пророков» Таргум переводит словом «ученики», потому что они должны были научиться понимать и постигать дух Б-га, гремящий внутри них. А что же сказать нам, самому последнему, самому низкому поколению, людям, которым приходится, напрягая все силы, выискивать в своих душах мельчайшую искру святости, которая там еще сохранилась?!

Мишна (Авот 3: 17) говорит так: «Если мудрость человека превосходит его добрые дела, с чем его можно сравнить? С деревом, у которого пышная крона и слабые корни. Приходит ветер, вырывает его с корнем и переворачивает». Давай подумаем, какой линейкой можно измерить мудрость, чтобы выяснить, больше она добрых дел или нет? Ведь, если принять эту Мишну попросту, как она написана, становится совершено непонятным, как мы можем изучать Зоар и другие святые книги, рассказывающие о высших мирах: Ацилут, Брия и Йецира? Ведь мы никогда в этих мирах не побываем и ничего там не совершим, ни дурного, ни хорошего! Почему же мы не опасаемся того, что из-за изучения их устройства наша «мудрость превзойдет наши добрые дела»?

Наши святые книги рассказывают, что в душе еврея пять уровней: нефеш, руах, нешама, хаяи йехида. Первые три уровня души, нефеш, руах и нешама, обитают в теле: нефеш — в печени, руах — в сердце, а нешама — в мозгу. Но два верхних уровня души, хая и йехида, слишком высоки и святы и не могут, поэтому быть заключенными в теле. Они окружают тело сверху и со всех сторон. Это не означает, Б-же упаси, что эти две части души лишние и человеку не нужны. Как раз наоборот: они-то и есть самая главная его часть, они составляют суть его самого и трех нижних уровней души — нефеша, руаха и нешамы.

Мы приведем тебе пример из области простых вещей этого мира. Он, конечно, не совсем точно соответствует нашей возвышенной теме, но может помочь разобраться, как все устроено. Представь себе воронку, через которую в бутылку наливают воду или вино. В горлышко входит только самая узкая часть, носик, а сама воронка, самая важная часть, куда как раз и наливают все вино или всю воду, остается снаружи. Так же дело обстоит и в нашем случае. Главное в еврейской душе, самая суть ее — это вышний свет и вышняя святость, происходящие из высших миров. Чтобы оказаться в человеческом теле, эта святость должна была уменьшиться, «сжаться», сначала до уровня души «сыновей пророков», а затем — и до той мельчайшей искры Б-жественного света, которая живет в душах «сыновей пророков» нашего поколения. Только та небольшая часть души, которую может вместить тело в его нынешнем состоянии чистоты, входит внутрь него и одевается им, и именно она превращается в нешаму в мозгу, руах в сердце и нефеш в печени. И к самим этим телесным органам относится то же самое: каждый из них в состоянии принять только такую часть души, которая соответствует его собственной святости. Печень, например, и прочие подобные органы — самые грубо-материальные и могут принять лишь самый малый объем души. И потому она в них предстает как нефеш, в силах которой — только лишь дать телу жизнь. Сердце, более чистый орган, способно воспринять больше Б-жественного света, а потому в нем душа превращается в руах, характер и душевные склонности. А мозг в состоянии принять больше всего, и в нем душа предстает как нешама, способность познавать святое. Но на самом деле вся душа, от начала и до конца — как одна большая воронка, и главная ее часть остается сверху и не входит в тело. И она-то и называется словами хая и йехида. Эти части не могут поместиться в теле, так как в них слишком много света и святости, а три нижние части, достаточно сжавшиеся, входят в него.

Конечно, свет еврейской святости, исходящий из высших миров, начинается даже не в высших отделах души. Его истинный источник — наш Отец и Царь, и уже от Него этот свет изливается вниз и сжимается настолько, что может теперь образовать высшие уровни души, йехиду и хаю. Но мы сейчас обсуждаем строение души каждого отдельного еврея, и поэтому не будем говорить о тех уровнях света и святости, что расположены выше ступеней хая и йехида, так как они уже не принадлежат отдельным людям. Мы не можем сказать о них: «Это душа такого-то», как говорим о нижних уровнях: «Руах Реувена», или: «Нефеш Шимона».

