Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
В истории мест пребывания евреев есть очевидная закономерность — социально-экономическое развитие и расцвет совпадают с временами благополучия еврейской общины, а с исходом евреев эти города и целые страны приходят в упадок. Благополучие еврейской общины, в свою очередь, всегда связано с уровнем духовных лидеров и законоучителей

Даугавпилс (он же Двинск, Борисоглебск и Динабург) в течение почти 170 лет, с 1772 по 1941 гг., оставался в целом привлекательным для евреев местом, благодаря возможности сохранения общины под руководством духовных лидеров и более-менее лояльного отношения властей. Как и везде, община Даугавпилса пережила периоды роста, расцвета, стабильности, угасания и упадка.

Краткая история города и его евреев

Исторические и социально-экономические предпосылки формирования еврейской общины Согласно большинству исторических источников, в 1275 году на берегу Двины крестоносцами была построена крепость Динабург, вокруг которой несколько столетий спустя вырос город. Его привлекательное с военной точки зрения расположение привело к тому, что город многократно переходил из рук в руки между Польшей, Россией и Швецией. В 1658 году в ходе русско-шведской войны он был переименован в Борисоглебск, а 8 лет спустя вновь вошел в состав Речи Посполитой под прежним названием Динабург.

В 1772 году в результате Первого раздела Польши в Динабурге появились евреи. Город был включен в состав Псковской губернии, а с 1802 года закреплен в состав Витебской губернии. На польских территориях евреям запрещалось иметь землю и заниматься сельским хозяйством, что определило род их деятельности в Динабурге. Они занимались мелкой торговлей, скупая у крестьян сельхозпродукцию и поставляя им соль, кожи, скобяные изделия. Евреи давали ссуды, арендовали небольшие хозяйства, мельницы, рыбные пруды, корчмы и пр.

Уездный город Динабург стал центральным промышленным и торговым центром Витебской губернии, а со строительством железной дороги Санкт-Петербург — Варшава в 1860-1862 гг. он приобрел еще большее значение. Указом императора Александра III от 14 января 1893 года город Динабург был переименован в Двинск.

С конца XVII и до начала XIX вв. роль евреев в европейской экономике росла благодаря их участию в создании новых отраслей хозяйства, в развитии морской и колониальной торговли такими товарами как сахар, кофе, табак и чай, и в организации сбыта развивающегося промышленного производства. Во всем этом активно участвовали еврейские купцы. После разделов Польши на территории Российской империи оказались миллионы евреев, и российская корона хотела воспользоваться их деловым потенциалом. Екатерина II тайно заключила союз с еврейскими купцами о торговле ревенем, который высоко ценился как лекарственное средство и хорошо продавался, наряду с пушниной и икрой. Ревень доставляли из Забайкалья в Ригу, откуда его продавали в Европу в 4-7 раз дороже закупочной цены. Но в середине XIX века спрос на российский ревень в Европе упал: европейцы стали завозить товар другими путями, они больше не нуждались в посредниках, и для России это означало потерю «золотой жилы». В начале XIX в. евреи, сколотившие капитал на торговле и чеканке монет, стали развивать банковское дело: филиалы еврейских банков открывались по всей Европе и финансировали строительство в городах и развитие железных дорог. Для строительства, технического обслуживания и администрирования тоже привлекали евреев.

К началу XX в. евреи Двинска проявляли высокую активность в различных областях. Они работали на Риго-Динабургской железной дороге, торговали мануфактурой, кожей и льном, а также льняными и пеньковыми изделиями, льняным семенем, лесом и смолой. Кроме того, в городе выстроили развитую социальную инфраструктуру, в которой были заняты многие евреи: извозчики, портные, обувщики, мясники, носильщики, ремесленники, столяры. Евреи держали винокурни, занимались гонкой дегтя и лесными промыслами. Среди них были адвокаты, врачи, учителя и нотариусы. По числу торговых и промышленных предприятий Двинск занимал первое место в Витебской губернии, являясь важным деловым центром региона.

В ноябре 1917 г. в городе была впервые установлена советская власть, в феврале 18-го его заняли немецкие войска, а в январе 1920 г. город был взят польскими частями и передан в состав новообразованной Латвийской республики, получив новое название — Даугавпилс.

