Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Восточные истории, комментирующие недельную главу Торы.

«ולא תחללו את שם קדשי ונקדשתי בתוך בני ישראך אני ה" מקדשכם» (כ"ב, ל"ב)

«И не бесчестите святого Имени Моего, дабы я был святым среди сынов Израилевых, Я, Г-сподь, освящающий вас» (22:32)

Тот, кто жертвует собой во имя Творца, распространяет Имя Творца в мире.

Бухарские евреи многие годы страдали от мусульманского фанатизма. Был период, когда существовали унизительные антиеврейские законы, включающие 18 запретов и обязательное ношение отличительных знаков для всех евреев. За малейшее нарушение этих законов жестоко наказывали, например, били палками по пяткам. Если же «преступление» считалось серьезным, то суд, не задумываясь, приговаривал еврея к смертной казни. Кроме этого, еврей, состоявший под судом по любой причине, подвергался постоянному давлению. Его принуждали изменить религию взамен на облегчение приговора суда. Еврей, перешедший в мусульманство добровольно или принудительно, находился под постоянным контролем, чтобы не вернулся к иудаизму.

Случай с Худайдадом (Натанэлем) произошёл приблизительно в 5560 г. (1800 г.). Однажды утром Худайдад, молодой ученик ешивы, шёл по базару. Проходя по улице, он увидел человека, похожего на его друга детства. Юноша остановился и подал встречному руку для приветствия. Человек, не посмотрев даже, кто перед ним, пожал протянутую Худайдадом руку.

Но тут оба поняли, что произошла ошибка. Это был не знакомый Худайдада, а мусульманин. А евреям было запрещено пожимать руку мусульманина! Что сделает теперь мусульманин? Как поступит Худайдад?

Худайдад пришёл в себя первым. В попытке умиротворить мусульманина, чтобы тот не побежал в полицию, Худайдад положил руку ему на плечо. Он не понимал, что тем самым усилил гнев узбека, который еще сильнее, чем ненавидел Худайдада, боялся, что скажут его друзья по базару. «Ничего не случилось, друг, — сказал Худайдад, — ведь мы оба верим в одного Творца и утверждаем, что один Творец сотворил мир».

Мусульманин, пришедший в себя, схватился за слова еврея, как за спасительную соломинку. «Вы слышали, — поднял голос узбек, чтобы привлечь внимание всех стоявших рядом, — еврей этот принял на себя нашу религию — ислам»…

Тут же Худайдад был взят в эмирский дворец, где мусульманин и несколько свидетелей подтвердили под присягой, что еврей заявил о вере в единого Б-га и пророка Мухамеда.

Худайдад понял, что положение его намного хуже, чем, если бы он только пожал мусульманину руку… «Свидетели лгут», — пытался защищаться Худайдад, но бесполезно. Эмир принял версию мусульман и объявил, что отныне Худайдад — мусульманин.

Но Худайдад не собирался изменять иудаизму даже для вида. «Вы можете верить мне или нет, но я родился евреем и евреем умру», — спокойно ответил Худайдад. Слова эти не оставили эмиру другого выбора, как отправить юношу в тюрьму.

Главы еврейской общины Бухары, узнав о происшедшем, решили действовать, чтобы спасти парня. Все попытки объяснить властям, что речь идёт об обмане и клевете, не принесли плодов. Всё, чего удалось добиться в результате неимоверных усилий и, главное, крупных взяток — это разрешение Худайдаду оставаться в собственном доме до дня суда.

Худайдад вёл себя в эти дни очень спокойно, хотя всем было ясно, какое решение примет суд. Он пытался утешить родителей, братьев, сестёр и молодую жену. «Знайте и расскажите моим детям, когда вырастут, что я пожертвовал жизнью во имя Творца и Торы Моше», — сказал им Худайдад.

В день суда евреи и мусульмане в напряжённом ожидании решения суда собрались около дворца эмира. И в этот раз на Худайдада было оказано большое давление, чтобы он изменил еврейству и тем самым спас свою жизнь.

На Худайдада это не произвело никакого впечатления. С презрительной улыбкой посмотрел он на эмира и мусульман, которые его оклеветали. «Я не прошу вас о милосердии, — сказал Худайдад, — поспешите и приведите в исполнение ваш приговор. За меня отомстит Творец»…

В тот же день приговор был проведён в исполнение. Рассказ о Худайдаде передавался среди евреев Бухары из поколения в поколение. Сыновья Худайдада приехали в Эрец Исраэль в конце прошлого века и осели в Иерусалиме, многие из них люди религиозные и богобоязненные до сего дня.

«וביום השביעי שבת שבתון מקרא קדש כל מלאכה לא תעשו שבת הוא לה" בכל מושבתיכם» (כ"ג, ג)

«…а в седьмой день шабат покоя, собрание священное, никакой работы не делайте; это шабат Г-спода во всех местах поселения вашего» (23:3)

С детства мечтал р. Элияу Мани приехать в Землю Израиля. После многих лет учёбы в ешиве р. Абдаллы Сомеха в Багдаде взял р. Элияу жену и троих детей и отправился в Святую Землю. Семья рава присоединилась к пересекавшему пустыню каравану. В пятницу, перед наступлением шабата, обратился р. Элияу к проводникам с просьбой остановиться на шабат в пустыне. Те удивлённо посмотрели на рава: вокруг, куда ни глянь, только песок и песок, кто рискнёт остановиться тут на целый день? И вообще, вода и еда рассчитаны на определённое количество дней пути, не предполагавших однодневную стоянку.

«Но ведь перед дорогой, я договорился с вами, что не будем двигаться в шабат!» — вскричал рав.

Засмеялись проводники: «Да, верно, многие евреи договариваются с нами, и мы соглашаемся, но, в конце концов, мы продолжаем путь, и они подсоединяются к нам, объясняя свое решение спасением жизни».

И, действительно, опасность для жизни была налицо, а она отодвигает запреты шабата, но р. Элияу был непреклонен. Он остался в пустыне с женой и тремя детьми, а проводники, не мучаясь излишними угрызениями совести, двинулись дальше.

Пришла ночь. Раби Элияу благословил вино, стоящее на «столе» из песка, покрытого белоснежной скатертью. Субботние песни сопровождал вой шакалов и звуки пустыни, но песчаная буря не испортила вкуса субботних блюд. На исходе шабата раби Элияу произнёс авдалу, и ночью, семья двинулась по следам каравана. Каковы были шансы догнать караван, двигавшийся без остановок сутки? Однако к утру они таки настигли караван, который, как оказалось, сбился с пути! С уважением были приняты рав с семьёй остальными путешественниками. Путешествие продолжилось без приключений, караван благополучно прибыл в Иерусалим. В дальнейшем рав Мани стал равом Хеврона.