Продолжая пример с воронкой, можно представить себе, что над нею держат большую бочку, и все вино, конечно, содержится именно там и именно оттуда попадает в воронку, а затем — и в бутылку. Однако мы уже не можем сказать, что этот источник вина как-то связан с конкретной бутылкой. Бочка — отдельная особенная вещь, и вино в ней мы так и будем называть: «Вино из такой-то бочки». Даже когда оно уже льется из бочки в воронку, оно все равно остается пока еще «вином из бочки», а не «вином в бутылке». А вот когда оно попадет в воронку, тогда мы называем его «вином бутылки», потому что оно уже «сжалось», отделилось от источника, чтобы принять конкретные формы и размеры, соответствующие форме и размерам бутылки, в которую его наливают.

Мы, конечно, будем еще обсуждать, с Б-жьей помощью, и совокупную душу всей Общины Израиля, но пока что мы ведем речь об особой, личной душе отдельного еврея, которая возникает после перехода бесконечного высшего света в состояния хая и йехида. Источник этого света по-прежнему существует и расположен выше нее, но он общий для всех евреев и не может быть назван именами Реувена или Шимона.

2

Мы хотим, чтобы ты лучше понял самого себя, узнал, откуда взята твоя душа и как ты связан с высшими мирами. Для этого нам придется более подробно обсудить эту тему и немного поговорить о том, что такое первичное сжатие, цимцум, и вообще о том, как на самом деле был сотворен мир. Но сначала запомни важный закон, который пригодится тебе и сейчас, когда ты будешь изучать наши слова, и потом, когда станешь читать книги наших святых мужей, излучающих, подобно ангелам, сияние высшего света.

Когда с тобой будут говорить о высших мирах, изучай только то, о чем тебе говорят, и никогда не позволяй своему любопытству соблазнить тебя спрашивать о других духовных вещах. Чтобы ты понял, о чем мы говорим, приведем тебе пример. Представь себе, что меламед начал обучать ребенка алфавиту. Для этого он берет ту книгу, которая первой ему попалась; это может быть Хумаш, Талмуд или что угодно еще. Он не будет рассказывать, о чем в этой книге написано, а только покажет буквы. И представь себе, что любопытный ребенок захочет все же постичь всю мудрость, которая там есть. Что скажет ему меламед? «Если ты удостоишься, то в будущем узнаешь все это — но только при условии, что сейчас согласишься изучать только то, что я тебе показываю, запоминая букву за буквой. А если ты будешь торопиться и захочешь ухватить сразу все, то не постигнешь даже алфавита, и всю жизнь твой разум будет заполнен одними недоуменными вопросами и неправильными объяснениями». Так же и ты, читатель: если ты удостоишься, то поймешь больше, но сейчас изучай только то, что мы тебе в данный момент предлагаем.

В нашем распоряжении кабала — полученное по традиции знание. От нашего праотца Авраама кабала перешла к пророкам, затем ее получили танаим, главным образом — раби Шимон бар Йохай, а от них — Аризаль и другие благословенной памяти знатоки кабалы. Из кабалы нам известно, что когда Б-г творил мир, Он провел его по уровням цимцума, «сжатия», и что при сотворении мира было использовано «сжатие» нескольких степеней и по нескольким направлениям. Когда Б-г создавал мир, Он поступал совсем не так, как делает ремесленник, создавая какую-то новую вещь — и даже сравнивать их нельзя! Ремесленник может лишь придать материалу новую форму, но сам материал изменить не в силах. Он берет дерево или металл и создает предмет, основа которого — то же самое дерево или тот же самый металл. Раньше это был просто кусок дерева, а теперь стол, раньше — обычный слиток металла, а сейчас — ключ, и так далее.