С началом Второй мировой войны в сентябре 1939 года в районе Даугавпилса на территорию Латвии перешли отступающие части польской армии. 17 июня 1940 г. в город вошли советские войска. Через 4 дня после нападения Германии на СССР Даугавпилс заняли немецкие войска. 27 июля 1944 года город был освобожден от нацистов Красной Армией и до октября оставался временной столицей Латвийской ССР. С 1991 года Даугавпилс находится в составе Латвийской республики.

Еврейская община Даугавпилса

В 1772 году Динабург стал российским и там поселились первые 136 евреев, что составило треть от общего числа жителей. В 1787 г. евреев было уже 783, а в 1815 г. — 1559 (57% населения). Власти сохранили политические права евреев и систему общинного управления польских времен («кагалы»), оставили деление на мещан, крестьян и купечество, а также все налоги, повинности, обязанности и ограничения. В сословную структуру России еврейское население не вписывалось. В результате административной реформы, для развития экономики и торговли 16 местечек черты оседлости в 1775 году получили статус городов, что спасло еврейское население от реальной угрозы закрепощения. Вместе с тем, реформа привела к потере прежних источников дохода, к обнищанию и, как следствие, к необходимости адаптироваться и развивать актуальные ремесла.

В 1802 году был создан учредительный еврейский комитет, задачей которого стало решение «еврейского вопроса» в России. В отчете сенатора Г.Р.Державина — выдающегося русского поэта и убежденного антисемита — отмечались замкнутость еврейский общин, низкий уровень просвещенности людей и «безнравственность» талмудических законов. В 1804 году было принято «Положение о евреях». Впредь евреям разрешалось изучать Тору и Талмуд, все евреи должны были принять наследственные фамилии и впредь записываться ими при проведении переписей. Евреи делились на сословия: земледельцы, фабриканты, купцы и мещане. Евреям, проживающим в сельской местности и занятым производством и торговлей спиртным (около 60000 семей), было предписано переселиться в города. Им запретили приезжать во внутренние районы страны. Евреи должны были знать один из трех языков: русский, польский или немецкий. Начиная с 1812 года знание языка стало необходимым условием чтобы избираться или занимать должность в кагале или в раввинате.

В дальнейшем положение евреев систематически ухудшалось. В 1820 году им запретили иметь христиан в домашнем услужении.

В 1827 году был подписан дискриминационный указ о воинской повинности для евреев — началась реализация «кантонистского проекта». В 1835 году утвердили новое, более жесткое «Положение о евреях». В 1844 году был издан указ о коробочном сборе (теперь направлять средства на содержание еврейских школ, устройство сельскохозяйственных поселений и благотворительные цели разрешалось лишь после уплаты государственных налогов и долгов общин). Кагалы были упразднены, их сохранили лишь в Риге и городах Курляндской губернии, где они просуществовали до 1893 г. В Положении появилась статья о налоге на ношение традиционной еврейской одежды: после 1 января 1851 года носить традиционную одежду могли только старики, а все остальные имели право лишь донашивать эту одежду и платить налог). Евреев запретили принимать на гражданскую службу. В 1851 г. еврейское население было разделено на пять разрядов: купцы, земледельцы, ремесленники, оседлые и неоседлые мещане (для последней категории ужесточили рекрутский набор). Каждый, кто не был вписан в сословие, считался бродягой со всеми вытекающими. В том же году женщинам, которые брили голову (обычай ряда хасидских групп), запретили это делать. В 1852 году было запрещено носить пейсы.

Одновременно предпринимались активные попытки социально интегрировать евреев: было закреплено положение, согласно которому «земледельцы из евреев были все свободны и ни под каким видом никому укрепляемы ни во владение отдаваемы быть не могут», еврейским фабрикантам, ремесленникам, художникам, купцам и членам их семей позволили посещать внутренние губернии империи (при условии ношения немецкой (европейской) одежды); еврейской молодежи разрешили поступать в учебные заведения — гимназии, народные училища и университеты (тоже при условии ношения европейской одежды).

