Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Почему свобода выбора связана с богобоязненностью, а не с другими видами служения

Проанализируем грех Первого человека в тех его аспектах, корень которых — в «грехе луны».

Прежде всего, мы должны рассмотреть вопрос страха перед Небом.

«Почему (Малхут) называется “страхом Господним”? Потому что он — Древо добра и зла. Удостоился человек — вот добро, а не удостоился — вот зло. И потому пребывает в том месте страх, и оно — врата для вхождения всего блага в мире» (Зоар).

Теперь общие очертания вопроса становятся ясны: выше выяснилось, что в Малхуте заложен корень свободы выбора, а в данных словах мудрецов выясняется, что в Малхуте корень богобоязненности. Так мы находим в Талмуде (Брахот 33): «Все в руках Небес, кроме страха перед Небом». Свобода выбора определенно относится именно к вопросу страха перед Небом — это «Древо добра и зла». Мы всей душой стремимся постигнуть, почему свобода выбора относится именно к богобоязненности, а не к другим аспектам служения.

Прежде всего, приведем слова раби Ицхака Гутнера в книге Пахад Ицхак: «Когда человек находится в постоянном страхе из-за поджидающей его опасности, он не успокоится полностью только из-за того, что у него появится возможность спастись от нее. В эмоции страха есть сильнейшее стремление к устранению самой изначальной вероятности опасности. Поэтому, когда свобода выбора соприкасается с качеством служения из страха, она создает противоречие в самой сущности данного служения».

Попытаемся углубиться в данный вопрос. Суть страха — самоотречение человека по отношению к внешней для него реальности, открывающейся его глазам. Данное требование сильнейшим образом вредит ощущению и осознанию «Я». Человек должен полностью аннулировать себя по отношению к чужой воле, даже если она противоречит его собственной, — вследствие страха.

Маараль объясняет, что суть страха перед Творцом — видение человеком самого себя следствием Причины. То есть, восприятие всего своего бытия как несуществующего самого по себе, но лишь получающего реальность по воле Творца. Реальность человека ничтожна и аннулирована по отношению к реальности Творца. Таково правильное видение сотворенного существа. «Страх есть сама суть восприятия Божественного» (Маараль).

Данная концепция уникальна для страха, поскольку качество любви не требует аннулирования «Я». Наоборот, любовь идет от внутреннего содержания и воли любящего, ее цель — объединение любящего и любимого. В качестве страха же это не так, оно требует полного самоаннулирования «Я» по отношению к внешней воле, отдаче своей воли в руки Творца, и при этом без ощущения добровольности, но лишь поскольку такова единственная истинная реальность: воля Творца.

Здесь корень свободы выбора, — ведь всякое испытание выбора в том, аннулирует ли человек свое «Я» вместе со всеми своими стремлениями и желаниями, по отношению к воле Всевышнего. Можно сказать, что ультимативная цель выбора — поставить себя в положение вынужденного, не обладающего возможностью выбора. Аннулировать силу выбора и стать долженствующим, выполнять волю Всевышего как собственную волю.

Атеизм, отступничество и идолопоклонство

Это внутреннее противоречие лежит в основе отрицания Бога. Человек, который не аннулирует себя, отрицает Всевышнего, отрицает реальность, по отношению к которой он должен себя аннулировать. Он отрицает всякую реальность вне себя, которую он должен бояться. Об Адаме, согрешившем в этом Древе, сказано: «…был отступником», «…отрицал Всевышнего», «Сказал: ел и буду есть (плод познания)», «…не был изгнан из Эдена, пока не стал богохульствовать». (Берешит раба).

На самом деле, в корне влечения к идолопоклонству, которое кажется нам стремлением принять на себя иго (а не свергнуть иго, как атеизм), лежит «Я», которое не желает аннулироваться. Идолопоклонники служат «собственному богу». Другими словами, их служение происходит от страха перед своим недостатком-грехом. Поэтому они ставят себе идола, направленного против их недостатка или соответствующего совершенству, которое они надеются получить. В глубине этого страха лежит желание освободиться от этой зависимости, восполнить недостаток и не бояться данного идола. «Злодеи стоят над своими богами».

В центре идолослужения стоит человек, который не аннулирует себя, а, напротив, использует своего бога для своих нужд. В противоположность этому, основа служения Всевышнему из страха — самоотречение по отношению к Творцу. «Праведники — их Бог стоит над ними».

Испытание совершенной верой

На уровне боязни греха также присутствует тот же аспект внутреннего противоречия. «Стремление быть рабом Всевышнего включает в себя желание, чтобы свобода выбора существовала, и тем самым существовала реальность греха. А боязнь греха стремится к устранению реальности греха» (Пахад Ицхак).

