Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
История праведниц народов мира

Могли ли подозревать эти люди, выбравшие самую мирную профессию — профессию педагога — что им придется вести за жизни своих учеников самую настоящую войну? Но и по-другому они поступить не могли.

Да, учителя не дают никакой клятвы, как врачи. Ответственность за души детей становится для многих из них сильнее любых клятв. Ведь настоящий учитель не только втолковывает детям азы арифметики или грамматики, он видит свою миссию в том, чтобы учить их отличать добро от зла и поступать по совести.

Может ли поступить не по совести сам педагог? Для Андре, Элизабет, Жозефа, Герды и еще десятков (а может быть, и сотен!) учителей во всех странах Европы в годы Катастрофы — ответ на этот вопрос был очевиден. Они спасали своих учеников от смерти, невзирая на риск. Таких людей мы называем Праведниками народов мира.

Андре Гелен, Бельгия

Андре Гелен была обычной молоденькой учительницей в Брюссельской школе-интернате «Gatti de Gamond» и интересовалась модой гораздо больше, чем политикой. Когда в газетах публиковали законы, дискриминирующие евреев, она не обращала на них внимания — ведь это не имело к ней отношения… Но когда в 1942 году некоторые ее ученики появились в школе с желтыми звездами на одежде, Андре стала задумываться о том, что происходит что-то, противоречащее морально-нравственным законам. Она велела всем ученицам прийти на следующий день в фартуках, закрывающих желтые клейма.

Постепенно Андре Гелен все больше узнавала о том, что происходит в ее стране, — и вскоре вступила в подпольный «Комитет защиты евреев», который занимался спасением еврейских детей от депортации и гибели. Двадцатилетней девушке приходилось убеждать родителей расстаться со своими детьми. Соглашались не все — ведь мало кто мог себе представить, куда увозят из Брюсселя депортированных евреев. Позже она рассказывала: «Я каждый раз плачу, вспоминая о тех временах, когда мне приходилось уводить детей от их родителей, особенно двух—трехлетних, не имея возможности сообщить родителям, куда я их веду…»

Первое время всё складывалось удачно. В нарушение закона, в интернате прятались двенадцать еврейских учениц. Но в мае 1943 года кто-то донес — и фашисты устроили ночью в школе облаву. Сонных девочек грубо вытащили из постелей и построили в ряд. Все обнаруженные еврейки были арестованы, и офицеры приступили к допросу учителей. Когда у Андре спросили, не стыдно ли ей обучать евреев, она ответила бесстрашно: «А вам не стыдно воевать против еврейских детей?»

Директора школы Одиль Овар и ее мужа, как главных укрывателей евреев, арестовали, и оба они погибли в концлагере. Андре чудом избежала ареста. Как только фашисты удалились от ворот школы, она бросилась предупредить об опасности тех своих еврейских учениц, которые не жили в интернате, а приходили только на уроки.

После этой облавы Андре Гелен пришлось продолжать свою подпольную деятельность уже под другим именем — Клод Фурнье. Тем детям, которых она прятала по разным укрытиям, — а их были сотни, — она тоже давала новые имена.

Чтобы не запутаться, Андре вела зашифрованные записи, в которых были указаны настоящие имена детей и адреса тех смелых людей, которые, рискуя жизнью, соглашались их прятать у себя. По окончании войны эти записи сослужили неоценимую службу, и многих детей удалось соединить с их родственниками. Даже спустя годы после войны Андре переписывалась со спасенными ею детьми.

Элизабет Абегг, Германия

Учительница истории Элизабет Абегг родилась в Страсбурге. После получения образования она переехала в Берлин и приступила к работе в известной школе для девочек «Высший лицей Луизы», где многие из учениц были еврейками.

Когда Гитлер пришел к власти, в школе появился новый директор, которому Элизабет с ее слишком гуманным подходом пришлась не по нраву. Большинство коллег и старшеклассников поддержали нацистскую идеологию и стали внедрять в школе дискриминацию евреев — как учеников, так и учителей. Элизабет выступила против — ее осудили, но не уволили. А вот через два года, после того как она отказалась принести присягу фюреру и власти признали ее «политически неблагонадежной», Элизабет перевели на работу в менее престижное учебное заведение — гимназию Рюккерт.

В гимназии Элизабет продержалась около пяти лет, всё это время активно участвуя в движении Сопротивлении. В конце концов кто-то подал на нее жалобу, и ее вынудили раньше срока уйти на пенсию.