А Б-г создавал мир совершенно из ничего, из абсолютного небытия. Он сотворил суть каждой вещи из Б-жественного света путем его «сжатия», цимцума, и наполнил всю сотворенную Им землю сиянием Своей славы. Бааль Шем Тов и его святые ученики разъяснили нам, что здесь имеется в виду. Дело не только в том, что Б-жественная жизненная сила облеклась телесностью и тем самым создала каждую существующую вещь, придав ей существование, так же, как способность цвести дает жизнь растению, а животная жизненная сила — животному. Дело еще и в том, что сами тела, сами эти «одеяния», хотя мы можем их пощупать и воспользоваться ими, представляют собой искры Б-жественного света, так как Б-г Своей чудесной скрытой силой «сжал» Свой свет, провел его через несколько стадий цимцума, пока в конце концов из него не получились материальные тела, которые мы видим. Известная фраза: «И царство Его властвует над всем» означает, что весь мир представляет собой лишь сияние Его света. Цимцум, о котором рассказывает нам кабала, как раз и означает, что известный нам ограниченный мир получился из бесконечного света, у которого никаких границ нет и быть не может, и что Б-г создал его в несколько стадий, осуществив цимцум в нескольких направлениях.

И теперь можно попытаться понять, что же это за пять уровней человеческой души: йехида, хая, нешама, руах и нефеш. Они тоже результат своего рода цимцума. Однако душа распространяется по телу настолько, что даже кончики пальцев ног получают жизнь непосредственно от Б-жественной жизненной силы, от святости Израиля. Поэтому даже самое тело еврея отличается по своей святости от тел других людей, тело левита отличается от тела простого еврея, а тело коэна — от тела левита с самого их рождения. Их души различаются по уровням, а потому различаются и их тела — ведь душа питает их и дает им жизнь.

Теперь у тебя должен возникнуть вопрос: чем же отличается святость Б-га, заключенная в душе и теле еврея, от Его святости, разлитой по всему остальному миру. Мы же сказали, что «царство Его властвует над всем»! Подожди немного, и ты получишь ответ на свой вопрос, когда прочтешь все «Три речения», а в особенности — Второе речение, раздел 3, и поймешь то, что там сказано.

Теперь ты уже знаешь названия уровней твоей души, образовавшихся в результате цимцума: нефеш, руах и так далее. А каковы же уровни цимцума, заключенные в строении мира в целом? Об этом тоже известно нашим святым мужам, знатокам кабалы. Они рассказали нам, что этих уровней всего десять и что они называются сфирот. Вот их названия: кетер, хохма, бина, хесед, гвура, тиферет, нецах, од, йесод и малхут. Но об этом мы не будем больше ничего тебе рассказывать; ты сам, если удостоишься, узнаешь о них все из наших святых книг. Мы вообще не собираемся обучать тебя кабале, мы хотим только поговорить о методах твоей учебы вообще, о том, как ты должен подходить и к хасидским книгам, и к книгам о кабале, если удостоишься изучать и их тоже. Главное, что мы стараемся объяснить тебе — что эти книги не должны быть для тебя творением чистого разума и что ты не должен подходить к ним чисто логически. И если ты сможешь понять в этих книгах какую-то фразу или какую-то тему, не спеши поздравлять себя с тем, что теперь ты знаешь, «что делал Б-г».

Так что понятия хасидизма мы здесь обсуждать не будем. Поговорим лишь о четырех мирах, которые тоже представляют собой своего рода уровни цимцума, «сжатия», так же, как уровни души человека. Самый верхний из миров — это мир Ацилут, из которого путем цимцума следующего уровня был создан мир Брия, который тоже подвергся цимцуму, и возник мир Йецира, а из него после еще одного цимцума был сотворен мир Асия — самый грубый материальный мир. И, подобно телу человека, миры тоже получают жизнь и существование из Б-жественной жизненной силы, которая в результате цимцума переходит из более высоких миров в нижние. Наши святые мужи установили связь между цимцумом частей души и цимцумом миров. Они сказали, что душа, так же как и мир, прошла цепочку цимцумов, которая берет начало в Б-жественном свете и завершается материальным телом. Более того, степень цимцума и качество Б-жественного света, заключенного в уровне йехиды, соответствует степени цимцума и качеству света, заключенного в мире Ацилут; свет, заключенный в нешаме, есть свет мира Брия, руах соответствует миру Йецира, а нефеш — миру Асия. Если человек удостаивается раскрытия высших уровней души — хаи и йехиды, то уровень его святости и его заслуг соответствует святости и заслуге мира Ацилут. Нешама, прошедшая дополнительную ступень сжатия, освещена светом, который тоже прошел эту ступень сжатия и уже не похож на свет из мира Ацилут, и так далее…