По данным первой всероссийской переписи 1897 г. в Двинске при численности населения 69.675 человек для 46% населения родным языком был идиш. По данным на 1 июля 1913 г. в Двинске числилось 112.848 жителей, из которых 55.686 (49.3%) придерживались иудейского вероисповедания. Первая мировая война и гражданская война в России сильно отразились на местной демографии. Евреев обвиняли в шпионаже и поддержке противника. В 1915 году в соответствии с царским указом основное еврейское население Двинска как «политически неблагонадежное» в течение 48 часов было депортировано из прифронтовой полосы во внутренние районы России. Часть высланных евреев вернулась Двинск в 1918 году, но после установления власти большевиков многие предпочли уехать в Польшу или Литву. В 1925 году в Двинске проживало 12.6 тысяч евреев (31% населения); в 1930-ом — 11.6 тысяч (26,9% населения города.

С 15 июля 1941 года нацисты и их местные пособники начали организовывать Даугавпилсское гетто, где было уничтожено 23 тысячи евреев, в том числе 14 тысяч евреев Даугавпилса. Согласно эмигрантским латышским источникам, переписью 1943 года евреи уже не учитывались, однако по немецким документам установлено, что в Латвии на момент той переписи находились 12964 еврея, в том числе 7784 ввезенных из Германии и 276 из Литвы. Все они в итоге были убиты. Еврейское население самой Латвии к тому моменту было уничтожено практически полностью, за исключением призванных в Красную Армию, отправленных до войны в советские лагеря и тех немногих, кто успел эвакуироваться в советский тыл.

После 1945 года в город возвратились немногие пережившие войну евреи, а также приехали новые мигранты из других республик СССР. В 1959 году численность еврейского населения Латвии составляла приблизительно 36 тысяч человек.

Согласно данным Центрального статистического управления в 2016 году в результате отрицательного естественного прироста и миграции Латвия за один день теряла 42 человека: 60 человек рождались, 78 человек умирали, 28 приезжали жить в Латвию, а 52 человека уезжали из Латвии. Поскольку территорию Латвии покинула значительная часть русских, немцев, евреев, поляков и лиц других национальностей, то среди оставшихся заметно возрос удельный вес латышей.

В настоящее время в Латвии остается около 10 тысяч евреев. Латвийская еврейская община считается второй по величине среди стран Балтийского моря. Но если в 1989 году в Даугавпилсе проживало 2.5 тысячи евреев, то на момент написания данной статьи их осталось примерно 100 (10-12 пятидесятилетних, около 40 человек от 50 до 70 лет, около 50 человек от 70 до 90 лет и один человек — уроженец Даугавпилса Самуил Иосифович Глейзеров — 99 лет.

Раввины Динабурга — Двинска — Даугавпилса

«Положение о евреях в России» разрешало избирать в губернских и уездных центрах одного раввина и несколько кагальных сроком на три года. Назначение раввина на должность утверждалось губернскими властями, жалованье раввину платила община. В 1835 г. на раввина была возложена обязанность вести метрические книги. В 1857 г. вышел закон, согласно которому на должность раввина впредь должны избираться исключительно выпускники созданных правительством раввинских училищ или еврейских учительских институтов, а также общих высших или средних учебных заведений. Согласно опубликованному Сенатом разъяснению, права на раввинский пост давало прохождение учебного курса шести и даже четырёхклассной прогимназии, шести классов реального училища и сдача экзамена по предметам гимназического курса, при этом сдавать экзамен по «древним» языкам (латынь и древнегреческий) было необязательно. Этот закон столкнулся с протестами общин, и постепенно сложилась ситуация, когда в общине действовали два раввина — так называемый казенный и духовный (или «ученый») раввин, не утверждавшийся властями, но вынужденный формально подчиняться административным решениям казенного раввина, и при этом почти всегда являющийся истинным авторитетом в глазах общины.

Раввинам вменялось в обязанность надзирать за обрядовой стороной жизни общины и решать все споры, относящиеся к религии. В каждом городе мог быть один кагал, но позволялось строить синагоги и выбирать раввинов по разным направлениям.

Источники сохранили информацию о многих раввинах города начиная со второй половины XIX века. Среди них: рав Шломо Залман — отец и наставник рава Авраама Ицхака Кука, учитель рава А.И.Кука рав Реувен а-Леви, а также самые прославленные раввины Двинска — рав Меир Симха Кац-Коган (1843-1926) и Рогачевер — рав Йосеф Розин (1859-1936), которые осуществляли духовное руководство общиной более 35 лет.