У Элизабет были подруги-еврейки, и связь со своими еврейскими ученицами она тоже продолжала поддерживать. Вдруг — шок: в 1942 году самую близкую подругу Элизабет Анну Хиршберг депортируют куда-то на Восток! Позже станет известно, что Анна погибла в Освенциме в 1944-м.

Дома у одной из бывших учениц Элизабет было радио, и там из британской передачи Элизабет впервые узнала о зверствах фашистов на оккупированных территориях. Она была в отчаянии, что не уговорила Анну тогда, когда она получила повестку явиться на сборный пункт. Анна боялась не подчиниться требованиям нацистских властей — но кто тогда мог представить, что ее ожидает!

Элизабет решила всеми силами спасать тех, кого еще можно спасти. Она жила в небольшой квартире со старенькой мамой и сестрой-инвалидом. Денег и продуктов едва хватало, и тем не менее, Элизабет, превратив свою квартиру во временный приют для знакомых и незнакомых евреев, делилась с ними всем, что было у нее самой.

В многоквартирном доме Элизабет жили немцы, и некоторые из них были активными нацистами. Прямо под их носом в квартире у Элизабет жил то один, то другой нелегал — в общей сложности за два года их было двенадцать человек. В этой же квартире Элизабет продолжала давать частные уроки детям — конечно, тоже евреям.

Нелегальных постояльцев квартиры в берлинском районе Темпельхоф необходимо было отправлять куда-то подальше из города. Для этого Элизабет доставала им фальшивые документы, одежду и обувь, деньги на дорогу. Для того чтобы организовать переправу Ицхака Шверсенца в Швейцарию Элизабет пришлось продать свои украшения…

К счастью, гестапо не удалось обнаружить деятельность Элизабет — и ей удалось принять участие в спасении более 80 человек — как евреев, так и политически неблагонадежных немцев, большинство из которых выжили.

Жозеф Миньере, Франция

Жозеф Миньере работал учителем начальной школы на улице Госпитальер Сен-Жерве в сердце парижского квартала Марэ еще с 1920-го года. В период между двумя мировыми войнами этот квартал называли «Плетцль», и там селились многие еврейские иммигранты из восточной Европы. Жозеф был назначен директором школы незадолго до введения режима Виши.

Жозеф никогда не забудет те часы, слившиеся в одну бесконечную ночь, когда квартал Марэ наполнился криками и стонами: его нынешних и бывших учеников силой вытаскивали из домов и куда-то увозили. Это была облава «Вель д’Ив» 16-17 июля 1942 года — тщательно спланированное и подготовленное нацистами преступление, совершенное с согласия французских властей. За двое суток было арестовано более 13 тысяч евреев. Почти все они погибли — или на велодроме, куда их согнали, как скот, или в поездах, или позже — в лагерях смерти.

В своем стремлении спасти как можно больше евреев Жозеф Миньере присоединился к подпольному движению сопротивления и обеспечивал поддельными документами тех, кто решался бежать, и прятал тех, кто оставался. Сара Троб, учившаяся в школе Миньере, почти два года пряталась у него дома. Другой ученик, Шломо Фишер, скрывался у Миньере до тех пор, пока ему нашли безопасное укрытие.

Еще один бывший ученик Жозефа — 14-летний Жозеф Шульман — бежал из транспорта в Аушвиц и был помещен в больницу под наблюдением полиции. Миньере навещал его и пытался добиться его освобождения — но безуспешно.

Герда Валентинер, Дания


Герда Валентинер была учительницей в другой оккупированной фашистами стране — Дании, где благодаря движению сопротивления удалось выжить почти всему еврейскому населению. В течение трех недель накануне запланированной депортации датчане переправили на лодках в Швецию более 7000 евреев.

В октябре 1943 года, когда планировалась депортация евреев Дании, Герда собирала еврейских детей и размещала у себя дома, ожидая подходящего момента для перевозки их на побережье.

Герда не только рисковала своей жизнью ради этих детей, но делала гораздо больше того, что можно было ожидать, — помогала им соблюдать кашрут! Герда заметила, что некоторые дети, несмотря на то, что очень голодны, не едят ту пищу, которую она им предлагает, а только жадно набрасываются на хлеб. Учительница тактично расспросила ребят — и после этого не только стала приносить и готовить подходящие евреям продукты, но даже купила новую посуду.