Только не думай, что эти пять уровней души у всех одинаковые! Ведь и воронку мы выбираем по размеру бутылки, и если наливаем вино в большой кувшин, возьмем воронку большую, чем для маленького пузырька. Может даже оказаться, что для кувшина будет сделана такая воронка, у которой узкая часть даже шире, чем самая широкая часть маленькой воронки, годящейся для пузырька. То же самое и с людьми: грубый и телесный человек не может воспринять столько Б-жественного света, сколько более утонченный и чистый. И может оказаться, что те уровни, которые для грубого человека будут называться хая и йехида, поскольку еще не смогут войти в его тело, для чистого человека будут уровнями нешама, руах или даже нефеш. Здесь — ключ ко многим тайнам, но с тебя пока довольно и того, что мы тебе рассказали.

3

К чему же мы пришли? К тому, что и сам еврей, и его святость имеют источником высшие миры, что его сущность, спускаясь сверху вниз, предстает последовательно как йехида, хая, нешама, руах и нефеш, и что уровни души соответствуют уровням сотворенных миров: ацилут, брия, йецира, асия. И хотя уровни хая и йехида, соответствующие миру ацилут, не входят в тело человека, все же они являются частью его души. Размер их соответствует духовному уровню человека, так же, как размер верхней части воронки должен соответствовать размеру бутылки. Другими словами, каждый человек имеет свою долю в мирах йецира, брия и даже ацилут. И даже если он не видит этой доли, поскольку она все время остается вне его, все же она ему принадлежит, и к нему из этих миров тянутся нити, соединяясь с низшими уровнями его души. Не будь этих высших уровней — и нефеш, руах и нешама тоже не имели бы никакой святости! И поэтому, когда еврей начинает изучение миров ацилут, брия и йецира, он занимается теми частями этих миров, которые ему принадлежат. Даже если он не видит этих миров, и даже если он не сможет вознестись и войти в миры брия и ацилут — это ничего не значит. Просто эти миры устроены так, что всегда остаются выше нашего восприятия.

Из этого следует очень важное правило. Если ты изучаешь святые книги, в которых рассказывается об этих высших мирах, и тебе кажется, что ты что-то про них понял, — ни в коем случае не думай, что теперь тебе стало известно что-то о мирах йецира, брия и ацилутсамих по себе, как они есть. Ты понял всего лишь кое-что из своей части этих миров, только то, что заложено в твоей душе, в ее частях руах, нешама, хая и йехида. И для человека, стоящего выше, чем ты, все твое понимание — ничтожная капля, потому что он в состоянии постичь то, что заложено в его великой душе, и осознать принадлежащую ему часть высших миров — а она несравнимо больше твоей. И если ты размышляешь над каким-либо стихом из Танаха, например, о том, где сказано, что над Престолом Славы расположен образ человека (Йехезкель 1) и что-то в нем понимаешь, даже не думай, что ты на самом деле понял слова пророка, который видел посланный ему образ и рассказал о нем. О таком даже помыслить страшно! Ты увидел лишь искорку от искорки, отсвет отсвета, потому что видения пророка прошли множество цимцумов, пока смогли войти в высшие отделы твоей души — йехида, хая и нешама. Не забывай, что ты понимаешь только содержание твоей собственной души, несущей на себе отблеск слов пророка. И только так тебе и следует подходить к словам наших святых книг.

Чтобы ты лучше все это понял, приведем такой пример. Ты знаешь, что в теле человека скрыты различные силы и различные чувства. В глазах воплощено чувство зрения, в ушах — слуха, способность ходить заключена в ногах и так далее. И все эти силы и чувства не самостоятельны, все они получают жизнь от души. Ведь когда годы жизни человека подходят к концу, тело остается целым, со всеми его органами и членами, а ни сил, ни чувств в нем уже нет! И неужели в человеке так много душ — одна смотрит, другая слушает, третья ходит?.. Конечно, душа только одна. И дает она телу самую простую, нерасчленяемую жизненную силу. А она уже, проникая в различные члены и органы чувств, проявляется в виде особых сил и особых чувств. Когда часть жизненной силы одевается в глаза, она проявляется как чувство зрения. Когда она обволакивает уши, которые устроены совершенно не так, как глаза, и совершенно для другого предназначены, в ней вдруг появляется способность слышать. Если бы та же самая часть жизненной силы, которая сейчас действует как слух, оказалась бы связанной с глазами, она выглядела бы как способность видеть. И то же самое, как мы знаем из наших святых книг, относится и ко всем остальным телесным силам.