После смерти рава Меира Симхи пост духовного лидера литаим оставался вакантным два года, после чего община пригласила рава Эльханана Кагана — «Купчишского Гаона». Он умер в начале октября 1936 года. Преемником Рогачевера стал рав Алтер Исраэль Фукс, которого Рогачевер экзаменовал лично. Именно рав Фукс готовил к печати рукописи Рогачевера. Он погиб в Браславском гетто.

Главным казенным раввином города в течение более 40 лет, начиная с 1898 года рав Гирш Ратнер. В 1923 г. он был обвинен в том, что незаконно выдавал евреям удостоверения для выезда в США. Его арестовали, но затем выпустили под залог, а в 1926 г. был оправдали.

Важно упомянуть и рава Капману Липе Ручко — члена раввинского суда и духовного лидера сефардов Даугавпилса с 1920 по 1938 гг. Тораническое образование он получил в Литве, раввинскую смиху ему дали рав Меир Симха и Рогачевер. Умер рав Кампана Липе летом 1938 г.

В 1946 году руководителем общины был избран А. Штейн. С 23 февраля 1949 года раввином еврейской религиозной общины в Даугавпилсе был рав Б. Эльяшберг (родился в 1878 г.), проживавший с женой в одном из синагогальных помещений. В начале 60-х, овдовев, он переехал в подмосковную Малаховку. Секретарем синагоги был Я. Левин (1889 г.р.), а сторожем — Я. Псавко (1873 г.р.). После того как они умерли, еврейская община Даугавпилса фактически прекратила организованную деятельность, молитвы организовывали и вели неофициальные руководители общины. Во второй половине 60-х гг. и далее в советском Даугавпилсе, как и в большинстве городов СССР (за исключением Средней Азии и Кавказа), иудаизм исповедовался в полуподпольном режиме, и даже еврейское кладбище было ликвидировано.

Синагоги Двинска — Даугавпилса

Согласно архивным данным в 1923 г. в буржуазной Латвии было 165 синагог из которых на Даугавпилс приходилось около 70, причем всего в синагогах города было 3160 сидячих мест. Среди прихожан синагог, регулярно плативших за места в них, в 1939 г. числилось около 2 тысяч человек, но на молитвы во всех синагогах и домах учения единовременно собиралось меньше людей — приблизительно 1200 человек.

Эти синагоги могут быть сгруппированы с учетом трех характеристик. Во-первых, синагоги зачастую учреждались и поддерживались представителями тех или иных «цехов» (синагоги торговцев, мясников, извозчиков или грузчиков). Во-вторых, многие синагоги известны по именам своих основателей (синагоги Персона, Цина, Витенберга и др.). И, наконец, их различали по местонахождению (Адетинес, Стропы и т.п.). Интересно, что «нусах» молитвы в синагоге в случае с Даугавпилсом был глубоко вторичен: во всех синагогах города вместе молились хасиды и митнагдим, ашкеназы и немногочисленные сефарды.

С началом Перестройки в СССР возникла возможность легально заниматься возрождением еврейской жизни. В Латвии эта работа велась очень активно. В конце 80-х был создан Совет еврейских общин Латвии. В 1988 г. открылось Даугавпилсское отделение Латвийского общества еврейской культуры, которое в 1992 г. было преобразовано в Даугавпилсскую еврейскую общину.

Согласно архивным данным, до 16 июня 1940 г. еврейским религиозным организациям и общинам Латвии принадлежало 270 объектов, расположенные как в больших, так и маленьких городах. Совет еврейских общин Латвии поставил перед собой задачу добиваться реституции — возвращения этих объектов еврейским общинам, а в случае невозможности вернуть объект, получить возмещение его кадастровой стоимости. Юридически такая возможность появилась в 1992 году, после принятия закона Латвийской Республики «О возврате собственности религиозным организациям». Началась активная работа по возврату еврейской общине Даугавпилса городских зданий, в которых размещались синагоги в XIX — первой пол. XX вв. В архивах Латвии, России и Беларуси была собрана информация о 45 синагогах, построенных в период с 1840 по 1909 гг. Приобретать землю евреям разрешили только в 1862 году, что объясняет факт того, что с 1840 по 1862 гг. было построено лишь 5 новых синагог, а остальные 40 — после 1862 года. Для строительства синагоги требовалось специальное разрешение губернатора. Объект должен был быть возведен на расстоянии не менее ста метров от православных церквей. Если проверкой полиции фиксировалось нарушение расстояния, то синагога подлежала закрытию. Дело передавалось в Сенат, а там уже решали, как правильно замерять расстояние — от здания церкви или от церковной ограды.