Совершенная богобоязненность, как объясняют мудрецы, это богобоязненность, идущая от совершенства, а не от недостатка (греха). «Фундаментальный страх — чтобы боялся человек своего Господина, поскольку Тот велик и властвует, основа и корень всех миров, и все перед Ним считаются ничем» (Зоар). Это «страх перед вознесенностью» Господина мира, приводящий к полному самоаннулированию. Это совершенная богобоязненность: «…деяние Всевышнего, ибо страшно оно» — совершенство всего, а «страшно» — это Яаков, человек цельный, муж, совершенный во всем. Каждое место, где находится совершенство, называется «страшным». Страх есть только в том месте, где находится совершенство» (Зоар).

Это богобоязненность, идущая от совершенства человека и его признания возвышенности всего бытия. Она приводит к жажде самоаннулирования своего «Я» перед Бесконечным. Эта жажда без внутреннего противоречия, когда обладатель свободы выбора лишается ее, аннулирование «Я» до «ничто».

Поиск «Я»

Известно, что грех Адама был «во имя Неба». Он хотел раскрыть славу царства и единства Творца из более низких мест. Но он согрешил, потому что ему этого не было заповедано. В корне греха стояло «Я» — желание самовыражения человека в служении Всевышнему. «И будете как Бог» — создателями миров.

«Малхут называется страхом» (Зоар). Ведь сущность Малхута — восприятие общего и частного, когда каждая деталь вписывается в общую систему, воцаряющую Творца. Когда Адам вышел за пределы своей задачи — воцарить Творца над собой и над всем мирозданием, аннулируя себя по отношению к Его воле, и искал свой личный нюанс в служении, он нанес ущерб качеству Малхут — «Адам был отступником». Подобно луне, которая не удовлетворилась своей задачей: аннулироваться по отношению к свету солнца.

Погрузился в мир ощущений

После того как Адам опустился до вкушения плода на уровне разума и качеств, он согрешил материальной едой, чувственным вожделением. «Яд Змея сделал человека способным чувствовать телесные наслаждения». Он погрузился в мир воображения, связанный с миром чувственного и ощущаемого. «Назвал здесь злое начало, соблазняющее к греху — Змеем… Это сила вожделения, ведущая к греху. Она делает это посредством силы воображения, поставляющей человеку воображаемые материальные удовольствия, отвлекающие его от пути совершенства, ведущего к Богу» (Сфорно). Тем самым человек потерял свое достоинство: был изгнан из категории субботы, в которой он находился.

«Человек был изгнан из места своего душевного покоя… повлекшись за тьмой по совету своего злого начала, забыл субботний день, день, который весь — суббота, то есть мир душ, где должен был пребывать…» (Шней лухот аБрит).


В этой главе Тора продолжает повествовать о жизни праотца Яакова: Яаков возвращается в родные края, где ему предстоит встреча с Эсавом. У Яакова есть все основания предполагать, что Эсав хочет его убить. Читать дальше

Недельная глава Ваишлах

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Беседы о Торе»

Итак, Яаков возвращается в родные края. Ему предстоит встреча с Эсавом. У Яакова есть все основания предполагать, что Эсав хочет его убить. Недельная глава «Ваишлах» («И послал») начинается с рассказа о том, как Яаков готовился к встрече с братом. Он сделал три вещи: собрал подарок, помолился Б-гу и снарядился к войне. И все эти три действия имели глубокий смысл. Начнем с третьего. Всех своих спутников, и скот, и верблюдов Яаков разбил на два отряда. Расчет у него был такой: если погибнет один отряд, то может спастись второй. Действие Яакова учит нас, что нельзя сосредоточивать все в одном месте...

Мидраш рассказывает. Недельная глава Ваишлах

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Почему молчал Яаков?

Борух Шлепаков

Праотец переживает страшную трагедию. Его дочь Дина становится жертвой притязаний Шхема. Почему же Яаков молчал, узнав о произошедшем?

Недельная глава Ваишлах

Рав Реувен Пятигорский

По материалам газеты «Исток»

«ВАИШЛАХ» («И ПОСЛАЛ»). Две опасности

Рав Бенцион Зильбер

Яаков уходит от Лавана и возвращается на родину. Ему предстоит встретиться с Эсавом, что небезопасно, поскольку, как сообщили Яакову вестники, Эсав вышел ему навстречу с большим отрядом. Яаков отправляет Эсаву дары, на всякий случай готовится к бою, разбив свой лагерь на два стана, и просит Б-га о благополучном исходе встречи. Далее в главе говорится о разрушении города Шхема, о рождении у Рахели второго сына — Биньямина (двенадцатого сына Яакова), а также о смерти Рахели и Ицхака. В конце главы приводится родословная Эсава.

Сделка с дьяволом или сила духа?

Рав Арье Кацин

Коментарии к недельной главе Льва Кацина

Врата востока. Недельная глава Ваишлах

Исраэль Спектор,
из цикла «Врата востока»

Восточные истории, комментирующие недельную главу Торы.

Недельная глава Ваишлах

Нахум Пурер,
из цикла «Краткие очерки на тему недельного раздела Торы»

Краткие очерки на тему недельного раздела Торы