Теперь ты сможешь лучше понять то, что мы рассказали тебе о способах постижения высших миров. Дело не только в том, что в этих вопросах любую подробность необходимо воспринимать как выражение высшей святости. Главное в том, что само понимание этих тем — не есть привычное нам понимание, не то разумное постижение, которое годится для математики и даже для расчета еврейского календаря. Когда человек занят подобными вещами, он использует свою способность логического мышления для работы с чем-то, что целиком расположено вне него — в небе, например, но не в его мозгу. Это, кстати, дает человеку возможность обдумывать то, чего и вообще в мире нет, как делают математики, которые раздумывают не о том, что в мире есть, а о том, что могло бы быть: каким был бы результат расчета, если бы мир был устроен так-то и так-то. Понимание вещей, сама основа которых — одна только святость, происходит совершенно по-другому. Это не абстрактный расчет, а восприятие того, что уже содержится в душе, попытка заставить заключенный в ней свет выйти наружу.

При такой работе каждая доля души неизбежно проявляется через то чувство или ту силу в теле, за которые она отвечает. Та часть, которая избрала своим одеянием печень или другие грубые органы тела, проявляется как самая простая телесная жизненная сила — но и тут она не похожа на жизненную силу животного, поскольку самую плоть она превращает в тело святого еврея. (Мы уже рассказывали о том, что именно в этом состоит врожденное отличие еврея от всех остальных, а внутри нашего народа — разница между простым евреем, левитом и коэном). Та часть, которая пребывает в сердце, проявляется как руах, в котором заключены душевные качества, такие, как святость, любовь и трепет. И опять речь идет не о любви к глупостям и не о ничтожных страхах. Мы говорили уже в главе 10, что в душе еврея заключены качества высших миров, которые просто не видны обычному глазу — и мы подробно рассказали, почему именно. А душа, находящаяся в мозгу, наиболее чистой и возвышенной части нашего тела, проявляется как нешама, способная постигать слова Торы и размышлять о путях служения. И чем больше места будет занимать этот отдел души, чем более сложным он будет, тем больше будет у человека связанных с ним сил и способностей. А когда начинают расти верхние доли души, хая и йехида, усиливается тяга человека к все более и более святым темам и явлениям, в том числе и к тем, что находятся вне пределов нашего понимания. И такой человек не просто тянется к скрытому, не всего лишь великим праведником хочет стать, ничего не делая, — всем своим существом, всем телом он стремится обрести новую святость в практическом служении, и разум его жаждет все новых и новых достижений в простом изучении Торы и в работе над хасидскими сочинениями, созданными ради возвышения души.

Теперь мы уже можем вернуться к удивившим нас словам Мишны о человеке, «чья мудрость больше его добрых дел». Конечно, мы можем интересоваться самыми возвышенными темами, можем изучать высшие миры. Единственное, чего мы ни в коем случае не должны, — рассматривать это наше занятие как обычное увлечение абстрактной мудростью, трактующей о чем-то, расположенном вне нас самих. Вот тогда-то и оказывается, что мудрость становится «больше добрых дел» и оборачивается во зло. Размышления должны проходить так, как мы объясняли выше: ацилут, брия и йецира, и соответственно им — хая, йехида и нешама, которые, хоть и расположены выше человека, являются частью его самого. Если ты будешь все время действовать, исходя из этого взгляда, то свет высших миров окружит тебя всего с головы и до ног. В каждом органе тела и в каждой частичке души прибавится святости, сердце станет сильнее любить и трепетать, а разум начнет обращаться к мыслям и идеям, проникнутым все большей и большей святостью. Получится, что, даже если ты будешь изучать самое возвышенное, станешь интересоваться даже мирами ацилут и брия, твоя мудрость все же не будет «больше добрых дел»: ведь ты будешь изучать свой собственный ацилут, верхнюю часть своей собственной воронки, и, кроме того, эти части души будут все глубже входить в твое тело, проявляясь в руах и нефеш.