Архивные данные позволили вновь ощутить былую активность еврейской религиозной жизни в городе.

Полученная в архивах информация содержала описание объекта (земля, постройки), адрес, год возведения, проектную численность молящихся, в чьей собственности находилось здание, оценку цены по состоянию на 1920 год. Можно выделить синагоги городского масштаба (Большая общественная синагога, Большая хоральная синагога, Большая Новостроенская синагога); синагоги по профессиональному признаку (синагога извозчиков, 2 синагоги мясников, синагоги носильщиков, портных, ремесленников, столяров, торговцев); синагоги которые известны по фамилии владельцев, записанных в земельной книге регистрации недвижимости в собственности частных лиц, в том числе синагоги раби Меира Симхи Каца-Когана («синагога портных»), и синагоги Рогачевера.

В 1945 году возвратившиеся в город евреи обратились в горисполком Даугавпилса с просьбой о предоставлении в пользование одного из уцелевших зданий, где ранее размещались синагоги. Протоколом N 31 заседания Даугавпилсского Городского Исполнительного Комитета было решено предоставить группе из 25 верующих евреев города Даугавпилса для использования под молитвенный дом помещение бывшей синагоги по ул.Угол Крепостной и Лачплеша N38/33. На основании этого 23 февраля 1949 г. был подписан договор о передаче в пользование Даугавпилсской еврейской религиозной общине молитвенного дома общей площадью 348.5 кв.м с двумя дощатыми сараями под железной крышей, а также инвентаря и культового имущества. Бессрочный договор подписан 24 гражданами, которым было по 55—80 лет. Был среди них и один 45-летний.

В 1992 году от имени еврейской общины Даугавпилса были поданы судебные иски, по которым она получила обратно 6 объектов: построенную в 1864 году Большую хоральную синагогу на 500 мест, Большую общественную синагогу 1840 года на 220 мест, синагогу Аптера на 60 мест, синагогу «Кадиш» 1850 года (сегодня это единственная действующая синагога города), синагогу ремесленников на 90 мест 1873 года, а также участок площадью 337 кв. м, где прежде размещалась синагога рава Меира Симхи.

Возвращенные объекты религиозного назначения Даугавпилса и сегожня используются еврейской общиной города (в одном здании — синагога, в другом — правление, остальные сдаются в аренду, поступления от которой являются единственным финансовым источником общинной деятельности — функционирования синагоги, обеспечения всех необходимых еврейских мероприятий в городе, а также финансовой и организационной поддержки оставшихся еврейских стариков, которых насчитывается около 100 человек.

Еврейская молодежь Даугавпилса безвозвратно разъехалась по миру — в Израиль, Европу и Америку.

Последний коэн Даугавпилса

Самуил (Шмуэль) Иосифович Глейзеров родился в 1920 году в Двинске в соблюдающей семье. Его дед, рав Шмуэль Давид а-Коэн Глезер, родился в 1870 году, жил в Эстонии и имел 13 детей. Йосеф Глейзеров (Глейзер), сын рава Шмуэля Давида, родился в 1887 г. в Тарту, получил хорошее образование, знал несколько языков. После Первой мировой войны Йосеф женился и поселился в Даугавпилсе. Семья была зажиточной: Йосеф владел обувным магазином, жена Дина помогала ему торговать. У Йосефа было трое детей, Шмуэль был старшим из них. В 1940 году, после ввода советских войск в Латвию, Йосеф Глезеров был арестован и осужден как буржуазный элемент. Он погиб в лагерях.

С 4 до 8 лет Шмуэль ходил в хейдер, а потом его отдали в еврейскую школу с преподаванием на иврите, где он проучился 8 лет, после чего 2 года обучался в еврейском слесарно-токарном ремесленном училище, и далее в железнодорожном техникуме, который успел закончить накануне войны. Его младший брат Авраам (Аркадий) работал на заводе электроинструментов.

