Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Б-г — один; нет двух богов или более, — лишь один. Он единствен, и ничто в этом мире не единственно и не едино настолько, чтобы сравниться с Ним в этом. Единство Его нельзя понимать как единство деталей, составляющих общее»Рамбам, Мишнэ Тора, Законы об основных принципах Торы 1, 7
История о том, как слова еврейской молитвы остановили террористку-смертницу

Мы так мечтаем о чудесах, что часто сами — почти невольно — приукрашаем действительность, чтобы потом пересказывать друг другу удивительные истории чудесного спасения евреев в тот миг, когда, казалось бы, уже всё пропало. Но у некоторых историй есть непредвзятые свидетели, которые подтверждают, что речь идет не о красивой легенде, а о самой настоящей правде.

На три недели между 17 Тамуза и 9 Ава на протяжении истории еврейского народа выпадало громадное количество испытаний, несчастий, бед, горя и слез. Самое время вспомнить о некоторых из них.

Шесть лет назад, во время операции «Нерушимая скала», в эти дни месяца ав, в Рафахе (на юге сектора Газы) погибли трое израильских военнослужащих: Адар Голдин, Бенайа Сарель и Лиэль Гидони. Лейтенант Адар Голдин сначала считался пропавшим без вести, но вскоре стало известно, что и он, вместе с Бенайа и Лиэлем, был убит взрывом террориста-смертника.

Вот как все происходило на самом деле, со слов очевидцев, офицеров той бригады, которая 1 августа 2014 года сражалась в Рафахе. Сразу после того, как террорист-смертник взорвал себя и троих израильских военнослужащих, из тоннеля появился другой террорист ХАМАСа, схватил то, что осталось от разорванного на части Адара Голдина, и побежал обратно в тоннель, ведущий к мечети.

Выйдя из мечети, террористы вскочили в машину скорой помощи БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ) и помчались в командный пункт, укрывающийся в Исламском университете.

Вскоре после полученного отчета о теракте один из главарей ХАМАСа Абу Марзук заявил в Каире, что ХАМАС похитил израильского солдата. Но израильская разведка, перехватившая разговор между похитителями и главарями ХАМАСа, успела получить сведения, касающиеся укрытия похитителей, и через несколько минут ЦАХАЛ уже атаковал Исламский университет.

В разгар этой атаки другая группа солдат ЦАХАЛа, прочесывающая мечеть в поисках оружия и взрывчатки, столкнулась с террористкой-смертницей, облаченной в пояс шахидки и готовой взорваться и унести с собой жизни наших ребят.

Один из военных, понимая, что пришел его смертный час, и до взрыва остались лишь доли секунды, инстинктивно произнес первые слова святейшей еврейской молитвы «Шма Исраэль» — «Слушай, Израиль!». На лице девушки вдруг появилось странное выражение: она как будто колебалась, не решаясь привести в действие прикрепленную к ней машину смерти. Она дрожала, глядя себе под ноги, буквально две секунды — но этого было достаточно, чтобы солдаты успели подбежать к ней и отключить устройство.

Террористку взяли в плен и доставили в отдел контрразведки. Так что же это была за странная дрожь? Откуда колебание? Что мусульманка могла такого услышать в еврейской молитве?

Мусульманка, да не совсем. Террористка-смертница оказалась алахической еврейкой, чья мать, выйдя замуж за палестинского араба, на следующий день после свадьбы против своей воли была отправлена в Газу и прожила там жизнь, полную обид и унижений, — практически в плену. Кроме дочери-террористки, у нее было еще двое маленьких детей. Для того, чтобы вызволить их и вернуть на еврейскую землю, потребовались бронетанковые силы ЦАХАЛа. Но если бы еврейская душа их сестры не очнулась от страшного морока, услышав знакомые всем евреям слова — Слушай, Израиль! — не содрогнулась бы в ужасе от того, что ее тело собирается совершить, — что бы стало с этими малышами? Что бы стало с нею самой?

О том, что еврейские души знают то, чего не помнит сознание, мы слышали от рава Элиэзера Сильвера, который после войны искал по европейским монастырям еврейских детей, укрывавшихся там во время Катастрофы. Сами дети, что в течение нескольких лет воспитывались как христиане, уже не знали, что они евреи. А настоятели монастырей, бывало, утверждали, что никаких еврейских детей у них нет.

Обнаружить еврейских детей и случайно не присвоить себе нееврейских — оказалось просто. Рав Сильвер заходил в детские спальни вечером и громко говорил: «Шма Исраэль Ашем Элокейну Ашем Эхад!» — и сразу становилось ясно, кто есть то, потому что только еврейские дети со слезами на глазах и со словом «мама» на устах поднимались с кроватей и устремлялись к раву Сильверу.

Слова «Шма», которые их матери говорили им каждую ночь, настолько глубоко укоренились в их памяти, что вытеснить их оттуда не смогли ни война, ни сиротство, ни навязанное католичество, ни забота матери-настоятельницы — ничто.

Молитва «Шма» в ту тяжелую ночь месяца ав шесть лет назад спасла несколько еврейских душ: тех израильских военных, которые были на волоске от гибели, террористку-смертницу и двух невинных детей, вытащенных из недр Газы и возвращенных в Израиль. И всё благодаря способности еврейской души, казалось бы, уже похороненной, остаться живой, несмотря на годы отчуждения, ненависти, оскорблений, и не потерять способности услышать зовущий ее голос.

Еврейская душа всегда жива, всегда пульсирует — и всегда ждет. Только нужно уметь найти те слова, которые проникнут в нее и оживят ее.

***

Молитва «Шма Исраэль» занимает особое место в жизни евреев. Те три отрывка Торы, из которых она состоит и которые мы произносим утром, и вечером, и в час смертельной опасности, содержат фундамент нашего мировоззрения и нашего образа жизни.

Произнося слова «Слушай, Израиль, Г-сподь наш Б-г, Г-сподь Один», мы заявляем во всеуслышание, что Вс-вышний, только Он Один, управляет нашей судьбой.


Заповедь вешать мезузы дана в Торе дважды: «Напишешь их (слова Торы, входящие в текст свитка мезузы) на дверных косяках твоего дома и на твоих воротах». Читать дальше

Кицур Шульхан Арух 11. Законы мезузы

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух

Искусство святого письма

Журнал «Мир Торы»

Арье Зильберштейн родился в 1973 году в Днепропетровске. В 1990 году, окончив среднюю школу, приехал в Израиль, поступил учиться в ешиву «Швут Ами». Искусству софрута учился на специальных курсах у рава М. Ханина, организованных при ешиве «Швут Ами». Отслужил в израильской армии в качестве софера. (Арье Зильберштейн был единственным софером срочной службы в истории израильской армии). В 1997 году женился. С 1999 по 2001 преподавал в Минском отделении еврейской религиозной организации «Эш а-Тора». После этого работал в преподавателем в Московском колеле «Тора миЦион». В 2006 году по его инициативе в Москве открылся «Сойфер Центр», который он возглавил. Сейчас Арье Зильберштейн продолжает руководить работой этого центра, а также является координатором религиозных программ в Конгрессе еврейских религиозных организаций и объединений в России.

Мезуза на косяках сердца

Арье Лев,
из цикла «Еврейские притчи»

Каждый день, произнося молитву «Шма, Исраэль…», мы читаем в первой ее части о заповеди установления мезузы на косяках дверей дома

Это Б-г мой 19. Одежда и жилище

Герман Вук,
из цикла «Это Б-г мой»

В разные эпохи и в разных странах у евреев были приняты — и сейчас приняты — различные типы головных уборов.