Одно здесь связано с другим. Если человек работает над своим телом, освящая его и очищая на путях хасидизма, он освобождает в нем место для нового и нового света, а поэтому и разум начинает склоняться к все более возвышенным размышлениям. И если к этому времени человек еще не узнает, как учиться и как управляться со своим разумом, его может постигнуть одно из двух бедствий, Б-же упаси. Может получиться, что невозможность постоянно увеличивать силу разума сведет на нет и телесное возвышение, поскольку мозг не сможет увеличить нешаму и не позволит ей распространиться по телу. Получится так, что новая, дополнительная душа будет отрезана от него, Б-же упаси, и останется человек только с той маленькой душой, которая была в нем изначально. А может случиться, что просветленное возвышенное тело все же сумеет заставить очиститься те мысли и те идеи, которые возникают в его прежнем, не успевшем измениться разуме. А поскольку прямого пути эти мысли не найдут, они неизбежно искривятся. Если теперь человек поймет что-нибудь, он сразу возгордится, вообразив, что уже свободно гуляет по миру ацилут, в то время как на самом деле ни одного святого и прямого пути туда он не знает!

Но если человек будет продвигаться вверх не только телом, но и разумом, тогда и тело будет чувствовать все большее наслаждение и воодушевление, каких одни лишь размышления не подарили бы. Но дело как раз в том, что с развитием мозга вместе с ним развиваются руах и нефеш, заключенные в теле. Все шире они распространяются и все глубже проникают. Обычному ученику никогда этого не добиться! Представь себе, что нееврей станет изучать законы Песаха, приготовления мацы и проведения Седера. Он ничего не увидит там, кроме сухих рассуждений, и даже будет удивляться: почему для выпечки этого «хлеба бедности» придумали столько законов? А представь себе, с каким подъемом будет изучать эти законы один из вас, как они будут нравиться ему, как при знакомстве с ними будет охватывать его душу покой и удовлетворение! Ему будет даже казаться, что он уже ощущает на губах вкус мацы, а перед глазами видит стол, накрытый для Седера, слышит Агаду, рассказы и загадки, посвященные нашему исходу из Египта! И это — не просто игра воображения. Его разум теперь работает мощнее, озаряемый вышним светом, и душа тоже обрела новый свет и с ним вместе — новые силы. Теперь даже тело, даже язык воспринимают все гораздо острее! И когда в месяце элуле начинают изучать законы молитв Слихот, порядок службы в Рош ашана и Йом кипур, в этом участвует не только холодный рассудок. Хасид во время учебы как бы ощущает близящийся Небесный суд, и бывает так, что сборник законов трогает его душу не меньше, чем назидательная книга!

Так устроен мир, и ты в своих занятиях должен это учитывать. Когда ты станешь изучать самые возвышенные темы, помни, что ты сейчас усваиваешь и постигаешь только те части миров ацилут, брия и йецира, которые стали частью тебя и парят над тобой, но сам мир — ацилут, например, — тебе по-прежнему недоступен. И если в будущем ты достигнешь более высокого уровня и захочешь понять какой-нибудь отрывок из Зоара или других наших святых книг, объяснения которому нигде не найдешь, представь себе то, о чем там говорится, и с помощью своей собственной воли и той части четырех миров, которая принадлежит тебе, постарайся понять сказанное: ведь то, что уже заключено в твоей душе, ты так или иначе способен понять!

И все время смотри внутрь себя и следи за тем, что происходит во время твоих занятий. Если ты видишь, что твое тело тоже возвышается и освящается, то можешь быть уверен, что изученное не осталось чуждым тебе, не превратилось в абстрактную «мудрость, которая больше добрых дел», Б-же упаси, а залило светом тебя всего, с головы и до ног. И даже если ты не можешь заметить этого каждый раз, когда изучил что-либо или исполнил заповедь, исследуй себя хотя бы раз в полгода, в крайнем случае — раз в год, и будет тебе благо.

Печатается с разрешения издательства «Швут Ами»


Пророк Ирмияу (Еремия) был свидетелем разрушения Первого Храма. Эту трагедию он оплакал в свитке Эйха. Пророк описывает ужасные картины гибели Иерусалима и бедствия, охватившие еврейский народ. Читать дальше