До 1940 года в молодежной среде открыто действовали сионистские организации. В буржуазной Латвии еврейская община чувствовала себя спокойно и уверенно. Единственная заметная эмиграция евреев происходила в направлении Подмандатной Палестины: молодежь хотела участвовать в защите поселений от нападений арабских отрядов. В 1936 году Самуил, как и многие его сверстники, вступил в молодежную организацию сионистов-ревизионистов «Бейтар» [1], созданную в Риге в 1923 году.

Начало Великой Отечественной семья встретила в городе. 25 июня 1941 года СНК СССР издал постановление «О сдаче населением радиоприёмных и радиопередающих устройств»: передатчики и приемники всех типов потребовали в пятидневный срок сдать на хранение на склады Наркомата связи (фактически — в ближайшее почтовое отделение) вплоть до окончания войны, в связи с обстоятельствами военного времени, поскольку это оборудование может быть использовано врагом. Население Даугавпилса потянулось на почту со своими приемниками. А на следующий день в город вошли немцы.

К началу нацистской оккупации подавляющее большинство евреев Даугавпилса оставалось в городе. Местные евреи еще не знали о том, как на захваченных Рейхом территориях решается «еврейский вопрос», а слухам не верили, поскольку еще совсем недавно, до прихода советской власти, у них были деловые партнеры в Германии, с которыми их связывали долгие годы успешного сотрудничества: «слухи слишком ужасные, чтобы быть правдой, а если что-нибудь случится, партнеры помогут» — типичная логика тех дней. Кроме того, молодежь не хотела оставлять старых и больных родственников, а те, кто все же хотел эвакуироваться, в основном не успели этого сделать из-за стремительного отступления Красной Армии.

Семья Глейзеров была среди тех немногих, кто все же хотел уехать: у них был самый современный радиоприемник, и они постоянно ловили новости европейских радиостанций.

И хотя о концлагерях и массовых расстрелах там не говорили, но, тем не менее, было очевидно, что гитлеровцы преследуют евреев на всей подконтрольной им территории, и что с приходом немцев в город ничего хорошего евреев точно не ждет. Самуил вспоминает, что состав, полный комсомольцев и солдат, все не отправлялся, потому что машинисты отказывались везти влезших в вагон евреев. Наконец, нашелся один машинист, который сжалился над ними, и последний состав, буквально за несколько часов до входа немцев в город, отправился в тыл[2]. В итоге Глейзеры оказались в Алма-Ате, откуда 17-летний Авраам ушел на фронт. Самуила на фронт не взяли — его решили оставить работать по профессии, электриком на железной дороге. А потом на него был написан донос. По одной из версий, мужчина постарше, который работал там же, в какой-то момент испугался что начальство оставит одного Самуила, молодого и энергичного, а его отправит в армию, и потому написал на Самуила донос: якобы Самуил рассказывал ему о благополучной жизни в досоветской Латвии. По другой версии, в доносе сообщалось о факте допущенного Самуилом критического высказывания по поводу принудительной выдачи его сослуживице, матери-одиночке, зарплаты гособлигациями, поскольку ей не хватало денег на хлеб для своих детей. В феврале 1943 года Самуила осудили на 10 лет по статье 58 п.10 УК за антисоветскую агитацию. Первые 5 лет он валил лес на Урале, а затем еще 5 лет провел в лагере в Воркуте.

Авраам прекрасно играл на гитаре, и однажды это спасло ему жизнь. Во время привала он играл для сослуживцев, и в этот момент немецкий снайпер произвел выстрел, но попал в гитару, а он остался невредим. Эта «раненая» гитара в последствии была передана в музей Даугавпилса. На фронте он геройски сражался, получил тяжелое ранение с угрозой ампутации ноги и был комиссован. Награжден орденом Отечественной войны I степени и другими боевыми наградами.

После войны Дина с сыном Авраамом (Аркадием) и дочерью Тойбой (Таней) вернулись в Даугавпилс. Таня закончила педагогический институт и работала инспектором, затем директором школы-тюрьмы в Даугавпилсе. В настоящее время проживает в США. Аркадий женился на русской женщине. До конца жизни проживал и умер в Даугавпилсе.