Мориц Шефтеловиц рассказал в Яд Вашем, что Герда была учительницей его сестры. Однажды ночью в конце сентября 1943 года она пришла к его родителям, чтобы предупредить их о надвигающейся опасности. Спустя несколько дней Мориц и его сестры Дора и Рита перебрались в дом Герды и оставались там до тех пор, пока ей не удалось организовать для них переправу. Две попытки покинуть страну были неудачными, но третья удалась. Они сели в рыбацкую лодку в десяти километрах севернее Копенгагена и после трудного ночного путешествия добрались до Ландскроны в Швеции.

Как же Герда не побоялась? Ведь нацисты были повсюду? «Я делала всего лишь то, что и многие датчане, ничего особенного. Нам казалось совершенно естественным помогать людям, которым грозила смертельная опасность…»

* * *

Если бы это казалось настолько же естественным всем русским, украинцам, немцам, французам, бельгийцам, полякам, на глазах у которых совершались беззаконие и террор — а они полагали, что это их не касается… Или ужасались, но отворачивались, опасаясь за свою жизнь и жизнь своих близких… Или сотрудничали с нацистами, с радостью переселяясь в освободившиеся просторные дома «этих жидов»…

Если бы все были, как эти скромные учителя, — Андре Гелен, Элизабет Абегг, Жозеф Миньере, Герда Валинтенер! А еще — учитель английского языка итальянец Амато Биллур, учитель сельской украинской школы Владимир Черновол, албанский учитель младших классов Нуро Ходжа, русский учитель математики Владимир Крамаровский — и многие другие, спасавшие еврейских детей и взрослых в годы Катастрофы. Эти люди были настоящими праведниками народов мира. Их имена мы никогда не предадим забвению!


Роковые события в конце XIX — XX вв. привели к разрушению традиционного уклада еврейской жизни, массовому отходу от Торы и, как следствие, к стремительной ассимиляции сотен тысяч евреев. Но в наше время и в израильском обществе, и в странах диаспоры начало нарастать движение тшувы, которое быстро приобрело массовый характер. С распадом СССР тшува захватила и русскоязычных евреев. Читать дальше

Наивность хороших людей

Журнал «Мир Торы»

Еврейская традиция включает в себя не только знание различных еврейских книг, правильное понимание и выполнение законов, в них записанных, но и принадлежность к еврейской общине

Два хасида и гуру

Переводчик Виктория Ходосевич

В душе каждого еврея живет пинтэле йид, особая искра, которая никогда не гаснет. Как бы далеко ни отошел еврей, сбившийся с пути, как бы громко ни отвергал свое еврейство, как бы ни отворачивался со стыдом от своей еврейской души — пинтэле йид всегда жива и готова вновь стать огнем. Но у каждого еврея есть и «помощники», которые изо всех сил стараются этому помешать. Иногда это страх, иногда — эгоизм, иногда — самодовольство.

Тьма перед рассветом 7. Раби Акива

Рав Эзриэль Таубер,
из цикла «Тьма перед рассветом»

Катастрофа и возвышение через страдание

Вечность Торы

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Беседы о Торе»

Отрывок из книги «Пламя не спалит тебя»

Религиозная светскость

Журнал «Мир Торы»

Ни Земля Израиля, ни язык, ни общие беды — ничто на свете не способно объединить евреев всего мира в единый народ, кроме Торы. Все остальное в еврейской истории проистекает из того, что сообщает еврею Тора, и без Торы сразу теряет очевидность. Еврей, который не живет по Торе, является евреем лишь потенциально.

Директор цирка

Даниэль Шевелевич

Борух-Айзик Соловьев выбрал для себя нетипичную специальность. Он хотел стать не инженером, не врачом, не адвокатом... а циркачом. Полная событиями биография еврея, ставшего директором Московского цирка.

Новогодний оливье и немного нежно

Браха Губерман

Пока я восстанавливала придушенные новостью основные инстинкты, мой редактор неспешно рассказывал о том, что 1 января назвал новогодним днем римский император Юлий Цезарь. Это по его высочайшему повелению январю дали имя двуликого римского бога Януса.

Пламя не спалит тебя. Эрец-Исраэль в ожидании своего народа - заключение

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Пламя не спалит тебя...»

Отрывок из книги рава Ицхака Зильбера