Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Выступление р. Боруха Шлепакова на окончании изучения трактата Брахот

В конце масехета «Брахот» ( סג,ב ) гемора приводит драшу Р.Ие h уды на отрывок из Торы הסכת ושמע ישראל היום הזה נהייתה לעם (Дварим 27,9) (Внимай и слушай, Израиль, сегодня ты стал народом ...) . И спрашивает Р.Ие h уда: «Разве в этот день была дано Тора евреям? Разве не сказал Моше рабейну эти слова в конце 40-летнего странствования по пустыне?». И сам отвечает: «Это пришло научить тебя, что любима Тора для изучающих её каждый день, как будто в этот день была дана с горы Синай.» Из вопроса Р.Ие h уды видно, что он считает, что народ Израиля стал народом при даровании Торы.

С другой стороны, комментатор Торы МАЛЬБИМ объясняет на главу «Ваэра», что евреи стали народом в тот момент, когда сделали обрезание и зарезали пасхальную жертву с тем, чтобы нанести эту кровь на притолоку и косяк дверей. То есть он считает, что становление народа это определенное действие, произведенное группой людей вместе. И хотя эти два события разделяет всего чуть больше 50-ти дней, все-таки хотелось бы получить ответ на принципиальный вопрос: какое именно событие превратило евреев из массы отдельных личностей в единый народ?

С точки зрения формальной логики кажется, что МАЛЬБИМ прав, потому что на протяжении истории человечества многие народы договаривались делать (или не делать) определенные вещи, и становились народами. Потом они исчезали с карты истории. Так что же, Р. Ие h уда ошибался (хас вешалом)? И здесь я бы хотел вернуться немного назад в нашем повествовании.

Когда Моше рабейну еще жил во дворце фараона и был вторым по важности лицом в Египте, он решил первый раз (!) выйти на улицу. И что он увидел? Египтянин бьет еврея. Моше убил египтянина и скрыл его труп в песке. Когда он вышел второй раз (!), он увидел, что уже ссорятся два еврея. И от одного из них Моше получил вместо благодарности упрёк, что он убил египтянина. (Хотя мидраш говорит, что это был именно тот человек, которго Моше спас от рук египтянина). Попутно хотелось бы заметить одну маленькую деталь. Прежде, чем Моше убил египтянина, он, как говорит Тора, посмотрел туда и сюда. Говорят комментаторы (РАШИ), что он он посмотрел пророческим вИдением и увидел, что среди потомков этого египтянина нет ни одного человека, который примет иудаизм, и только тогда убил его. И возникает вопрос, почему же на второй день, когда дрались евреи, Моше не посмотрел пророческим вИдением, что это, как отмечают комментаторы, были Дотан и Авирам, и что из них тоже ничего путного не выйдет, и что земля раскроется и проглотит их вместе с их семьями, и почему он не убил их тогда? И еще: какие они ему братья-евреи, ведь еще не было еврейского народа (и по мнению МАЛЬБИМА, и по мнению Р.Ие h уды)? Мне кажется, что можно сказать, что он именно посмотрел пророческим вИдением и понял, что евреи БУДУТ народом, и тогда это -- уже его братья-евреи, и убить их просто без суда -- нельзя, несмотря на то, что из них ничего хорошего не получится.

Так чему же пришла Тора научить Моше рабейну тем, что подчеркивает, что он всего два раза вышел из дворца и оба раза увидел такие ужасные действия? Какой урок он должен был вынести? По всей видимости, ответ на эти вопросы должен содержаться в словах Моше, когда он разговаривает со Вс-вышним в первый раз в сцене с горящим кустом.

Мне кажется, что то, что увидел Моше за эти два дня, когда он вышел из дворца фараона, привело его к мысли, что, во-первых, евреев всегда будут преследовать внешние враги; во-вторых, дружбы между евреями тоже не будет, всегда будут разногласия и ссоры; и в-третьх, что не менее важно, обвинять евреи будут всегда именно того, кто пытается их спасти. И это то что мы, к сожалению, видим до настоящего времени. Поэтому он решил, что даже если Вс-евышний совершит чудо и сделает евреев единым народом, все равно у них не будет будущего: если не внешние враги, то внутренние раздоры погубят их. Итак, Моше считал, что этот будущий народ не устоит перед внешними и внутренними трудностями, и поэтому он пытается настойчиво отказаться от почетной миссии вывести вывести евреев из Египта. На что сказал ему Вс-вышний, выводи, и на этой горе будут Мне служить. Что означает, Моше, ты прав, твое опасение верно, не может устоять этот народ в этом мире, но Я дам им лекарство от исчезновения: на этой самой горе Я дам им Тору.

Получается, что, действительно, евреи стали народом в тот момент, когда сделали обрезание и зарезали жертву, то есть то, о чем говорит МАЛЬБИМ: они сделали вместе действие, которое и сделало их народом. НО , как уже было сказано, множество народов создавалось и исчезало. У них, у этих народов, не было того цементируещего начала, которое сам Вс-вышний дал евреям. Тем более (хас вешалом) исчезновение могло грозить и еврейскому народу из-за войн с внешними врагами и из-за внутренних противоречий, то чего так опасался Моше рабейну. И сказал тогда Вс-вышний: « Я даю вам Тору, и она вас спасет. Она даст вам недостающий, для того чтобы остаться народом вечности, мир.» То есть это то, о чем говорит в своей драше Р.Ие h уда. Другими словами, для евреев недостаточно просто стать народом, нужно еще стать народом, который останется навечно. А для этого у них должна быть Тора. Можно сделать вывод, что становление вечного народа – это не одноразовая акция, а – процесс: от совместных объединяющих действий -- до получения Торы. И МАЛЬБИМ и Р.Ие h уда не спорят друг с другом, они просто говорят о разных точках этого процесса: один говорит о начале прцесса, а другой о его конце. Повторюсь, что для существования вечного народа необходим мир и согласие хотя бы внутри него самого, то есть то, что дает Тора. И это то, что мы говорим три раза в день в последнем благословении нашей молитвы: «... Ибо в свете лица Своего Ты дал нам, аШем Б-г наш, Тору жизни .... И хорошо в Твоих глазах благословить Твой народ Израиль во все времена и в каждое мгновение Твоим миром ...» И это то, о чем говорится в последних словах масехета «Брахот» : «Сказал Раби Ханания бен акашья: «Мудрецы Торы увеличивают мир на земле ...». И сказано: « h аШем благословит свой народ миром». Омейн.

.


Йеуда хоть и не был старшим сыном Яакова, тем не менее, именно он был одним из лидеров среди своих братьев. Его имя, как и название колена Йеуды, переросло в название всего еврейского народа и еврейской религии. Йеуда не боялся брать на себя ответственность. В одном из эпизодов Торы описано, как Йеуда смог переломить себя и прилюдно совершить тшуву, раскаяние. Мудрецы говорят, что именно за это он удостоился стать родоначальником царского рода. Читать дальше