Освободившись, Самуил тоже вернулся в Латвию. Произошло это в 1953 году. Какое-то время он жил в Прели, потом перебрался в Даугавпилс, где работал по профессии до пенсии. Пять лет спустя у него сняли судимость, а в 1965 году он был полностью реабилитирован. Ему даже выдали 100 рублей компенсации за моральный ущерб. На вопрос, почему семья приняла решение возвращаться в Даугавпилс, где все евреи были уничтожены, а все их имущество разграблено или присвоено местным населением, он отвечает: «Это родной дом. А куда же еще?» На самом деле, Самуил всегда мечтал уехать в Израиль, но его жена была против: и он, и его брат Авраам женились на нееврейках. Самуилу оставалось довольствоваться радиопередачами, пробивавшимися сквозь глушилки: он слушал «Голос Америки», «Би-Би-Си», «Свободу» и «Голос Израиля». А еще посещал синагогу по Шабатам и праздникам. В 1994 году умерла жена. С 1995 года он четырежды побывал в Израиле. Одна из его дочерей со своим сыном живут в Латвии, вторая с двумя сыновьями — в Израиле.

Самуил Глейзеров отметил 99-летие. Он продолжает жить в родном ему Даугавпилсе. По Шабатам и праздникам он приходит в синагогу, читает Тору по свитку. В праздники он поднимается на «духан» и благословляет молящихся. Самуил Глейзеров — последний коэн в Латвии.

Послесловие

На протяжении истории «еврейский вопрос» решался по-разному: физическое уничтожение, запрет исполнять заповеди, сопровождающийся ограничением доступа к источникам еврейской духовности, поощрение ассимиляции. Черта оседлости, обрекавшая евреев на нищету, и потому толкавшая их в революцию, совершенно дискриминационный кантонистский проект, поддержка на властном уровне «аскалы» и погромов — все это нанесло тяжелейшие удары по еврейским общинам России. После 1917 г. «еврейский вопрос» в Советской России и на присоединяемых к ней территориях решался уже в соответствии с большевистским сценарием. Уже в 1918 г. был принят Декрет Совета народных комиссаров РСФСР «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». В 1919 г. была официально заявлена задача: содействовать отмиранию «религиозных предрассудков». Обязанность проводить данную политику была непосредственно возложена на органы НКВД.

В 1925 г. был создан «Союз воинствующих безбожников», который просуществовал до 1947 года. В 1932 г. начало свою бурную деятельность Государственное издательство антирелигиозной литературы, просуществовавшее до 1942 г.

Еще в 20-е годы прошлого века в гражданский и политический оборот было введено понятие «советский народ». Смысл этого понятия стал темой вопроса на экзаменах по истории в советских ВУЗах. В ответе необходимо было упомянуть о том, что это «коллективный субъект интернациональной и наднациональной общности, имеющей общую социалистическую Родину (СССР), общую экономическую базу (социалистическое хозяйство), общую социально-классовую структуру, общее мировоззрение (марксизм-ленинизм) и общую цель (построение коммунизма)». Обычно отмечали и то, что у советских людей много общих черт в духовном облике и в психологии. Советский народ спаивали десятилетия репрессий, гонений и уничтожения инакомыслящих, кровопролитных войн, промышленных и научных достижений, включая освоение космоса, в условиях тоталитарного государства. В 1961 г. Н. С. Хрущев доложил на съезде КПСС о том, что новая историческая общность — советский народ — успешно сложилась.

Как явление, советский народ прекратил свое существование в 1991 г., с развалом СССР. Но одним из важных результатов советской государственной политики стали сотни тысяч ассимилированных евреев, не рожденных еврейских детей, не прочтенных «кадишей» по ушедшим в вечность. Множество евреев из числа тех, кому посчастливилось выжить на фронте и в лагерях, стали советскими людьми и потеряли свое еврейство. Оно свелось у них к кулинарным рецептам, полученных от еврейских мам и бабушек их нееврейскими женами, к нескольких уцелевшим семейным реликвиям. Кто прочтет кадиш по последнему коэну Двинска-Даугавпилса?

Источники:

1.Данные архивов Латвии, России, Белоруссии, полученные Анатолием Фишелем — организатором и руководителем с 1988 г. по 1994 г. Даугавпилсского отделения Латвийского общества еврейской культуры (В 1992 году преобразовано в Даугавпилсскую еврейскую общину) [3]

2. Документы по истории и культуре евреев в архивах Беларуси. М.: РГТУ, ЕТСА, ИВО, 2003, 607 с.

3.Метрические книги еврейского общества на сайте http://www.lvva-raduraksti.lv/ru.html (оцифровка этих метрических книг — в английской транслитерации — сделана Кристиной Уздин и приведена здесь: http://usdine.pagesperso-orange.fr/).

4. Переписные листы Всеобщей переписи 1897-го года на http://www.lvva-raduraksti.lv/ru.html.

5.Серия сборников «Евреи в Даугавпилсе» (от 1993 года и далее).

6.Сайт еврейской общины Даугавпилса (на русском языке) http://www.dvinsker.lv/.

7.Статья «Состав населения Латвии в зеркале статистики». Федотов А.Н., д.э.н., Институт культурного наследия Латвии. http:// www.russkije.lv/ru/pub/read/russkie-v-latvii-sbornik/rus-v-latvii-1-fedotov.html.

8. Семейный архив С.И. Глейзерова, интервью с ним и его дочерью Ритой (проживает в Реховоте).


[1] Ивр. ר בית Наименование организации отсылает к названию героической крепости и является аббревиатурой от יוֹסֵף בְּרִית טְרוּמְפֶּלְדוֹר («Брит Йосеф Трумпельдор» — «Союз имени Йосефа Трумпельдора»).

[2] Имеются свидетельства семьи Гланцев, которой тоже удалось спастись из Даугавпилса. Уже в первые дни войны латышские националисты начали открыто преследовать евреев. Некоторые семьи на телегах или даже пешком бежали в сторону г.Пыталово (в 1925—1937 гг. носил название Яунлатгале, в 1938—1945 гг. — Абрене), находившегося на административной границе с РСФСР, в 173 км от Даугавпилса. До места добрались единицы, остальных поймали наступающие немецкие войска, после чего отправили в Даугавпилс, где все они погибли в гетто. В Пыталово был кордон, где проводилась фильтрация беженцев: без специального разрешения никого не пропускали (такое разрешение выдавалось эвакуирующимся при возникновении угрозы оккупации местными властями, вместе со справками на питание). Однако стремительное наступление Вермахта и отступление Красной Армии привело к тому, что никакого досмотра не было, и Гланцы успели проскочить кордон. Еще четыре дня они пробирались лесами в расположение советских войск, где их посадили в транспорт, отправляющийся в тыл. После войны они вернулись в Даугавпилс, оттуда репатриировались в Израиль.

[3] А. Фишель родился в 1938 году на Украине, приехал в Даугавпилс в 1960 г., живет в городе до настоящего времени, владеет и управляет частным предприятием «Алеф», что позволило ему лично финансировать главные инициативы еврейской общины: результативный поиск объектов религиозного характера и их возврат еврейской общине Даугавпилса, реставрацию синагоги «Кадиш», возведение монумента под Даугавпилсом памяти жертв нацизма (расстрелянных узников Даугавпилсского гетто и советских военнопленных), установку памятников в местах расстрела евреев поселка Субате, издание серии книг «Евреи в Даугавпилсе», «Список жертв Даугапилсского гетто» и буклета «Мемориал жертв Холокоста». В течение долгих лет А.Фишель обеспечивает продуктами питания 40 одиноких евреев Даугавпилса.

Профессор Шуламит Гутерман

Из журнала «Мир Торы»


Светится лицо человека, который всегда радостен, от него исходит свет, здорово тело его, и старость не приходит к нему быстро, как сказано: «Радостное сердце освещает мир». Читать дальше

Законы 9 ава

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

В пост 9-го Ава запрещены пять вещей: еда и питье, умывание, умащение, «ношение сандалий» (любой кожаной обуви) и супружеская близость.

Пурим и Йом Кипур

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Слово Кипурим может быть прочитано как Ке-Пурим, «подобный Пуриму». Это значит, что значение Пурима даже больше, чем значение Йом Кипура!

Письма с Севера. Девятнадцать посланий об иудаизме

Рав Шимшон Рефаэль Гирш

Раби Гирш пытается ответить на давно заданный, но все еще актуальный вопрос об отношении иудаизма к общечеловеческой культуре.

Шаббат Шира

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Суббота, в которую в синагогах читают недельную главу Торы Бешалах («Когда отпустил»), называется Шабот Шира («Суббота Песни»), поскольку знаменитая песня, которую пели сыны Израиля, когда перед ними расступилось Красное море, входит именно в эту главу Торы и читается в эту субботу.